One piece: Negative

Парень, лет восемнадцати на вид мирно сопел, закинув ноги на рабочий стол и сдвинув свою кепку себе на лицо. Подчиненные уже давно перестали удивляться такому, ведь конкретно для этого офицера было вполне такой нормой заснуть прямо во время разговора, если тот был скучным. Поэтому Главнокомандующему Сенгоку приходилось по несколько раз будить этого чертяку, когда тот приходил сдавать отчет или получать новую миссию и когда Глава Дозора собирал собрания для высших чинов. Пока этот юноша был разнорабочим в Морском Дозоре, только начиная свой путь до становления тем, кем его видел дед, этот недостаток пытались еще как-то исправить. Но время шло, имя черноволосого парня начало потихоньку греметь в Ист Блю, затем в Сауз Блю. Первым отгремевшим событием с участием имени этого (тогда еще) разнорабочего было отправление за решетку капитана Моргана, который сильно злоупотреблял своей властью и терроризировал местных жителей. Тогда его повысили аж до матроса, миновав три должности. Затем, в одиночку вынеся всех пиратов Альвиды Железной Дубины, черноволосый вскарабкался до младшего сержанта, вновь миновав несколько должностей. Прежде чем его переправили на базу в Саут Блю, Монки Д Луффи отправил за решетку таких пиратов как: пиратов Багги, пиратов Дона Крига и даже пиратов Арлонга (правда, при транспортировке этих ребят случился какой-то конфуз и один заключенный бежал, но это уже не касалось черноволосого). Тем самым он сделал Ист Блю почти самым безопасным морем, потому как троица, возглавлявшая топ по наградам уселась на свои места в Импел Дауне. Саут Блю тоже вскипело с появлением этого Монки Д. Поначалу никто не воспринимал всерьез дозорного-выскочку из самого слабого моря. Луффи не спешил их переубеждать, продолжая засыпать в каждом более-менее удобном месте. Чуть более старшие чины, посмеиваясь, завали ему затрещины и в шутку называли «соней». Но кто же знал, что всего какую-то неделю спустя сержант получит «мичмана» за поимку пиратов Фокси полным составом (правда, без их ушлого капитана). Тогда-то, наверное, у него и появилось свое прозвище. «Спящий дракон». А точнее оно закрепилось за ни окончательно, ведь, по жизни «спавший», он «пробуждался» только во время битв. И в них он был просто неистов, безумен и опасен, как самый настоящий обуреваемый стихией неистовой битвы дракон. Это преобразование Монки Д про себя отмечал только тем, что нигде и никогда, кроме как во время битв он чувствует себя живым. Наверное, это пошло с самого детства. Тогда дед, оставив его на какие-то недели на острове Рассвета, отчего-то забрал к себе на корабль с лозунгом «дозорный должен быть с детства дозорным». Вообще, Монки Д-младший не чувствовал, что это его призвание, но и простым фермером он быть не хотел: побывавшему в море хотя бы единожды суша была не мила. Поэтому он готовился быть дозорным, как того хотел дед. Не пиратом же ему в самом деле становиться… Гарп через год плавания опять вернул на остров. Макино тогда успела рассказать, что к ним приплывали какие-то пираты Рыжеволосого, но Луффи особо не запомнил. Дед, как приезжал, так и уезжал, не забывая при этом всякий раз посещать гору Коробо. Монки Д-младшему было интересно, что там такого нашел дед, что постоянно туда ходит, а потому Луффи стал наведываться в лес. По мере роста и увеличения боевых навыков (а зверюшки-то в лесу кусачие попадались) мальчик продвигался все дальше в лес. Драться со всяким зверьем ему жутко нравилось, даже если он потом приползал к беспокоившейся Макино еле живой. Лет в 13 он подружился со странными ребятами, которые хотели стать пиратами. Луффи завидовал им: у них есть цель и мечта — все то, чего нет у него самого. Он их не останавливал, хоть и старался проводить побольше времени с ними, и через год они уплыли в море, а дед забрал его на службу в Дозор, пристроив на какой-то занюханной базе разнорабочим. Так что выбора, как такового, у него не было… как не было и мечты. Было лишь монотонное существование, загонявшее его в сон, и кратковременные вспышки жизни, будоражащие его кровь. Возвращаясь к прерванному, мичман Монки Д также стал известен тем, что открыто столкнулся с двенадцатой дивизией пиратов Белоуса. Их сражение на море продолжалось два дня. Все это время подкрепление не приходило ни к одной из сторон. Верхи Дозора Саут Блю надеялись, что белоусовцы поубавят высокомерие этого юноши (что засыпал всякий раз при разговоре с ними и вообще редко вел себя по уставу, прямо как его дед), заставив спуститься с небес на землю. А белоусовцы… наверное, для них это сражение один на один был чем-то вроде дела чести, из-за которой они и не вмешивались. Однако верхи Дозора Сауз Блю забыли, что значит Монки Д, а пираты Белоуса не учли этот немаловажный факт, оставляя против внука Героя Дозора всего одну дивизию. Мичман Луффи не только дал достойный отпор белоусовцам, но и сильно повредил ведущую руку командира двенадцатой дивизии. Нехило так раненный черноволосый был