волны уносящие печаль

— Привет. — мягко протянул парень. Лисьи глаза превратились в маленькие щелочки, когда улыбка появилась на его лице. «— Тэ? Ты слышишь меня? — Чонгука окутывало страхом, пока он крепко держал парня на своих худых коленях. Его глаза были закрыты и, казалось, что он просто спит, если бы не отсутствие движений грудной клетки и большого количества крови. Он не дышал. Его тело, как и асфальт под ними, было покрыто красными пятнами, которые разрастались с каждой секундой, словно распускающиеся алые розы. Чон неуверенно коснулся дрожащей ладонью его лица, проводя длинными пальцами по щеке. — Эй, посмотри на меня. — маленькая капля скатилась по его щеке, оставляя после себя мокрую дорожку.» — Меня зовут Тэхен, но ты можешь называть меня просто Тэ. — кажется Чонгук забыл как дышать. Его сердце забилось в бешеном ритме, пока на лице рисовалось недоумение. «— Скажи, что это все неправда. Скажи, что шутка. Скажи мне хоть что-то, я прошу! — его лицо исказилось в печальной гримасе, когда раздался громкий всхлип, а следом за ним ещё один. — Пожалуйста, открой глаза. — он взял его лицо в руки, убирая пряди со лба. — Открой свои чертовы глаза! — Чон кричал, тело его содрогалось от рыданий, когда он перехватил парня за плечи, прижимая к себе. Чонгук уткнулся носом в чужую шею, вдыхая мягкий запах парня, перемешавшийся с кровью, и закричал. — Ты помнишь, как спросил меня, верю ли я в вечную любовь? — он поднял голову, переводя свой взгляд на бледное лицо. На лице его появилась еле заметная улыбка, а глаза заблестели, переливаясь разными оттенками красного. — Она как звезды… — его голос становился все тише, пока вовсе не превратился в шепот. — И ты самая яркая из них, Тэ. Чонгук посмотрел на небо, закрывая рот ладонью в попытках подавить вой, рвущийся наружу. Оно было пустым и серым, прямо как его душа. Ему казалось, что ветер продувал его насквозь, словно в нем не осталось ничего кроме тонких костей, словно это он пролетел тридцать этажей, разбившись о грязный асфальт.»

