Инструкция по соблазнению для Казановы

Отпираться было бессмысленно. Даже такой веский козырь, как информация о тайне семьи Акабанэ, наверняка ее не спасет. В кабинете директора ресторана, срочно освобожденном по требованию Карасумы для «государственно важной беседы», собрались все. Тока. Нагиса. Связанная Юкико. Елавич и, разумеется, сам Карасума. — Мне нужен адвокат. — Это сделает только хуже. Если ты расскажешь все без лишней огласки, у твоих родных будет время покинуть Японию живыми. На большее не рассчитывай. Чем быстрее отец будет в курсе — тем вам хуже. Карасума закрыл глаза. Да. Это прямая угроза. И за подобное можно привлечь. Но если сейчас он об этом доложит, семью Канзаки действительно ничего не спасет. — Да уж. Хотела сделать эффектный ход напоследок, а в итоге такую игру испортила. Не надейтесь, начну историю с самого начала. Придется вам это все послушать. Юкико замолчала. На лице девушки появились совершенно несвойственные высокомерие и ехидство. — Все началось до чертового класса Е. Никогда не понимала родителей. Ну повеселилась, ну погуляла и завалила экзамены. А потом моему отцу, тому еще карьеристу, пришла в голову замечательная мысль. Свести меня с Кармой. Думаю ты помнишь, два года назад у вас дома было одно из тех редких сборищ, куда стаскивали всех дочек из более-менее выгодных семей, чтобы продать их подороже и завести влиятельных родственников. Все шло по плану. Не то чтобы я была рада, но мне дали понять, даже если мы с тобой будем дружить, мне вернут карманные деньги и хотя бы немного свободы. На фоне остальных дурочек, которые из кожи вон лезли, я, спокойная и красивая, была самым адекватным вариантом. Я понимаю, ты подошел ко мне скорее от отчаяния, кажется ты только повод ждал улизнуть, но пока его не было тебе хоть какой-то собеседник был нужен. — Да. По дурости подошел поздороваться к тебе, и твоя матушка уже мчалась к моей с подробным планом грядущей свадьбы, — фыркнул Карма. — Но тут, как по волшебству, тебе кто-то позвонил, и ты, показав родителям все, что думаешь о их празднике, используя один знаменитый жест, попросту ушел, спрыгнул с балкона на дерево и до свидания родственники. Я стояла ближе всех, услышала, что ты обратился к звонившему — Нагиса. Я еще подумала, это же что там за отношения, что испарился человек в пару минут. Меня проигнорировать — да на такое не каждый парень сможет. Шиота покосился на Карму. Тот все так же со спокойным лицом слушал рассказ Юкико. — Отец взбесился. Мне и матери воздух перекрыл, ни денег, ни свободного времени. Ее на работу устроил, мол воспитала не дочь, а «непонятно что», меня в Е класс. Жизнь превратилась в ту еще дрянь. А монстр? Нет, как прокляли. Я понимала, мне семи миллиардов не видать, да никому в классе, так ждали, когда уже прикончат и дело с концом. И тут к нам перевели Акабанэ. Не прошло и пары дней, появился Карасума на замену той бестолочи, что пыталась нас тренировать. А потом и Бич-сенсей. Наверное день на третий, я поняла, к кому тогда сбежал Карма с той «вечеринки». — Это твоя была идея чтобы Шиота «обнял» Коро вместе с гранатой, рискуя своей жизнью? Юкико кивнула. — А то. Мне было обидно. Мышь серая и я, нет, ну вот как так то. Слава Богам, ты переключился на Рио. Я как могла ее поддерживала, давала советы. Она была мне нужна как переходной этап. На фоне ее истерик, выходок, после всего того, что она тебе позволяла, понятное дело, я бы увела тебя у нее без проблем. Ирина села в кресло. Она действительно не ожидала такого развития сценария. — Эта дура упустила тебя. Слава Богу, она действительно была влюблена в тебя по уши и, разумеется, не сдавалась, подставляя Шиоту как только можно. Рио — не идиотка, просто дура иногда. Даже смогла немного навешать лапши на уши Карасуме, да, учитель? Пожалели девочку без мамочки? Не корите себя, она действительно мучилась, но ей это не мешало строить планы мести. Тадаоми