Исправляя ошибки

— Моника, здравствуй. Ты будешь сегодня в театре? — Эмма ехала на работу на автобусе. Она позавтракала с детьми и Реджиной. Матери почти оглохли, когда объявили детям, что оставляют щенка. Кэтрин прыгала от счастья, целовала и обнимала матерей. А потом быстрее убежала звонить Саше делиться своей радостью. — Здравствуй, да. Я приеду через полчаса, — Моника разговаривала холодно, ведь не знала, чего ждать при личной встрече с Эммой. Ритэйл полночи не спала из-за переживаний. Она не стала делиться этим со своей бывшей девушкой, а просто переночевала у нее. — Я хочу, чтобы ты зашла ко мне, — Эмме оставалось ехать всего десять минут. Она решила не откладывать разговор с Ритэйл. Ночью она решила — хватит. Эти отношения не идут на пользу ни ей, ни Монике. Но утром проснулась с мыслью, что стоит поговорить по душам и вместе решить, как им дальше быть. — Я обязательно к тебе зайду, только чуть попозже. Не думай, что я делаю это назло, просто у меня есть неотложное дело, — Моника не хотела еще больше поссориться с Эммой. Она тоже думала о том, что их отношения со Свон на грани распада, но она этого не хотела, ведь любила женщину. — Да, хорошо. Я буду тебя ждать, — Эмма закончила разговор. Волнения в голове не присутствовало. Хотя по идеи, когда отношения скользят в пропасть, человек должен переживать, расстраиваться и плакать. — Можно?! — В кабинет Эммы Моника постучалась только через несколько часов. Ей было не по себе. Она была скованна из-за неизвестности, — прости, что долго, — Ритэйл видела, что Свон в кабинете одна, и вроде бы ни чем очень важным не занята, а значит можно пройти. — Не извиняйся. Я знаю, что у тебя контрольный прогон был с режиссером, — Эмма отложила все свои дела. Она прикрыла ноутбук, чтобы лучше видеть Монику, — у тебя всё хорошо? Где ты ночевала? — Да, все нормально. Ночевала у Джеки, — ответила Моника и присела на стул на против Эммы. — Ты ночевала у Джеки? — Свон нахмурилась. Она на секунду подумала о том, что Моника решила отомстить. Хотя вскоре осознала, что не может её ревновать. Она не хочет идти её путём, — хорошо, что у тебя есть место, где тебя принимают. — Она просто пустила меня переночевать, — Моника как раз и не хотела, чтобы Свон думала, что это было назло. Она просто позвонила человеку, с которым и после расставания хорошо общалась. — А у тебя как дела? — Так же, как и у тебя, — Эмма пожала плечами, — мы оставили щенка. Но я не хочу, чтобы ты думала, что я это сделала назло. Дети и Реджина очень давно хотели собаку. — Я так и знала, — констатировала женщина, наперед зная, что Эмма прогнеться под гнетом Реджины и детей, — мне не было смысла протестовать. — Ты права. Тебе не стоило быть такой категоричной, — Эмма говорила серьезно и не собиралась увиливать. — Я пришла сюда не для того, чтобы ссориться снова. Что мы будем делать дальше? Мне не нравится то, что сейчас происходит между нами, — Ритэйл говорила спокойно, но было видно, как она переживает. — Мне это тоже крайне не нравится. И скажу тебе честно — после вчерашнего… — Эмма выдохнула и опустила взгляд. Она не находила в себе силы смотреть в глаза Монике, — сегодня ночью я поймала себя на мысли о расставании с тобой. — Реджина все-таки добилась своего?! Эмма, это ее очередная игра. Если ты к ней вернешься, она опять тебя засунет под свой гнет. Реджина никогда не изменится. Вспомни, от чего ты сбежала от нее?! — Моника хотела в разумить Эмму, — а нам же так было хорошо вместе, пока она не переехала в твой дом. — Реджина хочет меня вернуть и не скрывает этого. Но, Моника… Я не хочу этого. Пойми! — Эмма встала с кресла и отошла к окну. Ей было тяжело слушать Ритэйл. Но она сдерживалась, чтобы их разговор в очередной раз не превратился в скандал. — Если ты этого не хочешь, сделай так, чтобы она поняла. А мы с тобой вновь начнем жить нормально. Эмма, я