Театр

Ребенок …у которого только одна судьба

Бовино Ламбо с самого детства знал, что его готовят к чему-то великому. Каждый раз ему говорили, что он станет великим киллером, его будут проклинать враги и благословлять союзники – так ему говорили в семье «Бовино», так он думал с самого детства, только вот… В семье «Вонгола» оказались киллеры посильнее. Как только он оказался в доме Савады, он сразу понял, что Тсуна – ему не соперник. «Мухаха, это Ламбо-сана!» - говорил он и утаскивал тарелку с супом у своего «босса» из-под носа и убеждался в том, что он в этом доме точно один из лучших убийц (с Реборном он планировал разобраться позже) Хаято был убежден, что «этот сопляк не меняется, он все еще тупая корова». Ведь Ламбо... продолжал плакать после каждой серьезной битвы продолжал потреблять невероятное количество сладкого продолжал спирать вещи Тсуны (только уже в гораздо больших масштабах, примерно в тысячах долларах) продолжал избегать любой ответственности, даже минимальной Годы шли, а Ламбо все больше убеждался, да – Тсуна в убийствах ему не соперник, ведь этот парень старался не убивать никогда, а Ламбо...а Ламбо тренировался с Кеей и Такеши вперемешку, и стиль убийств ему вдалбливали каждый день, хотя и не напрямую. Не только Хаято был убежден, что «этот сопляк не меняется…» Но Ламбо знал, что чертовски поменялся, ведь он... продолжал плакать после каждой серьезной битвы, но, осознавая свой проигрыш плелся к Кее или Такеши, вытирая слезы и моля его потренировать. продолжал потреблять невероятное количество сладкого, чтобы поднять уровень эндорфина (как известно, гармон счастья) и забыть хотя бы на время о кровавых убийствах, о том, что у него не было детства…о том, что у него только одна судьба, и нет никакого выбора продолжал спирать вещи Тсуны, чтобы иногда растряхивать его, заставлять отвлечься продолжал избегать любой ответственности, даже минимальной…в глазах других. Сам же, пока никто не знает («ты же еще ребенок – кричал Тсуна), брал побольше мелких дел, ходил с некоторыми Хранителями на задания, получал ранения, и все по новой… Бовино Ламбо с самого детства знал, что его готовят к чему-то-то великому – и теперь он, заходя в кабинет и накрывая одеялом своего уставшего и заснувшего на столе босса, знал к чему – он стал Хранителем самой великой семьи самого чистого неба – Савады Тсунаеши

…и этот ребенок давно смирился со своей судьбой