1

Чонгука будто окатили холодной водой. Он подскочил на кровати, загнанно дыша, пока его сердце выпрыгивало из груди. Лицо его выражало ужас и страх, он хватался за грудь, пытаясь успокоить сердцебиение. Снова этот сон. Парня начал мучать один и тот же кошмар несколько недель назад, день за днём, ночь за ночью. Он никому не говорил об этом, думал что это пройдёт само собой. Ни родителям, ни Чимину, ни Намджуну. Никому. Ему было страшно. Каждую ночь на его руках умирал парень, которому он никак не мог помочь. Каждую ночь он оказывался в луже крови наедине с собой и со своим страхом. Каждую ночь он просыпался в слезах, пытаясь успокоится. Сколько ещё Чонгук должен вытерпеть прежде, чем это закончится? Чонгук вылез из тёплой кровати и побрел к кухне, громко шлепая голыми ногами по полу. Через несколько секунд парень оказался в просторной комнате и, нащупав пальцами выключатель, зажег свет. Стены на кухне были окрашены в серый, в то время как мебель и столешницы были выполнены в чёрных цветах. Он прошёл к одной из столешниц и потянулся рукой к стеклянному графину. Доставая чистый стакан из шкафчика, Гук обернулся и посмотрел на часы. Четыре утра. Ну спасибо и на этом, ведь большую часть ночи ему удалось поспать. Уже несколько недель Чонгук страдает бессонницей, просто боясь заснуть и увидеть снова окровавленного парня. Гук даже не знает, кто он. Он ни разу не встречал человека с именем Тэ, он ни разу не видел его в жизни. Хотя в последнем он не уверен, потому что совершенно не помнит лица парня. Он столько раз проходил через это, столько раз держал его лицо в своих ладонях и все равно не может вспомнить. Эту часть сна будто вырезали, будто наложили эффект размытия на его лицо из-за чего Чонгук совсем не помнит его черты. Он осушил стакан несколькими глотками и подошёл к окну. Оно было приоткрыто, от чего ветер, задувавший внутрь, колыхал тонкую тюль. Чонгук посмотрел сквозь стекло и обратил внимание на дома напротив. У некоторых, точно как и у него самого, горел свет в окнах. Видимо, он не единственный, у кого проблемы со сном. От ночного холода Чонгук поёжился и поспешил обратно в комнату, снова бросая взгляд на часы. Он лёг в кровать, закутавшись в одеяло, и посмотрел на потолок. На чёрной поверхности были раскиданы тысячи маленьких крупинок, которые напоминали собой звёздное небо. Чонгук сам нарисовал его, как только въехал в квартиру. С самого детства он хотел засыпать, наблюдая за звёздами, и вот, наконец, он смог. На потолке были не просто звёзды, некоторые из них были соединены полупрозрачными белыми полосами, представляя собой созвездия. Почти посередине было аккуратно выведено созвездие дракона, а немного ниже созвездие большой медведицы. Где-то наверху был лебедь, а в правом нижнем углу был кусочек созвездия близнецов. У Гука вышла карта ночного неба северного полушария. Он никогда не видел южного неба, поэтому знает про его звезды только из картинок в интернете и бумажных карт. Но он надеется, что сможет увидеть хоть раз звезды юга. Есть только две вещи, которые Чонгук любит больше всего на свете. Небо и море. И не просто небо, а именно пространство космоса. Он бесконечно влюблён в бесконечность. На уроках астрономии в школе он был самым активным учеником. Ему нравилось ломать голову над загадками возникновения мира, количеством галактик и вселенных. Эти вещи такие масштабные, что, вспоминая о Земле и человечестве, Чонгук ловил себя на мысли, насколько же все ничтожно. Насколько ничтожен человек в огромном пространстве космоса. Насколько ничтожны наши проблемы и чувства в сравнении с миром. Что касается моря, у Чонгука к нему необъяснимая тяга. Он не любит плавать в море, он любит наблюдать за ним. Он любит смотреть на то, как волны бьются друг о друга, как морская пена касается песочных берегов, как меняется цвет воды в зависимости от погоды. Все это помогает ему успокоиться. Найти то самое спокойствие, которого Чонгуку порой не достаёт. Потолок был не единственной вещью в его комнате, ставшей настоящей картой. Прямо над изголовьем кровати, на светлой стене, была изображена Солнечная система. Горящая звезда в центре и девять, вращающихся планет вокруг. Хоть Плутон и планета карлик, Чонгук для себя считал его планетой солнечной системы, поэтому он тоже был на рисунке. Чон был прекрасным художником. Кисть, карандаш, не важно что именно, но все, чем он рисовал, становилось продолжением его руки. Кроме этого он ещё и музыкой увлекался и как-то даже записал несколько песен в студии Намджуна. К слову в этой студии он и познакомился с Кимом. Мужчине понравился стиль Чонгука и после первой записи Намджун позвал его к себе снова. Так Чон проводил время, когда хотел увидеться с Джуном, сильно уставал или был расстроенным. Он приходил к Киму, заваливался в его студию и рассказывал о проведённом дне, пока старший работал. И всё-таки ему правда не давал покоя этот сон. «Может он вещий?», — мысленно произнёс Гук, — «Надеюсь, что нет». Он перевернулся на бок и прикрыл глаза. Усталость начала его преодолевать и через некоторое время Чонгук все же уснул, тихо посапывая в мягкую ткань.

