Узник №2 не чета номеру один

Самые жестокие существа на свете — дети. Их готовность убить и надругаться не знает себе равных. Сальвадор Дали

Шэнь Юань уже давно не видел ничего, кроме сырых застенков тюрьмы, где его держал похититель. Он теперь и не помнил, было ли в его жизни когда-то что-то по-другому. Был ли он раньше целым? Была ли его жизнь когда-либо в его собственных руках?.. Был ли он прежде хозяином своей судьбы? Может, он с рождения существовал лишь в роли игрушки в руках этого жестокого ребёнка? Он чувствовал себя насекомым. Пришпиленным к стене неприглядным жуком, с которым жестокая рука бесчеловечного ребёнка может вытворять всякое. Отрывать крылья по частям, тыкать острой иголкой, раздавить, растерев слабое больное тело сапогом, и… играться так, как только пожелает ненасытная душонка. Он уже совсем не помнил были ли у него изначально руки и ноги… Или мгновения, свободные от этой нескончаемой муки… Боли, что стала всего лишь неотделимой частью его проклятого существования. Он помнит тёмные звездные глаза и тёплую лукавую улыбку на красивом лице… Кто это был? Да, точно, это был не кто иной, как его мучитель. Этот омерзительный зверь, что каждый день терзает его плоть и разум. Как во сне, так и наяву. Нет-нет… Это был его муж. Его самый близкий и любимый человек. Неужели это правда? У него когда-то был кто-то любящий его? Для кого он был важен. Но не в лице сломанной игрушки, которую только выбросить… Как же так случилось… как так получилось, что его прекрасный ученик, его милый щеночек, и этот ненавистный демон носили одно лицо? Больше того — они один человек. Да, именно так. На самом деле они ведь одно… Может, это он заблуждался всё это время?.. И не было никакой любви, а только ненависть? Желание поиграть и сломать. Возможно, он тогда изображал из себя зверя на охоте, что затаился в ожидании, пока жертва полностью не окажется в его власти, чтобы вгрызться в его плоть и уже не отпустить из своей жуткой хватки. Играл ли он покладистого очаровательного щеночка, лишь чтобы скрыть свою натуру кровожадного монстра? Был ли он, Шэнь Цинцю… Нет. Его, кажется, зовут Шэнь Юань. Да, именно так — Юань. Когда-то в другой жизни именно это было его именем… Был ли он, Шэнь Юань, всего лишь жестоко обманут? Эта мысль отзывалась в груди нестерпимой болью. Он уже давно превратился в один сплошной комок боли. Однако мысль о том, что он был обманут, что им только игрались, чтобы завлечь и уничтожить, как потерявшую бдительность, наивную добычу… Одна мысль об этом разрывала на части ещё больше… чем это уже случилось с его телом. На этот раз разрывалась душа. Сердце. Его сердце. Оно кровоточило… Казалось, ещё немного и из глаз посыплются кроваво-красные слёзы. Хотя это было невозможно. У него уже с некоторых пор не было глаз. Так что плакать было маловозможно… хоть кровавыми, хоть любыми иными слезами. Даже этого последнего утешения, способности выплеснуть чувства слезами… пленник был теперь лишён. В последнее своё посещение палач вырвал из глазницы и второй оставшийся глаз. Правый он выдавил уже давно. Когда Юань только поселился в этой страшной тюрьме. Узилище для одного пленника. Личной игрушки императора трёх царств. Боль и холод. Холод и боль. Они были его единственными спутниками в этом месте. Холод, казалось, уже давно въелся в кости и сроднился с тем ошмётком плоти, который от него остался. Бесполезная гниющая груда мяса. А ещё этот звук капающей воды. Кап-кап-кап. Кап-кап. Кап-кап-кап. Этот звук давил на нервы и сводил с ума! Строители этой тюрьмы явно хорошо разбирались в психологии и пытках. Уже сам этот отвратительный звук беспрерывной, вечно капающей воды, мог кого угодно довести до белого каления. Своего рода психологическая пытка… — Учитель, наконец-то вы вернулись, — на губах лощённого, довольного собой и жизнью повелителя трёх миров, а теперь ещё и двух реальностей, зазмеилась удовлетворённая, и вместе с тем полная насмешливого презрения, улыбка. — Вернулись туда, где вам самое место. Этот ученик так рад! Он успел соскучиться по своему драгоценному наставнику. И по тому прекрасному времени, что они проводили вместе. Но ничего. Ведь наставник снова здесь. И мы теперь можем наверстать упущенное. Это были первые слова, которыми его поприветствовал полудемон, зашедший в эту темницу, как истинный победитель и хозяин жизни. А затем начался ад. Его личный ад. Он помнил пожар. Смерть тех, кто был дорог ему в этой жизни. Помнил, как горел хребет Цанцюн. Смерть лидера секты, что пытался его защитить до последнего. Его убил ледяной демон — Мобэй-цзюнь. Обратил в лёд, а затем разбил на осколки… Помнил, как целая демоническая орда пришла из другого измерения, вслед за своим предводителем. Они повалили