Все пути ведут в Хогвартс

      Когда наконец страсти от появления считавшегося мертвым довольно давно Пожирателя улеглись, Габриэль напомнил о своём вопросе и, собственно, Барти поведал, что он в затруднении на счёт указа Лорда, отправить Поттера участвовать в турнире.       — Ну, в принципе, логично. Перед тем ритуалом «кости, плоти, крови» ведь нужно было провести подготовку «врага», — хмыкнул псионик. — Вот только… Кубок Огня магический артефакт и у меня возник вопрос: А с чем он заключает контракт? С разумом или с душой? Всё же они у нас, так скажем, от разных людей.       — Я не нашла информации об этом в библиотеке, милашка, — пожала плечами Лиза. — Предлагаю в ближайшее время взглянуть поближе на этот кубок без лишних свидетелей.       — Мерлин и Моргана… Так выходит, ты не Поттер? — схватился за голову преподаватель ЗОТИ под прикрытием.       — Не совсем, Барти. Эти двое разумных лишь выглядят как Поттер и Грейнджер, как ты уже догадался, — ответил задумчивый Лорд Малфой, которого посвятили в тайну, но пока клятву не брали. — Уважаемая мисс Минчи, а может ли быть так, что вы знаете какой-то ритуал для воскрешения мага и стабилизации его психического состояния?       — Да не чего там стабилизировать, Люциус. Нужно только провести обратное слияние крестражей и мозги на место встанут. Хотя и не все, ибо дневничок уже немножко не в кондиции, — хмыкнул псионик, размышляя над тем, что вполне возможно удастся провернуть возрождение Тома на своих условиях, за что, если умные книжки не врали, у того будет долг жизни.       — К-крестражи?! — подавился воздухом зельевар, вполне представлявший что это за вещи такие и как именно они создаются. — Их много?       — Хм… Семь, — немного прикинув в уме и вспомнив все описания из книги, ответил Габриэль, после чего начал пояснять: — Дневник, Чаша Пуффендуй, Диадема Райвенкло, Амулет Салазара, кольцо Мраксов, его змеюка, Нагайна и… Сам Поттер.       Последовавшую за демонстрацией шрама на лбу могильную тишину внезапно прорвал отборнейший мат на разных языках и с разных сторон. На французском матерился Люциус, на помеси английского и русского Барти, а на латыни отличился Северус. Нарцисса молчала, тихо оседая от шока. Габриэль же просто хмыкнул и поудобней устроил у себя на коленях Лизу, приобняв. А та в свою очередь положила голову ему на плечо, уткнувшись носиком в шею, приятно щекоча своим теплым дыханием кожу.       — Надеюсь у Вас, мистер Димитров, есть представление о том, где искать хотя бы кольцо? — отдышавшись и, неподобающим для вина залпом, осушив бокал, следом трансфигурировав его в граненый стакан и плеснув предложенного Снейпом огневиски, спросил Люциус.       — Естественно… — взяв драматическую паузу, начал псионик. — Знаю. Как и то, где находится всё остальное.       Окружающие заметно более расслабленно выдохнули. Однако последовавшие далее слова всех вновь напрягли.       — Однако мне неизвестен безопасный способ извлечения крестража из живых организмов, а мелкого я убивать не намерен, всё же он теперь мой ученик, — подкинув тем самым новой головной боли окружающим, псионик, немного поразмышляв над концепцией, решил наконец вернуться к обсуждению Кубка. — Собственно вот тоже вопрос. Если в теле Поттера полторы души, то быть может на турнир записать Лорда Тома Марволо Реддла?       Вид поперхнувшихся воздухом и крепким алкоголем окружающих, осознавших, что такое действительно возможно, явно сильно позабавил Лизу, что она даже фыркнула в ухо псионику, промурлыкав: «Nante warui kona nda. Masumasu sukidesu. (Какой плохой мальчик. Мне это нравится все больше и больше.)»       — Ну знаешь-ли… Такое даже шалости отца Поттера с шайкой переплюнет на порядок… За все года вместе взятые, — наконец отдышавшись, произнёс декан Слизерина.       — А главное — это запечатлеть лицо старого пидараса когда он прочтёт текст бумажки из кубка, — оскалился Габриэль. — Но да ладно. Пошутили и хватит. Проблемы стоит решать по мере поступления, а ближайшая такая у нас — это запись Поттера в турнир. У кого какие предложения?       — Изначально предполагалось, что я обработаю Кубок конфундусом и закину бумажку от якобы четвертой школы с данными пацана, — ответил Барти, который уже просто не знал как реагировать на монстра, что занял место Поттера.       — А разве конфундус не заклинание замешательства, применяемое на разумных существах? — с хитрой улыбкой на лице и танцующими бесенятами в глазах, спросила Лиза, подняв наконец голову с плеча псионика.       — Так Кубок Огня и является разумным артефактом… — протянул было Барти, но был прерван Габриэлем.       — Значит мне есть о чём перетереть с этим интересным куском камня. Кстати. Мне мысль пришла… Что если меня записать от Хогвартса, а вот одну ведьмочку…       — Не-не-не, я против, Гэбс! — перебила его, понявшая ход мыслей, означенная ведьмочка.       — Признание местным министерством преждевременного магического совершеннолетия для Гермионы будет не лишним, так-то, — привёл довод Лизе Габриэль. — Тем более записать можно именно её, но как представительницу… Как там? А! Академии Сумеру. Как смотришь на это с такого угла?       — Плохо смотрю. Это раскроет как минимум мою ученицу перед директором, — не стала вестись на провокацию Пурпурная Ведьма.       — Но и так же выведет её из-под прямого контроля долькомана и ему придётся прилагать куда больше усилий для удержания «взбалмошной магглорожденной» под своим влиянием и контролем, — не отступался псионик, наблюдая за лицом хмурой девушки и тут до него дошло: — В конце концов периодически надо давать выход накопленной энергии, Лиза. Отдохнуть можно и после окончания этой эпопеи. К тому же лень не присуща Гермионе и многие ученики уже задаются определенными вопросами, не особо далёкими от истины.       — Гр-р-р-р… Ладно! — ударив ладошкой в плечо Габриэля, наконец согласилась ведьма, однако псионик поздно заметил плесавших джигу бесенят в глазах девушки: — Но с тебя тогда услуга. Первые два пункта, предлагаемых ранее, в виде дружбы и ученичества всё же уже есть, так что теперь Я буду твоей хозяйкой. Ну и остальное не теряет силы, естественно.       Сказать, что присутствовавшие маги были под впечатлением — это скромно промолчать, потупив глазки и шаркнуть ножкой. Однако, Лиза Минчи внезапно обзавелась преданной фанаткой в виде Нарциссы Малфой, а мужчины мысленно пожелали удачи псионику с этой непредсказуемой и эксцентричной бестией.       — Согласен, — спокойно пожал плечами Габриэль, ухмыльнувшись и внезапно притянув и поцеловав девушку. — Ojōsama (Моя госпожа).       Некоторое время ещё пообсуждав варианты воскрешения Лорда и то, где находятся те или иные части его души, маги наконец разошлись. Предварительно было решено «пообщаться» с кубком следующей ночью, а потому Габриэль с Лизой отправились в башню факультета, вновь принявший вид Муди Бартемиус пошёл к союзнику рассказывать новости, а чета Малфоев направилась в мэнор. Люциус взял на себя обязанность легальной добычи Чаши Пуффендуй, а Нарси решила на днях навестить библиотеку отчего дома, так как где, как не у Темнейшего семейства искать информацию о столь отвратительном и противоестественном ритуале разделения души?

=**=

      День оглашения результатов отбора претендентов Кубком Огня выпал, как и всегда, на Хэллоуин, или Самайн, если по магически. Стабильно в эту дату Поттера ожидали неприятности. На первом курсе тролль, на втором первое заочное знакомство василиском (навестить тушку которого с зельеваром в ближайшее время планировал Габриэль), на третьем курсе попытка проникновения Сириуса в гостиную Гриффиндора. Вероятно это было подстроено бородатым долькоманом, чтобы парень даже не думал вспоминать о мертвых родителях и не задавался закономерными вопросами, связанными с тем как именно это произошло. А может и просто стечение обстоятельств, в которое очень слабо верилось, но всё же.       Вот и сегодня Габриэль и Лиза, у которых «шалость удалась», направились в Главный зал, где за их секцией стола Гриффиндора уже собрались все друзья и знакомые из других школ, переговариваясь и строя предположения, кто же будет чемпионами школ. Псионик по дороге тихо напевал себе под нос несколько куплетов песни «Час испытания», исполненной одной русской группой задолго до вторжения инопланетян.       Настроение его было несколько приподнятым, как и у ведьмы. Всё же за прошедшие несколько дней они куда лучше узнали и поняли друг друга, ведь Лиза наконец пояснила ему причину своего столь вызывающего поведения, а псионик тем временем провёл очередную параллель между ней и Гермионой. Лиза рассказала, как именно получила свои магические силы и что цена этому половина жизни. Именно поэтому она начала уже искать преемницу своих знаний, ведь обратить процесс было невозможно.       