Секс на камеру

Целый месяц без Джона. Шерлок был готов рычать, кричать, ругаться и лютовать, но это было объективной реальностью. Командировка, в которую его отправил брат по делу чрезвычайной важности. Но почти месяц без единого письма, звонка, хоть какого-то общения, ибо Холмсу-младшему предстояло залечь на дно так глубоко, как было разве что в достопамятной Сербии. Вспоминать о которой не хотелось совершенно. Зато сыщик помнил, как объявив об этом мужу, замер, прижавшись к нему и чувствуя его горячие поцелуи на шее, от подбородка и вниз. — Боже, я не выдержу… — простонал Шерлок, обнимая Джона так крепко, будто хотел стать с ним единым целым и увезти с собой. — Боже, я… — и замолчал, просто зажмурившись и тяжело дыша. — Раз ты упомянул Бога, значит дела и вправду плохи, — тихо шептал ему в шею Джон. — Не смей только пропасть там без вести. — Ни за что. Я из Ада вырвусь, только чтобы вернуться к тебе… — отчаяние объятий сыщика потрясало. И не только фигурально. Его в прямом смысле била дрожь, он обхватил лицо Джона ладонями и принялся целовать его. — Я люблю… я так люблю тебя, родной… — Я тебя тоже… — Ватсон зажмурился, подставляясь под отчаяние этих ласк. — Не так мы мечтали провести медовый месяц. Шерлок выпрямился, просто глядя на Джона сверху вниз. Никогда ещё блоггер не видел его таким несчастным, уязвимым, открытым и беззащитным. — Ты же не найдёшь себе кого-нибудь, пока меня не будет? Вопрос прозвучал не на ревнивых нотах, а на отчаянии и таком явном горе, что у доктора чуть слёзы не выступили. Хотя, не то чтобы чуть. — Нет. Об этом не волнуйся. Я твой и только твой. Пока смерть не разлучит нас. Но… полагаю, что и после этого — тоже. Голос Джона, весь его облик, вся суть, веяла такой непоколебимой, спокойной любовью, что Шерлоку действительно стало легче. — Людям иногда приходится расставаться, но тем слаще встречи. — Слабое утешение… — У меня есть для тебя другое. Можно я буду брать твой телефон по вечерам несколько дней, пока ты готовишься и собираешься. А ты не подглядывай и не подслушивай, хорошо? Шерлок тогда послушался, и уже перед отъездом, прощаясь с Джоном около авто, подогнанного прямо к подъезду, узнал от него, что Ватсон сделал несколько видеозаписей, чтобы Холмсу смотреть в разлуке. — Надеюсь, они хоть немного скрасят твою командировку, — сказал блоггер, гладя обнажённую часть руки Холмса, над перчаткой и под рукавом пальто. — Я не мастер в такого рода вещах… делал впервые, но от всего сердца. И вот, пришло время, посмотреть первую из них. Первый более-менее тихий вечер, когда сыщик не опасался слежки и имел несколько свободных часов. Он понятия не имел, что там наговорил ему Джон, и долго собирался с мужеством открыть первый файл. Вот ещё раз проверил все замки, осторожно уселся на диван, будто от резких движений тот мог взорваться, и запустил первый из приветов Ватсона. Холмс увидел его комнату, и самого Джона, том же свитере, который так любили они оба. Муж сидел на том же стуле, на котором обычно писал свой блог, прямо напротив камеры, видимый по пояс, и с улыбкой смотрел в неё. — Здравствуй, Шерлок, — запись была такой качественной, что на секунду показалось, будто голос прозвучал прямо здесь в комнате. Вернее, его обладатель вот тут, только руку протяни, а не на другом конце страны… — Я сделаю для тебя несколько таких вот видео… и попрошу не смотреть все сразу, а дозировано, по частям. Думай сам, как это распределить, чтобы хватило на подольше… Итак, — Джон улыбнулся и от теплоты этой улыбки у сыщика сердце защемило, — помни, хоть я и далеко, но тоже думаю о тебе. И тоже огорчён твоим отсутствием… И я твой. Шерлок, то, что я сделаю сейчас для тебя, я бы не сделал никогда и не для кого больше. Мне очень неловко… — Ватсон снова улыбнулся, чуть более печально, но и слегка игриво. — И начнём вот с чего, — он медленно и плавно стянул свитер и отбросил его куда-то за пределы видимости. Под свитером не было футболки, и Шерлок сразу увидел соски Джона, набухшие и призывно-розовые, видимо, от раздражения шерстью. Ватсон чуть вздохнул, и вместе с ним вздохнул Холмс. Он сообразил что последует дальше и судорожно облизнул губы. Неужели Джон решился на такое? — Вот так… — пальцы Ватсона принялись легонько