люблю тебя, и надеюсь, что ты все ещё любишь меня, — Моника же продолжала сидеть в кресле и смотреть на спину Свон. — В последнее время я устала от этой любви. Мне не нужна ревность и скандалы. Именно из-за ссор, ругани и каждодневных скандалов я рассталась с Реджиной. А сейчас жизнь снова ставит меня на эти рельсы. — Просто я не хочу тебя потерять, а мне кажется, что из-за Реджины это может случиться, — Моника тоже встала и подошла к Свон, — я постараюсь больше не ревновать и не устраивать скандалов. — Моника, я с тобой честна. Пожалуйста, услышь меня, — Эмма повернулась к Ритэйл. Она ощущала облегчение. Она в очередной раз поверила словам Моники. Эмма не хотела расставаться с женщиной, с которой ей было хорошо целый год. Несмотря на свою ночную слабость в откровенном разговоре с Миллс, Эмма решила в который раз дать шанс своим отношениям с Ритэйл, — я люблю тебя и хочу от тебя доверия. — Эмма… — Моника обняла блондинку, прижимая к себе, — я очень рада, что мы все же нашли точки соприкосновения. Ритэйл улыбалась от того, что с Эммой все налаживается, хотя бы на данный момент. — Моника, мы с тобой решили пока только одну проблему. Но есть и другая, — Эмма обнимала Ритэйл совсем недолго. Она считала, что они еще не всё обсудили. — Что ты еще считаешь проблемой? — Моника смотрела в глаза Эммы, немного отстранившись. — Твоё взаимоотношение с моими детьми, — Эмма знала, что это проблема. Решить её станет реально только тогда, когда обе стороны признают её. Моника закатила глаза, — твои дети никогда не примут меня. Они всегда будут хотеть, чтобы ты была с Реджиной. — Я прошу тебя не идти на конфликты. Лучше уступить и ничего не требовать, — Эмма хотела нормализовать отношения между Моникой и детьми. — Мне что терпеть их выходки и оскорбления, в особенности Кэтрин. Тревор смирился, Джастину абсолютно пофиг, а Кэтрин никак не успокоится. — Нам надо всем вместе собраться и поговорить. Моника, если мы хотим нормализовать наши отношения, то нужно решить эту проблему. Я открыто тебе говорю — дети мне важнее всего на свете. И я всегда буду на их стороне. — Давай без этого? Я буду спокойнее относиться к колкостям Кэтрин, — Моника не хотела разговаривать на эту тему, тем более с детьми Свон. — Нет, если мы хотим дальнейшей счастливой семейной жизни, мы все должны поговорить. Высказаться и понять друг друга, — Эмма была категорична. Она отошла от Моники. Упрашивать блондинка не собиралась, поэтому действовала метко и резко. — Если я даже соглашусь на это, не уверена, что твои дети пойдут на это, — Моника скептически относилась к идеи Эммы помирить ее с детьми. — Я надеюсь на их и твоё благоразумие, — Эмма вновь подошла к Ритэйл, — пожалуйста, ради меня. — Я постараюсь, — Моника обняла Эмму и нежно поцеловала. Женщина была рада, — когда Реджина съедет, все наладится до прежнего уровня. — Тебе стоит настраиваться не на это. А на нас. Обещай мне, больше не ревновать. Я никогда тебе не совру. Поверь. Если я захочу разорвать наши отношения, я сразу тебе об это скажу, — Эмма подумала о том — а рада ли она сохранению отношений с Моникой? Хотя вопрос конечно спорный. С одной стороны Свон устала от скандалов, а с другой верит, что всё изменится. — Я постараюсь, — Ритэйл не могла пообещать того, что на сто процентов не могла исполнить. Реджина ее выводила только одним нахождением рядом с Эммой. — Надеюсь, теперь всё будет хорошо, — Эмма поцеловала Ритэйл, запечатлевая свои слова поцелуем. — Что она тебе там пишет? — спросил Рик. Он сидел в гостиной дома Свон и Миллс и гладил спящего щенка по бархатистой шерстке. Мужчина приехал к Миллс решить ряд вопросов с магазином и еще желал совета насчет директрисы школы Джастина. Реджина напечатала одно слово «Поздравляю» и со злостью кинула телефон в соседнее кресло. — Это Свон, она написала, что помирилась со своей… — Миллс