Берегись! или 7 дней разницы с Хёнджином

      «Пойдёшь со мной на вечеринку?»       Сообщение в час ночи, и вот я засветилась в темноте ярче светодиодной лампочки. Спать расхотелось мгновенно! Волнение пробирало до мозга костей и запускало в теле такую цепочку реакций, что под каждым миллиметром кожи взрывались фейерверки. Хотелось кричать от нахлынувших эмоций, но родители такого выпада точно не оценили бы.       Оставалось уткнуться лицом в динозаврика Хёнджина и задержать дыхание.       Казалось, такая сумасшедшая реакция была чересчур даже для романтических комедий начала двухтысячных. Только вот ничего поделать с собой я не могла. До вишенки на торте просто рукой подать!       «Когда?» — пальцы сами запорхали над клавишами.       Я пыталась унять разбушевавшиеся гормоны и вспоминала всё, что вычитала в книжках про отношения. «Постарайтесь не показывать свою привязанность сразу, чтобы заинтересовать. После свидания дайте друг другу время и не общайтесь с объектом воздыхания». Мне так и хотелось показать автору этих слов Хёнджина и спросить «Ка-а-ак? Ну как с ним не общаться?!», и с вероятностью до девяноста девяти и девяти процентов он взял бы обратно свои слова.       «В субботу у Феликса».       «Или у тебя другие планы?»       Сердце вновь зашлось в скоростном ритме, будто заправлено тройным эспрессо на гонках. Ещё чуть-чуть и крыша пересечёт финишную раньше. Я сделала глубокий вдох и постаралась унять свои чувства. Во всём виновата приближающаяся весна! И Хёнджин со всем его чёртовым очарованием!       Едва пальцы набрали ответ об отсутствии планов, как по голове ударило осознание. Есть. Надо забрать ласточку со штраф-стоянки! Наконец я почти накопила денег, чтобы выплатить штраф. Просить денег у родителей совершенно не хотелось, они и так подарили машину в честь моего поступления. Больше обременять их своими заботами я не могла.       Пара недель в эконом-режиме и питания чуть ли не картоном, но я смогла! Выжила даже без любимого кофе из кафетерия на сладких напитках Джи! И его поддержке, разумеется. Не знаю, кто из нас будет больше рад возвращению капитала на кофеин…       «Поеду после пар на штрафстоянку. Думаю, буду позже».       Вздохнула, поняв, что пропущу начало первой совместной вечеринки с Хёнджином. После празднования дня рождения мы не развлекались в общем кругу. Тогда мы собрали чуть ли не всех первокурсников и устроили большую гулянку, о которой ходили слухи по всему университету. Дошли они и до определённых людей.       Было приятно об этом узнать. В том году, до того как мы сблизились в Хваном и решились на общий праздник, я даже отправляла валентинку одному из старшекурсников. Однако среди полученных валентинок заветного имени я так и не нашла.       От ностальгии отвлекло короткое сообщение:       «Хорошо, поедем вместе. Поспи~».       После свидания прошла всего пара дней, но я уже безумно скучала по Хёнджину. Всё вышло так сумбурно и неожиданно, что мы так и не объяснились в чувствах. Он отвёз меня домой и пообещал написать. Наутро мне действительно пришло сообщение. И курьер с цветами. И открытка. И мой любимый вишневый пирог. Удивительно, что Хван устроил это всё буквально на следующий день! Только на парах с тех пор не появлялся, да и смежных занятий практически не было.       Феликс, в отличие от своего друга, наоборот, прилежно посещал университет. Тем более после соревнований ему было необходимо нагнать программу и сдать несколько самостоятельных работ. Активно помогал тхэквондисту мой квокка, вдруг открывший в себе талант к преподаванию. Чудеса! По всей видимости, мои попытки объяснить ему пройденный материал увенчались успехом, и Джи теперь сам помогал другим.       От Феликса Хан мимоходом узнал об отельных делах Хёнджина. Оказалось, его семья готовится к большому проекту, поэтому отрада очей моих пропала из поля зрения. На самом деле, после свидания в империи Хванов я искренне удивлялась, что Управляющий Принц вообще посещал занятия и изучал юриспруденцию. Была ли в этом такая необходимость?! Тем более ни интереса, ни любви к праву в Хёнджине не было…       Эти дни тянулись особенно долго. Казалось, будто кто-то намеренно растягивал плёнку с моей жизнью и давал пожевать вторую часть своему мопсу. Страсти в университете были на пике — мы с Джисоном собирали свежие сплетни, пока не узнали, что самой обсуждаемой темой стал Хёнджин. Несколько бесстыдных первокурсниц даже положили на него глаз! Стоило узнать об этом, как у меня возникла идея нового маникюра — кошачий коготь, чтобы расцарапать любую, кто рискнёт к нему приблизиться!       К счастью, Хёнджину не было до них дела.       Только вот его появление на празднике всех влюбленных определённо произвело фурор и привлекло к нему достаточно много внимания.       И мысли вновь свернули к тому самому дню.       В тот вечер еле отговорила Хана от ночёвки в моем доме! Эта мохнатая квокка яро убеждала, что после свиданий с парнями мечты полагаются девичники! Но во мне бурлило столько эмоций, что никакие слова не помогли бы всё выразить. Нужно было остаться с ними наедине. Прочувствовать каждую. Разобрать на ниточки и вычесать колтуны. Разве могла я произнести вслух всё, что не признала даже внутри себя?!       Облечь свои чувства в строки дневника у меня получилось только на следующее утро. Проснулась ни свет ни заря (хотя спала ли?) и бережно прописала каждую деталь, от которой трепетало сердце. Свидание, напоминающее сон. Слишком сладкий и волшебный, чтобы быть правдой. Слишком хороший, чтобы иметь продолжение.       