dirty mind

— Я дома! — Узумаки кидает ключи на тумбочку, разуваясь. — Добро пожаловать, хозяин, — произнесенное тихим бархатным голосом заставляет Наруто замереть. Он медленно поднимает взгляд и застывает каменным изваянием, поражённо выдыхая. Саске, смиренно склонив голову и сложив руки, стоял в костюме горничной. В костюме! Горничной! Наруто сглатывает, пока пах пробирает волнами горячего возбуждения. Он с минуту разглядывает наряд: накрахмаленную белую рубашку, рукава которой к концу расширялись, аккуратный кружевной бант на шее, чёрный сарафан с корсетом на хрупкой талии, белый шелковый фартучек и чепчик, длинные красивые ножки в капроновых чулках. Или колготках? — С-саске? — тихо произносит Наруто. — Хозяин. — слышится невозмутимое в ответ. Ладно. Он принимает правила игры. — Сними куртку. — говорит Узумаки, пытаясь придать голосу властные нотки. Саске тут же подчиняется, помогая снять верхнюю одежду. — Хочу принять душ. Учиха набирает ванну, а после раздевает Наруто. Саске тщательно натирает тело своего парня мочалкой, проходясь по литым мышцам, длинным сильным рукам и поджарому животу. Добравшись до паха, он массирует его, украдкой наблюдая за реакцией, и улыбается, когда довольный Узумаки дышит сквозь сжатые зубы и запрокидывает голову, прикрывая глаза. Саске переходит к крепким бёдрам и любовно проводит по упругим ягодицам, поднимаясь выше по спине. У Наруто по телу проходит табун мурашек. Эта прелюдия сведёт его с ума. Демон в Саске явно не намерен останавливаться и требует большего. Саске нежно сжимает выступающие на затылке позвонки, кладёт ладони на плечи, заставляя Узумаки сесть в ванной, наливает шампунь в руку, запуская её в пшеничные волосы, и подушечками пальцев массирует чувствительную кожу головы. Наруто обмякает. Он почти засыпает, когда ему горячо шепчут на ухо о том, что пора вставать. Наруто вздыхает и пытается подняться — тело будто налито свинцом. Он мужественно держится, пока Саске мягко вытирает его большим махровым полотенцем. Учиха направляется в спальню, а Узумаки — за ним. Он наблюдает за семенящими впереди ножками в чёрном капроне, и возбуждение накатывает снова. С двойной силой. Наруто хватает Саске за талию и притягивает к себе, пoтираясь стояком о его бедра. Тот успевает лишь удивленно пискнуть, замерев в его руках. — Ч-черт возьми, С-саске, — рычит ему в ухо, — Я сейчас с ума сойду, — Учиха громко сглатывает и поддаётся задницей назад. Узумаки хрипло стонет. Саске оказывается опрокинут на кровать, а Наруто нависает над ним, заглядывая потемневшими глазами в антрацитовые напротив. Он проводит горячей ладонью по голени: она приятная и мягкая на ощупь. Наруто нежно целует колено, поднимаясь выше, желая узнать: это колготки или все-таки чулки? Учиха кусает губу, наблюдая за Узумаки. Секс в чистом виде думает он, и вскрикивает, когда резинка чулок больно щёлкает по бедру. — С подтяжками... — восхищённо шепчет Наруто, забрасывая одну ногу себе на плечо. Он поднимается выше, нежно проводя длинными пальцами по открытым участкам кожи. Сжимает член Саске и снова хрипло стонет. Кружевные. Трусики. С ума сойти. Учиха тяжело дышит и жалобно протягивает, напрочь лишая Наруто рассудка: — Хозяин... Узумаки с остервенением набрасывается на губы Саске, кусая и тут же зализывая. Они целуются так, словно дорвались друг до друга только сейчас, стукаясь зубами и сплетаясь горячими юркими языками. Саске плавится в чужих руках и медленно теряет остатки разума. Наруто умел возбуждать одним лишь поцелуем. Узумаки спускается ниже, оставляя за собой дорожку из засосов и укусов. Он судорожно развязывает чертов бант, отделяющий его от бледных ключиц. Узел не поддаётся, и Наруто просто рвёт его, рыкнув. Саске тихо посмеивается с этой детской нетерпеливости. Хотя самому хочется до подкашивающихся ног. Узумаки рвёт и рубашку, пуговицы с тихим стуком разлетаются в разные стороны; припадает к нежно-розовым соскам, облизывая, перекатывая между пальцев, поддевая ногтем. Учиха стонет и мечется, не зная, куда деться: он хочет прекратить сладкую пытку, но в тоже время умолять не останавливаться. Наруто пересчитывает ребра, надавливая, проходится по талии, поднимает юбку, гладит руками кожаные ремешки подтяжек, стягивая трусики. Проводит горячей ладонью по аккуратному длинному члену, большим пальцем потирая головку и крайнюю плоть. Саске вскидывается и нетерпеливо толкается в руку. Наруто улыбается, прикусывает губу. Свободной рукой он тянется к дырочке, натыкаясь на что-то твёрдое. — Твою мать, Саске, — мучительно стонет Узумаки, — Ты убить меня сегодня решил? Я прав? — он тянет пробку и тут же загоняет обратно. Учиха задыхается на вдохе, закатывая глаза, когда игрушка задевает простату. — Не хотелось...