***

Утром его встретил дождь. Сильный, бьющий крупными каплями по большому окну в комнате Чона. Он разлепил глаза и потянулся к телефону, что был на белой тумбе около кровати. 8:32. Пары начнутся в десять и Чонгук очень надеется, что дождь к тому времени закончится. Он, конечно, любит подобную погоду, но не тогда, когда нужно идти в университет. Он лениво поднялся с кровати и, завязав небольшой хвостик на макушке, пошёл в ванную. Сделав свои утренние процедуры, он последовал на кухню, хватая стакан, из которого пил ночью, и поставил его в раковину. Чон клацнул красной кнопкой на чайнике и подошёл к холодильнику. Внутри было не особо много еды, поэтому Гук подумал, что стоит сходить в супермаркет после пар. К слову, Чонгук учился на втором курсе художественного. Да, рисование для него было не просто хобби, а мечтой всей его жизни. Он разрисовывал все, что видел, ещё с самых пелёнок. Родители, на удивление, не ругали парня за разрисованные стены, а наоборот хвалили за его талант. Конечно, они объяснили, что на стенах рисовать нельзя и Гук больше так никогда не делал. Он был послушным ребёнком. Когда ему исполнилось одиннадцать, родители подарили ему мольберт. Самый настоящий большой деревянный мольберт. Маленький Гуки был тогда вне себя от счастья и настолько любил этот подарок, что порой засыпал только, когда «Мистер Мольберт» стоял около его кровати. Чонгук достал из холодильника два помидора и один пакетик плавленного сыра. Он быстро сделал два тоста на сковородке и объединил все ингредиенты в небольшой сандвич. Гук залил кипятком пакетик чёрного чая, вынимая тот после нескольких секунд. Он не любил крепкий чай, да и крепкий кофе тоже. Он откусил кусочек бутерброда и сделал большой глоток, обжигая язык. Быстро позавтракав, Чонгук вернулся в комнату, надевая первый попавшийся свитер. Тот был темно-зелёного цвета с крупной вязкой и массивным горлом. Следом он натянул чёрные штаны из вельвета, закрепляя их кожаным ремнем на поясе. Чонгук вытянул из белого ящика тёплые носки и выбежал в коридор, по пути хватая чёрный рюкзак. Он остановился около большого зеркала в пол и взглянул на отражение. Чон выглядел не лучшим образом: немного опухшие глаза и тёмные круги под ними, растрепанные тёмные волосы и покрытая корочкой, от частых покусываний, губа. Бессонные ночи явно дают о себе знать. Он переплел маленький хвостик в более крупный и закрепил волосы маленькой резинкой. Быстро решив между курткой и пальто, он выбрал первую и накинул ее на себя. Гук завязал шнурки на высоких ботинках и открыл ящик чёрного комода, вытаскивая оттуда связку ключей с брелком Луны. Когда-то они с Чимином, будучи в стельку пьяными, увидели этот комод около одного дома, куда загружали мебель. Оба подумав об одном и том же, они просто увезли этот комод вместе с поддоном, на котором он стоял. Конечно, это можно считать воровством, и Чонгуку до сих пор стыдно за тот случай, но как же классно этот комод смотрится в его квартире. Он определённо стоил того, чтобы быть украденным. Гук не жалеет, что они с Чимином такие отбитые. Чимин, кстати, учился вместе с Гуком, так они и познакомились, собственно. Просто сели вдвоём в первый день из-за нехватки мест, так и подружились. Чимин крашеный брюнет с фетишем на все винтажное. У него самого в комнате полно таких вещей, которые так и отдают старьём. Когда Чонгук первый раз приехал к нему в общежитие, подумал, что они ошиблись дверью и это комната какого-нибудь дедули. Но плакаты с сериалами и музыкальными группами вернули Гуку уверенность, что это всё-таки была верная дверь. Он вышел за дверь, прокручивая два раза ключом в замке и побежал вниз по лестнице. Видимо, молитвы Чонгука были услышаны, потому что, кроме луж на дороге и мокрых деревьев и травы, никаких признаков дождя больше не было. Он быстро сунул наушники в уши и направился широкими шагами к универу. Спустя примерно двадцать минут, Чон уже был на месте, встречая Чимина, который бежал ему навстречу радостно что-то крича. Гук не слышал, что пытался ему донести друг из-за громкой музыки. Когда Пак сравнялся с младшим, тот вынул два вкладыша и засунул их в карман куртки. — Привет, ты чего такой радостный? — Я заказал кучу винтажных пинов в одном магазине и скоро моя джинсовка превратится в произведение искусства! — хлопая в ладоши, запищал Чимин, и направился за парнем к дверям. — Чим, сейчас ноябрь, какая джинсовая куртка? — мурашки пробежались по его коже, когда они вошли внутрь. — Ну, — Пак прикоснулся рукой к подбородку, делая задумчивый вид. — она будет красиво висеть на моей вешалке, а я буду любоваться. — Браво, Пак Чимин. Ты снова, как никогда, гениален! — они поднялись на второй этаж, проходя в аудиторию и заняли свои места. — Ай, забудь. Лучше скажи, не хочешь после пар выпить кофе? В кофейне около университета работает очень милый бариста, который каждый раз подписывает мой стаканчик, как «Бемби». — Бемби? Серьезно что-ли? — послышался негромкий смех друга и Чимин шикнул на него, потому что пара уже началась. — Чим, ты прости, но это как-то супер странно. — уже шепотом продолжил Гук. — Да все равно! Так ты пойдёшь или нет? — Да пойду, пойду. Конечно он пойдёт, ему как-никак надо рассказать Чимину про его сон и про парня в нем. Да и вообще, необычно не только наличие там незнакомого парня, но и то, что Гуку он снится каждый день. Разве не странно? «Ещё как», — подумал Чонгук, стуча карандашом по дереву.