стоял с каменным лицом. — Увы, Рио понимала, что если ангелом-хранителем этой сладкой парочки стала Елавич, ей уже делать нечего. Конечно сдаваться она не хотела, но и мстила уже не так охотно. Моих слов она не слушала, у этой дуры мозги стали работать в другую сторону. Но тут, Карма, ты мне помог. Очень даже помог. Пусть и не хотел этого, но ты действительно забыл как пользоваться мозгами. Юкико выдохнула, запрокинув голову, глядя в потолок ей стало говорить немного легче. — Когда она застала вас в классе на рождество, она не сделала фото. Потом она призналась, что никогда бы этого не сделала. Мол, она проиграла, и вообще в ее жизни новая любовь. Но, ты напомнил ей про разбитую машину и дурочка перепугалась насмерть. Двести тысяч — сумма огромная. Она прибежала ко мне в слезах, и тогда я поняла — Рио в моих руках. Я пообещала ей, что как только она станет совершеннолетней, придет в банк моего отца и бинго. Он даст ей займ, чтобы расплатиться с тобой. Но для этого нужно отомстить Шиоте, чтобы тебе эти двести тысяч вышли боком. Я опять ей промыла мозг на тему «правильно не правильно, общественные нормы». Она была так напугана, скажи я ей что небо фиолетовое, она бы тут же в это поверила. Я сказала ей поднять скандал, устроить огласку, настроить Хироту и других против. Да дура даже в драке не участвовала толком, сбежала. Потом… Больница. И та самая речь Коро. Дура блондинистая! Совершенно отбилась от рук. Пришлось промывать мозг Хироте и Накамуре, чтобы эти придурки изловили Нагису после школы. А мамочке его преподобной перед этим прийти и сказать, что милая дочь не была ни в какой больнице, а гуляла с парнями, и если она не верит, то пусть полюбуется. Дальше — дело техники. Она действительно была ненормальной. Она Шиоту потащила с таким видом, я сразу поняла, что прибьет. Потом, чтобы отвести подозрение я позвонила Карме, чтобы он побежал спасать своего ненаглядного. Если честно, надеялась, что не успеет. Я в принципе на людях всегда была за нашу сладкую парочку, чтобы отводить подозрение и иметь возможность на правах подруги выяснять, что там происходит, и как обстоят дела. Вот Тока, дурища, действительно была за этих ненормальных рада. Карасума увидел бешеный взгляд Кармы, достал наручники и приковал рыжеволосого к батарее. От греха подальше. — И опять Елавич! Я уже давала ей понять, чтобы не лезла куда не следует! И как только поняла что с машиной проблемы, с виду дура-дурой? Взрывчатку сняла, похоже. Снимаю шляпу, Бич-сенсей, пусть я и действовала мелочно, но порой такие пустяки уничтожают даже самых продуманных киллеров. По плану сегодня я должна была вывести Шиоту. А Тока бы стреляла на поражение, спасая подругу от монстра, а потом, — Юкико вздохнула, — я бы как-то прибрала к рукам Карму. Но моя мама перед выпускным умудрилась спасти мою жизнь. Она отдала мне одно фото. После которого я поняла, уж лучше бежать без оглядки и плевать на папины деньги, чем с ублюдком связываться. Как она это достала — не знаю. Но хорошо, что успела отдать перед праздником. Если бы не вино, я бы попросту заставила Нагису пособачиться с Кармой и удалилась в закат. Ну и Тока. Предательница. Но не дура. Ответь, почему не стреляла? — Я была готова. Пока ты не назвала Нагису ненормальным. Это… Отличалось от твоих обычных слов, и заставило меня насторожиться, — Тока, обхватив голову руками, сидела на диванчике, даже не поднимая лица. Ей не верилось. Юкико, такая хорошая и умная, близкая подруга, оказалась самой настоящей гнилью. — И Рио. Тоже. Как на нее этот Асано повелся, буквально из-под носа увел. Понять не могу, за что? — фыркнула Юкико. — Он понял, кто на самом деле дрянь. И по-своему меня предупредил. Видать боялся подставить Рио, вот и разводил секретность. — Наверное, — равнодушно ответила Юкико, — да он еще и как-то все в тайне держал. Я не знала про его отношения с Рио, но понятно, кто мой слух про то, что Нагиса