Так же она поведала, что родилась под так называемым созвездием песочных часов, что сразу натолкнуло Габриэля на аналогию маховика времени, которым Гермиона пользовалась в прошлом году и который, исходя из прочитанного в запретной секции, так же сокращал жизнь пользователя, но не в арифметической, как можно было изначально подумать, а геометрической прогрессии.       Пусть новости были не радостные, однако сегодняшним утром по новой «грузиться» ему не дала сама Пурпурная Ведьма, устроив параллельно с этим очередной снос Картин Мироздания у присутствовавших на тот момент в гостиной Гриффиндорцев очень откровенным французским поцелуем. Эмоции окружающих и взбодрили Габриэля, а потому довольные собой «подростки» умотали на завтрак.       — Утречка, Ри, Миона, — кивнула только разместившейся за столом паре Дафна, оторвавшись от степенного поглощения классического английского завтрака. — У вас похоже приподнятое настроение, в отличие от остальных.       — Утречка всем, — поприветствовал присутствовавших псионик, накладывая себе в тарелку сандвичи и несколько сытных блинчиков. — А чего нервничать, если выбор чемпионов осуществляет артефакт? Как решит, так тому и быть.       — Правильная позиция, Ри, — хмыкнул уверенный в себе Виктор, уже окончивший трапезу и просто болтавший с другими учениками. — Как тебе блинчики?       — Отлично, Вик. Жаль на обед борщ наши ушастые домовики всё не сподобятся приготовить, — усмехнулся псионик.       — А что такое борщ? — поинтересовалась Габриэль, вновь сидевшая возле сестры.       Вообще было странно наблюдать эту девочку в составе группы Шармбатона, но, как пояснила Флер за одной из совместных трапез, их родители временно перевели младшую из сестер на домашнее обучение и, пока старшая в Хогвартсе, директриса французской школы магии взяла на себя обязательства по просвещению девочки.       — О-о-о… Это Великий Кровавый Суп с Севера, готовящийся из потрохов невинно убиенных и растерзанных… — медленно нагнетая «таинственность и мрак» начал Габриэль и наконец довольный произведённым эффектом, расплылся в улыбке и весело закончил: — Овощей!       — Бр-р… — передёрнули плечами француженки, напредставлявшие уже всякого разного.       — Пха-ха-ха… Невинно… убиенных… и… пха-ха-ха… растерзанных!!! Ха-ха-ха… — начали немного истерично ржать болгары за столиком, привлекая внимание своих коллег с других факультетских столов, а после короткого объяснения эта интерпретация приготовления супа моментально разлетелась среди учеников Дурмстранга, вызывая всё новые взрывы смеха по всему залу.       — Ри, ты сделал наш день! Так ржать мне давно не приходилось, — наконец отсмеявшись, протянул ладонь для рукопожатия весельчак Влад, который таки пригласил Катерину на бал. За что прилюдно сперва получил пощёчину (за медлительность, как пояснила девушка после), а потом притянут и поцелован по-взрослому.       — Всегда к вашим услугам, товарищи — пожал руку Габриэль, отставив на время кубок с соком.       Сей взрыв смеха не остался пропущенным мимо внимания Великого Светлого, что уже начинал беспокоиться о слишком укрепляющихся связях Поттера с бОльшим кругом лиц, чем положено по Плану. Как и отстранением Рональда от компании Гарольда и Гермионы. Предполагаемое Золотое Трио, что было достаточно сплоченным прошедшие три года внезапно распалось. Более того, Поттер перестал общаться ещё и с Джинни, которая в будущем должна была стать его супругой для последующего доступа к сейфам рода… Однако… В данный момент ничего нельзя было сделать не привлекая тем самым внимания представителей других школ и министерства магии Англии. Если бы Мордредов турнир не требовался для подготовки воскрешения Тома, Дамблдор бы отказался спустя столько лет разжигать вновь треклятый Кубок Огня. Однако шестеренки давно уже пришли в действие и остановить их ход, означало сломать всё, что было уже сделано и то, что запланировано.       «Поттеру придётся участвовать в турнире, уж крутившийся прошлой ночью вокруг Кубка Крауч младший, должен был сделать всё как надо», — с трудом сохраняя на лице благодушную улыбку при очередном осмотре зала, подумал Альбус Дамблдор.       