***
Когда время близилось к восьми, нужно было соскрести себя по частям с кровати, немного поругаться в воздух из-за того, что нога затекла и теперь посылает Чонгука с его идеей собираться на работу, не желая функционировать. Уже на кухне, Чонгук, уперевшись руками в столешницу (нога все еще давала сбои, норовя подкоситься или послать импульс тока), думает, что кофе делать не будет: все равно же пойдет в кофейню. Видимо, он не только жмот по отношению к Намджуну, так еще и ленивая задница. С трудом открыв домофонную дверь, которую очень даже хорошо замело снегом, Чонгук ступает по еще не сильно протоптанной дорожке, мысленно молясь, чтобы ботинки оказались достаточно высокими, и в них не попали ненужные снежные хлопья. Вдали он видит теплый свет знакомого заведения и ускоряет шаг, почти срываясь на бег, что обернулось немного боком — перед входом он поскальзывается, больно падая назад, благо ноутбук удержал впереди. Вот, лежа на снегу, он думал, что ударился головой слишком сильно, и уже начались галлюцинации, но нет. Тэхен, сдерживая порывы смеха, присел рядом на корточки, протянув руку, и что-то спрашивал, что именно, Чонгук пропускает мимо ушей, но руку принимает, поднимаясь. — Ну ты даешь, — уже тихо хихикая, Тэхен пропускает Чона в кофейню, проходя следом. — Куда ты так торопился? — бариста становится на свое рабочее место — за стойку, Чонгук же садится на барный стул напротив. К тебе, куда же еще? — Хотел побыстрей дойти сюда, — смущенно улыбнулся Чонгук, потирая затылок. Взгляд Кима почти в мгновение ока изменился на тревожный, он, будто пытаясь заглянуть за голову на затылок Чона, наклонил свою, спрашивая: «Сильно болит?» — Нет, не очень. — Я могу принести лед, там же точно шишка будет. — Нет, все хорошо, Тэхен, правда… Можешь сделать два американо, пожалуйста, я же не просто так навернулся. — Да, сейчас, — Тэхен отворачивается, начиная приготовление напитков, а у Чонгука внутри тепло тягучим сиропом разливается. Тэхен за него переживает. Но ведь каждый друг переживает, если второй падает и бьется головой. Хотя, будь это Ким Намджун, он бы очень долго ржал, в конечном итоге и сам навернулся бы, и была бы очередь смеяться уже Чонгуку. — Тебе срочно надо на работу? — через плечо кидает Ким. — Нет, еще достаточно времени… а-а что? — заикнуться? Конечно, это же Чонгук. — Я принесу лед и посидишь, держа его на месте ушиба, — Тэхен оставляет напитки наполовину приготовленными (останется только залить кофе, что сделать можно за минуту, даже меньше) и идет в небольшую комнату за льдом. Чонгуку остается лишь вздохнуть и нормализовать свое сбитое снова дыхание, которое с каждым произнесенным словом только учащается. Когда Ким выходит с упаковкой льда в руке и протягивает ту Чону, последний замечает для себя интересную вещь — Тэхену еще и повязки на голову идут. В данный момент это красная тонкая повязка, завязанная узелком впереди и разделяющая волосы на две части. — Приложи, — возвращает парня в эту реальность Тэхен, смотря, как Чонгук завис с этим пакетом в руке. — Спасибо, — смущенно улыбается парень, прикладывая холодную упаковка со льдом к затылку, вздрагивая и чувствуя мурашки, побежавшие вниз по спине. Тэхен же, хлопнув тихо в ладоши, поджимает губы и идет к выходу, включает гирлянды на окнах и по периметру кофейни, после — поворачивает табличку, где написано «открыто». — Я пришел как раз к открытию? — Я бы сказал, прилетел, — улыбается тепло Тэхен, ступая обратно за стойку. — Ты давно здесь работаешь? — походу, удар