оглаживать ареолы по кругу, периодически переключаясь на соски, — ты любишь ласкать меня здесь. И я это безумно люблю. Люблю твои осторожные поцелуи, влажные движения языка. Люблю когда ты целуешь и посасываешь. И очень признателен, что не покусываешь. Как же хорошо ты это делаешь, Шерлок, как нежно и приятно… — Джон чуть усилил ласку, добавив вторую руку ко второму соску и чуть запрокидывая голову. — Как я жду, когда мы снова это повторим… Тут Шерлоку пришлось остановить запись и расстегнуть ремень брюк. А затем, секунду подумав, вообще стянуть их. Никогда прежде они с Джоном не делали подобного. Сыщику и в голову бы не пришло создавать такой компромат. Но им и не приходилось расставаться так надолго… Он запустил видео снова. — Ох, это, конечно, куда лучше в твоём исполнении, но что делать, — доложил тем временем Джон на записи, снова усаживаясь ровно и протягивая руку к телефону. Изображение чуть подвигалось и изменилось. Теперь Шерлок видел Джона и ниже пояса. На том не было брюк, только любимые ими обоими красные боксёры. О, сколько раз Холмс зацеловывал Ватсона сквозь них. Облизывал и посасывал, пока трусы не становились совершенно мокрыми, да и потом не спешил их снимать, лишь чуть сдвигал в сторону, выпуская на волю член, прежде чем взять в рот уже его. — Ты видишь меня, Шерлок? Хорошо видишь? — Джон принялся поглаживать пах сверху вниз всей ладонью, как следует раздвинув ноги и дав хороший обзор. — У меня уже встал, хороший мой. Встал от одной мысли, что ты там, по ту сторону экрана, смотришь на меня. Тебе же нравится то, что ты видишь? — Да, Джон… — Холмс выдал это вслух, хотя понимал, что друг его не услышит, но иначе не мог. — Погладь себя также, — велел Ватсон. — Вот так, просто повторяй мои движения, — Джон застонал, и у Холмса тоже мгновенно встал от этих звуков и видеоряда. — Знаю, ты таким не баловался прежде, но тебе просто необходимо получить дозу удовольствия и сбросить напряжение. Шерлок подчинился, только положил руку не поверх белья, а запустил её в трусы. — Ты хочешь чтобы я их снял, радость моя? — спросил Джон, продолжая гладить себя и смотря всё также прямо в камеру. Прямо в глаза Шерлоку. — Или хочешь чтобы я кончил в них? Помнишь, как я кончал в твоих руках, не снимая? Как ты потом запускал свой горячий язык между ними и моим членом сбоку, как облизывал всё там… Как снимал их с меня и любил ими дышать, до того, как я кончу. А если после — как проводил языком по ткани в сперме, а я чуть не умирал от этого зрелища… как брал мой член в рот, облизывал и сосал его, очищая? Как вылизывал мошонку и бёдра… Ох, Шерлок… — по животу Ватсона прошла волна дрожи, — ты можешь выбрать, что посмотреть дальше. Видео номер два — я сниму трусы и буду дрочить для тебя, видео три — сделаю то же самое, но через бельё. Решай, мой родной. Видео закончилось, а Шерлок осознал, что сидит взмокший и возбуждённый до предела, сжимая собственный член. Подумав, он выбрал видео номер два. — Почему-то я был уверен в твоём выборе, — улыбнулся Джон в камере. — Да, я поступил бы также. Уже соскучился по виду твоего члена. Ох… жаль ты не записал для меня подобного. Но если бы я попросил, это испортило бы сюрприз — ты догадался бы сразу, так ведь? Да и… согласился бы ты? Спрошу когда вернёшься. А теперь… теперь как обещал. Только для тебя. — Ватсон поднялся, но его пах остался в зоне съёмки. — Вот… всё как ты хотел… Шерлок не впервые видел Джона голым, но в животе ухнула горячая волна, не хуже, чем в их первый раз, когда Холмс кончил на стадии раздевания. И очень по этому поводу смутился. И ему стало стыдно. А Ватсон… его чудесный Ватсон только поцеловал его тогда горячими сладкими губами, шепча «всё хорошо», усадил на постель и принялся медленно покрывать поцелуями, попутно слизывая запачкавшую кожу сперму. А потом посасывать, целовать и всячески ласкать языком член, пока он вновь не встал и вновь не выплеснулся, уже в рот Джона… Сейчас тосковал рот Шерлока. Сыщик буквально впился взглядом в экран, где палец Джона медленно обводил влажно блестевшую головку, нацеленную дырочкой уретры прямо в камеру. — Почему-то я думаю, что ты очень хочешь взять его, — лился мягкий голос Джона, — мечтаешь качнуться вперёд, и чтобы не стекло