Кэрхерынды Мехубдулы

Когда он вошел в комнату, его уже ждали Дзимбээ и Чаушеску. Когда он вошел в комнату, Бутч был уже мертв. Дзимбээ подошел к нему, приподнял веко и понюхал его. «Ничего нет, — сказал он. — И это тоже». «Может быть, — сказал Чаушеску, — просто обморок. » Подойдя к его трупу, он занес над ним кулак. Тут он опустил руку, увидел труп и вытаращил глаза. Было видно, что ему пришлось здорово постараться, прежде чем он пришел в себя. «Это труп! Бутч мертв! Кто же его так сделал?» — начал рассуждать Чаушеску и повернул к Дзимбээ свое вытаращенное лицо. «Это труп!» — заорал Дзимбээ. Чаушеску схватился за сердце. «Ты с ума сошел», — сказал Дзимбээ. «Это труп!» — крикнул Чаушеску. «Если это труп Бутча», — сказал Дзимбээ, — «тогда это Бутч». «Э. Кто вы такие?» — сказали вместе яяй и Кэрхерынды и по очереди вытянули перед собой руки. «Какая разница, кто мы такие», — ответили они хором и показали на себя ножами. Яяй и Кэрхеренды смотрели на них в упор. «Мы, — сказал Чаушеску, — вы и я. Вы — Дым, а мы — свет». Кэрхеренды положил руку на рукоятку своего ножа. «Зачем вы пришли?» — спросил он. «Вы бы только слышали, как он вам поет», — сказал Дзимбээ. «А-а- а!» — вдруг закричал Чаушеску и с такой силой ударил ногой Кэрхеренды по ногам, что тот отлетел в угол, а потом вскочил на ноги и кинулся на яяя. «Умри, чтоб духу твоего тут не было», — заорал он, и в руке его блеснула мачете. «Я убью тебя», — закричал Чаушеску. «Не мешай», — сказал Дзимбээ и повернулся к ним спиной. «Мы хотим отомстить», — сказал Чаушеску. «Какая тут месть», — сказал Кэрхерынды. «Вы убили Бутча», — сказал Чаушеску.