В субботу мы с Джисоном договорились встретиться в кафетерии до пар.       Получив самый желанный на свете карамельный раф, я была готова взвыть от счастья! Казалось, во мне открывались третий глаз, восьмая чакра и неизвестный кофеиновый монстр. Хан на всякий случай передал мне салфетки и отодвинулся на безопасное расстояние.       — Не припомню, чтобы ты хоть раз радовалась мне так же сильно, как стакану кофе, — обиженно фыркнул друг, сделав смачный глоток газировки. Выглядел он при этом будто сомелье, отведавший уникальное вино.       — Тебя в моей жизни предостаточно, а вот кофе был под запретом! — хихикнула я, чокнувшись с воздухом.       Стеклянные окна кафетерия впускали внутрь мягкий утренний свет. Ненавязчивая музыка лилась из колонок, перемешиваясь с оживлёнными беседами студентов за столиками. Они вовсю обсуждали предстоящие проекты и делились учебными планами, а мне хотелось растянуться прямо тут и поспать часок под хруст чипсов Джисона.       Поняв, что соблазн слишком велик, я отказалась от сна в слишком уютном кафетерии, а друг — от заманчивой выпечки, которая будет готова с минуты на минуту. Легендарный подвиг. Чтобы не опоздать на первую пару, мы двинулись к выходу.       — Кстати, Феликс пригласил к себе на вечеринку. Ты пойдёшь? — Хан ловко обогнул двух первокурсниц прямо на входе в кафетерий.       — Меня тоже пригласили, — протянула я, проверяя, не капнула ли кофе на белоснежную рубашку с воланами.       — Хёнджин? — удивлённо расширились глаза квокки. — А ты знаешь, кто ещё там будет?       Я задумалась. Такие подробности мне точно не были известны, а вот на лице друга взбитыми сливками было написано: он в курсе. Хитро сощурилась и настолько дружелюбно, насколько это возможно, пропела:       — Колись, а то съем!       Джисон на всякий случай просканировал, что съестного держал в зоне досягаемости, и безоружно кивнул. С голодной мной он точно не хотел иметь дел. Тем более с запечатанной пачкой Скиттлз в кармане.       — Чан!       — Какой? — перебрала в голове с дюжину имён студентов с параллели и курсов ниже, не понимая, о ком именно речь.       — Да тот самый! Наш оззи друг! — досадно воскликнул Хан, едва не расплескав газировку на себя и на меня.       Я замерла.       — Подожди. Бан Кристофер Чан? Который выпустился?!       Слава богу, я не успела глотнуть кофе, иначе он пошёл бы носом. И дело вовсе не в кофе, а в этом Бан Чане, которому я адресовала свою первую валентинку! Кто бы мог подумать, что уже этим вечером мы вновь встретимся лицом к лицу… особенно если вспомнить, что его валентинка случайно ушла в руки не самого Чана, а его близкого друга. Весьма нахального друга.       К счастью, этот маленький позор остался между нами. Джи предупреждал, что валентинку лучше не подписывать, только я не удержалась. Чересчур сильно хотела убедиться, что тогда ещё третьекурсник обратит внимание на новенькую. Так вот. Обратил. Но не только он.       — Как я понял, они дружат семьями, — для пущей убедительности Хан взмахнул рукой, объясняя весь масштаб. — Но не переживай! Не думаю, что он тебя запомнил!       Друг ярко-ярко улыбнулся и ускорился в шаге. Мой обречённый вздох затерялся в гуле коридора. С одной стороны, мне бы радоваться его словам и отпустить старую промашку, а с другой… Джисон напоминал того самого оптимиста из ужастиков, которого монстры забирают первым. Безнадёжный Хан Джисон.       И если Бан Чан до сих пор меня помнил, один из моих самых страшных кошмаров воплотится уже этим вечером!

* * *

      Пары, к моему удивлению, пролетели достаточно быстро. После занятий мой квокка бросил, что встретит меня уже на вечеринке и помчался к Феликсу. Тхэквондист, по всей видимости, собирался созвать весь универ, раз почти половина сокурсников поспешила к нему на помощь. В их числе оказался и Джи.       На секунду я задумалась о Хёнджине. Наверняка, если бы не проблемы с моей машиной, он тоже весь день проторчал бы в доме семьи Ли. Но Мистер Идеальный не сбавлял оборотов. Он действительно выбрал меня. И это открытие льстило мне гораздо больше любых комплиментов.       Когда я вышла после пар на крыльцо университета, морозный воздух лизнул щёки и забрался под ворот пуховика. Сразу застегнула его доверху и сбежала с лестницы. Вихрь холодного ветра танцевал между столбами здания, словно невидимый джин, пробуждающий зимнее волшебство. Казалось, будто кислород заменили на толстую плёнку сладкого предвкушения. Пахло горячими напитками и сладкими духами сокурсниц.       Студенты, обёрнутые в тёплые шарфы и пуховики, выбрались во двор после тесных аудиторий. Ребята кучковались группами и смеялись, словно холод был всего лишь поводом для веселий. На самом деле, большинство горело от нетерпения. Всем хотелось попасть на вечеринку Феликса. Звуки живой беседы и смеха сливались с хриплым треском замерзающих веток.       — Они точно встречаются! — выловил слух неосторожную фразу.       Я скользнула взглядом по стайке второкурсниц и узнала среди них двоих. Однажды они обращались ко мне за помощью в проекте по основам Конституции и права. Любопытно. Заметив непрошенное внимание с моей стороны, они умолкли. Секундное молчание сменилось оживлённым шёпотом, сопровождаемым скошенными глазами.       — Привет, Нари, — ослепительно улыбнувшись, шагнула к девушкам. — О, и ты тут, Минджи, — скорчила притворно удивлённую гримасу самой шумной из них.       — Привет, онни, как дела?       Их лепет отдавал тем же хитрым притворством. Мне ли не знать?       — В университете новая парочка? В последнее время узнаю все новости слишком поздно, — обиженно хныкнула, проверяя реакцию.       — Да нет, несут всякую чепуху и даже не задумываются, — ответила девушка с удлинённым каре. Первокурсница.       — Точно, у этой пары никаких шансов нет, — поддержала её Нари, сложив руки на груди.       — Вот как… — задумчиво протянула я, обводя студенток оценивающим взглядом. — Понятия не имею, о ком вы, но все отношения заслуживают шанса. О, за мной приехали!       Тон сразу смягчился, и я помахала Хёнджину, который уже стоял за воротами, наблюдая за нами. Как всегда, идеальный — в чёрных джинсах и водолазке с удлинённым серым пальто и небрежно закинутым кашемировым шарфом. Элегантно, просто, со вкусом. В голове маякнула мысль «принц». Тот самый, которому кланялся каждый в семейном отеле. Когда парень помахал в ответ, я поправила лямку сумки и поторопилась к нему.       — Говорю же, встречаются! — услышала за спиной шипение Минджи.       Усмешка коснулась губ, но её было слишком легко спутать с улыбкой. Только Хван, приблизившийся ко мне, заметил чертят в глазах. Он завёл светлую прядку волос за ухо и шагнул ко мне.       — И что же тебя так развеселило, принцесса? — вкрадчиво поинтересовался Хёнджин, едва я поравнялась с ним.       — Они думают, что мы встречаемся, — заговорщицки шепнула в ответ, кивнув в сторону университета.       — Неужели? Может, стоит им подыграть? — ответил в тон Мистер Идеальный.       Его глаза хитро сощурились и он, сделав полшага, заключил меня в тёплые объятия.       — Прости, что заставил ждать. Ты, наверно, замёрзла, — пробормотал Хван, сам смущаясь своих действий.       — Хён… джин… — воздух застрял где-то в гортани, что ни глотнуть, ни вдохнуть.       Мелко-мелко задрожала, чувствуя, как асфальт под ногами превращался в зыбучие пески. Я неуверенно подняла руки, обнимая в ответ и жмурясь изо всех сил. Только бы это не было сном! Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Почувствовав неумелое касание над складками пальто, Хван крепче сжал меня в тисках. Ванильный табак заплясал перед глазами искрами от невероятной близости. Терпкий аромат щекотал нос, пока я не знала, куда себя деть от смущения.       Почти касаясь губами уложенных волос, Хёнджин шепнул:       — Надеюсь, достаточно убедительно. Поехали.       Он отпрянул, коротко заглянул в глаза и, удостоверившись, что я не улетела в Нирвану, подвёл за руку к машине. Когда дверца открылась, я заметила водителя и метнула вопросительный взгляд на спутника.       — Это господин Ли, наш семейный водитель, — пояснил он, приглашая сесть.       Едва я успела сесть и поздороваться, как Хёнджин расторопно обошёл авто и сел с другой стороны. Короткий кивок — сигнал водителю. Мы тронулись с места, вновь оставляя удивлённых студентов за спиной. Только на этот раз не было мальчишеского кича. Только элегантный пафос, которым Хван ни разу не отличался.       — Думала, ты сам будешь за рулем, — ляпнула, чтобы разрядить неловкое молчание.       — Господин Ли оставит нас на штрафстоянке. Если принцессу устроит, на этот раз я займу пассажирское, — усмешка коснулась пухлых губ Хёнджина.       Он сел вполоборота и стал беззастенчиво меня разглядывать со смешинкой в глазах. Чувствуя, как краска прилила к щекам, я сжала ручку сумки. Желание достать зеркало и проверить, всё ли в порядке с макияжем, достигло пика и прибило мою самооценку где-то ко дну Марианской впадины. Лишь бы тушь не осыпалась и волосы не растрепались! Иначе пропишусь под седьмым слоем океана и буду дружить со Сквидвардом!       — Только если не будешь смотреть на меня так, — выпалила, даже не глядя в сторону Хвана.       Он рассмеялся в ответ.       — Может, я ради этого и прошусь, — хохотнул Хёнджин, еще больше раззадорившись.       Кажется, всё это время боженька оберегал мою психику. Загадывая свидание со своим Мистером Идеальным, я и понятия не имела, какому кокетству мне предстояло противостоять! Но дьявол сорвал с цепи зубастого Цербера, и теперь Хёнджин искусно хлопал глазками, протаскивая меня в самое пекло ада. Почему? Да потому что не выйди у меня ничего с ним — буду проклинать себя ещё больше. Сложнее всего отказаться от сладкого, когда познал его умопомрачительный вкус.       А как быть с самым лакомым кусочком, который останется нетронутым, я понятия не имела.       — Звучит так, будто ты пытаешься меня обольстить, — фыркнула, всё же встретив прямой медово-карий взгляд.       — Никакой лести, — обезоруженно поднял руки Хёнджин, звякнув парой браслетов. — Я просто рад тебе.       И сказал он это так легко и искренне, так открыто и мягко, что я растерянно выдохнула, не веря своим ушам.       — Я тоже, — буркнула, надеясь, что парень не расслышал меня, и отвернулась к окну.       Город размеренно плыл мимо меня, а я — перед Хёнджином. Дружить с ним было легче всего. Тогда я не выбирала слов, а его взгляды не выбивали почву из-под ног. Я общалась с ним почти так же фривольно, как со своим квоккой. Почти. У Управляющего Принца были идеально очерченные границы. У меня, как оказалось, тоже.       Мы напоминали два одинаково заряженных магнита, которые находились в спокойном состоянии, а когда их попытались столкнуть — с той же силой отскочили друг от друга. Но, видимо, чей-то заряд изменился за этот год. Изменился настолько, чтобы меня безжалостно тянуло к Хвану.       И чем дольше мы не общались, тем мучительнее становилось мне.       — Хван Хёнджин.       Дух во мне собрался сам по себе. Впервые я произнесла его полное имя — без дрожи в коленках, без сводящих от сладости скул — осталась лишь решительность.       — Принцесса, ты выглядишь так, будто выносишь мне приговор, — отозвался бывший друг, приподняв уголки губ.       