Твой одурманивающий запах

      Бэлла медленно начала подходить к Костье, и вот остановившись за десять сантиметров от ее тела, она вздохнула, чтобы хоть как-то привлечь её внимание. Но Костья, даже не повела взглядом в её сторону, лишь тихо произнесла: — Полтора месяца назад, Бэлль, — последний раз Костья плакала лишь, когда узнала о смерти матери, а потом ни разу больше. — Она умерла полтора месяца назад. — Прости, — Кузнецова засуетилась, — Глупо спрашивать о личном. — Нет, я могу рассказать, Бэл, — шатенку будто резко отпустила, да и голос повеселел, — Если ты хочешь.       Младшая девушка улыбнулась уголками рта и положительно кивнула головой. Наливая в картонные стаканчики водку, Костья присела на кресло, а Бэлль на кровать, напротив стоящую. В руки она взяла стаканчик, слегка повертев его, она сделала небольшой глоток. Девушка прочувствовала, как водка стекает по глотке вниз, оставляя за собой прогревающий след. Кузнецова понимала, что сейчас она может опьянеть намного быстрее, за счёт того, что пьет она второй волной. То есть, проспав всего четыре часа, она вновь начинает пить. Организм не отрезвел до конца. — Я всегда жила здесь, Бэлль, — спокойно начала Костья, иногда понемногу отпивая из стакана водку, — Мы жили с матерью тут семнадцать лет и теперь, я продолжаю жить здесь одна. В конце лета ей внезапно стало плохо, и я вызывала скорую, та конечно, быстро приехала и поставила ей инфаркт. Её увезли в больницу для обследования. Я не видела её месяц, мне говорили, что нельзя к ней приходить, а на самом деле это была ложь. Бабушка с дедом не собирались меня подпускать к ней, потому что знали, что она скоро умрет. Мне так до сих пор никто и не объяснил, от чего конкретно она умерла, но произошло все настолько быстро и внезапно, что я ничего не успела понять. Просто, представь, ты сидишь дома, ужинаешь и все ахуенно, а потом тебе звонит лечащий врач твоей мамы и говорит, что её больше нет и нужно указать, в какой морг её отправят через час. Ты сидишь такой, в ахуе, не понимая, а как так произошло, если родные тебе люди твердили, что с мамой все в порядке. — А какие у вас с ней были отношения? — Каспер рассказывала медленно, иногда запинаясь. Всё же ей было трудно говорить об утрате самого близкого ей человека. — Хорошие. Я не скажу, что мы были подружками, но всё же она доверяла мне также, как и я ей, — голос Костьи сильно дрогнул. Она подняла глаза наверх, чтобы подавить в себе чувство утраты, боли и накатывающие слёзы. — Кость, почему ты пытаешься остановить слёзы? — блондинка привстала и наклонилась к Каспер. — Я не буду плакать при тебе, — отрезала Костья и всхлипнула.       Костя встала с кресла, достав из рюкзака пачку сигарет, она уселась на подоконник своей комнаты. Она открыла окно нараспашку, поджигая сигарету, она начала её раскуривать. Одна часть сизого дыма медленно распространялась по комнате, а другая улетучивалась за пределы окна. Бэлла лишь молчала наблюдала за Каспер, которая так легко выдыхала дым. — Бабушка с дедом живут в другом конце города и не особо заботятся обо мне. Единственное, за что им спасибо, так это за оплату квартиры, — девушка докуривает ровно до половины сигареты и протягивает Бэлле, та аккуратно забирает подкуренную сигарету и вдыхает дым. — А еда, одежда как же? — Кузнецова внимательно изучает татуировки лица своей спутницы. — Я работаю, — кратко ответила Каспер и притянула девушку к себе за руку. — Наркотики дело гиблое и очень неустойчивое. Сегодня ты продаёшь наркоту малолеткам, а завтра они тебя продают полиции. Не думала об этом? — Лишь с Артёмом я проебалась. Остальные не сдадут меня, а если уж и упадет такое несчастье, то блять, ну знаешь, какая им с этого выгода? Они уже ебаные торчки. Где они достанут дозу, если меня загребут? — Костья улыбнулась уголками рта, а затем перевела взгляд за Бэллу. На пороге комнаты сидел её кот, он вылизывал свои передние лапы. — Их родственники, друзья могут тебя сдать полиции. Представляешь, что будет тогда? — Кузнецова говорила сурово и строго. — Я сяду, — Каспер засмеялась. — И что же здесь смешного? — Да ничего собственно, но мне почему-то смешно, — она плавно спустилась с подоконника и облокотилась на него. — И знаешь, если я закончу это дело, то ни есть, ни одеваться, ни платить за мобилу я не смогу. Да многое я делать не смогу, а бабушка сразу сказала, что всё, помимо квартиры я должна делать сама. — А если ты просто попросишь у них