уверен, что его запомнили: такими глазами на него смотрел уплывающий на своем корабле Харута. После этого верхам ничего не оставалось делать, как, скрипя зубами, повысить до звания энсина. Даже тот факт, что после сражения выжила только половина экипажа никак не смог повлиять на продвижение Спящего дракона. Это даже, наоборот, прибавляло к его репутации очки: мало чья команда не офицерского состава могла вообще выжить после столкновения с пиратами йонко. В списке посаженных пиратов (Луффи никогда никого не убивал: не видел ни прелести в убийствах, ни смысла) были и просто мелкие морские крысы, чьих флагов парень не запоминал, сжигая их первым делом. В чем достоинство этих ничтожеств, если они не могут даже отстоять свой флаг. Такие не были пиратами… Спящий дракон даже успел скиснуть, но тут произошло чудо: он, в одиночку качаясь на волнах (неудачная вышла рыбалка: он, мало того, что ничего не поймал, так еще и заснул, при пробуждении оказавшись посреди моря и даже без удочки, которая давно пошла на дно), встретился с пиратами Кида. Монки Д тогда их не сильно приложил, используя чуть больше половины своих сил, но и этого хватило, чтобы вынести всех, за исключением капитана и его старпома. Луффи тогда лишь отзеркалил оскалы этих двоих и, поправив на себе кепку, довольно сообщил: «Буду ждать вас на Сабаоди». На том и разошлись… Конечно, мечтать не вредно! Естественно, они втроем смахнулись, и после этой битвы раны ныли, как в сражении с белоусовцами, кости выворачивало, а перед глазами мелькали темные пятна из-за анемии. Но Луффи чувствовал себя просто превосходно. Он, покачиваясь, встал над потерявшим сознание капитаном Кидом и все еще шевелящимся Киллером. Монки Д, как сейчас помнит, как старпом, явно из последних сил попытался встать и защитить капитана, а потом предложил свою голову, взамен головы его красноголового недокапитана. «Больно надо. Я же говорил, что мы еще встретимся на архипелаге. Это вы на меня с кулаками полезли», — фыркнул тогда дозорный, чем и вызвал приглушенный смех блондина под потрескавшейся маской. «Только не говори, что ты был не рад этому», — сплевывая кровь, прошептал Киллер ему в спину. Эти ребята вполне могли стать ему хорошими соперниками на Гранд Лайн, а потому Луффи не сдал их местоположение Дозору. А спустя три дня пришел приказ перевести его в Штаб-квартиру Дозора. «Смешно, в Штаб-квартиру, а я даже не офицер», — подумал тогда Луффи, прекрасно зная откуда растут ноги у этого приказа. Конечно, не обошлось без дедушки, который любезно встретил своего внучка с кулаками любви и распростертыми объятьями. Затем были тренировки, повышение до младшего лейтенанта, снова тренировки, отправление на разные Базы Дозора, что располагались пока что только в Раю. За это время он отсеял много пиратского мусора, стараясь по-минимому калечить перспективных ребят, которые могли набить себе приемлемую цену в будущем. А вот песчаному крокодилу досталось по зубам так, что тот сразу улетел на шестой уровень Импел Дауна, счастливо просвистев мимо своей конторки в Барок Воркс, которую после основных событий и непродолжительного лечения Луффи методично два месяца выковыривал по всей первой части Гранд Лайн и отправлял вслед за их боссом. И теперь, возвращаясь к настоящему моменту, Луффи пребывал в полудреме, размышляя над полученной недавно силой. Несколькими неделями ранее, он встретился в море с кораблем одной из Шичибукай, Боа Хенкок. Монки Д не понимал чем он таким успел ей насолить, но Императрица амазонок разозлилась на него не на шутку, да так, что пострадал весь его экипаж: все матросы на его корабле в мгновение ока превратились в каменные статуи. Это было проблемно, так как за этих людей Луффи нес ответственность. Вообще, он хотел путешествовать в одиночку, как тот же Аокидзи, вот только такая роскошь позволительна лишь высшим чинам. Императрица была искренне возмущена тем фактом, что противный дозорный остался невредим. А посему отправила по его голову своих воинов. Это было весьма утомительно: одновременно и защищать своих, и атаковать чужих, при этом атаковать так, чтоб никто случайно не умер или получил сильные повреждения, ведь все же пираты Куджа были союзниками Мирового Правительства. Каким-то непостижимым образом Луффи смог пробудить Королевскую Волю в тот момент, чем, наконец-то, заставил неугомонную пиратку не только отступить, но и возвратить его экипаж в прежнее состояние. Или решающим фактором было само сражение с Императрицей амазонок: та, хоть и использовала разные виды Воли, все равно была наравне с яростно бьющимся Луффи, который еще в бою с другими амазонками помаленьку начал терять свою сонливость. Или что-то еще, заставившее перед тем, как их корабли разминулись, эту женщину покраснеть, как только они встретились взглядами… Монки Д как обычно зевнул, чувствуя подступающую дрему, и забыл про это. Внезапно на палубе послышались какие-то громкие звуки, какое-то копошение, какие-то крики, громом ворвавшиеся в сонную