Мягкость в его тоне едва не сбила меня снова с толку. Вопреки своим ожиданиям, я выдержала прямой взгляд и сохранила твердость. Спутник, поняв, что предстояла серьёзная беседа, нисколько не смутился. Улыбку в глазах заменила серьёзность — Хёнджин почти незаметно кивнул, прося продолжить.       — Есть вопросы, которые мучают меня, и только твой честный ответ поможет мне избавиться от сомнений.       Я продолжала следить за каждым изменением в лице собеседника. К счастью, он слушал со всем вниманием и готовностью отвечать — и я надеялась — честно. Мы мягко затормозили на светофоре, и мельтешение за окном не отвлекало ни меня, ни Хвана.       — Что тогда между нами произошло? — из сотен вариантов, прокрученных в голове, из всех подобранных слов, в кривую фразу собралась эта неудачная комбинация, о которой я пожалела в ту же секунду.       Любопытный взгляд водителя лишь на долю секунды мазнул по зеркалу заднего вида. Хёнджин заметил это движение. Краем глаза уловил, но сделал вид, будто ничего и не было. Прикусив язык, я сверлила бывшего друга и чувствовала, как в уголках глаз собирались слёзы.       Пожалуй, для Хвана это выглядело как оскорбление чести девушки. Об этом буквально кричал его растерянный вид, а мне просто было больно — слишком сильно прокляла свой язык, что возмездие вернулось в облике недооцененной остроты зубов.       — Только не плачь, пожалуйста, — взмолился Хёнджин, доставая платок. — Я отвечу на любой твой вопрос, клянусь, — сложенные домиком брови и взволнованный взгляд едва не заставили меня расхохотаться.       — Это было больно, — цокнула, удостоверившись, что кровь не выступила.       Для Мистера Идеального «больно» приобрело совершенно иной оттенок, как и синяки на противниках Феликса.       — Я никогда не хотел причинить тебе боль, — активно замахал руками Хёнджин, выпучив глаза. — Просто должен был уладить некоторые дела!       — Ты о чём? — прищурилась, аки слабовидящая змея перед кроликом.       — Отель, понимаешь, — начал подбирать слова загнанный в угол Хван. — Отец хочет доверить мне новый филиал, поэтому я как проклятый впахивал на семью. Да и на юридический пошёл по отцовской указке — юрист в таком деле нужен из своих, чтобы не одурачил.       Видно, он действительно испугался за моё состояние. Говорил так сбивчиво и торопливо, чтобы ничего не упустить, будто через две секунды на него гончие нападут. Но ответ Хёнджина мне говорил мало о чём. Ну, работал и работал. У нас полкурса совмещало учёбу и работу! А тот самый Бан Кристофер Чан и вовсе втесался в команду самого знаменитого юриста в городе. Дел там точно невпроворот!       — Это всё замечательно, но, — недовольно свела брови, — почему это мешало тебе дружить со мной так же, как с Феликсом, например?       На долю секунды мне показалось, что Хван смутился. Он шумно втянул воздух, бросил взгляд на пейзаж и вновь остановился на мне. Только теперь он смотрел не виновато или обеспокоенно. Выглядело так, будто я только что обличила изъяны Мистера Идеального.       — Ты уверена, что хотела бы знать ответ на этот вопрос? — медовые глаза сощурились, впустив крапинки любопытства.       Хёнджин склонил голову набок, ожидая ответной реакции. Тело ответило на пристальный взгляд с хитрецой взрывом в муравейнике. Иначе объяснить набег этих многолапых вдоль спины до самого загривка я не могла.       Игнорируя кульбиты желудка, я кивнула.       Бывший друг хмыкнул и снова абсолютно искренне выдал:       — Потому что с тобой я бы не смог дружить.       Пока невидимой беличьей кистью на щеках рисовали румянец, я оторопело глядела на нисколько не растерявшегося Хёнджина. Наоборот, он с огромным удовольствием наблюдал, как менялись эмоции на моём лице — от непонимания до осознания и самого глубочайшего смущения.       Ни одно чёртово слово не приходило в голову, и вместе с тем они все свалились в единую кучу, которую не распутать. Я молча переваривала услышанное и припоминала привычку друга. Он как никто другой умел говорить самые неожиданные вещи с лицом невинного младенца. Надувал и без того пухлые губы, разглядывал детали и выстреливал такими острыми фразами, что сердце пропускало удар или живот сводило от смеха.       К моему счастью, отвечать не пришлось — мы доехали до штрафстоянки.       Водитель учтиво открыл дверь Хёнджину, а он обошёл авто и помог мне выйти. Около получаса времени мы потеряли в этой кроличьей норе по вине инспектора, который решил прочитать мне все нотации разом, припомнить правила дорожного движения и только потом проводил к моей ласточке.       — Ваш штраф и пени оплачены, — сообщил инспектор, подавая документы на подпись.       — Но деньги… я ещё не успела… — попыталась возразить, глядя на закрытый счёт.       — Прибереги их до следующего раза, — усмехнулся Хван, сложив руки на груди.       — Эй! — зыркнула на бывшего друга и поторопилась заверить представителя закона: — Такого точно не повторится, обещаю!       Хёнджин, как и полагается джентльменам, прыснул в кулак и явно повеселел. Я хотела было психануть, но поймала себя на мысли, что сейчас — вот сейчас — он вёл себя как обычно. Без будоражащих долгих взглядов и чересчур милых жестов. Хотя оплаченный штраф однозначно относился к их числу…       Когда мы выехали со штрафстоянки, я напряжённо следила за дорогой и навигатором. За время разлуки успела отвыкнуть от руля, а пристальное внимание чертёнка в соседнем кресле не облегчало задачу. Выглядел он при этом так, будто на месте заговаривал меня и вот-вот дунет-плюнет или что там делают в приворотах?!       — Ну перестань, — уже взмолилась, вызвав короткий смешок.       — Ты так вцепилась в руль, что это даже мило, — свесил голову набок Хван. — Принцесса, неужели ты настолько нервничаешь?       — Да нет, переживаю, что руль куда-нибудь закатится, — нахмурилась я, бесконечно благодарная за то, что мы почти у дома Феликса.       — Прямо как твои глаза? — решил сострить непутёвый друг.       — Нет, твои шарики за ролики, — парировала, даже не задумавшись о смысле слов.       Хёнджин прыснул и отвернулся. Слава всем богам, доехали мы спокойно! Я даже сердечного приступа не получила, ага. Дом гудел от шума. Просто приближаясь к закрытой двери, мы почувствовали весь творящийся балаган. Секунда — и мы погрузимся в этот водоворот музыки и веселья, зачинщиком которого оказался… Феликс. Он редко устраивал вечеринки. Чаще всего, когда родители улетали в Австралию. Но каждую его вечеринку с тёплым трепетом вспоминали все. Неудивительно, что сам Бан Кристофер Чан согласился прийти!       Но переживала я из-за другого.       Это было наше первое появление с Хёнджином на людях. Конечно, университет уже полнился слухами и догадками, однако официального подтверждения наших отношений не получила даже я. Было бы забавно узнать всё самой последней. А с учётом длины языка у местных недоюристов к этому всё и шло.       Я так и не переодела свою белую рубашку и джинсы клёш, в которых пришла на пары. К счастью, вид был в целом сносный. Понятия не имею, решилась бы я иначе показаться сегодня на вечеринке на все курсы сразу.       Шум веселья, запах пряных блюд и яркие краски везде, куда ни глянешь — двухэтажный частный дом вывернул это всё на нас, стоило переступить порог. Радостный Феликс сразу вынырнул из ниоткуда, чтобы поприветствовать лучшего друга и заодно меня.       — Чего так долго? — усмехнулся Ли, награждая Хёнджина фирменной пятюней.       — Решали дела с моей принцессой, — без тени растерянности и ехидства ответил тот, принимая удар.       Я была абсолютно уверена, что мне это просто послышалось за громкой музыкой, пока Хван не обратился лично:       — Пойдём, принцесса?       Сглотнула, осоловело таращась на Мистера Идеального. Было до жути непривычно слышать такое обращение в присутствии других, даже близких людей. Впервые я пожалела о своей надменной шутке и задумалась, насколько странно и безвкусно это звучит для окружающих.       — Можешь не называть меня так? — дёрнула Хёнджина за рукав пальто, смущённо скосив глаза.       — Почему это? Мне нравится, — пожал плечами бывший друг и игриво дёрнул бровями: — К тому же я просто называю всё своими именами, принцесса!       — Я Суджин, просто О Суджин! — нет, на щеках не выступил румянец, это были две новые планеты Марс, клянусь!       — Дай ему хотя бы с тобой побыть милым, — хохотнул Феликс, пихнув друга в бок. — Его уже вся мужская половина универа ненавидит!       Хёнджин бросил красноречивый взгляд на друга и звучно цокнул.       — Не слушай его, принцесса, он уже перебрал ананасового сока. Давай помогу снять пальто, — Мистер Идеальный тщательно следовал каждому пункту в кодексе джентльменов, заставляя всё внутри меня трепетать.       — Ладно-ладно, проходите скорее, иначе всё веселье пропустите, — перекрикивая новый трек, Феликс кивнул в сторону гостиной и отвлёкся на других новоприбывших.       — Пошли, — Хёнджин расторопно повесил верхнюю одежду на переполненную вешалку и потянул меня за собой вглубь дома.       Судя по количеству народа, в университете могли не строить целых три корпуса. Хватило бы и одного частного дома. Каким-то чудом гости Феликса не просто помещались внутри, но и вполне себе неплохо развлекались — большую комнату превратили в танцевальный зал с баром, гостиная и кухня ломились от количества еды, а между всем этим действом ребята умудрялись играть в бир-понг и проводить турнир по дартс. Феликс действительно постарался на славу.       Мы протискивались между снующими то на кухню, то в обратном направлении студентами, пока по пути меня не перехватил Джисон. Разумеется, шёл он из кухни.       — Наконец-то ты пришла! Привет!       На радостный ультразвук друга вполне могли бы отозваться киты. Он вперёд меня полез обниматься с Хёнджином, совершенно игнорируя свои забитые снэками руки. Над двумя пачками чипсов квокка удерживал тарелку со свежими экзотическими закусками, какие я видела лишь раз. В кафе семьи Бан.       В комнате, по ощущениям, резко стало прохладнее градусов на пять, когда я осознала — он уже здесь. Осмотрелась в поисках знакомой короткой стрижки австралийца. Н-да. В такой толпе было невозможно кого-то разглядеть. А ещё он вполне мог прятаться в каком-нибудь укромном уголке, прямо как вся австралийская живность.       — Мы готовимся к турниру по дартс, присоединяйтесь! — Джи кивнул в сторону трёх мишеней, поясняя: — Составляем команды.       Я ещё раз огляделась по сторонам. Столкнуться с Крисом даже в таком большом проходе было гораздо вероятнее. Если бы он возник за мной во время турнира, дротик вонзился бы явно не в ту цель.       Улыбнувшись, покачала головой:       — Сыграйте лучше с Хёнджином, я приберегу силы для бир-понга.       — Надеюсь, ты стреляешь хорошо!       Прежде чем Хван успел хоть что-то возразить, Джисон закусил пачку чипсов зубами и освободившейся рукой потащил отраду моих очей сквозь ребят напролом. Тот лишь успел кинуть на меня жалобный взгляд, что я не сдержала смешка. Можно подумать, я передала его в руки инопланетян!       