Если б не было тебя

      Опоясывающая головная боль, продолжающаяся в тело до кончиков пальцев ног, вспыхнула так ярко, что в глазах потемнело. Рыков не сразу понял, где находится. Только был на кладбище. И вдруг зимняя вечерняя темень, огни, и в ушах шипят змеи. Как помехи на радио. Рыков был как будто в какой-то капсуле. Сделал над собой усилие, чтобы понять, что капсула вокруг — машина скорой помощи.       — Лежите, вам нельзя вставать!       Рыков повернул голову и увидел незнакомую девочку-фельдшера.       — Что произошло?       — Вы попали в аварию, ударились головой. Скорей всего, легкое сотрясение. Сейчас отвезем вас в больницу.       — Где моя жена?       — Лежите, вам нельзя…       Павел сорвался с носилок:       — Время! Сколько прошло времени?       — Подождите, мне очень жаль…       — Тебе жаль? Иди погуляй, сестричка! — Рыков отодвинул фельдшера и привычно толкнул от себя дверь. Он знает, как быстро выбраться из машины. Привык до автоматизма. Его бы сейчас и Кулыгин не остановил, не то, что девчонка.       Ольга была не в машине. Она лежала на земле. На мокрой трассе. И ее уже никто не реанимировал. Они констатировали. Констатировали, мать их за ногу! А она все еще звала Рыкова на помощь, он же слышал: «Паша, ты мне нужен!» Если не успеет, то… он видел, что произойдет в следующие несколько лет.       Павел растолкал полицию и врачей:       — Сколько прошло времени?       — Подождите, вы кто? — опешил старший бригады, не успевший поставить время смерти.       — Это муж! — пискнула испуганная девчонка, выскочившая следом за Рыковым.       — Родственников уберите! — распорядился старший.       Рыков замер на мгновение. Муж, да? Не сейчас. Здесь у нас рабочие отношения. Да, Ольга Кирилловна?       — Я не муж. Рыков Павел Дмитриевич — врач высшей категории, пятьдесят восьмая подстанция скорой помощи. Работаем, коллеги! Не останавливаемся!       Сунул под нос старшему бригады свое удостоверение. И воспользовавшись секундной заминкой, опустился перед Ольгой на колени: «Ну же, девочка моя! Я же слышал!» Вдавил пальцы в сонную артерию. Замер, пытаясь услышать, почувствовать, ухватить Ольгу и вытащить. Есть!       — Продолжаем реанимацию, коллеги.       Ольгу довезли до Склифа живой. Пока Павлу делали МРТ и писали заключение о черепно-мозговой травме, Ольга уже была в операционной. Рыков не знал, переживет ли она операцию. Он был врачом неотложки, не хирургом, и теперь был бессилен. Оставалось сидеть в коридоре и мучительно ждать. Как часто он так же сидел с родственниками своих пациентов, выполняя функции психолога, утешая и жалея. Сейчас бы пристукнул того, кто попытался бы его пожалеть.       — Оля, обещай, что справишься. Ты же героиня, — убеждал он жену. Но Ольга снова молчала.       — Паша! — Рыков поднял голову. Над ним стояли Араш и Костя с убитыми лицами. — Ты как?       Отмахнулся — «никак»!       — Павел, давай мы тебя домой отвезем. Зачем тебе здесь оставаться?       — Не сейчас, я никуда без Ольги не поеду.       Араш и Костя переглянулись, начал Костя:       — Паша, мы тебе искренне соболезнуем. Крепись. Мы будем рядом.       — Ой! Хватит мне соболезновать. С Ольгой все будет хорошо. Она сильная, она справится.       — Павел, мы понимаем, что это трудно принять, но Ольга Кирилловна…       — Что, Ольга Кирилловна? Давно не увольняла никого? Коллектив распустила? Не дождетесь. Ольга Кирилловна ни на кого подстанцию не оставит.       — Ольга Кирилловна умерла, Павел!       — Операция еще не закончена. Я еще не разговаривал с ее лечащим врачом. С чего вы взяли?       — Павел, мне смс-ку с твоего телефона прислали. Вот, смотри! — Араш сунул Павлу свой телефон со входящим сообщением на экране: «Машина попала в ДТП. За рулем была женщина, она погибла».       — Я не отправлял никаких сообщений, — Павел судорожно начал обшаривать карманы, — Костя, телефон! Ну как так-то?! Второй телефон за год! Да что ж такое-то! Еще и телефон теперь новый покупать. Наверно, кто-то подобрал в темноте, пока я в отключке валялся, а потом Ольгу откачивал.       — Да ладно тебе, Паша. Ну какой телефон! Кому он нужен. Вернут, наверно. Что с Кирилловной-то? — Костик оживился.       — В операционной она.       — Живая?!       — В операционной, Кулыгин!       Второй телефон за год. Первый — когда Павел впервые не отпустил Ольгу и сделал ее своей женщиной, и второй — когда он снова ее не отпустил, как Орфей Эвредику, чтобы она осталась с ним на этой земле. Снова пришелец из будущего или Демон Времени? «Губу закатайте, демоны! Она мне еще родить должна! Никому не отдам».       О том, что операция прошла успешно, Рыков понял по выражению лица хирурга.       — Я хочу, чтобы Вы понимали, что будет долгий восстановительный период…       — Вы не знаете нашу Ольгу Кирилловну, она справится, — воодушевился Костик.       «Бедная моя девочка, — думал Павел, — я буду рядом. Я всегда буду рядом. Я никогда не смогу тебя отпустить».