из порталов и напали на ничего не подозревающий спящий Цанцюн. У них даже времени не было позвать кого-нибудь на помощь. Помнил смерть Лю Цингэ. И других лордов. Учеников, что кричали и молили о пощаде. То была страшная резня… А ещё его смерть… Ученика. Мужа. Он умер раньше всех. Оказался слабее другой версии себя. Да, Юань оказался никудышным учителем. Он не смог вырастить ученика, что был бы равен его изначальной версии. Ло Бинхэ из его мира был слабее. Значительно. Поэтому и проиграл. Шэнь Юань не смог состояться ни как учитель, ни как муж. Это он подвёл своего милого щеночка… А не наоборот. Сначала не смог сделать его достаточно сильным… Достаточно сильным, чтобы противостоять действительно могущественному противнику. А ещё… хуже всего то, что, теперь думая об этом имени… вспоминая это лицо… он думает теперь отнюдь не о своём нежном мальчике, нет… При звуках этого имени, или когда лицо то всплывает в его памяти, в голову приходит только один образ. Он. Император-демон трёх миров и двух измерений. Да, теперь Ло Бинхэ правит сразу в двух разных измерениях. С их прежним миром он сотворил ровно то же, что и со своим родным… А Шэнь Юаня он захватил, как трофей. И сразу его поместил в особую темницу. В ту самую, где раньше держал своего учителя. Водная тюрьма дворца Хуаньхуа с некоторого времени была навечно закреплена только за одним пленником. За человеком, что имел несчастье растить и обучать это чудовище. Однако настоящий Шэнь Цинцю в итоге перехитрил своего пленителя — он нашёл способ умереть. И теперь Юань здесь… как его замена. По его бескровным и шершавым, давно не прикасавшимся к живительной влаге, губам судорогой мелькнула слабая злая улыбка. Разве он не всегда им был? Заменой этого человека. С тех пор, как попал в мир этой бездарной книжонки. Всего лишь замена… Теперь он думает, что заменой он являлся не только для этой версии Ло Бинхэ. Но и для него. Для всех. А ещё думает о том, что ни с кем и никогда он не чувствовал такой духовной близости, такого единства, как с ним… с его предшественником. Пусть никогда и не был лично с ним знаком. Почему только он… настоящий Шэнь Цинцю не убил это чудовище? Не уничтожил до того, как маленький монстрик вырос и стал большим монстром. У него, наверное, было не всё ладно с головой… Иных объяснений нет. У самого Шэнь Юаня тоже было не в порядке с головой, когда он жалел это чудовище, а своего сомученика ненавидел за его отношение к этой мрази… А почему он сам, собственно, не убил это существо своими руками, когда был такой шанс? Ах да, то был не он… Однако если бы он всё же убил, Синьмо так и остался бы в бездне и очень даже возможно, что тогда демоническое чудовище не смогло бы открыть портал в эту реальность. Хотя какой смысл теперь об этом думать… Уже поздно. БОЖЕ! КАК ОН МОГ О ТАКОМ ПОДУМАТЬ?! И более того, о ком! Его распухшее от непереносимых страданий сердце снова стало кровоточить, после подобных мыслей. Тем более, что мысли эти так никуда и не делись… и остались мучить его бесплодными сожалениями о недосягаемой возможности. Жаль… Жаль, что он не может ему никак навредить. Если бы у него только была возможность. Пусть не в настоящем, но в прошлом… Скрипнула тяжёлая дверь узилища и раздались шаги, всё более приближающиеся к нему. У Шэнь Юаня внутри в очередной раз всё перевернулось от ужаса. Он бы так хотел исчезнуть отсюда. Однако, увы, это было невозможно… Он был здесь один и всеми покинут. Даже система, когда-то жившая прямо в его голове, больше не давала о себе знать. А конкретно с тех пор, как он оказался... в этом месте. Шэнь Юань был совсем один. Единственным, кто помнил о его существовании и даже регулярно навещал, был он — его палач. Он мог только грезить, чтобы этот зверь забыл о его существовании, однако это были лишь пустые мечты. — Как поживает наставник? — раздался голос полный довольства. Шэнь Юань хоть и не видел, но мог отлично представить гримасу хищного зверя, загнавшего добычу, и взгляд насмешливого презрения отобразившиеся на лице этого монстра. Он всегда приходил к своей личной игрушке именно с таким выражением лица. Вот только, Шэнь Юань не знал, было ли оно припасено специально для него или император демонов всегда носил именно эту застывшую маской мину, да и, если честно, это было ему не особо-то и интересно. — Этот ученик беспокоился, что учителю могло стать скучно. Вот и решил проведать. Шэнь Юань не смог сдержать беспомощный всхлип, как только до его слуха донёсся этот страшный голос. Голос, что предвещал начало новых мучений. И как он и ожидал, очередные пытки не заставили себя долго ждать. Этот монстр изощрялся как мог. А в чём-чём, но в мучениях своей жертвы он знал толк. Шэнь Юань кричал изо всех сил. Даже