атмосферу его кабинета. Луффи уже было хотел вставать и иди разбираться с подоспевшими проблемами, как в его двери раздался очень вежливый и вместе с тем энергичный звук. Закатив глаза, младший лейтенант надвинул на глаза свою кепку и разрешил войти. Наверняка это были новенькие, которых обещал ему подогнать дед. Не то чтобы Луффи о чем-то подобном просил… но было очень своевременно: после ухода (они сами отчего-то решились написать увольнительные, он здесь совершенно не при чем) нескольких членов его экипажа свободные руки на его борт только приветствовались. Хотя этим рукам многому еще надо было научиться, например, не лезть к нему без особой на то причины и не сильно шуметь на корабле. В каюту сразу же вошли двое. Это были матросы, если судить по одежде, один немного выше другого. Блондин с каким-то нелепым обручем на глазах, и розоволосый с броской зеленой повязкой и очками с красной оправой. Это все, что смог рассмотреть Луффи из-под кепки. Дед отправлять слабаков ему не намеревался, поэтому от этих также веяло силой, хотя, по мнению Монки Д, им до своего пика еще расти и расти, что было хорошим показателем. — Разрешите доложить! Матрос первого класса, Коби и матрос Хельмеппо по распоряжению вице-адмирала Монки Д Гарпа прибыли! На это заявление Луффи неопределённо промычал. Однако говоривший воспринял это по-своему и более энергично продолжил: — Я Коби. Именно благодаря вам я смог исполнить свою давнюю мечту и поступить в Морской Дозор. Вы дали нам билет в жизнь! Наклонив голову, Луффи опять промолчал, хотя и был немного заинтересован словами этого матроса. Отчего-то они все никак не мог вспомнить, где же его видел. Да, он не очень-то и запоминает людей, но таких ребят вряд и бы упустил из виду. — Вы нас не помните? — Конечно, но нас не помнит, дубина. У него же столько сражений помимо тех было, — в сторону сказал скептик-блондин, будто привык это делать. Но в столь тихом кабинете это прозвучало чересчур громко, проще говоря, это услышали все. Тот, что назвался Коби, как-то даже сбледнул и принялся шикать на друга, что тоже не укрылось от младшего лейтенанта. «Своеобразные ребята… спасибо, дед», — подумал про себя Луффи, сам не до конца понимая, какие чувства он испытывает по этому поводу. — Как и сказал обручевоголовый, я вас не могу вспомнить, — спокойно выдал Луффи, немного приподняв кепку. — Расскажите вкратце о себе, раз уж пришли. Странно, но блондин даже немного обиделся на его заявление, но смолчал. А вот у розоволосого глазки-то загорелись, и он начал свой рассказ, поле него к беседе подключился переживший сильную обиду блондин. Как оказалось первый был юнгой-заложником на одном пиратском корабле, чью команду одной из первых разгромил Луффи. После этого парень кое-как смог поступить в Дозор, выехав на одном только своем стремлении отплатить благодетелю и уверенности в мечте. А вот второй оказался сыночком первого посаженного им дозорного. Правда, блондин исправился, а после случайной встречи с Коби так вообще воодушевился и принялся с небывалым рвением продвигаться в Дозоре. Как-то так. «Неожиданно, но скучно», — подумал Луффи, зевнул и проговорил: — Ага, понятно. Ну, идите познакомьтесь там со всеми… Хельмеппо, сразу же уловившего суть или просто не желающего общаться с новым главой дольше необходимого, сдуло из кабинета, а вот раздосадованный таким вот обращением Коби остался. И даже выразил свое недовольство: — Погодите, разве вы не дадите мне задания? — с надеждой спросил он. Раздраженно вздохнув, Монки Д поднял руку в воздух и щелкнул пальцами. Сейчас он меньше всего хотел распинаться перед каким-то фанатиком службы в Дозоре. И как этот мальчишка свои розовые (под стать головушке) очки не разбил, дослужившись в них до матроса первого класса? — Ну ладно. Слушай, твое первое задание на этом корабле, матрос: свали к чертям местным, что коками зовутся, из моего кабинета шустро и без ненужных переговоров. Там тебе все понятно объяснят, тем более сейчас время обеда. Такого офигевшего выражения лица Луффи давно не видел и, будь сейчас настоящая битва, даже посмеялся бы. Коби уже было хотел что-то сказать, но тут в кабинет без всего влетает еще один человек. — Капитан! Мы приближаемся к Сабаоди! — отчитался матрос, стараясь лишний раз не двигаться в каюте капитана. Вообще, экипаж старался лишний раз не отсвечивать. Бывалые на этом корабле не понаслышке знали, что Спящего дракона лучше не дергать. Именно от них все новички узнавали много поучительных историй, но не все к ним прислушивались, из-за чего в последствии историй становилось все больше. Не сказать, что Луффи прям в ежовых рукавицах их всех держал и перекатывал: каюты да и их мнение оставалось при них. На редких собраниях члены команды даже могли высказаться. Да и в обыденных ситуациях дозорные вполне могли рассчитывать на то, что их мнение примут в расчет. Но! Если кто-то начинал вести себя неподобающе в военных действиях или не следовать серьезным приказам капитана, то проблемы