пришелся по голове очень даже хорошо, учитывая, как бесстрашно Чонгук начинает разговор, при этом мысленно уже с ручного ингалятора воздух заглатывая. — Года полтора. Это кофейня моего друга, мне нужна была работа на постоянной основе, а тут он зовет меня, было бы глупо отказываться. — И нравится? — Да, знаешь, тут очень даже неплохо и весело иногда бывает. Например, сейчас, — кивая на пачку льда в руке Чонгука, чуть смеется Ким, ловя смущенную улыбку парня, опустившего голову. — Коллектив тут дружный. Небольшой, но дружный. — А поклонники не просили дать номерок? — усмехается Чон. — Ну вот, один предо мной сидит. — Я буквально пал к твоим ногам, — теперь они смеются вместе, хотя, когда Чонгук отсюда уйдет, наверное, на луну завоет от осознания того, что сейчас сказал. — Больше ничего не болит? — спрашивает Ким, стоило им обоим успокоиться. — Нет, не беспокойся, я в норме. — Ладно. — Я еще немного посижу и пойду, наверное. Намджун будет истерить: где его кофе, — говорит Чон, протягивая пакет Тэхену и поправляя намокшие волосы сзади другой рукой. — Это твой друг, с которым ты пришел вчера? — Да, — Тэхен замирает с немым «а-а-а» и, облизнув губы, отворачивается к небольшим часам, стоящим на стойке — 8:13. В этот момент входная дверь открывается и внутрь, поскользнувшись почти как Чонгук, залетает сероволосый парень в светлом пальто. — Бр-р-р, холодрыга какая. Тэхен-и, сделай латте макиато, будь душкой, а то я продрог, кажется, насквозь. — И тебе привет, Чимин, — издает смешок Тэхен, принимая заказ от друга, которого Чонгук сразу узнал — тот самый Чимин с фотографии, только серый. — Я говорил, что будет холоднее, чем вчера, это значит, что нужно надеть что-то теплее весенних джинсов и водолазки, — с легким упреком сказал Ким, включая какую-то машинку, пока Пак снимает пальто и проходит в комнату, откуда ранее Тэхен вынес лед. — Думаешь, я бы поступил иначе? — доносится голос оттуда. — Я в тебе не сомневался, — ухмыляется бариста, это выражение лица для Чонгука было в новинку, так что в голове откладывается кадр в отдельную папку именуемую «Эмоции Тэхена». Чимин почти сразу выходит в таком же фартуке, в каком стоял Ким, только с вышивкой «Пак Чимин», и только сейчас обращает внимание на Чонгука. — О, твой друг? — спрашивает Пак. — А? — Тэхен смотрит через плечо и кивает. — Да, — а Чонгук готов растаять как лед, который он прикладывал к ушибленной голове. — Секундочку, а я тебя знаю. Чон Чонгук, вроде? Мы в одной школе учились. — Да, точно, — смущенно давит улыбку Чон. Слишком много неловкого смущения сегодня, так у Гука скоро помимо закатанных глаз еще и щеки треснут. Почему они с Намджуном друг друга помнят, а Гук, как всегда, не при делах? — В параллельных классах. — Точно, — улыбается Чимин до такой степени, что вместо глаз остаются маленькие щелочки. — Когда ты успел покраситься? — доделывая напиток, спрашивает Тэхен. — Вчера сестра уломала в серый. Я хотел в блонд. — Да тебе и с этим цветом нормально. Но против Дживон не попрешь, да? — усмехнулся Ким, протягивая другу кофе и начиная доделывать два американо Чонгука. — Гарпия блин, волосы мои, а решает, в какой красить, она, — закатывает возмущенно глаза Чимин, отпивая латте. — Но ведь и красит тебя она. — Да пофиг! Ты просто не понимаешь каково это. Чонгук, у тебя есть старшая сестра или брат? — вдруг обращается к Гуку парень. — Нет. — Да идите вы оба, не понять вам моей тяжелой ноши, — махнул рукой Чимин, под смех Тэхена, поставившего в картонные носилки