помощь на какое-то время, пока будешь искать работу? — Костья повернула голову в правую сторону, на лице мелькнула ухмылка. — Мне не нужна другая работа, Бэлл, — приобнимая за плечи блондинку, сказала Костья. — Меня вполне устраивает работать дилером. — Сама только подумай, какие деньги я получаю, почти сидя на жопе ровно. — Э-э-х, — вздохнула Кузнецова и отвела взгляд в сторону, — А ты сама-то употребляешь? — Я не зависима от этого, — Каспер отходит от девушки, чтобы налить в свой стакан ещё алкоголя. — Невозможно не зависеть от наркотиков. — Ошибаешься, малыш, — содержимое стакана за секунду опустошается. И так постепенно уходит третий стакан, четвёртый, а дальше считать не нужно было.       Девушки уже сильно пьяны, и если Каспер может нормально соображать, то Бэлль нет. Её накрывает второй волной опьянения. Подключая колонки к ноутбуку, они громко включают музыку. Время быстро идет и они совсем забыли, что в восемь часов утра им обеим нужно быть в школе на уроках. Сейчас Бэлль даже и не думает об этом. Трек шёл один за другим, они даже не успевали вспоминать название, как уже начинался новый. Кузнецова хватает бутылку и допивает своё пиво. — Не сме-е-й мне гово-о-рить, что я тебе не нра-а-влюсь, — пропела строчку песни блондинка, ловя на себе четкий взгляд Костьи. Татуированная девушка слегка прикусывает нижнюю губы и притягивает за талию к себе Бэллу. — Не смею, — усмехнулась Костья, прикасаясь своим носом к носу Кузнецовой. — Каспер, у тебя таки-и-и-е невъебически красивые глаза-а-а, — протянула блондинка, переступая с одной ноги на другую. Она качалась то вправо, то влево. Схватив её за плечи, Каспер постаралась сосредоточить взгляд на её глазах, которые казалось смотрят в пустоту — Они мне-е-е нра-а-вятся! — Бэл, слушай меня, — шатенка в пьяном бреду покрутила указательным пальцем вокруг лица Бэллы, та лишь улыбнулась. — Если человек тебе что-то говорит пьяным, значит он боится сказать об этом трезвым, — вставила Кузнецова достаточно умную фразу. Её голос прозвучал сейчас трезво. — Да, да, — быстро кивала татуированная девушка, — Ты очень красивая, Бэлль, слышишь? — Да, слышу, — её глаза закатывались наверх, Кузнецова чувствовала усталость, но из всех сил держалась на ногах, лишь бы дослушать Каспер. — Ты знаешь, для ме-е-ня ты-ы, это странно, бля-ять, — Костья запрокидывает голову наверх. Перед глазами плывет серый потолок, она глубоко вздыхает и опускает голову обратно — Бэ-эл, ты мне нравишься. — Ко-ость, ты так кла-а-асно тянешь слова, — Бэлла изнеможенная, начинает падать назад, потянув за собой Каспер. Они обе приземляются на постель. — Малыш, — тихо произносит Костья, впадая в полное осознание того, что сейчас будет.       Её теплое дыхание обжигают щёки Бэллы, от чего те заливаются красным румянцем. Костья целует сначала плохо выраженные скулы, а затем опускается к шее, той самой эрогенной зоне Беллы. Позвонки блондинки тихо прощёлкали, как только она изогнулась, отдаваясь полностью Костье. Кузнецова обвивает шею шатенки своими руками, их губы соприкасаются.       Бэлла чувствует, как грохочет её сердце от каждого прикосновения Костьи. Грудь блондинки часто вздымалась и опускалась. Каспер слегка приподнимая рубашку, касается своими пальцами талии девушки, подминая её под себя. Низ живота девушки начинает приятно ныть, требуя чего-то больше, чем обыкновенные прикосновения. Одним рывком, Костья, стягивает с девушки рубашку Polo и откидывает её в сторону. Теперь перед ней открывается прекрасный вид на обнажённый живот, вместо которого проглядывается пресс; выпирающие ключицы. — Сними его, — приказала шатенка, оглядывая прикрытую тёмно-серым топом грудь. — Кость, я не люблю своё тело, — она приподнялась на локти, исключительно смотря в зелёные глаза напротив. Два маленький изумруда светились, даже в темноте. Бэлль видела, как своими руками шатенка тянется к топу, а затем уже и почувствовала подушечки пальцев под тканью бюстгальтера. — Я вижу, что твоё тело прекрасно, — руки Кузнецовой ослабли и она плавно начала поднимать их вверх, чтобы избавиться от ненужного элемента одежды, — И не надо стеснятся его.       Костья полностью сняла топ девушки, откладывая её в сторону. Не отрывая взгляда от небольшой груди Бэллы, губы расплываются в тёплой улыбки. Шатенка понимает, насколько сейчас её спутнице некомфортно находится полуголой, поэтому она быстро принимает решение снять с себя толстовку. Черный топ полностью скрывает истинный размер груди Каспер, а если уж сверху есть хотя бы футболка, то вряд-ли кто поймёт, что у неё вообще она есть. Оголяться до конца зеленоглазая не спешит.       