сыпались на всех разом. Коллективная ответственность, которую посылал прямиком к морскому дьяволу каждый из отбывающих наказание. И одной только поимкой (естественно, без помощи капитана) какого-нибудь морского короля на ужин никогда не обходилось… Но не будем о грустном, ведь, новенькие, на скромный взгляд всего экипажа, тупицами или трусами не выглядели, так что проблем возникнуть с ними не должно, ведь, если таких просветить, они внемлют, проникнуться и не совершат фатальных для всех ошибок. Вот только теперь матрос немного сомневался в адекватности розоволосого, но все еще считал, что это можно исправить, и тот еще не до конца понял, где находится. — Отлично. Швартуемся в ближайшей роще. Меня не беспокоить день… два. У вас, ребят, кстати, тоже эти два дня отдых. Развлекайтесь! — будто только этого и ожидая, капитан медленно поднялся и побрел к шкафу, а потом, будто только вспомнив, отдал приказ. — Свободны. Бывалый оперативно подхватил под руку попытавшегося было что-то сказать розоволосого и обоих через секунду будто и не было никогда в кабинете капитана. Который, к слову, неожиданно для постороннего наблюдающего переоделся в гавайскую рубашку, солнцезащитные очки и нелепые шорты, оставив на ногах излюбленные сланцы. И сказать бы… он так и сошел на землю, оставив с раскрытыми ртами двух новичков (которые в первый раз в жизни убедились в том, что плохой вкус не только передается по наследству, но и усугубляется при передаче). Дела, как обычно, на себя взял его заместитель — парнишка с длинным носом, который еще всякие странные штуки любил коллекционировать, чтоб потом проводить над ними эксперименты и пулять ими в пиратов. Странный в общем-то, но Усопп на то и Усопп, чтобы умело врать и быть странным. Несмотря на то, что на Саободи он прибыл исключительно проведать одну отдельную пиратскую команду, разузнать о дргих перспективных новичках не помешает. А кто о пирате может рассказать лучше, чем другой пират? Поэтому его место назначения было выбрано задолго до того, как его нога коснулась земли. Пиратский бар Шакки встретил гостя немного напряженной атмосферой, которая только накалилась при его появлении. Стоит сказать, что и хозяйка, стоящая над полуживой горой полутрупов не выглядела радушной, но что есть, то есть. Луффи достал из-за пазухи мешочек денег и, бросив его на барную стойку, заказал стакан апельсинового сока. Впрочем, не чувствуя никакой угрозы от гостя, хозяйка расслабилась и закурила, подавая заказ. Она вовсе не стесняясь забрала весь мешок, но Монки Д знал, что хорошая информация стоит довольно много, а потому никак не высказался против. — И что же привело Спящего дракона ко мне? — спросила Шакки, когда Луффи сделал первый глоток. Странно, но в последнее время он отчего-то пристрастился именно к этому соку, напрочь игнорируя алкоголь, но его запасы отчего-то все равно исчезал с их корабля. Луффи не ловил пьянчугу только из-за того, что его подогреваемый еженедельной пропажей запасов алкоголя интерес, что немного развеивает скуку, пропадет. — Информация о перспективных новичках… сверхновые, вроде бы так их называют? — почесав макушку и даже немного улыбаясь, спросил дозорный, но, наткнувшись на все еще немного настороженный взгляд, тут же зевнул, возвращая свой полусонный вид. А затем и вовсе парень прилег на барную стойку и засопел, совершенно не беспокоясь ни о чем вокруг. Шакки по-доброму усмехнулась, а затем дверь в ее бар открылась в третий раз за этот день. На пороге оказался тот, кто отсутствовал уже год с лишним, уйдя «выбросить мусор». — Ну и ну, давно же тебя не было… — кошачья улыбка окончательно вернулась к этой женщине. — И что же такое могло сподвигнуть тебя вдруг рвануть ко мне? Мужчина усмехнулся и, пробормотав там что-то в духе «сама знаешь», приземлился за барную стойку аккурат рядом со Спящим драконом. Известия о том, что эта гроза пиратов, знатно так встряхнувший аж целых три моря (Ист Блю, Сауз Блю и Рай Гран Лайн), наконец, добрался и до Сабаоди быстро распространилась в подполье этого мира, поэтому на архипелаге бандиты старались вести себя достаточно тихо, чтобы не попасть под раздачу, случай чего. Даже простые шайки в зонах с первой по тридцатую нет-нет да оглядывались, боясь заметить на горизонте «высокую (в плане и роста, и опасности) угрозу с огненной дубинкой за спиной, несущую невероятно жуткую кару всем преступникам на свете», по крайней мере в менее надежных источниках, то есть сплетнях, именно так описывался Спящий дракон. На самом же деле этот грозный дозорный был обычным с виду мальчишкой, который засыпал при любом удобном случае на любой мало-мальски пригодной для этого поверхности, а то и в любом положении, и который сейчас вот-вот должен был проснуться, если Рейли правильно подсказывала Воля. — Он пришел только за информацией. Не думаю, что он в этом плане чем-то будет отличаться от своего деда и побежит ловить тех, кто уже давно отошел от дел. Во всяком случае, он не проявлял никакой