Под защитой

Голова всё еще шла кругом. Словно этот подвал не хотел отпускать, а наоборот — жаждал забрать её себе и больше никогда и ни за что не отпускать. Еще внезапная вспышка гнева. Возможно, что уже просто сдают нервы. Ведь столько всего: Илинка с её загадочным трансом, возвращение в замок, картины, информация о предыдущих реставраторах и преследовавшем их монстре, Ноэ, а еще Влад. Грустный. Печальный, будто опустошенный. Он сказал, что замок не бесчувственная каменная махина, что живой. Но вопросов от такого объяснения возникало ещё больше, чем было ответов, количество которых стремилось к абсолютному нулю. — А что Ноэ? — Он уехал. Больше не потревожит, — шел мужчина впереди, не оборачиваясь. — Ты сказал, что зам… — Да. Он может не пускать куда-то. Для твоего же блага. Вы очень любопытны, мисс Бёрнелл. Они шли вперед и казалось, что огонь на их пути светил всё ярче и затухал, стоило пройти дальше. И интуиция нашептывала, что всё дело только в нём, в том, кто так старательно скрывает свою фамилию, в том, из-за кого она так беспокойно живёт последние несколько недель. А эти каменные стены будто были самим Владом. Неприступные, ледяные, но четко слышится из них стон. Который слышит лишь она одна. И не покидало подозрение, что тот самый Влад Басараб и человек перед ней — одно и то же лицо. — Сплошные тайны. Ты говоришь недомолвками, я запуталась. То подпускаешь к себе, то снова отгораживаешься. Я уже начинаю теряться в догадках. Кто ты? Что ты? Откуда взялся и зачем меня нашёл? Что это за странные картины? Почему я вижу то, что кажется мне лишь кошмарными снами? Мужчина остановился так внезапно, что девушка, идущая за ним едва не врезалась в его спину. — Время придёт, и тогда ты всё поймёшь, Лайя. — А если я уже поняла большую часть? — Тогда расскажи, что ты поняла? — смерил он её взглядом полным боли и зыбкой надежды. — Пойдём в комнату, тут немного жутко, — вздохнула Лайя. — Не бойся этого замка. Он просто хочет тебя уберечь. — Так же, как и ты? — осторожно спросила она. — Ты ведь связан с этим местом. Не просто так мы все здесь. Влад вновь кинул взгляд на девушку и тяжело выдохнул, едва заметно кивая. До комнаты они добирались в полной тишине. Влад открыл дверь перед ней, пропуская вперед. Лайя зашла, и тут же её взгляд уцепился за портрет Сафие, который как раз сегодня она закончила реставрировать. — Сафие получилась очень красивой, не находишь? — Да, она точная копия. Не зря… — осёкся мужчина. В глазах его промелькнули испуг и осознание. — Лале? — Да? — улыбнулась Лайя уголками губ. — Как много ты вспомнила? — Достаточно. Хорошо всё-таки, что ты и Лео здесь. Это даже забавно в какой-то степени. Одного только не пойму — почему ты всё помнишь? — Лайя, я… Ты еще не всё знаешь, — вздохнул Влад, проходя в комнату и приближаясь к портрету Сафие. — Ты помнишь, как я испугался за тебя, когда узнал? — Да, видела уже. Знаешь же, я была очень осторожна. Но что же стало с тобой? — Скоро узнаешь, Лайя. Всему своё время. Я боюсь лишь одного: правда ужасна. — Плевать мне на правду, — Бёрнелл сделала пару широких шагов, оказываясь прямо перед мужчиной и требовательно смотря в его глаза. — Пообещай, что больше не заставишь меня уезжать. Ты и так достаточно страдал. Она смотрела в его глаза и видела вместо уверенного в себе мужчины того мальчика из прошлого. Мальчишку, который постоянно пытался окружить себя стеной льда и холода, рушившуюся только рядом с ней и Асланом. Она не знала ещё, что произошло в прошлом, но то, что она уже видела, помогало ей сделать определённые выводы и понять, что момент, когда Лайя влюбилась окончательно и бесповоротно во Влада произошёл не во время покупки картин, а намного раньше. Целых пятьсот семьдесят два года назад. — Обещаю, — прошептал мужчина, покорно наклонив голову. Ладонь девушки потянулась