Джисон не упирался и уже даже не спрашивал, умела ли я пить — на втором курсе я почти стала пивной королевой. Что ещё мне оставалось, после того как Хёнджин внезапно разорвал нашу дружбу, а я поняла, что успела в него влюбиться?! Разумеется, страдать! И по возможности опустошать банку за банкой при отдельных обстоятельствах. Например, как сейчас.       Потому мой выбор и был очевиден. Вместо средоточия клубной музыки я направилась в гостиную, где можно было начать тренироваться до бир-понга. Здесь людей было относительно меньше — какая-то сторона дивана даже пустовала. Заприметив себе местечко, взяла пиво и уселась на диван.       На другом его конце болтали второкурсники. Одного я даже узнала по вихрастой причёске. Это был Ян Чонин, любимец почти всех (особенно самых сварливых) преподавателей. Узнала я о нём как раз от Минджи и Нари, которые возмущались его лёгкому получению оценок. Каким-то образом Чонин совмещал в себе острый ум, заточенный под учёбу, и шебутной характер — идеальный для любых тусовок.       — О-о-о! Чего так долго! — вдруг воскликнул Ян, отвлекая меня от заветной банки.       Он вскочил с места и совсем фамильярно обнялся с… Минхо.       Я поджала губы, наблюдая, как тот самый Ли Минхо, который выпустился с Баном, по-братски приветствовал второкурсника. Да они от силы пересекались в универе, когда Чонин только-только поступил! Когда же они успели подружиться?!       Минхо тем временем успел заметить в углу дивана меня.       — Глазам не верю, неужели это университетская чёрная кошка?! — улыбаясь во все тридцать два, он проигнорировал остальных воодушевлённых мальчишек и плюхнулся на второй диван напротив.       Я вымученно улыбнулась. Из всех возможных раскладов карт я только что вытащила дурака. Ох уж это везение…       Отставив пиво на столик перед собой, закинула ногу на ногу и ответила ему в тон:       — Глазам не верю, неужели тебя впустили сюда после прошлого раза?!       Ли расхохотался, вальяжно откинувшись на спинку дивана. Джинсовая куртка сразу задралась, из-под футболки показался небольшой шрам на пояснице. Заинтересованные второкурсники подсаживались всё ближе, чтобы ничего не пропустить. Судя по огню в их глазах, они готовились делать ставки на бой почти такого же масштаба, как между Макгрегором и Хабибом. Почему? Потому что никто не мог гарантировать, что я не выцарапаю глаза этому подлецу. Особенно после его выходки с моей валентинкой.       — Да ладно тебе, Су, — запустив пальцы в волосы, Минхо усмехнулся. — Во-первых, у меня карт-бланш с Чаном. Во-вторых, Ликс умудрился пригрозить даже мне. Сегодня я с миром.       Свела брови, ни капли не доверяя словам этого хитрого лиса. Пока в голове искала менее язвительный вариант ответа, Ли совсем уж фамильярно потянулся к моей банке.       — Возьми другую, — перехватила её первой.       — Вот змея… такая жадная, — беззлобно возмутился выпускник, сцепив пальцы в замок и опираясь на колени.       — От гадюки слышу! — прошипела, злобно сузив глаза. — Ненавижу, когда трогают моё.       — Ну раз вы родственники, то чего ругаться? — по плечу парня хлопнула увесистая рука. — Прости его за тот раз. И за этот. Он больше не будет.       Вмиг растеряв свой пыл, я беззащитно подняла глаза. Передо мной стоял Бан Кристофер Чан. Собственной персоной. Всё такой же очаровательный, только волосы отросли, да и сам ещё больше возмужал. Несмотря на чёрные джинсы с огромными разрезами на коленях и толстовку с принтом Metallica, теперь его было проще представить в строгом деловом костюме.       Крис смущённо улыбнулся и подвинул друга, сев напротив меня.       — Да и прошлый раз я облажался, прости, — он неловко почесал затылок и обратил внимание на мою банку: — Хочешь, открою?       — Спасибо, — совсем стушевалась я, будто под гипнозом передав пиво Бану.       — А мне не дала, — язвительно фыркнул Минхо, закатив глаза.       — Он помогает открыть, а не отбирает моё, — процедила в ответ.       — Да ладно ребята, чего вы не в духе? Феликс вон как постарался, — попытался разрядить обстановку австралиец. — Может, вам обоим действительно стоит выпить.       Одного его взгляда было достаточно, чтобы друзья Чонина спохватились и предложили свежие напитки. Ли усмехнулся, но пиво взял. Приняв это за добрый знак, Чан заметно расслабился и вернул мне мой несчастный напиток. Пиво раздора, ей-богу! Сам Чонин подсел ближе к старшему другу и чокнулся с ним банками, отвлекая внимание на себя.       — Как ты поживаешь? Наверно, учёба даётся легко? — поинтересовался Крис. — Хотя, если вспомнить мой третий курс, всё было из рук вон плохо, — снова почесал он затылок.       — Я думала, на третьем курсе ты как раз учёбой и был занят, — неудачное признание напоминало о себе, как пиявка на шее.       Только Бан собирался ответить, как из-за его спины нарисовались второкурсницы. Изрядно пьяные, весёлые и шумные. Минджи, по всей видимости, набралась больше всех, потому что уровень её шума превысил все возможные нормы.       — Так вот вы где! — вскричала она, едва завидев друзей. — Давайте сыграем!       Девушка залпом осушила бутылку и звучно поставила её на столик. Две её подруги, включая Нари, оттеснили меня ближе к своим сокурсникам, сами подсаживаясь напротив выпускников. В их пьяных глазах тонул здравый смысл, булькая типично девчачьим хихиканьем. Я, абсолютно уверенная, что ребята постараются их отговорить и вразумить, приложилась к пиву. Оно, к слову, едва не пошло носом, когда Минхо, снова оказавшийся напротив, ехидно промурлыкал:       — А давайте. В бутылочку на поцелуи.       