телефона встретило тебя, а мой член. Ты жаждешь ощутить мой вкус, моё тепло, мой запах… так ведь, Шерлок? — Ватсон сам чуть качнулся вперёд, снова и снова обводя самое отверстие по блестящей от капелек предсемени нежной розовой кожице. — Ох, бл…ть, ты не представляешь как, — выдохнул Холмс, непроизвольно повторяя движения руки на экране. — Я бы тоже хотел этого сейчас. Больше всего на свете. Но ты далеко, и мне придётся всё сделать самому. Но для тебя. Поверь, Холмс, я делаю это для тебя. Чтобы ты мог хотя бы увидеть. Мне и того не дано. Я бы хотел ощутить твой рот, а руку положить тебе на щёку, как делал иногда. Двигать бёдрами тебе навстречу. Чувствовать как твой язык скользит по члену, как член лежит на нём. Как жарко и горячо ты стонешь, закрыв глаза. Как тебе безумно нравится когда я трахаю тебя в рот. Ты же обожаешь это. — Да, Джон! Да! Вместо описанного Джон быстро-быстро дрочил, и Шерлок делал то же самое. — Я любил ощущать пальцами как у тебя течёт слюна, потому что ты не можешь сглатывать, помнишь, я всегда вытирал твой подбородок в процессе… — Кроме паха и руки в кадре по прежнему ничего не было, но сыщик был уверен, что Джон запрокинул голову назад, как часто делал, кончая. — Давай, любимый мой, со мной, вместе… ааа-ааах-хххх-ха… — сперма брызнула прямо в экран, и Холмс зажмурился, хотя понимал, что не ощутит её капель на коже. Холмс отстал не больше чем на полсекунды, кончив так ярко и бурно, что наверное, пропустил часть записи, вернувшись в реальность видя уже руку Джона, всю в липкой сперме, что он поворачивал перед камерой, давая как следует рассмотреть и убедиться, что он кончил. Потом сыщик наблюдал как эту руку вытирали влажной салфеткой, а потом Джон опять что-то сделал с камерой и Холмс вновь увидел его в том же кресле, что и в начале, только совершенно голого, с раздвинутыми ногами и довольно серьёзным лицом. — Смотри на меня, Шерлок. Только ты можешь смотреть на меня так и видеть меня таким. Ничего не скрыто от тебя. Моё лицо, моя грудь, мой живот, мой член. Смотри на что хочешь. Пока ты не можешь коснуться и поцеловать, но смотри сколько тебе будет нужно. Это тоже неплохо, правда? — Правда, Джон… это замечательно. Спасибо тебе за это, — сыщик сел поудобнее, чувствуя себя гораздо лучше. Будто они правда переспали с Джоном. — Уверен, ты меня поблагодарил, — Ватсон улыбнулся. — И, надеюсь, кончил. Я сделал всё, чтобы у тебя это получилось. Шерлок… будет ещё несколько видео. Как я трахаю себя дилдо и использую анальные шарики. Как я целую и облизываю твоё бельё. Ношеное, конечно. Как трусь о твою подушку и твоё полотенце. Не переживай, наволочку я потом поменял, а полотенце положил в стирку. Хотя… — Джон снова тепло и заботливо улыбнулся, — уверен, ты бы не настаивал на этом. Учитывая, сколько раз твой язык побывал в моей заднице, едва ли такие мелочи способны тебя смутить. Как и меня, впрочем. Помнишь как я целовал и облизывал твои пальчики на ногах, и как ты краснел и просил перестать… но как тебе это нравилось, да? — Ох, Джон… мне нравилось всё, что ты делал со мной. И позволял делать с тобой. — Мне тоже, Шерлок, — Ватсон усмехнулся, и протянул руку куда-то за пределы камеры, вытягивая… любимый синий халат Холмса. А потом встал, кутаясь в него. — Думаю я угадал твою реплику, так? Словом… смотри всё, но не торопись. Времени было не очень много и успел я не столько, сколько хотел. Когда ты приедешь, можем повторить это всё, уже вместе. И сделаем что-нибудь ещё. Можешь трахнуть меня своей трубкой, что думаешь? Или я отсосу тебе и зацелую твою замечательную круглую попку едва ты войдёшь. Стянув твои брюки, а ты спрячешь меня под своим пальто. — Я хочу расцеловать твой живот, когда ты сидишь вот так в моём халате, — сказал Шерлок. — А потом чтобы ты кончил, забрызгав это замечательное мягкое пузико, а я зацеловал бы его снова. — Сделаем всё, что захочешь. Ты только береги себя там и возвращайся ко мне. Люблю тебя. До встречи, — Джон протянул руку к телефону, светло улыбаясь и глядя всё также в камеру, и видео закончилось. — До встречи, — сказал Шерлок. Несколько секунд посмотрел на телефон, переполненный благодарности и предвкушения об обещанном в других видео. А потом поднялся и отправился в душ.