мать свою убил, быстро убрал. Видать о репутации школы папашки беспокоился. — И что там за секрет такой, что Тейджиро Акабанэ твою семейку уничтожит? Ты зачем решила все сейчас рассказать? — спросила Елавич. — Дура я. Решила напоследок этой парочке неадекватов жизнь подпортить, но не подумала, что они могут всю мою семью перебить. Я делаю официальное заявление, Тадаоми Карасума. Если со мной или моими близкими что-то случится, вы знаете, чьих это рук дело. Карма. Если хочешь, чтобы я молчала — сделай так, чтобы хотя бы моя мать жива осталась! Иначе все узнают! Акабанэ дернул пристегнутой к батарее рукой. Как же ему хотелось придушить эту тварь, без всякого садизма! Шиота молчал, прислонившись спиной к парню. Карма понимал, только ради Нагисы он не будет сильно дергаться, но Юкико еще свое получит. Больше ничего Юкико не сказала. Молчала глядя в потолок, уйдя куда-то в себя. Даже когда ее уводили для дальнейших разбирательств, она все так же молчала. Только бросила напоследок. — Да. Я дрянь. Знаете, мне и деньги не нужны. Я просто хотела быть свободной, а не товаром для собственного отца. ************ Остаток вечера прошел совсем уныло. Троица одноклассников решила уйти из ресторана. Елавич поехала сопровождать Юкико с Карасумой. Тока, кажется, не отошла от шока, и на вполне искренние просьбы Кармы и Нагисы провести остаток вечера с ними ответила отказом. Было принято решение обязательно собраться в таком же виде и составе, но без Юкико, разумеется, для того чтобы отметить выпускной нормально. Шиота побоялся отпускать куда-то Карму и привел домой. За окном начинался рассвет. У ноутбука стояли бутылки с вином и шампанским. Нагиса сидел на коленях парня, они молча смотрели какую-то идиотскую передачу, включенную исключительно чтобы отвлечься от груза мыслей. — Что ты думаешь? — Да мне все равно. Я же тебя люблю, причем тут твои родители? От души отлегло. Он долго боялся заговорить, а все оказалось совсем просто. Обняв парня за талию, он даже смог понять, что передача о каком-то изобретении… Шиота встал, ушел на кухню попить воды и вернулся спустя несколько минут, умудрившись уронить свой телефон. Карма этого не заметил, он почти увлекся передачей. — А ты говорил, что я пить не умею, — совсем пьяным голосом, но с какой-то гордостью протянул Шиота, уткнувшись в шею парня. Из рук выпала пустая бутылка из-под шампанского. — Не уследил, — поворачиваясь вздохнул Карма, вглядываясь в красное лицо Нагисы. Тот вполне был доволен жизнью, хоть и покачивался и взгляд был несфокусированным. — Карма, — Шиота обнял его, гладя по волосам. — Хоть имя мое помнит, в прошлый раз сидел, ресницами хлопал, и постоянно спрашивал как меня зовут. Шиота, ты вот пойми, алкоголизм — не твое. Акабанэ поднял парня на руки, тот засмеялся, словно началось время развлечений. — Ну ты чего такой? — Какой? — посмеиваясь спросил парень, уложив начинающего пьянчужку на постель и стягивая с него обувь. — Хороший. — Сам не знаю, — пробормотал Карма, стараясь не смеяться с озадаченного лица парня. Приподняв, начал стаскивать с него пиджак. — Умный. — Да похоже дурак, надо было следить, что ты там пьешь. Как только за те несчастные двадцать минут, что я думал о жизни, допить бутылку шампанского… — Виски. Ты говорил, я понюхаю и все, мертвец. Ха, вот и не угадал, я пол стакана на кухне выпил. Карма закатил глаза. Понятно. Кто-то решил проверить свои способности. Нет, поглядите какая память. А сколько счастья в голосе, будто Коро пришиб, а не виски у приемной матери стащил. — Ну ладно. Ты почти труп. Ошибался, признаю. Я думал сразу отключишься. Шиота вроде бы закрыл глаза и начал засыпать. Карма вздохнул, снял с него брюки — пусть уж спит в рубашке как обычно. — Ты вот приехал такой красивый. И совсем немного как чужой. Мне даже показалось, что это не ты, я тебя даже поцеловал. — Да? И что решил? — лестно, очень даже лестно выяснять, что само равнодушие