стаканчики, а после протянувшего на барную стойку к Чонгуку, который, стоило потянуться за напитками, случайно касается чужих пальцев своими, отчего оба почти моментально вспыхивают пламенем смущения. — Спасибо… за все, — договаривает Чон, улыбаясь. — Всегда пожалуйста, — опускает голову Ким, подавляя тоже просившуюся на лицо улыбку. — А… — Чонгук тянется за кошельком, но его прерывает голос напротив. — За мой счет. Считай, я угощаю. Будь осторожней в следующий раз, — провожает его легкой улыбкой Ким, наблюдая, как парень, немного замявшись, идет к выходу. — Хорошо, — крикнул последний, выходя на улицу. — И что это было? — поставив локоть на стойку, вздохнул Чимин, вскинув брови. — Что это было? — тупо переспрашивает Ким. — За твой счет? Ты даже мне за свой счет кофе не делал. И ваши смущенные взгляды. Друг? — Друг. Что ты к словам придираешься? Я тебя не угощал, потому что ты тут работаешь и пьешь тут тоже за свой счет. — А переглядки? — Не было переглядок. — Я в следующий раз сниму на телефон, как вы мило друг друга смущаетесь, ТэТэ. Хотя, постой. Хочешь, камеры наблюдения проверим? — Ладно, верю. — Че верить-то, Тэхен? Это с каких пор пошли «друзья», — показал Пак кавычки пальцами, — которые так друг на друга смотрят? — Как «так»? — С такой теплотой, не знаю… любовью? — Перегибаешь, — вздыхает Ким. — И тем не менее, я прав, — показывает на друга пальцем Чимин. — Что я еще новенького узнаю после больничного? — То, что ТэТэ скоро от тебя откажется, — ухмыляется Тэхен. — Не-е-е-е, — улыбаясь, тянет Чимин и обнимает друга со спины, — ТэТэ никогда не откажется от дурашки Чимин-и, — и немного смеется тому в ухо, тем самым щекоча. ТэТэ никогда не откажется от дурашки Чимин-и.***
С горем пополам дойдя до редакции, Чонгук на ходу пытается снять пальто, в итоге чуть не опрокидывает кофе, но спасибо девушке, что поймала картонку с напитками вовремя и любезно подержала, пока Гук разбирался с верхней одеждой. На рабочем месте уже сидит, немного вертясь из стороны в сторону, Намджун, а когда видит друга, начинает тихонько смеяться. Волосы Чонгука растрепаны, на лице кислая мина вместо ожидаемой «улыбки влюбленного дурачка», зато в руке картонка с двумя кофе, один из которых предназначен Киму. — Мне стоит спрашивать, почему ты так выглядишь? — Да что спрашивать? Поскользнулся и упал прямо в ноги Тэхену, когда шел за кофе, — тут Ким ржет уже в голос, привлекая внимание сотрудника неподалеку. — Не смейся, и так стыдно. — Мда-а-а, Гук-а, ты точно произвел на него фурор. Зато к нему так никто не подкатывал, — снова смеется старший, уже хватаясь за живот от приступа смеха. — Лучше бы спросил, как я себя чувствую, было больно, вообще-то, — обиженно сказал Чонгук, садясь за свой рабочий стол, на который ранее положил ноутбук. — А, кстати, — повернулся он к Джуну, — Чимин тот, оказывается, работает там же, вместе с Тэхеном. — Да? А это ты как узнал, сыщик? — Он пришел почти сразу после меня и переоделся в форму работника. — Понятно. Ты же не натворил глупостей перед Тэхеном? — Что ты такое говоришь? Будто я влюбился в него и пытаюсь привлечь его внимание. Заканчивай говорить с таким подтекстом, хён. — Говорю, как вижу, — пожимает плечами. — А вижу я влюбленного друга. — Да не влюбился я, господи, — закатив глаза снова, сказал Чонгук. — Можно просто Намджун или хён, — усмехается Ким. — А можно пошел нахрен. — Нельзя. — А это был не вопрос. — После такого отношения к себе это я должен тебя блокировать, потому что ты злой, Гук-а. — 1:1.