отсутствующий язык не мешал издавать отчаянные, просто жуткие вопли, от которых даже самому пленнику казалось, что у него скоро лопнет голова, как перезрелая груша. Это было просто невозможно выносить. Это всё было выше человеческих сил… — Что же вы учитель сами на себя не похожи… — протянул очень недовольно повелитель демонов. И чем дальше, тем это недовольство только росло. Хотя данное обстоятельство вовсе не было новостью. Такие сцены полудемон устраивал уже не впервые. — Вы так легко выходите из себя, плачете и даже кричите… Раньше от вас и звука было не дождаться, а теперь просто растекаетесь жалким водопадом слёз. Ах, вы теперь это не можете… Ну что ж, этому ученику просто надоело лицезреть все эти сопли на вашем лице. Вы не можете быть таким… Да вы только посмотрите, как жалко трясётесь. Прямо как какой-то мелкий зверёк. Где известный этому правителю гордый и несгибаемый Шэнь Цинцю, что любую пытку мог принять, даже не вздрогнув и не поморщившись. Почему вы стали таким плаксивым ничтожеством, я вас спрашиваю?! Отвечайте мне! Император демонов на какой-то миг даже забыл, что его пленник не может говорить. А вспомнив слегка умерил свой гнев. Ещё немного потешив себя видом мучений своей жертвы, который корчился и жалко стонал, уже не в силах даже кричать под действием его демонической крови, повелитель трёх миров вздохнул откровенно разочарованно. — Учитель, вы стали таким скучным… Этому ученику теперь совсем не весело. А знаешь, я уже верю, что ты не настоящий Шэнь Цинцю, как этот пленник говорил, когда его только привезли, — голос Ло Бинхэ был, как никогда серьёзен и полон горечи. Даже обращение сразу изменилось — от учителя до пленника, от вы до ты. А из его уст так и срывались слова жалобы и горького разочарования. — Сначала я думал, что учитель просто притворяется, чтобы спасти себя. Но затем заметил, что никакого притворства не было с самого начала… Пытался себя убедить… Но чем дальше, тем это было невозможнее… Ты совсем не похож. Жаль… Этот лорд ведь так надеялся, что учитель вернулся к нему. Однако он ошибся… Оно и понятно. У этой жалкой подделки мог быть только такой же поддельный учитель! На что я только надеялся… И так продолжал, и продолжал Ло Бинхэ жаловаться перед лицом своей жертвы без всякой тени совести. Словно это Шэнь Юань сам пришёл и, назвавшись его учителем, обманом навязался ему в пленники. — И откуда ты только взялся. Где учитель этого лорда, а?! Подумать только я тратил своё время на какого-то самозванца. Который даже не смог протянуть каких-то трёх месяцев. Ладно, ты мне уже вконец надоел. А твои нескончаемые вопли резанной свиньи и сопли уже в печёнках сидят. Как смеешь ты всем этим непотребством уродовать светлый лик учителя этого лорда! — прокричав всё это, Ло Бинхэ ногой оттолкнул пленника, что-то при этом явно сломав. — Надоело. Даю тебе шанс. Можешь сам свести счёты с жизнью. Тебе всего-то и надо прыгнуть в воды этой темницы. Это твой единственный путь отсюда. Потому что этот лорд больше сюда не придёт. Хотя, можешь поступать, как знаешь. Не то, чтобы этому повелителю было до этого дело. И отстегнув удерживающие пленника цепи, император трёх миров развернулся и, ни разу не оглянувшись, ушёл. Дверь снова закрылась на засов. Шэнь Юань смог наконец с трудом выдохнуть только с уходом этого чудовища. И только теперь он понял смысл слов, что произнёс повелитель демонов. Неужели он свободен? Он правда может идти?.. Пусть и на тот свет, но это уже хорошо. Разве все это время он не об этом мечтал?.. Оказывается, прошло всего три месяца. Не вечность и даже не три столетия. А три месяца… Шэнь Юань истерически расхохотался. А затем, отсмеявшись, взял себя в кучу и пополз. Это был долгий путь. Здоровому полноценному человеку, возможно, нужно было преодолеть всего-то несколько шагов. Но для Шэнь Юаня, который стараниями некой демонической твари уже три месяца был полным инвалидом этот путь тянулся, как магистральное шоссе. Он был почти бесконечным. Но наконец, спустя пару десятков минут или может часов, Шэнь Юань добрался до места назначения. Он не стал ни колебаться, ни о чём-то раздумывать, а просто в последний раз вздохнув живительный воздух мира живых, с горькой улыбкой на губах скатился в кислотные воды озера, которыми так славилась эта темница. Побег из этого жуткого места был очень болезненными — хотя к последнему он уже давно привык, в любом случае это было не больнее, чем всё то, что проклятый полудемон с ним вытворял, — но быстрым. И в конце его приняли долгожданные объятия смерти. Последними остатками своего угасающего навек сознания Шэнь Юань успел подумать, что эти объятия были нежными и приятными, словно ласка матери. Он наконец-то дома. Там, где и должен быть.