Нагиса, человек из которого не то что комплимента — похвалы не дождаться, оказывается так о нем думает. — Ты это ты. Ну ляжь со мной, я люблю когда ты сбоку такой теплый меня обнимаешь, — невнятно попросил Нагиса. — Утром расскажу — сам же не поверишь что нес, — улыбнувшись заключил парень. Но раздевшись послушно лег рядом, перед этим сходив на кухню, чтобы принести будущему страдальцу минеральной воды на утро. ********* Ирина опять смотрела на информацию в папке. Да. Она уже давно догадывалась, что Нагиса не сын своих родителей. Карасума тоже подозревал нечто подобное, но в отличие от нее решил все выяснить. Сравнил хранящиеся в архивах госслужб образцы ДНК Изумы Шиоты и взятые недавно от покойницы Мисаки Шиоты с ДНК полученными в больнице, пока восстанавливался Нагиса, и разумеется, нулевое совпадение. — Всего лишь небольшой чиновник, а у него и отпечатки пальцев, и образцы ДНК берут, еще и хранят даже после смерти. Ну и страна,— протянула Елавич кутаясь в пиджак Карасумы. Ночью было тепло, но вот на рассвете резко похолодало. В кабриолете Елавич можно было прилично замерзнуть. — Это банальная предусмотрительность. Я копать начал после тех слов о наемниках. Аими Акабанэ проболталась в больнице, помнишь? Женщина кивнула. Ей тогда было интересно, почему бы это разведчик не устроил допрос. — Ты была там? — А то? Какая мамочка будет стоять в стороне, пока ее пусть и названный ребенок должен не только сам спастись, но еще и несколько идиотов выручить. Карасума вздохнул. Надоело ему это до зубного скрежета. Эти игры, недоговорки, игривый тон.  — Почему ты такая? Несерьезная! — посетовал Тадаоми отводя взгляд. — О, дорогой, успокойся, — женщина погладила его по руке, всматриваясь в след от ожога оставленный своей сигаретой. — Я серьезна. Я считала его почти родным, когда начала понимать, что вы хотите сделать с его будущим. Начала с банального эгоизма. У него, как и у меня, не было выбора, и мне захотелось дать ему этот выбор. А потом и он ко мне привязался. Он хороший мальчишка, пусть и ребенок пока что, но жизнь это поправит. Главное в голове у него уже есть четкие границы, что плохо и что хорошо. Я была там, Карасума. Я все видела своими глазами. Он не зверь, он давал шанс каждому уйти, и убивал только если выхода не было. Да и в целом если бы не броня, он бы просто обезоружил — ранил и не больше. — Сколько? — Шесть на месте, остальные от ранений позже скончались. В общем, двенадцать. Двоих положила я, еще одного пристрелила Аими. Да, кажется так. Карасума закрыл глаза. Невыносимо знать правду. Лучше порой и дальше быть в блаженном неведении. Самое жуткое то, что вот эти подпольные игры очень больших людей, часто втягивают в свое болото невиновных. Поймать и посадить таких, как Тейджиро Акабанэ или его супруга — невозможно. Да и будет в этом толк, пока эти два монстра держат худо-бедно все под контролем, страна не тонет в хаосе. Убери Акабанэ и их подобных — улицы заполнит беспредел и хаос. Вот тебе и задачка. Со всеми неизвестными. И вопросом — что же хуже? Монстры с четкой иерархией и умением держать все в своих руках, или же просто толпы обезумевших без контроля ублюдков? Пожалуй второе. — Ты могла всех убить. Не давать ему возможности пачкать руки. Не допустить! — Карасуме хотелось встряхнуть женщину, сидящую рядом. Она говорила страшные вещи. По-настоящему ужасные, и будто бы не хотела понимать всей глубины этого кошмара! — Я? Нет. Пойми же уже наконец. Человек иногда недалеко уходит от зверя. Да, люди способны на большее, но инстинкты всегда были и будут у нас одинаковые! Разница в развитии — умение подавлять свои животные, опасные для других инстинкты, и думать, прежде чем что-то делать! Когда я пришла он уже убил двоих. Я видела, он не сошел с ума, у него продуман каждый шаг и он полностью себя контролирует, а значит осознает что делает. Это был его выбор. Я рада, что он смог удержать себя и