Перенесение времени оглашения результатов выбора Кубка с вечера на утро было сделано не просто так. Занятия на сегодня были отменены, а значит для разговора с чемпионами будет куда больше времени. Тогда-то и планировал директор обновить некоторые закладки в голове у мальчишки.       «Хотя что-то странное всё же в нём появилось после возвращения в Хогвартс в этом году. Прошлые закладки работали, но видимо не все, ведь мальчишка не должен был так измениться буквально за пару недель в Норе», — задумался над поиском первопричины изменений Дамблдор, попивая из кубка легкое вино для успокоения нервишек. Директор он или кто? — «Надо ненавязчиво пообщаться с Чарли, благо он уже скоро будет тут, может он и поведает, что именно ускользает от меня в картине под названием Гарри Поттер».       И вот, когда наконец все собрались в большом зале, Кубок Огня был внесен и поставлен на постамент перед директором Хогвартса. Многие с замиранием сердца смотрели на артефакт, будто пытаясь загипнотизировать его. Некоторые продолжали спорить и делать ставки на возможных чемпионов… А смешанная из представителей трёх школ группа, сидевшая на краю стола факультета Гриффиндор, продолжала общаться на абсолютно отстраненные темы, будто их и не касалось готовящееся таинство.       Присутствовавшие тут же посвященные в «шалость» старшие маги только усмехались, пряча от коллег улыбки в кубки. Попечители и сегодня решили присутствовать в школе в полном составе. Всё же такое событие, как возрождение Турнира Трёх Волшебников, было бы глупо пропускать и довольствоваться кривым зеркалом разнообразной прессы, а в данном конкретном случае вообще только «Пророком» с любительницей жареных новостей Риты Скитер, которой единственной почему-то Дамблдор дал добро на освещение испытаний и прочего, связанного с Кубком Огня.       — Кубок огня вот-вот примет решение, — в очередной раз показательно прочистив горло для привлечения внимания, начал Дам­блдор. — Думаю, ему требуется еще минута. Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к сто­лу и проследовать в комнату, примыкающую к залу. — Он указал на дверь позади профессорского стола. — Там они получат инструкции к первому туру состязаний.       Он вынул волшебную палочку и широко ей взмахнул; тотчас все свечи в зале, кроме тех, что горели в тыквах, погасли. Зал погрузился в полутьму раннего рассвета, когда на зачарованном потолке ещё не появилось Солнце, но звезды и Луна ещё отчетливо виднелись. Кубок огня засиял ярче, искрящиеся синеватые языки пламени ослепитель­но били по глазам.       — Осталась одна секунда, — сверившись с наручными механическими часами, сказал Ли Джордан, по предложению парней с Дурмстранга, подсевший поближе к весёлой компании, сумевшей оценить его комментаторские качества.        Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамен­та. Зал замер. Дамблдор, протянув руку, подхватил пергамент, осве­щенный огнем, опять синевато-белым, и Дамблдор гром­ким, отчетливым голосом прочитал:       — Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам.       Зал разразился овациями ловцу сборной Болгарии, который в свою очередь грустно вздохнув, поднялся из-за стола и побрёл в указанную ранее комнату, правда не забыв опустить шпильку Гарольду:       — Пока в соревновании веду я, так что жду тебя в той комнатушке!       — Замётано, Вик! — уверенно ответил ему улыбнувшийся Поттер.       Постепенно, как первый чемпион турнира удалился в отведенную комнату, шум в зале стих, внимание всех опять стало приковано к Кубку. Пламя вновь покраснело, и Кубок вы­стрелил еще одним куском пергамента.       — Чемпион Шармбатона — Флер Делакур! — возве­стил Дамблдор.       — Hourra! Ma sœur est une championne! (Ура! Моя сестренка — чемпион!) — сразу же обняла несколько удивленную старшую сестру малышка Габриэль.       — Félicitations à la digne mademoiselle pour une honnête victoire (Поздравляю достойную мадмуазель с честной победой), — кивнул всё ещё несколько выбитой из колеи девушке псионик, ментально так же послав волну поддержки, что окончательно вернула белокурой красавице самообладание.       — Soshite, watashi ga mite iru yō ni, darekaga josei-ka-shadesu ka? (А кто-то, как я посмотрю, бабник?) — протянула по-японски Гермиона, при этом мило улыбнувшись Габриэлю.       — Anata wa nandesuka, okusama. Watashi wa tada no bi no sasayakana mekikidesu… (Ну что вы, госпожа. Я лишь скромный ценитель прекрасного…) — ответил ей Габриэль, приобняв за талию и придерживаясь обещанного формата общения, тем более, что ему это ничего не стоило и даже в какой-то степени поднимало настроение.       — Вы только гляньте, как они расстроены! — фыркнула Катерина, кивнув в сторону стола, где сидела основная часть учеников из Франции, когда её новая подруга скрылась за дверью, присоединившись к Виктору.       Расстроены — слабо сказано, отметил про себя псионик: две де­вушки, спрятав лицо в ладони, плакали навзрыд, да и от присутствовавших парней соотечественников вейлочки тоже шли далеко не позитивные эмоции. Злость, обида, презрение… Будто они поголовно считали, что Флёр очаровала Кубок Огня, дабы он выбрал её… Идиоты.       Когда ночью псионик полез смотреть, что же такое этот артефакт и почему какой-то конфундус мог на него так повлиять, то был сильно удивлён. По факту в Кубке заключена чья-то душа, мужчина затруднялся на глаз определить чья именно, но само наличие отметил, и именно она и проводила отбор. Можно сказать, что это аналог Распределяющей Шляпы, но делавший выборку, согласно заложенной программе, из трёх школ, ориентируясь по отпечатку ауры (Да, Лиза потрудилась и объяснила Габриэлю что это такое и с чем едят) на брошенном пергаменте. Разобраться с тем, что необходимо туда просто «дописать» четвертую школу, не оказалось столь сложным, как предполагалось изначально. Глаза боятся — руки делают. С пол часа провозившись в этом лабиринте зачарований вполне разумного Кубка, Габриэль таки смог встроить нужную цепочку чар к одному из свободных «слотов». Видимо изначально предполагалось, что школ могло быть в турнире куда как больше трёх или четырёх.       Несмотря на недолгие наблюдения и размышления, псионик чувствовал, что напряжение в зале лишь усилилось, ведь осталось только узнать чемпиона Хогвартса! Все опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры. Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Дам­блдор поймал его и…:       — Чемпион Хогвартса… Гарольд Поттер… — медленно и с явным удивлением прочитал Дамблдор, однозначно не ожидавший такой подставы от ранее абсолютно подконтрольного мальчишки.       — Молодцом, Ри! — поздравил псионика Святослав, быстрее коллег осознавший последние слова директора Хогвартса.       — Благодарствую, Свят, — ответил кивком Габриэль и двинулся в сторону означенной комнатки, наблюдая заодно за реакцией директора.       — Ну почему он?! Почему? — возопил Рональд Уизли, которого, однако, мало кто его поддерживал. Большая часть присутствовавших, подобно директору, были в шоке. Хотя и тех, кто поддерживал аплодисментами чемпиона школы тоже хватало.       — Может потому, что я прошёл по критериям Кубка хотя бы за то, что обошёл «архисложную» защиту от нашего директора? — хмыкнул, проходивший в этот момент мимо рыжика Габриэль, чем вызвал у того ещё большую бурю негодования.       Брожения в зале продолжались ещё некоторое время, в том числе и со стороны директоров других школ, уже начавших попытки осадить Дамблдора. Псионик же спокойно вошёл в комнату к своим, как минимум, хорошим знакомым.       — Соревнование продолжается, Вик, — с порога хмыкнул Ри, привлекая внимание ожидавших у камина двух других чемпионов.       — Хо! Классная компания у нас собралась! — расплылся в улыбке парень, до того что-то обсуждавший с Флер.       — Уи, мсье Поттер. Поздравляю, — так же лучезарно улыбнулась псионику девушка. — Но… Ты ведь ученик четвертого курса, а мы с Виктором, считай, выпускники…       — Не беспокойся на этот счет. Я уже привык, что каждый Самайн, проведённый в стенах Хогвартса не обходится без какой-либо подставы для Мальчика-который-не-сдох-от-авады, — фыркнул парень и в этот момент дверь в комнату вновь открылась, пропуская внутрь Гермиону. — Отлично, теперь все в сборе…       — В смысле? — удивился фразе болгарин, да и француженка от него не далеко ушла.       — Сейчас, завалятся сюда «большие» дяди и тёти, тогда и поймёшь, — подходя к псионику произнесла Лиза.       