Плохие приметы

Фрэнк катался по городу около получаса, пытаясь найти дом по адресу, который был записан на бумажке. Он мало думал о последствиях, его больше волновала безопасность тех, к кому он привязался: Эдди, Линда. Джун. Даже Райли. Впрочем, работу такое жалкое оправдание точно не помогло бы спасти, и это было отчасти забавно. Охотник должен спасать людей, но дорожить людьми, чувствовать к ним привязанность или заботиться о них категорически воспрещалось. Это затуманивало разум, мешало видеть детали, различать слепое беспокойство и настоящую угрозу. Может, в этом и был какой-то смысл — все правила штаба были написаны чей-то кровью, — но оставить их один на один с чудовищем, пусть и на несколько дней, Фрэнк не мог. Он находил это даже забавным: настолько ему промыли мозг, что ради себя он не был готов пожертвовать стабильностью, а ради других, ради тех, кто никогда об этом не узнает, бросил свою жизнь, почти не раздумывая.  Но все эти чувства затихли, когда он наконец остановился у нужного дома. Это был небольшой дом, совершенно обычный, ничем не выделявшийся на фоне остальных. Светлые шторы были плотно завешаны, впрочем, уже темнело, и солнце пряталось за крышами. Фрэнк вздохнул, времени медлить не было.  Фрэнк вышел из машины, потянувшись, чтобы расслабить затёкшие мышцы. Достал сигареты, покрутил пачку в руках. Нет, наверно, напрягать лёгкие сейчас было не лучшей идеей. Фрэнк тихо выдохнул и мысленно сосчитал до трёх. Убрал сигареты обратно в карман. Постучал.  Дверь открылась быстро, как будто Фрэнка ждали. Джерард встретил его улыбкой, показывая маленькие зубы. Нервным движением он поправил волосы.  — Фрэнк, здравствуй! Рад тебя видеть. Как ты себя чувствуешь?  Джерард явно издевался, и это раздражало. Какой бесчувственной тварью нужно было быть, чтобы так нагло, так по-хамски себя вести? Хотя, мысленно одёрнул себя Фрэнк, вампиры и были тварями. Когда-то они дышали, как люди, чувствовали, как люди, когда-то они были людьми. Но сейчас, о, сейчас это человекоподобные существа, не знающие ни сострадания, ни жалости, ни любви. Они убьют, и ни один мускул не дрогнет. И Джерард такой же. Нельзя об этом забывать.  – Ой, прости, зайдёшь? — Джерард отошёл, освобождая проход. – Проходи, пожалуйста, в гостиную, располагайся.  Гостиная оказалась мрачной, тёмной, маленькой, она освещалась только большой свечой, горевшей на столе. В комнате стояли старенький диван, чистый, но потрёпанный временем. Стульев не было, значит, гости приходили нечасто. Впрочем, Джерард едва ли ждал кого-то и сегодня: везде были разбросаны вещи, кисточки, какие-то книги. Да, проверка будет быстрой.  – Ой, извини, я не думал…, — Джерард мягко оттолкнул Фрэнка в сторону, чтобы пройти вглубь гостиной, — я сейчас, извини.  Он собрал вещи и, выходя из комнаты, щёлкнул выключателем. При свете комната стала выглядеть совсем обычной, пусть и неприбранной, но как будто даже уютной. У Фрэнка пробежали мурашки по спине от этой мысли.  Он знал, все охотники знали, что внешность, дом и даже окружение могли лгать. Вампир мог быть самым дружелюбным и обаятельным человеком на планете, помогать бабушкам переходить дорогу и кормить кошек. Он мог жить в просторной, светлой, чистейшей комнате. Он мог следовать моде, хотя с их ощущением времени это было наверняка непростым занятием. И всё же это милейшее существо убивало по ночам. «Вот так, Фрэнки, – говорила Мелани, рассказав историю чей-то охоты как сказку перед сном, – надо быть осторожным». Но всё же никогда до этого Фрэнк не сталкивался с таким лично. Впрочем, у Джерарда явно были проблемы по всем трём пунктам. И всё же встреть Фрэнк его в обычной жизни, он подумал бы, что Джерард странный. С причудами. Не зря его опасались горожане, Фрэнк был в этом почти уверен. Но этот хаос в его гостиной делал его… обычным, и это было страшнее всего.  – Всё в порядке? — голос Джерарда вытащил Фрэнка из размышлений. — Присаживайся, пожалуйста.  — Я бы не отказался от чая, — Фрэнк посмотрел на Джерарда. Первая проверка. — Ох, да, прости, я совсем... забыл, — Джерард, кажется, смутился. Играл он крайне правдоподобно, отметил про себя Фрэнк. Забыл, что люди едят, интересно. – Только у меня нет чая, есть кофе. Будешь? — и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Конечно, будешь, я мигом, — и Джерард вышел из своей – весьма похожей на человеческую – гостиной. Фрэнк быстро обошёл всю комнату, останавливаясь взглядом на всём, что могло хоть как-то подтвердить аксиому. В комнате не было зеркал, хотя, наверно, никто не держит их в гостиной. Книги тоже были обычными: по рисованию, поэзия, пара детективов. Ничего подозрительного, и это было подозрительно. «Было бы забавно посмотреть на энциклопедию вампиров», – усмехнулся Фрэнк, продолжая осмотр. Только на мольберте, развернутом к окну, стоял холст. Это была явно только начатая работа, но уже были намечены основные детали: капли крови, клыки, нож. Фрэнк ухмыльнулся.  — Нравится? — окликнул его голос, и Фрэнк вздрогнул. Он терял хватку, а допускать этого нельзя. — Не самая удачная работа. Но такой был заказ, — Джерард поставил две чашки с кофе на столик. — А потом его почему-то отменили, где-то неделю назад, и что с ней делать не знаю. Выброшу, наверно. Фрэнк поблагодарил за кофе (пить его он, конечно, не собирался) и сел. Джерард выглядел слишком расслаблено для тех игр, которые он затеял.  — Джун сказала, ты куда-то уезжал, — Фрэнк притворился, что делает глоток кофе. — Да, к брату в гости. Родители тоже с ним, поэтому дом на мне. Я тут один живу уже… с совершеннолетия, наверно, и это ужасно раскрепощает.  «А моих родителей убили тебе подобные», — подумал Фрэнк, и эта мысль его обожгла больше, чем кружка кофе в руках. Джерард этого, казалось, не заметил.  — Но я хочу отсюда уехать, мне предложили работу в другом штате, так что скоро это всё закончится. Последняя фраза эхом отдалась в голове Фрэнка. «Скоро это всё закончится». Он переедет, его след затеряется, а последним охотником, который его видел, будет Фрэнк. И это преследование закончится. Потому что больше Фрэнк охотником не будет. — Что закончится? — спросил он на всякий случай. — Ты о чём? Джерард поставил кружку с кофе, руки у него едва заметно дрожали. Он перевел взгляд на свои пальцы и начал теребить ими края рубашки.  — Я же не самая популярная здесь личность, если ты вдруг не заметил, — Джерард нервно усмехнулся. — Я не могу выйти из дома без обвинений в этих жутких убийствах. Не могу поесть без нападок. Не могу прогуляться по городу без насмешек. Ну ты общаешься с Эдди, ты должен знать. Он ведь наверняка наговорил тебе всяких мерзостей обо мне. — Нет, он никогда не... — Да конечно, - перебил его Джерард, усмехнувшись. — Он никогда не упустит возможности меня закопать. Фрэнк помолчал несколько секунд, убедившись, что Джерард закончил.  – Что это значит? Слушай, я просто хотел поблагодарить тебя за помощь, если бы не ты… я бы здесь не сидел. Я бы либо сдох на улице, как дворняжка, либо меня нашёл бы этот ваш убийца. И я не знаю, какая чёрная кошка между вами пробежала, но знаю, что обязан тебе жизнью.  Джерард поднял взгляд и улыбнулся. Фрэнк про себя подумал, что он даже был бы красивым, если бы не убил больше трёх человек.  — Извини, я погорячился. Пожалуйста, останься. Я так давно не разговаривал с людьми. То есть... ты понял. Ты как глоток свежего воздуха. – Что значит «закопать» тебя?  – Давай не будем, пожалуйста, я не хочу говорить об этом.  – Я думал, тебе станет легче, если кто-то будет на твоей стороне, – пожал плечами Фрэнк. – Но я понимаю, это тяжело, наверно, когда все настроены против тебя.  Скоро сюда приедут другие охотники, и Фрэнк лишится работы, жилья, последних денег и привычной жизни. Да, скоро он сам узнает, как это должно быть тяжело.  – Алиса была моей знакомой, мы вместе занимались рисованием, – Джерард достал из кармана пачку сигарет. – Будешь? – и протянул её Фрэнку. Тот кивнул, и они закурили. Открывать окна Джерард не стал. – Мы не дружили, но… Ей стало плохо, почти как тебе, но её никто не проводил. Я нашёл её, когда возвращался домой, тогда же приехала полиция, – Джерард затянулся, будто обдумывая следующие слова. – Меня задержали, как это говорят, до выяснения обстоятельств, но быстро отпустили. У меня алиби, были записи, были свидетели. Никого не волнует, что я не связан с предыдущими двумя, что я бы не смог, даже если бы захотел, физически не смог их убить. Для всех я убийца, я виновен.  Голос Джерарда срывался, как будто ему было тяжело говорить. Он смотрел куда-то в сторону, словно боялся увидеть осуждение, а его бледные пальцы, державшие сигарету, едва заметно дрожали. Фрэнк даже почти поверил. Почти.  –  Я всё думал, а что, если бы я её проводил? Если бы хоть кто-нибудь её тогда проводил? – Джерард поправил волосы. – Но я не могу вернуться назад и всё исправить, не могу.  – Вот почему ты… Джерард кивнул.  – Прости, мне не стоило лезть не в своё дело.  – Ты мне веришь? – Джерард поднял взгляд. Фрэнк кивнул. – Спасибо. Я сейчас.  Джерард вернулся через несколько секунд с пепельницей в руках.  – Ты был прав, – сказал он, ставя её на диван между ними. – Стало немного легче.  Джерард затушил сигарету.  – Спасибо, что выслушал, – Джерард улыбнулся, как-то неуверенно и нервно.  «Актёр из Джерарда вышел бы прекрасный», – подумал Фрэнк.  – Скоро найдут настоящего убийцу, и всё наладится, – сказал он, следя за реакцией Джерарда.  – Надеюсь, но я в это уже не верю, – пожал плечами тот. – Спасибо за поддержку, - Джерард достал новую сигарету.  Комната быстро заполнялась сигаретным дымом, и хотя стаж в курении у Фрэнка был довольно большим, дышать становилось тяжело. Глаза резало, нос изнутри щипало. Лучшего времени для второй проверки не придумаешь.  – Мне нужно в уборную, – слишком резко сказал он. Нужно было много чего проверить, а времени было всё меньше и меньше.  — Да, прямо по коридору и направо. Я пока проветрю, прости, не подумал. Джерард слишком много извинялся, и это раздражало. Эта маска добропорядочного, обычного человека смотрелась нелепо и смешно: он не смог бы обмануть и ребёнка. Может, сказывалась усталость от тяжёлого дня за рулём, но раздражение накапливалось. Взрываться и как-либо раскрывать себя раньше времени было нельзя, и Фрэнк, улыбнувшись, ответил:  – Забей.  Джерард кивнул, не оборачиваясь. Он открывал окна, впуская в комнату свет фонарей. Фрэнк, протирая глаза, вышел из гостиной. Он без труда нашёл нужную дверь — в маленьком доме было не так много вариантов. Туалетная комната была просторной, освещение было ярким и сначала резало глаза. Привыкнув теперь к свету, Фрэнк огляделся. Над раковиной висел шкафчик, в котором не было ничего интересного: зубные щетки, три штуки, паста и несколько флакончиков с таблетками. Зеркал здесь тоже не было.  Но это мелочи, Фрэнку нужно было где-то порезаться.  Здесь не было совсем ничего, чем можно было бы пораниться и сослаться на несчастный случай, так что Фрэнк быстро смыл, чтобы отвести от себя подозрения, помыл руки, заодно протерев глаза, и вышел.  