больше того, понять, что он не монстр, а человек с редкими способностями, которые нужно принимать и держать в узде, а не бояться самого себя! Именно страх того, что он неадекватен и не может себя контролировать, мог его погубить и сделать из него сумасшедшего. Тадаоми выдохнул. Он опытный боец. Многое видел. Многое знал. У него было свое мнение об этом мире и людях. Но Ирине удалось показать ему, что его картинка мира грубо сшита белыми нитками и никогда не удастся достичь того, о чем он мечтал как последний дурак — справедливости во всем. Дожился. Его киллерша учит жизни. — Скажи мне. Я наводила справки, но узнала так мало, чертова школа совсем выпала из круга общения своих. Ты слышал о киллере, бойце, не важно, с кличкой — Юнган? Последний наемник бормотал что-то о отце Нагисы и Юнган — последнее, что он сказал, перед тем как перерезать себе глотку. — Это еще одна причина, по которой я тебя искал. Я никогда не встречался с этим человеком, никто из моих знакомых тоже. Трудно искать иголку в стоге сена, особенно не зная, есть ли она. Но мне удалось отследить откуда у матери Нагисы деньги. Суммы поступавшие ей на счет были небольшими, но переводы были ежедневными. Такие сложно заметить, вот банк и не беспокоился. Оказывается у Мисаки было несколько карточек в разных банках. Кто-то ежедневно с первого года рождения Нагисы отправлял семейству Шиота больше чем десять тысяч долларов в год. Еще и история с появлением ребенка. Отец Нагисы пропал на месяц перед тем как в архивах появилась запись о рождении сына. Словно… Испарился, из-за чего чуть было не был уволен, но благодаря идеальному послужному списку и серьезной причине — заболевшая жена родила в деревне, и из-за погодных условий и отсутствия возможности добраться до больницы, ему пришлось самому ухаживать за женой до тех пор, пока не расчистили дороги. Ирина хмыкнула. Недурственная сумма для Японии где пятьсот долларов — средняя месячная зарплата. Карасума продолжил: — Мать Шиоты после смерти мужа была обязана судом посещать психотерапевта. Но она выбрала частного врача, который не передавал всех показаний социальным службам. Я нашел этого врача, женщина призналась, что мать Шиоты платила ей за каждый правильный отчет. Но врач оправдывает себя тем, что действительно помогала Мисаки. На одном из приемов, под гипнозом Мисаки сказала, что прекрасно понимает, что у нее сын. Но если Юнган узнает что это сын — его заберут. И чтобы ребенок остался он должен для всех стать дочкой. На остальных сеансах удалось еще достать информацию, Мисаки была нормальной, но страх потерять своего ребенка и… то, что Нагиса был полной копией своего родного отца, сводило ее с ума. Она любила Нагису и боялась его в то же время. Именно это уничтожило ее личность. Ирина закурила. Да, было конечно от чего с ума сойти. Но с другой стороны, как так вышло? Вот это история, а с виду самый простой ученик японской школы. — Я поднял связи в интерполе. Опять глухо. И только из Швеции пришел ответ, что был у них один подозреваемый, которого сослуживцы называли Юнган — в честь реки у которой он родился. Копнул еще глубже, потом нашлось еще пару человек, слышавшие о каком-то убийце, настолько талантливом, что ему поручали едва ли не первых лиц государств уничтожать. Неуловимая, продуманная тварь была замечена в последний раз в ЗАГСЕ Копенгагена, с некой Эллиас Донт. Тоже шведкой. Они поженились. Но ни одной записи с камер, ничего! Только запись в книге о бракосочетании, и то затертая! Едва ли имя супруги смогли разобрать. Мой сослуживец сходил в тот ЗАГС и показал работницам фотографию Шиоты. Вдруг зацепка. И нам повезло, одна из самых старых сотрудниц сказала, что помнит этот взгляд и цвет глаз. Эту свадьбу она на всю жизнь запомнила. Высокий мужчина, худощавый с ледяными глазами и жена, невысокая, совсем юная девушка. Они так торопились куда-то, но выглядели настолько счастливыми, что сотрудница