сдерживалась в выражениях по отношению к женщине бывшей жены, — да что же я делаю не так? Какого черта?! — Черт! Ты же только десять минут назад говорила, что уверена в их скором расставании, — Рик был на стороне Миллс. Он желал ей счастья, как впрочем и многие другие их друзья. — Да твою ж мать! Мне что ее убить? Или эту украсть и запереть в башне? — Миллс предлагала бредовые, даже можно сказать, сказочные варианты, — Мне просто нужно ее поцеловать. Я знаю, что глубоко внутри ее души спит любовь ко мне. И стоит ее всколыхнуть, она… она вновь станет только моей. — Поцелуй станет точкой невозврата. Она либо оттолкнет, и тогда у тебя исчезнет последний шанс. Либо ответит, и… Это реально станет вашей первой ступенькой в истории, — Рик пытался рассуждать логически, в отличии от эмоциональной Миллс. — Мне все равно, я верну жену! Во второй раз я так просто не уйду, — Реджина практически скрипела зубами из-за того, что все не складывается так, как она хочет. — Тебе нужен план! Вот ты действуешь по наитию, а надо обдуманно! — Рик начал учить Реджину, желая помочь. — Это как ты себе представляешь? — уточнила Миллс, — что я сяду и напишу пошагово все свои действия? Так вот я тебе могу сказать, что моя жена абсолютно непредсказуема. Я иногда сама ей удивляюсь. — Себе бы удивилась хоть раз, — усмехнулся Рик, — вон что вытворяешь и даже не стесняешься. — А что я такого вытворяю? — Реджина удивилась словам друга и хотела знать, что он имеет ввиду. — Ты злишься! Вспомни, как поступала прежняя Реджина, когда не могла добиться своей цели. Ты веселилась. Ты расслаблялась и душой и телом. Поэтому у тебя сейчас ничего не прёт. Ты напряжена, зажата. В тебе словно иголки, не позволяющие шевелиться. Расслабься. Выдохни. Всё будет. — Я боюсь! Боюсь, что чувство страха пересилит чувство любви! Ааааа..... — Реджина завыла, вскинув голову к потолку, — и она ко мне не вернётся. Что в независимости от того, что в ней живет любовь, Эмма пойдет на принцип. — Эй, ты испугала щенка, — Рик усмехнулся, наблюдая, как маленький белый комочек убежал из гостиной. — Черт! — Реджина сразу встала и побежала за щенком, через минуту уже возвращаясь с ним, — я просто не знаю, что мне делать. Эмма моя! Я ее люблю. Я семь лет жила без нее, но только сейчас я поняла что не жила, а существовала. Только с Эммой я могу дышать, смеяться, жить. — Я тебе уже сказал, что нужно. Бери листок и пиши. Ты пишешь действия, а я предполагаю различные варианты развития событий. — Я серьезно. Но давай, я хочу послушать, — Миллс усмехнулся. Она улыбнулась, садясь в кресло напротив друга. — А листок? Иди давай. Лучше записывать ходы, чтобы потом не перепутать. — Я принесу листок только в том случае, если ты мне напишешь варианты, а я выберу. Зачем мне тут свои варианты тебе диктовать, — Реджина сначала не поняла, что друг от нее хотел, но поняв это, усмехнулась. — Может мне вместо тебя её завоевать? — фыркнул Рик, — и варианты тебе на блюдечке, и прогноз развития событий. Нет уж. Ты говори, что будешь делать с ней, а я открою в себе третий глаз и увижу будущее. Миллс засмеялась, — да иди ты… предсказатель, — она махнула рукой, — сама разберусь. — Ну-ну. Уже два месяца разбираешься, и всё никак, — Рик надул губы. Он хотел помочь, а подруга смеётся над ним. — Ну не два же года? Так что не бухти. А то самый хитрый, друг называется. По-моему, ты должен сказать решение всех проблем, — Миллс, конечно же, понимала, что Рик не решит все ее проблемы, но хотя бы дать совет он мог. — А толку? Ты вон не прислушиваешься даже. Так что, что говори, что не говори — один хрен, — Рик поднялся с дивана и пошел к бару. Он хотел выпить стопочку коньяка для поднятия настроения. — Я прислушиваюсь, только ты советов не даешь. Вот выбери хоть один совет, который ты мне дал? — Реджина усмехнулась смотря на «надутого» друга. — Вот