Ожидание длилось не слишком долго и буквально спустя минуту действительно в небольшую комнатку набилось много народу. И директора школ и организаторы мероприятия от министерства магии Англии, и почти все попечители, и даже пара преподов в лице Барти младшего под оборотным и Северуса Снейпа. Вошедшие по большей части спорили о том, как поступить с тем, что чемпион Хогвартса не совершеннолетний.       — Господа и дамы… — чуть повысив голос, ровно на столько, сколько требовалось, чтобы перекричать толпу, привлёк к себе внимание Габриэль, заодно на всякий случай развернув псионическую ауру на всё помещение. — Прошу простить, что перебиваю столь интересный спор, но… Если условием участия было совершеннолетие, то что мешает документально это провести для меня и мисс Грейнджер? Благо сотрудники министерства в комнате присутствуют.       — Хм… Это, конечно, неплохой выход из ситуации, мистер Поттер, — под зубовный скрежет и полыхание незамутненными досадой и яростью директора Хогвартса, согласился с Габриэлем быстро сориентировавшийся представитель попечительского совета, знакомство которых произошло на днях в большом зале. — Но как вы объясните, что вообще смогли бросить листок со своим именем в Кубок, обойдя Ограничительную Черту мистера Дамблдора?       — Какую черту? — показательно удивился псионик.       — Ограничительную, — чуть дернув уголками губ, ответил мужчина, сразу понявший смысл игры на публику.       — А! Это ту, что была начерчена мелом? — продолжал «тупить» Поттер, а окружающие начинали закипать, кроме тех, кто был в курсе или сразу понял суть игры «вопрос — ответ».       — Именно, — удовлетворённо кивнул мистер Шаффик.       — Ту самую, разбор чар для которой находится в отделе для домохозяек в нашей библиотеке? — ещё раз уточнил «Поттер» и с усмешкой глядя на вытянувшееся лицо собеседника.       — Дамблёдоор! — довольно громко возмутилась директриса Шармбатона. — Как это понимать?!       — Мадам, не стоит кричать, — обернулся к ней Ри и с улыбкой продолжил: — Всё же в логике нашему директору не откажешь, ведь школьникам вплоть до седьмого курса по некоторым причинам рановато изучать эти чары.       — Это каким таким причинам, позвольте уточнить? — подхватил эстафету Шаффика выглядящий чуть высокомерно Люциус, однако в эмоциональном плане он просто искрился смехом и псионик отдал должное его мастерству держать маску.       — Ну для начала нужно быть либо крайне заинтересованным в любых знаниях, либо быть беременной девушкой или уже родившей женщиной… — усмехнулся псионик, наблюдая как некоторые из присутствующих смутились. — Ведь данные чары имеют гибкую настройку и обычно наносятся туда, куда малышам лезть не следует.       — Верно, мальчик мой, — изобразил добродушную улыбку Дамблдор, сразу же постаравшийся свернуть тему: — Полагаю, что с этой стороной вопроса мы разобрались, коллеги?       — Полагаю, что да, — нехотя согласился Каркаров и чуть мстительно добавил: — Пусть это мне и не нравится и в последствии я планирую подать протест с объявлением бойкота следующему такому турниру с участием Хогвартса нашему министру магии.       — О! Господин Каркаров, передайте тогда от меня привет и благодарность за исполнение обещания господину Панайотову, — не упустил возможности ввернуть шпильку и немного осадить явно зарвавшегося на поприще директорства бывшего пожирателя смерти.       — К-какое об-бещание? — вытаращился на Поттера озадаченный директор Дурмстранга.       — Действительно, припоминаю такое, — присоединился к разговору Виктор Крам, — Господин министр после чемпионата нас познакомил и обещал предоставить нам с мистером Поттером возможность посоревноваться в этом году.       — Кхе… Т-тогда да, обязательно передам, — сдулся Каркаров под насмешливые взгляды некоторых присутствовавших, в особенности тех, кто был знаком с ним лично.       — Ладно, с этим действительно разобрались, — вновь взял слово Люциус Малфой. — Теперь же, прошу присутствующую здесь мисс Гермиону Грейнджер пояснить, как она смогла стать участницей турнира, как представительница четвертой школы.       — О, мистер Малфой, право, нет ничего проще! — изобразив восторженность и похлопав ресничками, начала Лиза, лишь мысленно давая развёрнутые ответы. — Лиза Минчи, что предложила наставничество (и оказалась на месте ученицы), училась в академии Сумеру и потому решила устроить оценку сил (местных магов) и знаний (предоставляемых Хогвартсом), посредством участия в Турнире. А так как три школы уже были заявлены, пришлось добавлять ещё одно учебное заведение, чтобы не было возмущений среди организаторов, что от Хогвартса, в стенах которого её ученица провела три года, выступает более одного чемпиона.       — Очень… Интересный выбор и заблаговременный способ решения проблемы, — хмыкнул озадаченный этой, явно заготовленной заранее, речью мистер Шаффик. — А можете ли Вы, мисс, поклясться Магией, что не вы вносили изменения в Кубок?       — Конечно, — мило улыбнулась девушка, действительно не делавшая данных манипуляций и достающая волшебную палочку. — Клянусь своей магией, что не вносила академию Сумеру в список школ участниц Кубка Огня. Люмос!       — Кхм-кхм… Мисс Грейнджер, не стоило поддаваться на такие уговоры, — начал было говорить плохо скрывающий своё не лучшее настроение и сильную задумчивость, Дамблдор, после того, как на кончике палочки его, теперь уже бывшей, подопечной зажегся огонек осветительного заклинания.       — Не вам это говорить, Дамблдор! Девочка всё верно сделала, — вступилась за «Гермиону» одна из попечителей, в которой псионик, покопавшись в памяти Поттера, узнал Августу Лонгботтом. После, уже повернувшись к девушке, более мягко продолжила: — Поздравляю с обретением наставницы, мисс Грейнджер.       — Благодарю, миссис Лонгботтом, — сделала книксен старой волшебнице Лиза.       — Ладно, мнения организаторов ясны, — удовлетворённо произнёс мистер Бэгмен, что до того был немножко задавлен авторитетами прочих присутствовавших. — А что об этом думают другие участники?       — Лично мне будет интересно сойтись в этом соревновании как с мистером Поттером, так и с его подругой, — пожал плечами ловец сборной Болгарии.       — Уи. Я тоже считаю, что это будет познавательно. Тем более мсье Поттеру и мадмуазель Грейнджер я искренне благодарна за спасение своей маленькой сестрёнки после Чемпионата Мира, — согласилась с выводами болгарина Флер, уже немного знакомая со всеми участниками Турнира и оценивающая их не предвзято.       — Итак… — натянув на лицо очередную фальшивую улыбку, из разряда «А я знаю то, что вам никогда не узнать» и осмотрев всех присутствующих плохо скрываемым покровительственным взглядом, начал Дамблдор, — Полагаю с этими казусами мы разобрались и пора бы просветить участников о правилах Турнира.       — Да, да… Инструкции, — очнулся Крауч от своих мыс­лей, подойдя к камину и чуть запнувшись в начале, принялся за объяснения: — Первый тур… Первый тур проверит вашу смекалку. Мы не посвящаем вас в то, какое испытание вам предстоит. Для волшебника крайне важ­но действовать смело и находчиво в неожиданных об­стоятельствах. Первый тур состоится двадцать четверто­го ноября в присутствии зрителей и судейской бригады. Участникам Турнира воспрещается принимать от учите­лей хоть какую-то помощь. Единственное оружие чем­пиона — волшебная палочка. По окончании первого тура вы получите инструкцию для второго. Учитывая затра­ты сил и времени для подготовки к Турниру, чемпионы освобождаются от годовых экзаменов. По-моему, это все, Альбус? — повернулся Крауч к Дамблдору.       — Да, все, — директор Хогвартса взглянул на Крауча с легким беспокойством. — Может, Барти, вы переночуе­те в замке?       — Меня ждут дела в Министерстве. У нас сейчас не­простые времена. Вместо меня остается молодой Уэзерби… большой энтузиаст… по правде говоря, даже слиш­ком большой…       — Дайте ему задание по вычислению средней цены за одну икринку какой-нибудь рогатой лягушки на основании выборки из пары тысяч экземпляров этого ингредиента у хотя бы десятка поставщиков, — предложил сходу Габриэль, собрав на себе множество взглядов присутствовавших. По большей части удивленные. Но основной целью этого высказывания было иное действие: — «Не поднимайте тревогу, сер. Ваш сын участвует в операции совместно с Грозным Глазом. Подробности позже.»       — Хм… Действительно, неплохое задание. Благодарю мистер Поттер, — кивнул Крауч старший, сбросивший наконец влияние Империуса от сына и принявший короткое и странное сообщение от не менее странного школьника. — Что же, пора нам расходиться. Всем всего хорошего. Мне пора.       