Она проводит двумя пальцами меж грудей Кузнецовой до низа живота, от чего та запрокидывает голову наверх, лишь бы не видеть ухмылки Костьи. Старшая быстро развязывает шнурки на резинки штанов и отползая на постели чуть назад, полностью стягивает спортивки. Блондинке чудом удаётся сдерживаться, чтобы не застонать от удовольствия. Каспер ещё ничего не сделала необыкновенного, но для младшей каждое прикосновение становилось новым поводом для дрожи. Бэлла остаётся лишь в одних трусах. Она больше не выдерживает, держать на одних локтях, поэтому быстро прилегает спиной к простыни. Татуированная девушка покрывает низ живота блондинки поцелуями, возбуждая тем самым ещё сильнее. — Кость, пожалуйста, — Кузнецова не успевала нормально открыть глаза, не закатывая их обратно. — Пожалуйста, что? — татуированная девушка водила пальцами вдоль резинки женских трусов, поддразнивая Бэллу. Она уже вошла в роль, и теперь понимала, что сейчас вся Кузнецова в её руках, она может делать, всё что захочет с её телом. — Каспе-е-р, — первый лёгкий стон срывается с уст блондинки, она уже не может контролировать это.       Костья пальцами правой руки поглаживает нежные соски Бэллы, которые мгновенно затвердевают. Темноволосая не меньше своей возлюбленной возбуждена, но наверное, так умело ей удаётся скрывать только потому, что ничего подобного ранее Бэлль не ощущала. Эмоции, чувства и ощущения для неё были в новинку.       Последний элемент одежды Бэллы падает на пол. И вот, полностью обнаженная блондинка находится под полной властью Каспер. Шатенка аккуратно разводит ноги блондинки в сторону, начиная оставлять мокрую дорожку поцелуев на внутренней стороне бедра. Уже более громкий стон вновь слетает с губ девушки. Уши блондинки, будто заложило. Она не слышала ничего, кроме собственных стонов. Костья аккуратно проводит языком по клитору, входя во вкус набирает темп, а затем резко прекращает. — Я не дам кончить тебе, так быстро, — она ухмыляется и проводит двумя пальцами от лобка до клитора, спускаясь ещё ниже. Костья раздвигает ноги Бэллы ещё немного. — Ты так и не ответила, ты девственница? — Да-а, — тихо произносит Кузнецова. Каспер в прямом смысле этих слов, сводила её с ума. Она дотрагивается большим пальцем правой руки до клитора девушки, слегка надавливает и начинает медленно массировать.       Шатенка аккуратно вводит внутрь влагалища Бэллы один палец. Не спеша начинает двигать им внутри девушки сначала наполовину, а потом и во всю длину. Она останавливается на мгновение, будто спрашивая, готова ли к дальнейшему Бэлла. Не услышав отрицательного ответа, Каспер аккуратно вводит второй палец до основания. Грудь Бэллы вздымается сильнее, а вместе с ней учащается и дыхание. Заглушенная возбуждением боль быстро отходит на второй план.       Каспер боялась и вовсе не собиралась причинять боль возлюбленной, поэтому двигалась очень медленно. И спустя небольшой промежуток времени, когда Кузнецова уже начала привыкать, шатенка начала набирать темп. Вводя палец то до половины, то до самого основания или же вовсе вытаскивала, а затем также аккуратно, как и с самого начала вводила обратно во влагалище, начинала медленно дразнить блондинку. Толчки становятся сильнее и Бэлла сама того не против, помогает Каспер, насаживаясь сама на пальцы. — Быстрее, — шепчет младшая, крепко сжимая простынь, — пожалуйста, Каспер...       И пожалуй это всё, что хотела услышать татуированная девушка. Она ускоряется и грубее двигается во влагалище Бэллы. На последних двух толчках Каспер чувствует, как тело возлюбленной ослабевает и она с громким стоном кончает. Шатенка вытаскивает пальцы из лона девушки, удовлетворённо улыбаясь, слизывает жидкость с пальцев.       Прикасаясь к губам Бэллы, она быстро углубляет поцелуй, совсем забывая про то, что осилить и поддержать поцелуй Кузнецова вовсе не сможет. Отстраняясь от младшей, она смотрит в её кристально чистые глаза. — Ты, прекрасна, малыш, — шатенка целует Бэллу в лоб, а затем ложится рядом.       Абсолютно обессилевшая Бэлла заворачивается в мягкое одеяло, совсем не заботясь о том, что она голая и прикрывает глаза. Она чувствует, как к её телу прижимается Каспер, ровно выдыхая в шею. — Я люблю тебя, — последнее, что помнит Кузнецова, а после проваливается в сон.