заведения пошла на уступки и расписала их без очереди. Сотрудница сказала, что никогда не видела ни у кого такого взгляда. Словно ее казнят если она скажет — нет. По ее словам она в жизни так никого не боялась, как этого спокойного мужчину. — Нужно сделать все, чтобы отец не добрался до сына. Это может кончиться катастрофой, если он знаком, нет, женат на Эллиас, которая смогла убить главу интерпола семь лет назад, ты понимаешь, что это за человек. Столько лет прошло, а сотрудница до сих пор помнит. Карасума впервые был полностью согласен с женщиной. Нужно было замести следы. Желательно незаметно для самого Шиоты, вдруг ему захочется пообщаться с настоящими родителями. — Я тоже слышал про Эллиас Донт и про слухи. — Это не слухи. Я знаю. Пару раз ее видела, она и президента бы убрала, если ей это нужно было. Бывало идет, улыбается как подросток. Такая милая. А нож уже под ребрами, и как только оказалась в считанные секунды рядом. Вот откуда это у Шиоты. Мамин талант, — выдохнула Ирина. — Увози их в Канаду. Если кто-то из родителей Шиоты захочет объявиться, я постараюсь чтобы через Японию они ничего не нашли. И будь на связи, я постараюсь тебе помочь чем смогу. Елавич укуталась в пиджак сильнее. Она не ожидала, что мужчина так сильно ей поможет. Неужели проснулось в нем что-то человеческое? Нет, оно всегда было, но неужели стало выше должностных обязанностей? — Прости меня. Было много моментов, в которых я был не прав. Но я не мог поступить иначе. — Батюшки, — на русском сказала Ирина и продолжила, видя недоуменное лицо мужчины. — Так говорят у меня на родине, когда сильно удивлены, — пояснила блондинка, — неужели кто-то созрел для мужских поступков? — иронично протянула Ирина, повергая Карасуму в воистину полное оцепенение. Он не понимал ее выражений, что это за слово такое «Батюшки»? Точно ругательство, от Елавич другого не ожидать. — У меня на родине благодарят за такие поступки, — сконфуженно ответил Тадаоми. Елавич подмигнула и потянулась, чтобы поцеловать ворчуна. Вот такой, думающий своей головой, а не приказами начальства, он ей очень даже импонировал. В голове даже мелькнуло «Годика три воспитания и будет то что надо. Эх, самой как обычно самой создавать себе принца». Женщина случайно задела ручник, Тадаоми отвлекся на поцелуй и машина на всех порах покатилась вниз прямо в воду, ведь стоял кабриолет у реки. ********** Платье намертво прилипло к телу. Косметика потекла. Машина увязла в песке и иле, доставать придется с помощью эвакуатора. Благо — дом Елавич был недалеко. Карасума психанул, нытье Ирины на тему, что в мокрых туфлях она сотрет себе ноги, ему порядком надоело, и он понес женщину на руках. Дверь квартиры отворила не Дзюто, а отчаянно зевающий Акабанэ, с удивлением глядя на Карасуму, с которого вода чуть ли не ручьем лилась, да и Елавич выглядела не лучше. — А где Нагиса? — Спит давно. А вы где были? — Предлагаю игру, Карма, ты ничего не видел, я твоя должница. — Слепой я, слепой с рождения, — хитро протянул Акабанэ и даже закрыл глаза, но умудрился врезаться в вешалку и уронить ее на пол. — Карма, что случилось? — донеслось из спальни. Ирина с Карасумой посмотрели на неуместного шутника со злостью. — Да Дзюто сумку уронила! Криворукая, а ты чего не спишь? Давай обратно, а то я тебе напомню как ты меня вчера комплиментами заваливал. Акабанэ, ухмыляясь, пошел в спальню. — Иногда мне кажется, что у этого рыжего гада каждый первый должник, а на второго компромат, — протянула Ирина. — Но мы могли не скрываться. — Чтобы Нагиса, пусть и приемную мать, видел в таком виде? Ты идиот, Карасума, мама должна быть самой красивой! Женщина заглянула в зеркало и чуть не закричала. Потеки туши, стертая помада. Платье в песке и водорослях. Боже мой, и Тадаоми в таком виде ее на руках таскал. — В душ, в душ, в душ! — быстро сказала женщина, — а ты чего стоишь, гостевая справа по коридору, третья дверь!