Глаза его при этом хитро сощурились. Я почувствовала, как густо покраснели щёки, от одного его намёка. Чёртов Ли! Неужели он запомнил всё слово в слово?! Даже пихнувший локтем в бок Кристофер был бессилен перед его наглостью.       Он виновато посмотрел на меня и попытался усадить друга, когда тот полез за бутылкой под радостное улюлюканье девчонок.       — Чан, это вечеринка, брось! На вечеринках принято делать глупости и веселиться, что тут криминального?! — включил дурачка Минхо, будто не он только что цитировал фразу из моей валентинки.       — Я думал, мы уже закрыли эту тему, — тоном тише и ниже осадил его Крис.       — Закрыли. Девочки хотят поиграть, не видишь? — парировал Ли и подмигнул развесёлым гостьям.       — Я не хочу, — вскочила на ноги, но не успела выйти из-за дивана.       Бутылка уже безжалостно закрутилась на столе и остановилась.       — Смотри-ка, чёрная кошечка, — хмыкнул Минхо, взглядом указывая на выпавший жребий.       Второкурсники дружно начали присвистывать, а выпускник поднялся следом за мной. Я с ужасом поняла, что бутылка указывала на меня и… на самого Минхо. Если в колоде две карты дурака, то они обе оказались в моих руках.       Твою мать, Фортуна!       В последнюю очередь я хотела, чтобы Ли снова припоминал мою валентинку. Особенно в присутствии этих любопытных сорок. Слухи точно разлетелись бы по университету почти мгновенно, а с ними и мой позор, приукрашенный пьяными бреднями. Но и соглашаться на поцелуй с ним… это явно выше моих сил!       Я была достаточно глупа, безрассудна и самоуверенна, чтобы настолько безвкусно подкатывать к Бану в своё время. Из всех возможных вариантов признания я выбрала самую идиотскую — сказала, что сыграла бы в бутылочку на поцелуи только с ним. И, как назло, в его шкафчик первым полез Ли за какой-то тетрадкой. Моё имя с сердечком на валентинке отпечаталось у засранца в памяти настолько хорошо, что даже выпуск из университета не спас меня от дурацких шуток.       — Кажется, я чуть не пропустил всё веселье?       От одного голоса Хёнджина я едва не прослезилась на месте. Он без особых усилий перемахнул через диван, чуть не задев бестактных второкурсников. Готова поклясться, нарочно. Встав рядом со мной, Хван легко переплёл наши пальцы, пока я оторопело глядела на его профиль. Он не смотрел на меня — взгляд, полный вызова, отвечал Минхо.       — Тск, — Ли хмыкнул. — Мы просто играем, Управляющий.       Ни один мускул на лице Хёнджина не дрогнул.       — На поцелуи? С моей девушкой? — он приподнял брови, удовлетворённо отмечая растерянность выпускника.       — Ребята, хватит, — Чан тоже поднялся с места.       Его замечание пролетело мимо ушей. В голове эхом отзывался голос бывшего друга. «С моей девушкой». Эти слова прикоснулись к душе, как первый луч солнца после долгой зимы. Кажется, весна наступила раньше положенного — внутри всё вдруг согрелось, и ладонь Хёнджина, сжимавшая мою, вдруг стала пламенным центром Вселенной. Хотелось схватить Хвана за щёки, заставить смотреть на себя и спросить-уточнить-убедиться «Мне не послышалось? Что ты только что сказал?».       Студенты потихоньку стягивались к нашим диванам. Казалось, ещё немного, и начнётся потасовка. Совсем, как в прошлый раз, но тогда Минхо цеплялся к Чанбину. Он тоже был не из робкого десятка, тем более занимался боксом. Соседи тогда едва не вызвали полицию, а Феликс почти на год прикрыл вечериночную лавку.       Наверняка он раз сто пожалел, что впустил Минхо в дом. Даже со всеми богическими закусками из кафе семьи Бана.       — Принцесса моя, тебе было весело? — самым мягким и сладким тоном поинтересовался у меня Хёнджин.       Его взгляд вмиг изменился, стал тёплым-тёплым. Я, только что жаждавшая его внимания, совершенно растерялась. Оказывается, смотреть в глаза парня, который тебе нравился до полуобморока, и слышать от него «Принцесса моя» гораздо выше моих сил!       Мистер Идеальный (теперь совершенно точно!) слегка сжал мои пальцы, и я сразу опомнилась.       — Мне не было, — честно призналась, игнорируя прожигающего во мне дырку Минхо.       — Неудивительно. Я бы тоже не хотел с ним целоваться, — фыркнул Хёнджин, вызвав смешки у парней.       Однако до них дела не было ни у него, ни у меня. Одним только взглядом Хван попросил у меня разрешения на то, от чего я никак не могла отказаться. В бутылочке надо целоваться?       Мы сыграем, но по своим правилам.       Поэтому я почти была готова, когда он поцеловал меня при всех. Только на этот раз не было той наивности, с какой я припала к его губам впервые. Хёнджин развернул меня к себе и крепко обнял за талию. Настолько, что блузка сразу нагрелась от прикосновения и я буквально кожей почувствовала жар его рук, украшенных браслетами. Безумие. Хёнджин целовал настойчиво, глубоко, страстно. Буквально каждым микродвижением подчеркивал, что мы теперь пара. От этого я горячилась еще сильнее. Осмелев, ответила на решительность своего Мистера Идеального и, закрыв глаза, позволила телу вести. Совсем как между строк в моих дневниках.       Где-то на периферии были слышны удивленные голоса, совсем близко пыхтели Минджи с Нари, а недалеко от них Бан пытался приструнить язвительного друга. Бан Кристофер Чан. Моя первая университетская любовь. Прости, но ты давно не в моём вкусе. И всё это уже не имело значения.       Что действительно важно — тот, кто ответил мне взаимностью. Тот, кто поддержал меня в нужный момент. Тот, кто сыграл со мной в бутылочку и в судьбу.       И имя, которое теперь можно повторять-повторять-повторять. Сладкое, с лёгкой кислинкой, как вишенка на торте. И от одной мысли о нем становилось вкусно, как от самого лакомого кусочка.       Мой Хван Хёнджин.