Попечители покинули комнату следом за Краучем, пожелав участникам успехов в Турнире. Дамблдор было хотел что-то предложить директорам других школ, но поздно спохватившись, нашёл их взглядом уже подходящими к выходу вместе со своими воспитанниками. Преподаватели Хогвартса так же покинули комнату, оставляя по сути Габриэля и Лизу наедине с директором, чем тот не замедлил воспользоваться, применяя легилименцию и окольными путями внушая в ходе последовавшего разговора, что они поступили крайне безответственно и дабы свести всё к хорошему финалу, им необходимо вновь принять его покровительство. Однако готовые к такому развитию событий «ученики» благополучно отвечали директору не менее витиеватыми фразами, посылая того дальним космосом и витой бездной, но особо не наглея и обещая «подумать» над предложением столь выдающегося волшебника.       — Гарри, Гермиона, советую вам уже идти к себе, — натянуто улыбнулся Дамблдор «своим» чемпионам. — Не сомневаюсь, в гостиной ребята уже горят желанием отпраздно­вать ваш успех. Нельзя лишать друзей отличного предло­га устроить шумное и веселое столпотворение.       — Спасибо, директор, сер, — ответил ему косивший под недалекого мальчика Габриэль, которому многих сил и нервов стоило продолжать удерживать эту маску и одновременно распутывать всё новые и новые кружева, накладываемые на слой-обманку, бывшую своеобразным фильтром для разума псионика, от бородатого пидараса. Как с этим справлялась Лиза, мужчина предпочитал не задумываться, лишь поставив в уме заметку предложить ей свою помощь.       — Мы пойдем, директор, — изобразила милую улыбку счастливой дурочки Лиза, в то время как ментал вокруг неё был буквально наэлектризован раздражением и злостью, в любой момент готовых выплеснуться наружу яростной, сметающей всё и всех, волной стихии Пурпурной Ведьмы.       Лишь отойдя достаточно от уже опустевшего большого зала, пара чемпионов смогла спокойно выдохнуть, завалившись в ближайший встреченный на пути пустой класс. Глобальной терраформации и изменения планировки Хогвартс, конечно, не подвергся, но вот парты, стулья и прочий инвентарь кабинета просто перестали существовать, сперва осыпавшись невесомым пеплом, проиграв в неравной битве со стихией молнии, а после и эту мелкодисперсную пыль выкинуло на улицу вместе со стеклами из оконных рам еле заметной телекинетической волной, расходившейся полусферой от псионика.       — Да-а… Давно меня ни кто так не бесил, — хмуро произнес мужчина, осматривая изменившуюся обстановку.       — Напомни в следующий раз не принимать твои планы относительно моей ученицы как основные, милашка, — промурлыкала ведьма, стряхивая с мантии, которую было обязательно одевать на праздничные события, немного налипшей пыли и оправляя прочую одежду.       — Но согласись, теперь Гермиона будет прикрыта со многих сторон до тех пор, пока ты не сможешь забрать её к себе в Мондштадт, — привел аргумент Габриэль, так же начавший приводить себя в порядок. — А бородатый долькоман один хрен мозги полоскал бы.       — Угу, только с меньшим энтузиазмом. Если бы он не прекратил свои попытки мне в голову залезть, испепелила бы его прямо там…       — Ну-ну-ну, успокойся, красавица, — подошел к ведьме и приобнял ту за талию Габриэль. — Этот старый пидарас ещё может пригодиться и не только нам, но и нашим ученикам.       — Ладно… Только как теперь будем выкручиваться если он попытается понять, почему его кружева не легли на нас? — подуспокоившись и позволив себя повести на выход из помещения, спросила Лиза.       — Нет ничего проще. Ссылаемся на защиту магическим контрактом с кубком. Демонстрировать его, конечно, можно, но вот передавать третьим лицам нельзя. А это значит…       — Что ты, милашка, всё же неплохо всё продумал, — довольно хмыкнула девушка. — Пора, пожалуй, тебя начинать углубленно учить Тейватской школе магии.       — Я не против, моя госпожа, — усмехнулся мужчина и улыбнувшись не торопясь вышел из класса. — Куда отправимся? Целый день теперь в нашем распоряжении.       — Оу… Какое заманчивое завуалированное приглашение на свидание… — с лёгким придыханием произнесла Лиза. — Пожалуй, я согласна на… прогулку по магическому кварталу.       — Тогда идём для начала в Хогсмид.