агрессии. А затем вырубился, будто так и надо. Кого же мне это напоминает… Не успела Шакки закончить, как объект обсуждения, резко вытянулся по струнке, осоловело огляделся и поправил свою кепку, автоматически подтирая низом гавайской рубашки натекшую на барную стойку слюну. Смачно зевнув, он уставился на барменшу и долго-долго ее рассматривал, не говоря ни слова. А затем хлопнул себя по раскрытой ладони. — Вспомнил! Так, что там насчет сверхновых? Шакки таинственно улыбнулась и продолжила протирать стакан. Рейли же закатил глаза и тоже прогнул губы в некой слабой улыбке, которая даже не отражала настоящих чувств своего хозяина. Спящий дракон опасен, но… когда это осознание мешало ему или кому-то еще из команды Роджера делать то, что они хотели? А Темный король, теперь зная, что тот особой опасности не представляет, очень хотел подергать маленького сонного дракончика за хвост. — А зачем они тебе? Оставь эти молодые ростки новой эпохе. Непосредственный Монки Д. отклонился, смотря сначала наверх, а затем все же перевел взгляд на старика, наклонив голову в сторону, будто не совсем понимая, о чем его просят. — Новая эпоха? Ростки? Кидди не росток… он скорее перец. Да и Килла не похож на растение. Я хочу знать, смогу ли в ближайшее время с ними встретить здесь, как мы и условились. — М-м, так ты подручный Капитана Кида? — отставив стакан, спросила Шакки, продумывая, сколько будет стоить эта иформация. У парнишки из Дозора челюсть чуть стол не пробила, падая с высоты его удивления. «Он совершенно не умеет скрывать эмоции», — пронеслось в головах двух взрослых экс-пиратов. Затем праведное возмущение поднялось прямо из глубины его горла, вырываясь громкий криком: — Да ни за что! Кидди — замечательный пират, но командовать мной никому не позволю! Не для этого я оставил их всех в живых в Саут Блю. Он просто сильный… Глупо было бы, если бы он вот так просто умер в том море, даже не исполнив свою мечту. — А что для тебя мечта, Спящий дракон? — наконец, вмешался в столь необычный для этого заведения разговор Сильверс. За что и удостоился взгляда «опять ты?». У Монки Д., конечно, все на лице не было написано, но с легкостью читалось по глазам. К примеру, сейчас он очень усердно думал над вопросом, совершенно забыв при этом подумать над тем, что его задал незнакомец, который, к кому же, неизвестно как появился рядом. Да и вообще, его должен был насторожить тот факт, что с виду пьяньчужка-старик отчего-то без всякой боязни ошивается в, на минуточку, пиратском баре. — Даже не знаю, если честно, была ли она у меня вообще… Но я точно уверен, что за нее и стремление к ней, я буду уважать любого человека. Ему вспомнились принцесса Арабасты, что чуть собой не пожертвовала ради своей мечты о процветании ее родной страны; Кидди с Киллом и командой, которые сражались, даже на последнем издыхании не думая предать свою мечту; странный зеленый мечник, которого во вторую их встречу пришлось вытаскивать из-под клинка Соколиного глаза, но даже перед глазами смерти он не отступил, веря своей мечте, своим убеждениям; повар-завитушка, который после бойни спросил у него про Олл Блю и, когда получил ожидаемый отрицательный ответ, рассказал о нем… Их вообще было много: веревочный плотник и мычащий мер с крыской, трусливый лжец с длинным носом, два больших великана (они были на том же острове, что и остатки Барок Воркс), синеносый оленеватый доктор со снежного острова, дымящийся дядька из города Короля Пиратов, Харута и многие-многие-многие. Слова сами собой начали вырываться изо рта, будто их говорил кто-то за него, но, тем не менее, они все равно были его. Однако Луффи слушал их и мысленно не мог не согласиться: — Есть три вещи, которые нельзя остановить: время, мечты и унаследованная воля. До тех пор пока люди будут стремиться догнать горизонт, ничто не сможет им помешать. Отчего-то дуэт бывших пиратов подавился воздухом, смотря на посерьезневшего парня, будто он сказал, что нашел Ван Пис самостоятельно в пять лет, женился на королеве Скайпии и устроился на работу в бар. Сам же парень настолько сильно задумался, пытаясь обдумать то, что он только что сказал, что из его ушей повалил пар. Посторонний наблюдатель же ликовала, узнавая немного измененную, но все еще блестящую цитату Короля Пиратов, которая чуть ли не первой всплывает, если забить в поисковик «цитаты Голда Роджера». Она просто фанатела по прошлому и (она очень надеялась) будущему Королям Пиратов, так что получала удовольствие только из-за простого упоминания этого шедевра… вспомнив все цитаты, которые только могли прийти ей в голову, она счастливо пискнула и вперилась взглядом в Монки Д Луффи. Настоящего, хоть немного и своебразного. Сейчас она была просто на седьмом небе от счастья, понимая, что находиться в одной из ответвленных миров его любимого Ван Пис!!! И этот Луффи… Чтобы не улететь в свои собственные мысли, наблюдатель вернула свое внимание к возобновившемуся разговору. А то она себя знает… — …и все они сейчас