Тем временем на лестнице

      — Слава всем святым духам, это наконец-то случилось!       Феликс и Джисон уселись прямо на лестнице, откуда открывался лучший обзор на арку гостиной. Там, прямо в центре комнаты, окружённые студентами, целовались их лучшие друзья.       — Я бы побил Хёнджина, если б он не сделал этого до выпускного, — устало потёр переносицу Ли.       В ответ Джисон похрустел чипсами.       — Ты, кстати, чуть было не опоздал! — вдруг накинулся на него хозяин дома с обвинениями.       — Ну а фто? Фсё было по плафу, — выпучился квокка, перестав жевать и проглотив снэк. — Забрал его на турнир, там дал шипучки с текилой. Он не понял, но начал налегать на мой напиток! Кто виноват, что твой друг не знает меры?!       — Одну банку для смелости просил же! Не целый блок! — взвыл Феликс. — Хорошо, хоть добрался до гостиной вовремя. А то бедняжка сама разбиралась бы с этим Минхо.       — И зачем ты его вообще позвал?! — оживился Хан, снова зашуршав этикеткой.       — Не звал я его. Только Чана, — буркнул в ответ Ли, покосившись в сторону друга семьи. — А он пришёл в комплекте и чуть всё не испортил!       Они помолчали пару минут. Феликс успел дважды сделать замечание, чтобы не попали дротиками в мамины цветы, а Джисон от злости успел схомячить почти всю пачку чипсов. Как ни крути, Минхо им не нравился. Хану — точно. Ещё на первом курсе был готов драться с ним из-за валентинки подруги.       — Так что между ними произошло? Я так и не понял, — задумчиво протянул Джисон, сверля взглядом дверь на кухню. Там ещё должны быть австралийский закуски Чана.       — Да ничего, ты же и сам знаешь семью Джинни, — вздохнул Феликс. — Его собирались отправить в Японию открывать филиал отеля. Так что пришлось полностью уйти в семейный бизнес и буквально стать незаменимым отцу, чтобы он передумал. Теперь в Японию летит брат Хёнджина.       — А-а-а… подожди! Почему он не захотел лететь?! Это же такой шанс! — квокка снова выпучился, на секунду забыв о закусках и развернувшись к хозяину дома.       Тот вздохнул и кивнул в сторону гостиной.       — Разве не видишь? Он же совсем на твоей подруге чокнулся!       — Или из-за неё! Прямо как я, когда она просит что-нибудь из моих запасов! — захихикал Джисон.       — Университетская чёрная кошка во всей красе, — усмехнулся Феликс, покачав головой.       — Ты про её стрелки? — удивился Хан. — Не думал, что парни правда обращают на это внимания.       Спортсмен прикусил язык, поняв, что сболтнул лишнего. Однако Джисон умел быть невероятно проницательным, когда речь заходила о его друзьях. Увидев замешательство Феликса, он сощурился и даже отложил почти пустую пачку на ступеньку выше.       Стряхнув с пальцев остатки специй, Хан совсем серьёзным тоном потребовал:       — А ну выкладывай!       Феликс попытался отвлечь его внимание десертами, которые проносила одна из студенток, но Джисон не дался. По истине героическая выдержка! Продолжал буравить друга тяжёлым взглядом, пока тот не раскололся. К счастью, этот орешек был крепким только снаружи, так что Джи достаточно быстро добрался до мягкой и миролюбивой сути:       — Ладно-ладно, сдаюсь! — нервно взъерошил блондинистые волосы Феликс.       Сев к Хану вполоборота, он вдруг затараторил:       — Короче, помнишь, на первом курсе Су получила кучу валентинок? Хёнджин тогда взбесился, что парни начали к ней лезть, да ещё и отправлять валентинки не самого милого характера. Несколько из них даже успел перехватить. И вовремя, скажу я тебе! Ей там тако-о-ое предлагали! В итоге Хёнджин вычислил каждого, кто посмел ей прислать непристойности. Ну, мы и наведались к ним в гости, так сказать. После этого Су и стала чёрной кошкой! Если кому перебежит дорогу — жди беды, в частности от Хёнджина!       Феликс остановился перевести дыхание, пока Джисон таращился на него огромными глазами с два Байкала. Совсем забыв о перепачканных руках, он вцепился в предплечья друга, проникновенно заглянул в глаза и выпалил:       — Суджин никогда, слышишь, никогда не должна об этом узнать!       — Её расстроит, что она не получила валентинки на следующий год? — догадался Ли.       — Конечно, нет! Её расстроит, что она чёрная кошка не из-за своих стрелок! — в ужасе ответил Джи, ослабив хватку и едва не впав в экзистенциальный кризис.       Феликс замолчал, думая, стоило ли рассказывать сокурснику, что отправителем одной из валентинок оказался его однофамилец со старших курсов. А о том, что тхэквондист и к нему пришёл с угрозами, только уже вместе с Бан Чаном?.. Осознав, что эта информация могла ещё больше травмировать психику друга, Ли закусил губу.       Неудивительно, что Минхо так остро реагировал.       К счастью, до того как Феликс снова спалился, первокурсники едва не уронили горшок с замиокулькасом. Улучив момент, хозяин дома прикрикнул на гостей. К ещё большему счастью, Джисон уже не задавал вопросов. Сидел и гипнотизировал взглядом новоиспечённую парочку. Было бы ещё сложнее объяснять, когда Хёнджин влюбился в Суджин и почему Феликс стал королём вечеринок после уговоров друга отпраздновать день рождения вместе с ней.       Пока Хану хватит и одного раскрытого секрета из копилки влюблённого Хёнджина.       А он точно влюблён по самые… стрелки университетской чёрной кошки. Уж Феликс-то знал наверняка!