к его щеке, но едва она коснулась кожи, он тут же отступил на шаг назад. Стушевавшись, Бёрнелл опустила руку, неловко уставившись на портрет Сафие. И словно как в тот день она светло ей улыбалась. Лайе даже не верилось, что прошло столько времени. Это было несколько странно, немного пугающе, но волнующе и захватывающе, не каждое лето удаётся узнать о прошлой себе. Не каждое лето удаётся найти человека, которого любил столетия назад. — И всё же, почему Замок стонет? Порой кажется, что он связан с тобой. — Возможно, так и есть. Как бы мне не хотелось тебя успокоить, но тут всё же очень опасно. Прошу тебя не идти в те залы, где ты не была без меня. Всё-таки, этот дом я знаю как свои пять пальцев. Но будь осторожна. — Хорошо, — вздохнула Лайя. — Завтра снова возьмусь за дело, не терпится восстановить все картины. Такое ощущение, что, если я не успею, то случится что-то ужасное. С тобой, с Лео, со мной. А он тебе не говорил? — Насчёт прошлого? Нет. Однако когда я сидел здесь один по собственной глупости, наш прошлый Аслан сказал, будто у него ощущение, что мы всю жизнь знакомы. — Значит, не помнит. — Возможно, или просто скрывает. Хотя, вряд ли бы Аслан стал нам врать. — Так непривычно это всё. Лайя-Лале, Лео-Аслан… Гредиш… — Да-да-да, — прошептал на выдохе Влад. — Ты скоро во всём разберешься и всё поймешь, Лайя. Но знай — ты под моей защитой. — Спасибо, Влад, — улыбнулась девушка, делая шаг к нему. На этот раз он не отпрянул, только сделал шаг навстречу. Лайя вновь протянула руку и кончили пальцев зависли в ничтожно малом расстоянии от его губ, почти касаясь их. Происходящее очень напоминало тот вечер у пруда. Однако как же хотелось вновь по-настоящему прикоснуться к нему. И Бёрнелл понимала, что нельзя. Что-то не так было тогда в подвале. Ему будто было больно. — Благодарить меня не за что… — Ты сказал дома у родных Сандры «Поехали домой». — Это твой дом по праву. В нём хозяйка Ты. — Звучит немного смущающе, — честно ответила девушка. Влад по-доброму усмехнулся, невесомо касаясь её плеча. Это было даже лучше настоящих прикосновений. Все эти прикосновения досягали самой души. Становилось теплее и спокойнее. —  И прикасаться я к тебе боюсь,       И умираю, как от яда.       Но просто так не отступлюсь,       Ведь ты сейчас со мною рядом. — Красивые стихи… Чьи они? — Я уже не помню, — прошептал Влад. Часы на стене пробили два часа. Они нехотя отстранились друг от друга и с легким раздражением глянули на часы. Время не было их врагом, но иногда его катастрофически не хватало, либо было слишком много, и шло оно медленно. Вот и сейчас хотелось остаться вместе хотя бы еще на вечность. Но жадным быть не стоит, особенно сейчас. Иначе можно вспугнуть то, что выстраивалось очень долго. — Тебе пора спать, Госпожа, — в привычной манере Влада из прошлого сказал мужчина, отвешивая почтительный поклон. — А разве Господин здесь не ты? — хитро сверкнули карие глаза, на что он выпрямился и с светлой грустью взглянул на Лайю. — Для меня ты всегда была и будешь Госпожой, Лале-хатун. — К «старому» имени не надо привыкать, — оптимистично подметила девушка. — Пожалуй, верно, но мне нравится и «новое». Он помедлил еще пару секунд, прежде чем взял волю в кулак, и схватил быстро её пальцы, осторожно и нежно прикасаясь к ним губами, но так же быстро отпрянул. — Спокойной ночи, Лайя. — Спокойной ночи, Влад. Стоило мужчине скрыться за дверью, как девушка обессиленно села на кровать. На душе было спокойно, так спокойно, как еще никогда не было с момента второй жизни. Лале смутно помнила, что уже ощущала себя в безопасности, там, в далекой Османской Империи, около пруда, который она, Влад и Аслан так любили. Укутавшись в головой в одеяло, Лайя Бёрнелл моментально уснула. Ведь теперь девушка точно знала, здесь, в этом замке, рядом с ним, она под защитой.