находятся здесь, на архипелаге Сабаоди. Если тебе повезет, то ты сможешь их встретить, — к полнейшему сожалению наблюдателя, которая пропустила такой классный монолог, закончила Шакки. Луффи, улыбнувшись, слетел со стула и смачно зевнул. Видимо, его сонливость вновь нашла его, ведь привычно надвинув кепку на глаза, пошел к выходу, попрощавшись с хозяйкой заведения и длинноволосым стариком. Но тот самый старик окликнул его, спросив только: — А ты не думал податься в пираты? Дозорный остановился, почесал голову, а затем комично пожал плечами, ухмыляясь двери. Отнюдь не первым этот старик предлагает такое ему. А кто был первым… Луффи даже и не помнит, но это предложение никогда не звучало для него настоящим, просто очень хорошей (или нет) шуткой. — Пока ни разу! Не было повода. «Значит, скоро он появиться», — подумал Сильверс, все еще помня об Истинной истории этого мира, что раскрылась ему да и почти все команде Роджера на Рафтеле. Воля Д и ее носители вряд ли будут спокойно служить кому-то, не стремясь ни к чему. Даже если Воля Д пока еще спит в этом мальчике (это также влияет и на него самого), то вскоре ее ждет пробуждение. Все они находят смысл жизни, загораются им и горят, периодически особо ярко вспыхивая, пока не заканчивается их время. А между тем наблюдатель, полюбовавшись немного на старпома команды Роджера и, предположительно, участника команды пиратов Рокс, вылетела вслед за дозорным, сопровождая его по пути оп архипелагу. Дозорный решил пройтись по всем рощам, начав с нулевой… По пути ему встретились всякие шайки, попытавшиеся его грабануть или просто оттянуться «на этом задохлике». В общем, ни в первых десятке, ни во второй ни одного сверхнового не оказалось. Луффи, смачно зевнул, пожал плечами и ступил на землю 20 рощи. Все равно рано или поздно он на кого-нибудь да наткнется — утешал он себя, кулаком вырубая двоих пиратов, что пытались на него напасть сзади. Внезапно для него и для всех окружающих, на соседнем острове что-то прогремело и обвалилось. Поднялись слабые людские крики, а сами люди побежали в противоположную от крушений сторону. Луффи получше натянув на лицо кепку, поспешил на место событий: ему хотелось лично познакомиться хотя бы с одним сверхновым (ну, двоих он знал, но их же еще оставалось целых восемь!). Через некоторое время запрыгнув на крышу здания, Луффи сел на самом краю, свесив ноги. «Нашел!» — радостно подумал дозорный, наблюдая как знакомые блондинистые волосы развиваются на ветру, а сине-белая в полоску маска мелькает то тут, то там от противника. — «Ого, как он ее починил?» Удивленный Монки Д помнил, что самолично раскрошил сие произведение искусства пробивным ударом, которому его учил деда: «Неужели у Килла их несколько штук?» Между тем бой внизу набирал обороты, противники сдерживали себя все меньше и меньше. И дозорный все е обратив внимание на второго бойца, не сразу распознавая в нем Безумного Монаха, скайпийца, что снизошел со своими бравыми ребятами лет семь назад на землю. М-да… скайпийцы всегда были такими огромными? Нет? Просто он был как-то на небесном острове и… таких гороподобных не видел. Там были три шарика, которые так и не научились нормально произносить звуки, но более ничего похожего. Соседнее здание с грохотом обвалилось, погребая под собой все пиратские секретики, которые бравые дети моря могли или оставили в нем. Луффи понимал, что если эти двое еще больше расшумятся, то Генштаб вполне мог бы отправить одного из адмиралов, чтобы навети тут спокойствие. И ладно бы им был Аокидзи: его хотя бы можно как-то уговорить не убивать перспективный молодняк. Но он был где-то в Раю по какому-то своему заданию. Так что или Кизару, если повезет меньше положенного, или Акаину, если не повезет вообще. Луффи уже было решил спрыгнуть вниз и остановить дерущихся парней, как за него это уже сделало третье действующее лицо. — Фу-фу… Ты едва спасся от смерти, маска, — сказал бывший дозорный, Х. Дрейк. Пару раз Луффи с ним пересекался на собраниях, но поговорить так и не вышло: Монки Д постоянно засыпал от нудного голоса докладчиков быстрее, чем успевал находить сослуживца. И… он уже был осведомлен, что тот покинул Дозор, естественно, с боем, криками и прочим счастьем, став капитаном пиратов Красного флага. Ладненько, что еще сказать. Однако сейчас Луффи с ним полностью не согласен (и не потому что болел за Килла), что и поспешил выразить: — Хей! Тут спаслись от смерти вообще-то все, а не только он. Думаешь, адмирал только за ним прийдет? Голос разнесся по разрушенной улице, наполненной воздушными шариками смолы, словно мыльными пузырями. Все головы тут же взметнулись вверх, находя глазами ярко-пестрое пятно, беззаботно болтающее ногами. Наблюдение за этим боем взбодрило дозорного, а потому он лучился энергией и… честно сказать, сам еле себя сдерживал от того, чтобы самому не завязать бой с кем-нибудь из здесь присутствующих. К слову, по тому, как вновь встал в боевую стойки Килл, можно заключить, что тот его узнал. Значит, не помешает с ним поздороваться: — Привет, Килл! Как сам? Как Кидди поживает? — придерживая кепку, Луффи без всяких опасений спрыгнул вниз, приветливо махая сверхновому. Киллер молча смотрел, как знакомый дозорный, который почему-то оставил их в живых несколькими месяцами ранее, ничего не опасаясь, подходит к нему и хлопает по плечу. Несмотря на жажду сражений, что волнами плескалась в глазах паренька, тот не подавал никаких признаков того, что собирается начать бойню. Видимо, и в этот раз он их отпустит. Безумный дозорный, странный дозорный.  — Это что еще за мальчишка? — улыбаясь а-ля «тридцать да — не предел», поинтересовался Монах, убрав за спину свое оружие. — М-м? — откликаясь, подал голос Луффи. Киллер вдруг вспомнил еще одну особенность этого дозорного. Хилый на вид парень обладал самым светлым умом, а потому говорил все, что в голову взбредет и… совершенно не умел врать. И не то чтобы это ему доставляло проблем, если судить по его любви к боям, но вполне могло обернуться той еще проблемой для пиратов сейчас. — Кхм, мой знакомый, — наконец, за долгое время молчания, проронил Киллер, пытаясь как можно дальше увести этого дозорного от пиратов. Если честно, старпом пиратов Капитана Кида совершенно не понимал, почему этот дозорный не напал: потрясающая возможность повязать всех сверхновых разом, внезапно выдернув сюда адмирала этой немалой заварушкой. Однако над этим, как он решил, Киллер подумает позже, сейчас очень важно быстро и без всяких причуд вывести Монки Д до того, как из его рта вырвется что-то, что спровоцирует миниапокалепсис. — И мы должны пойти, — развернув несопротивляющегося парня, Киллер поспешил удалиться, быстрыми шагами. Как еще никто из сверхновых не узнал Спящего дракона, Киллер не представлял. Хотя… слухами земля полниться, а правда слишком дорогая на своем черном рынке, так что вряд ли кто-то из здешних знает… Ну, разве что Х. Дрейк, но он не дурак, чтобы вот так просто попасться своим же. — До встречи, Дейки! — напоследок выкрикнул уводимый дозорный и отсалютовал ему кепкой. — Хм… молодежь, вечно спешат, вечно нет дела до старых, — умудренно изрек пират-монах и пошел своей дорогой. Капитана пиратов Красного флага проняло. Он узнал тощую фигуру с переменчивым характером Он понял намек и попытался по-быстрому свалить в туман. Спящий дракон хоть и был сейчас тихим, но предателей не любил, будь они даже сто раз тайными агентами. Потому ни пираты Арлонга, ни пираты Багги не избежали заключения в Импел Дауне: что у тех, что у других было в традициях предательство. Они были самыми настоящими пиратами в самом плохом смысле этого слова. Луффи зевнул, а затем заложил руки за голову, расслабленным шагом идя около Киллера, который тоже сбавил обороты, так до конца и не понимая, что же этому дозорному от него надо: драться хочет, но его что-то останавливает, посадить… он бы их давно мог, всей их командой. Чем дольше человек-резня шел, тем больше подмечал, что в тишине его попутчик все больше и больше погружается в сонно-амебное состояние. Спящий дракон во всей своей красе. Они тогда с Кидом постарались, наднакопили и выкупили качественную информацию об этом дозорном (как показало время: не зря они это сделали). И посмотреть в этой истории было на что: дед-дозорный, сам Спящий Дракон тоже с малых лет с Дозоре (поначалу как внук Героя Дозора, а затем как полноценный член) да и много что еще… И прозвище само «говорящее»: «Спящий» в обычное время и «дракон» в сражениях. — Зачем ты здесь, Спящий дракон? — напряженно спросил Киллер, сам не понимая зачем ведя дозорного на человеческий аукцион, что проходил в первой роще. По крайней мере, именно там капитан назначил место сбора всей команды… Кид вообще не любил глагол «планировать», а когда он шел в тандеме с наречием «качественно», то эта работенка сразу сбрасывалась на старпома. — Хм? А разве я не могу быть там, где я есть? — по правде недоумевая, спросил Луффи, для которого пребывание на архипелаге было сродни любой другой высадке на какой-нибудь остров. Будь тут его команда, они бы заметили, что любая высадка на любой остров все равно приведет их младшего лейтенанта в какую-нибудь заварушку, где Монки Д обязательно набьет кому-нибудь морду и получит, наконец, повышение до капитана (чтобы никакие недокапитаны других кораблей Дозора не плевались ему вслед, не считаясь с низшими по званию; хотя… такое не задевало их Монки Д, который благополучно засыпал, игнорируя раздражающие объекты). — Что ты тут делаешь? Зачем приплыл на этот остров? Почему ты… не поступаешь так, как следует поступать дозорному? — последний вопрос был не менее важным, чем другие, потому как он позволял найти хотя бы немногие причинно-следственные связи в поступках Монки Д. Спящий дракон зевнул, вслух послал этот зевок к морскому дьяволу, потянулся и вновь сложил руки за головой. И только затем перевел взгляд на Киллера, что все это время молча ожидал ответа. — Килли, — старпом дернулся от такого