***

Первое, что увидел Чонгук, подойдя к заведению, была небольшая вывеска с подсветкой по бокам.«Cannikin» красовалось над стеклянной дверью, приветствуя посетителей. Чимин не зашёл, он влетел в кофейню, порхая словно бабочка. Чонгук проследовал за ним и прикрыл дверь, останавливая звук колокольчиков. «Ещё ноябрь, но кто-то уже начал готовиться к Новому Году?». Он проследил взглядом за Чимином, который уже вовсю выбирал напиток. По другую сторону стойки стоял молодой парень, явно старше самого Гука. Его волосы были пепельно-серого цвета, а на носу красовалось металлическое кольцо. Вид у него был хмурый и достаточно усталый, прямо как у Чонгука. Чон тихо проговорил заказ Чимину, а сам прошёл в зал занимая столик. Стены заведения были разных цветов, но все были довольно умеренными и не слишком бросались в глаза. На одной из стен были нарисованы зелёные листья, а в самом центре находилась неоновая вывеска «Today is a very good day!». Слева от Чонгука было окно с милыми бежевыми шторами, а на подоконнике стояли куча маленьких кактусов. «Мило», — всплыло в мыслях, пока Чонгук наблюдал за другом, который пытался выпросить номер хмурого парня. Чон хмыкнул и повернулся к окну, поглядывая на небо. Его снова затягивало тучами. «— Ты помнишь, как спросил меня, верю ли я вечную любовь?» Чонгук нахмурился, вспоминая о парне с фарфоровой кожей. Что с ним случилось? Почему Чонгук так хотел его вернуть? Он поднял руку и провёл рукой по тёмным волосам, зачёсывая выпавшие пряди назад. — О чем задумался? — Чимин поставил перед ним стаканчик и сел напротив. — Твой бариста отшил тебя, Бемби? — улыбаясь спросил Чон, игнорируя вопрос парня. Он обхватил худыми ладонями бумажный стакан и сделал глоток. Ванильный латте, ну конечно. Чонгук берет только его, когда хочет кофе, потому что он некрепкий и уже проверенный на вкус. А ещё Чон с ума сходит по запаху ванили и это все объясняет. — Почему сразу отшил? — брюнет надул губы, сердито смотря на друга. — просто, он не даёт незнакомцам номера! Чонгук рассмеялся, отчего по столику прошла небольшая дрожь. — Что-то я не заметил твоих красных глаз, чтобы ты расстраивался. — пробормотал Гук, заметив грустный взгляд Чимина. Чонгук никогда не влюблялся. Его глаза никогда не становились красными, а дыхание не сбивалось, заставляя его жадно глотать воздух. Он никогда не смотрел на человек с мыслями о том, как хочет прожить с ним жизнь. Как хочет падать в объятия этого человека, чувствовать чужой запах на коже. Чонгук даже не уверен, хочет ли он узнать, какого это — любить кого-то. Он ведь влюблён в небо, в море. Возможно, любить кого-то — просто не для него. — Я не влюблён, ладно? Он просто милый. — Даже учитывая, что отшил тебя? — Даже учитывая, что отшил мен…стоп! Я же сказал, что он не отшивал, мелкий говнюк! — он в шутку замахнулся рукой на младшего. — Эй, ты старше всего на полгода! — Чонгук возмущённо взглянул на него. — Не называй меня так! — а после его взгляд наткнулся на парня с пепельными волосами, который смотрел в их сторону. Заметив на себе взгляд Чона, тот сразу же отвернулся и сделал вид, что чем-то занят. — Как хоть зовут твоего милашку? — Юнги. У него на бейдже написано. — Твой Юнги пялится на тебя. — с ухмылкой произнёс Гук. — Правда? — его щеки залились румянцем. — Нет, забудь. — он снова рассмеялся. — Чон Чонгук!