еще. Ты не слушаешь, а я память напрягать должен, — продолжал Рик. — Да иди ты со своей памятью. Хрень какую-то несешь. То план пиши, то варианты предсказывай, — Реджина махнула рукой, — давай уже к делу, а то только воду мутишь. Чего приехал? — Как это чего? По делам магазина, которые мы уже решили, — Рик хотел еще поговорить о директрисе, но тянул. — Только поэтому? — Реджина видела неладное, но не могла понять, к чему ведет друг. — Ну не только, — протянул Рик и тяжело, практически театрально, выдохнул. — Ну давай, вываливай уже, я долго ждать должна, мне еще свою жизнь налаживать нужно, — Миллс уже подшучивала над другом. — Да я всё про директрису эту, будь она… — Рик был грустен, — ты с ней так и не поговорила. А я боюсь снова идти. — Мне вот интересно, что я должна ей сказать? Что ты хороший, и то, что ваш обман не обман, а просто шутка, — утрировала Реджина, но увидела недовольство Рика, — ну ладно, поговорю я с ней. Назначу свидание, придет, а дальше уж твоя работа. — Да я бы пришел к ней еще раз, но почему-то так боязно, — Рик поёжился. Он по натуре был человек скромный и неуверенный, тем более в отношениях с женщинами. — Не переживай, обещала помочь, помогу. Ты же знаешь, я лучше с женщинами общаюсь, чем ты, — Реджина подмигнула. Она широко улыбалась, смотря на недовольное фырканье друга. — Ты и в прошлый раз так говорила, а сама тянешь. Вдруг за это время она уже кого-то нашла, пока я тут! — Я уверяю тебя, что ты не прав. А если даже и прав, это легко будет исправить. Любовь с первого взгляда бывает очень редко. — Так любовь с первого взгляда с моей стороны только. А с её… — Рик махнул рукой, — ненавидит она меня всё-таки. — Не кисни, дружище, разберемся и завоюем твою неприступную гору, — Реджина действительно хотела помочь другу. Она в первые видела в нем такое рвение к отношениям, а это значило, что он искренен. — Так, ладно. Я верю в тебя и в твою помощь, — Рик налил им по рюмочке коньяка и только тогда вернулся на диван, — давай выпьем за них? — Ну давай, — Реджина подняла свою рюмку, — эти женщины сводят с ума, но без них мы не можем жить, — брюнетка засмеялась. — Согласен! Без них — мы никто. Они же управляют нами. Согласись, — Рик выпил свою рюмку. И пусть алкоголь еще не подействовал, его уже понесло на философию. — Я бы сказала, крутят как хотят, — Реджина подмигнула и налила еще по порции, — кстати, ты придешь на вечеринку? Мы с Эммой устраиваем через пару дней. Как раз краска досохнет, мебель привезут. — А кто туда будет приглашен? — глаза Рика загорелись искрами веселья и беззаботности. Он давно на самом деле не развлекался в приятной компании друзей. — Наши с Эммой одноклассники, потом несколько подруг Ритэйл, — недовольно буркнула Миллс, — ну и возможно Эмма захочет пригласить еще кого-нибудь из театра. Туса будет масштабной. Так что ты мне нужен, а то вдруг я напьюсь и набью Монике лицо, а ты меня оттащишь. — Ни в коем случае! — завопил Рик, — я лучше сниму на видео. Ну, для внуков. — Э, я тогда до внуков не доживу, меня Свон грохнет. Так что я на тебя надеюсь! — Миллс пригрозила пальцем Рику. Она шутила, но в каждой шутке есть доля правды, да и на вечеринке может случиться все, что угодно. — А если я сам напьюсь? — Рик заволновался, — ну, знаешь, депрессия как никак. — Я тебе напьюсь, — Реджина строго взглянула, — ты плохо себя ведешь, так что держи себя в руках, не хочу краснеть. — Тогда мне что? Вообще не пить что ли? — Рика не устраивал такой расклад. — Как это не пить?! — уточнила брюнетка, — пей. Кола, спрайт, пунш будет и еще полно всяких соков. Не переживай будет, где развернуться. — Колу если только с виски, спрайт с ромом. А пунш… Там какой алкоголь будет? — Вернер махнул еще стопочку коньяка и заулыбался. Реджина улыбнулась. Она хотела чтобы друг развеялся, ведь последнее время он был очень грустный.