прозвища, — я плыву туда, куда хочу. Точнее… туда, куда указывает моя стрелка, — Монки Д постучал по своему логпосу, неприкрытому сейчас униформой дозорного. — Она меня ведет прямиков в приключения. Представляешь, один раз мне встретился говорящий скелет без тени! А еще один раз я попал на небесный остров, где побил тамошнего бога… В общем, я двигаюсь так, как укажет стрелка. И она же и привела меня на архипелаг. Здесь я хотел задержаться подольше, чтобы вас подождать. Мы же дали друг другу обещания, что здесь встретимся!.. — Это делал только ты, — отрезал Киллер, но на него даже не обратили внимания. — …А оказалось, вы добрались раньше меня. Ха-ха! Я прибыл последним. Один-один. Этот дозорный по умственному развитию не далеко ушел от ребенка!.. Так бы сказал Киллер, если бы не видел Спящего дракона в бою. Так что… судить о развитии этого дозорного точно не ему или кому бы то ни было еще. Этот индивид носил инициал Д в своей фамилии, так что его мысли вряд ли когда-то станут кому-нибудь понятными. — Так… где нас ждет Кидди? — в свою очередь спросил Луффи, ясно давая понять, что не отвяжется, пока не найдет искомое. — Первая роща. Устало проронил Киллер эти два слова, чувствуя себя человеком в поле, к которому привязалась дикая лошадь. Приятно, конечно, что такая зверюга идет с тобой смирно и не трогает, но в еще большей степени это опасно. Тем более Монки Д не ответил на последний вопрос. Рано или поздно, но это должно было случиться: они дошли до здания аукциона, откуда уже давно доносился шум. Киллер еще никогда не слышал столько историй разом. У него сложилось впечатление, что рядом идет не дозорный, а самый настоящий пират-приключенец, которых сейчас днем с огнем не сыщешь. Странная ассоциация, но тем не менее она есть. — О… так вот что дед хотел мне показать, — припомнив ту тяжелую атмосферу и через силу выдавленные из себя слова. Место явно не радужное. Дед говорил, что туда же он водил и отца… Но больше о его бате дед ничего не говорил. В общем, в тот момент Луффи впервые о нем и услышал. М-да… Как только они зашли в здание аукциона, так сразу же наткнулись на Кида и остальную часть его команды. Капитан был в предвкушении интересного зрелища и пока не видел Луффи, что своими немассивными размерами совершенно не был виден за Киллером. — Киллер, ты опоздал, — недовольно отметил Кид, ведь раньше старпом не совершал подобных ошибок. — Но вернемся к нашим мразям. Смотрите, пока мир в их руках — везде на этой земле будет ад. Любые злодеи этого мира кажутся невинными дворнягами в сравнении в ними, — Кид проследил как теньрьюбито занимают свои VIP-места. — Мы, конечно, не ангелы… но до ним нам далеко. Не так ли, Киллер? — А то… — Интересно тут, и конкурсы веселые… Если кто-нибудь дельный попадется, купим? — в шутку предложил Кид. Тут красноволосый перевел взгляд на трибуны, мысленно пробегаясь по ним. И тут же увидел знакомое лицо. Тоже сверхновый, второй по цене после него. Интересно, что же тут делает этот парень? — Норс блю. Награда 200 лямов. О Хирурге Смерти ходят слухи, и не сказать, что самые приятные. Тут обсуждаемый парень повернулся и от всего своего сердца выразил заинтересованность в обсуждении, показав нужный палец. Кид ухмыльнулся. Вот встреться этот пиратишко ему на любом другом острове… да даже в море… — И с манерами у него не все гладко… — А чего ты хотел? Он пират, а пираты — свободный от всего народ, — как само собой разумеющееся ответил Луффи, спокойно выглядывая из-за плеча Киллера. Старпом, как оказалось, на время забыл о «балласте», пока тот не подавал никаких признаков жизни (эх, опять заснул с нечего делать), и только силой воли не бросил дозорного через плечо. И «балласт» решил напомнить о себе, проснувшись как раз во время обсуждения нового сверхнового. Всех десятерых Монки Д, конечно, не запомнил, но отдельных личностей точно. И Тра… Тора… Трао… И Траффи к ним тоже относится. — Привет, Траффи! — будучи единственным, кто не застыл в удивлении из всей компании, состоящей из пиратов Кида, поздоровался Луффи. Он почувствовал силу этого пирата и бой с ним будет довольно интересным. Сколько еще таких сокровищ затерялось в названии сверхновых? А тем временем на шее, на лице и даже на висках у Кида вздулись вены. Вот кого-кого, а вот этого дозорного он предпочел бы сейчас не встречать. Кулаки сами чешутся, а лишь бы отыграться за прошлое поражение на грани фола. А нельзя: стоп-слово есть такое в пиратском мире «Архипелаг Сабаоди». А мартышка тем временем уставилась на сцену, где разыгрывали четвертый и пятый лоты. Лицо его разом помрачнело, а затем и вовсе приобрело сонный вид. Только вот Кид не верил в это обманчиво слабое состояние: уже один раз чуть и жизни и команды из-за этого не лишился. Жизненный урок, чтоб его морской дьявол, преподал ему пацан младше него самого. Кид не мог не уважать его за силу этого дозорного, но не мог не ненавидеть, за само его положение дозорного… Будь он пиратом… — Какого морского дьявола…! Киллер!..