***

Хоть Чонгук и пошёл с Чимином, чтобы рассказать ему о том сне, сделать этого он так и не смог. Как только он вспоминал о тонких руках, бледной коже, о красном месиве вокруг него, голос его ломался и он не мог произнести и слова. Чего он так боялся? Это же всего лишь сон. Всего лишь сон, который снился ему порядка семнадцати раз. Они покинули кафе примерно спустя два часа. Чимин все гудел на ухо про милого парня, который был суровее тучи. А Чонгук утопал в мыслях, наблюдая за потоком прохожих на улице. Вроде бы вторник, а людей на улице словно была суббота. Все куда-то торопились, бегая туда сюда словно потерявшиеся насекомые. Или это у Чонгука уже паранойя и ему все кажется странным? Чимин вытянул его из размышлений, упоминая, что они уже около общежития, в котором живет Пак. В голову младшего всплыл пустой холодильник, поэтому Чонгук коротко попрощался с другом и убежал, громко хлюпая ботинками по лужам. Чимин только хмыкнул на это, оглядывая светлое здание. Ему не очень хотелось сейчас идти туда, а прогуляться в такую погоду, казалось чем-то глупым. Он достал из кармана телефон, набирая номер и вслушиваясь в долгие гудки. — Ух-ты, кто мне звонит! Сам Пак Чимин! — раздалось бархатным голосом на том конце, от чего Чимин непроизвольно улыбнулся. — Собственной персоной! Ты сейчас свободен? — Мм, да. Думаю, да. А ты хочешь пригласить меня на свидание? — Размечтался, мое сердце занято милым парнем из кофейни. — Да-да, Бемби. — Можно я приеду? Мне не хочется в общежитие. — немного дрожа от холода, Чимин уже направился в сторону остановки, хоть и не услышал ответ. — Конечно. Будешь пиццу? — Ты ещё спрашиваешь? Буду конечно! — Давай быстрее, а то не останется. — Да иду я! Все, Тэ, давай, я скоро. — запрыгивая в автобус прохихикал Чимин и сбросил звонок.