Джерард ждал его в гостиной.  — Твой кофе остыл, приготовить новый? — Да, могу составить компанию. Очень кстати пустой желудок заурчал.  — О, прости, ты голоден? Пойдём, я посмотрю, чем могу тебя накормить. Кухня тоже была довольно светлой, несмотря на зашторенные окна.  — Такс-с, — Джерард открыл холодильник, — у меня есть джем и яйца. Могу предложить омлет и тосты с джемом или маслом. Давай я приготовлю хлеб, сделаем... что-нибудь. Ты поможешь? — Джерард обернулся, чтобы встретиться с Фрэнком взглядом. Уговаривать Фрэнка не пришлось. Упускать такую возможность для проверки — глупо и нелепо, а Фрэнк себя дураком не считал. Кроме того, Мелани учила его готовить с десяти лет, и когда-то ему даже нравилось. Она говорила, что настоящий охотник должен суметь себя обслужить. Впрочем, эти уроки редко пригождались. Чаще всего охотники ели в барах и отелях, считая готовку занятием постыдным для мужчины. Отец приучил к таком распорядку и Фрэнка — их работа была круглосуточной, и тратить пусть полчаса в день на готовку было непростительно. Но иногда — исключительно веселья ради — Фрэнк готовил в штабе, чтобы ещё несколько дней выслушивать, что он позорит доброе имя охотников своими выходками. Отец разочарованно вздыхал и ничего не говорил, Мелани улыбалась. Теперь казалось, что это было в другой жизни, теперь у него не будет ни отца, ни Мелани, ни штаба. Фрэнк вздохнул, прогоняя воспоминания. Он забылся, нарезая масло, пора было действовать. Он посмотрел на Джерарда, который, не обращая на него ни малейшего внимания, что-то напевал себе под нос. Одно неаккуратное движение, секундная боль, Фрэнк наигранно ойкнул и выронил нож. Джерард обернулся: — Что случилось? Ты порезался? — Пустяки, — Фрэнк нажал на порез, чтобы из ранки показалась кровь. Джерард побледнел ещё сильнее и отвернулся. — Это всего лишь небольшой порез. Можешь принести пластырь, пожалуйста? Фрэнка позабавила сама ситуация: он сидит на кухне вампира и просит его принести пластырь. Комичнее не придумаешь.  — Да, конечно. Последи. Джерард почти выбежал из кухни. Фрэнк перевернул тосты, они уже вкусно пахли, живот снова заурчал. Фрэнк инстинктивно проверил серебряный нож. Он всё ещё лежал в кармане, готовый в любой момент помочь.  — Вот, всё что нашёл, — Джерард подошёл сзади и выключил плиту. — Они уже готовы, наверно. Джерард усадил Фрэнка за стол, взял пораненную руку. Крови было не так много, но для любого вампира достаточно всего одной капли, чтобы у него проснулся животный голод, перед которым устоять невозможно. Или почти невозможно.  Джерард всё же смог сдержаться, но Фрэнк почти чувствовал, насколько ему не по себе. Руки у него затряслись сильнее обычного, он побледнел, как будто вот-вот потеряет сознание. Он шумно дышал через рот, борясь с запахом крови, борясь с собой. Фрэнка это забавляло: он никогда раньше такого не видел. Раньше вампиры набрасывались сразу, как только догадывались, что перед ними охотник. Те, что посамоувереннее или поглупее, тянули, неумело играя с охотником в кошки-мышки и каждый раз проигрывая. Но чтобы вампир старался не укусить после проверки кровью… С таким Фрэнк не сталкивался. Значит, он перекусит кем-нибудь другим. К этому Фрэнк был готов.  Джерард наклеил пластырь и тут же отвернулся. Он зажал рот рукой, пытаясь выровнять дыхание.  — Знаешь, мне кажется, тебе пора, — сказал он. — А как же тосты? — Фрэнк издевался, и ему это нравилось. Он понимал, что наживает себе неприятности, но остановиться было мучительно сложно. — Пожалуйста, Фрэнк, мне нехорошо. — Ещё увидимся, — Фрэнк улыбнулся, а Джерард на это лишь кивнул, не поднимая на него взгляда. Что ж, пожалуй, на сегодня проверок было достаточно.