A la guerre comme a la guerre

Англия быстрым шагом шёл к своему лагерю. Ох, достанется же ему от генерала за эту отлучку!.. Но это неважно. Самый страшный разнос он устроил себе сам. Нельзя, нельзя было влюбляться в эту девицу! Она же враг! Столько лет они с ней ссорились, сколько она над ним раньше издевалась!.. Но, повзрослев, Франциска стала столь очаровательной, что противостоять этому Англия оказался не в силах и влюбился, продолжая по привычке с ней цапаться. Лагерь, палатка генерала. В наступившей тишине хриплый шёпот генерала разносился от палатки метра на два. Внезапно по всему лагерю разнёсся вопль Кёкленда: - Нет! Я ни за что этого не сделаю! *** Франциска сонно потянулась, зевнула и открыла глаза. Кёкленда рядом не было. "Чего и следовало ожидать", - подумала девушка и улыбнулась. Она приподнялась на локте, и тут под её рукой хрустнула бумага. Удивившись, она взяла сложенный вчетверо лист и, повертев его в руках, обнаружила надпись "От Артура". Дрожащими пальцами девушка развернула листок и прочла: "С добрым утром, Франциска. (Губы девушки тронула улыбка.) Я должен уйти. Боюсь, мы оба просто использовали друг друга, извини меня, если я позволил себе лишнего. Мы ещё обязательно с тобой встретимся. Люблю тебя, Англия." Девушка судорожно смяла письмо. В её глазах заблестели слёзы, через секунду уже струившиеся по её щекам. - Дурак... - прошептала она. - Артур, какой же ты дурак... Она быстро встала и начала одеваться. Вчерашняя дуэль у баррикад давала о себе знать: руки, ноги, спина... В общем, в порядке была только голова, чему Франциска, впрочем, была рада. К тому же, сказывалась, судя по всему, не столько сам поединок, сколько его бурное продолжение. Франциска замотала шею лёгким шарфом и натянула на руки перчатки, скрывая ими фиолетовые засосы. Начальство и так разгневается, узнав, как она провела эту ночь, но, если им станет известно, с кем она её провела, то не избежать ей гильотинирования, а то и чего похуже. Девушка лёгкой походкой вышла из палатки и направилась к штабу. Маршал уже ждал её. - Сегодня состоится финальный бой, - сообщил маршал, когда она вошла. - Присаживайся, обсудим план действий, - сказал он, махнув рукой на лежащие на ковре подушки. Девушка послушно устроилась на подушках, скрестив ноги. - Так вот, в этой битве тебе придётся выступить против Англии один на один. Твоя задача - победить его, а ещё лучше - прикончить. Франциска охнула и побледнела. Сколько лет они ссорились, издевались друг над другом, и вдруг... Всего несколько битв, одна яростная перепалка... Неужто только этого ей хватило, чтобы влюбиться в этого идиота Кёкленда?! Размышляя подобным образом, она то краснела, то бледнела, и маршал, которому это порядком надоело, прервал её раздумья: - Выступаем через полчаса. Вычисти шпагу и мушкет. Это приказ. *** Поле, где должна была состояться битва, поливало дождём. Когда Франциска с боевым отрядом прибыли к месту предстоящего сражения, Англия со своими уже был там. Пунктуален до чёртиков. Оставив отряды позади, Франциска и Артур сошлись почти в самой середине поля. - Ну, здравствуй, - улыбнулся Кёкленд и поклонился девушке, вытягивая из ножен шпагу. Франциску передёрнуло. Ей слишком хорошо было знакомо это выражение лица Кёкленда, чтобы ошибиться и принять за обычное добродушие. К тому же, было немного неприятно то, что он ведёт себя, словно ничего и не случилось. - Убери-ка в ножны своё приветствие и поздороваемся, как положено, - сказала Франциска, непринуждённо улыбнувшись, и протянула Артуру ладошку, пальцами другой руки всё же сжимая эфес своей шпаги. - Прости, имею прямо противоположный приказ, - вздохнул Англия. - Боюсь, нам придётся драться. - Что ж, тогда ничего не поделаешь, - протянула девушка и выхватила оружие. Зазвенела сталь. Франциска и Артур словно танцевали друг вокруг друга, нападали и защищались, не нанося друг другу никакого ущерба. Схватка продолжалась минут десять, они оба устали, но ни один не желал отступать. В конце концов, Франциска поскользнулась на размокшей от дождя земле и наверняка упала бы, если б предупредительный Англия не подхватил её. Девушка нечаянно ухватилась за край мундира Артура. Вот так просто оказаться вновь в его объятиях... Нет, о чём она только думает! Девушка попыталась встать на ноги и отстраниться, но Кёкленд прижал её только крепче. - Прости, - шепнул он ей на ухо. Франциска почувствовала, как к её лицу приливает кровь. Надо бы, конечно, оттолкнуть Артура, пока маршал не заметил, но... Зачем? - Мне не за что тебя прощать, - честно ответила она и улыбнулась. Кёкленд погладил её по щеке и поцеловал. Франциска покраснела ещё сильнее и вцепилась пальцами обеих рук в мундир Артура. Плевать на то, что они враги, плевать на то, что сейчас их видит целая толпа солдат... Внезапно в животе у неё стало холодно. И больно. Девушка охнула и, немного отстранившись от Кёкленда и зашипев от боли, взглянула на свой живот. Франциска побледнела. Её пронзала шпага. И держала эту шпагу рука англичанина. - Артур? - удивлённо прошептала она, повисая на шпаге: ноги плохо держали её. - Вот за это я и просил прощения, - пробормотал Англия, пряча глаза. Из глаз Франциски хлынули слёзы. Она упала на колени в грязь и повалилась на бок. Через несколько секунд её дыхание остановилось. - На войне как на войне, Франциска, - тихо произнёс Англия и смахнул слезу, возвращаясь к своим войскам.