ах...зря тратить время-я-а-х! — Саске находит в себе силы дерзко улыбнуться. Он вновь высоко стонет, когда Наруто резко вынимает пробку. Саске морщится, чувствуя неприятную пустоту, но длинные пальцы её тут же заполняют. Узумаки снова и снова давит на стенки, стимулируя простату и заставляя Саске безостановочно стонать-скулить. Его член дергается, прижимаясь к впалому животу, пачкает шёлковый подъюбник предэякулятом. Наруто снимает собственные чёрные боксеры и тянется к прикроватной тумбочке, берет презерватив, поднося ко рту, чтобы разорвать фольгу, как чужая ладонь его останавливает. — Подожди.. я хочу взять его.. — говорит Саске, пытаясь отдышаться. Узумаки смотрит ему в глаза и медленно кивает. Скатываясь с парня, он принимает сидячее положение. Саске стекает — потому что колени подкашиваются, — с кровати на пол между разведённых ног, облизывая губы, по-кошачьи прищуриваясь. Аккуратно проводит несколько раз рукой по члену, целует крупную головку и лукаво улыбается, слыша вздохи. А после резко насаживается, расслабляя горло и утыкаясь носом в выбритый лобок. Наруто удивленно и протяжно стонет, сжимая иссиня-чёрные волосы на затылке. Узумаки опускает взгляд вниз и, — о черт — он готов спустить только от одного вида задернутых дымкой антрацитовых глаз, слез в их уголках и соблазнительно выпяченной задницы. Учиха выпускает член изо рта с громким чавком, и тут же быстро проводит ладонью по стволу, широко облизывая головку, а после дразня уретру кончиком языка. Наруто стонет сквозь сжатые зубы и надавливает на затылок, погружаясь в горячий рот. Саске проводит по каждой вздутой венке языком, втягивая щеки, катает головку за щекой, свободной рукой массируя яички, и сосет так, словно хочет высосать душу. Наруто запрокидывает голову, утопая в тягучем, словно патока, удовольствии. — Прости, Саске, я больше не могу, — задушено произносит Узумаки и начинает быстро толкаться в рот парню, крепко сжимая руками голову, не давая отстраниться. Учиха задыхается, по лицу градом катятся пот вместе со слезами, но ему сейчас невероятно хорошо. Он прячет зубки и работает ртом активнее, помогая. Наруто закатывает глаза, кусает губы, стонет сквозь зубы и взгляд у него дикий-дикий. Саске рукой сжимает собственный член у основания, чтобы не кончить лишь отсасывая, и болезненно стонет. Вибрация от звука отдает в головку толкающемуся Наруто, и тот содрогается и кончает, хрипло выстанывая имя своего парня. Саске глотает горьковатую сперму и улыбается, воровато облизываясь. Узумаки чертыхается, потому член даже и не думает опускаться, посылая по телу импульсы возбуждения. Чертов Саске. Учиха лукаво смотрит из-под длинных ресниц и разрывает фольгу, взяв презерватив в рот, после чего плавным движением раскатывает, помогая себе руками. Поднимается с пола, толкая Наруто в грудь, заставляет лечь, седлая бедра. — Хозяин, кажется, я заслужил поощрение, — хитро говорит этот негодяй и призывно трется задницей о стояк. Наруто на секунду прикрывает глаза и хрипло выдаёт: — Действуй. Саске широко улыбается, заведя руку назад, направляет член в себя. В растянутой заднице снова приятная заполненность, и он с тихим стоном вбирает весь ствол, ягодицами чувствуя яйца разомлевшего Наруто. Учиха начинает двигаться: то ускоряясь, то замедляясь, доводя себя до исступления, пощипывая соски, иногда надрачивая. Узумаки откинувшись на подушки, лишь наблюдал: как плавно качается чужой стояк, выглядывая из-под вороха юбок, как закатываются чудесные глазки, и как то и дело раздаётся слабый скулёж, когда Саске насаживался особенно удачно, и — боже ж ты мой — облизывал и сосал собственные пальцы, после чего играл с сосками. Не выдержав, Наруто резко поддевает бёдрами Саске, от чего тот удивленно расширяет глаза, задыхается, открывает-закрывает рот, словно рыба. Узумаки повторяет движение несколько раз, и когда Учиха доводит его своим невозможным голосом, переворачивает, подминая под себя, и начинает быстро двигаться. Учиха натурально воет — Наруто каждый раз задевает простату, заставляя цепляться за плечи и оставлять красные полосы аккуратными ноготками. Узумаки шипит, когда становится больно и одной рукой фиксирует оба тонких запястья Саске над головой, продолжая вбивать его в кровать. Саске рыдает, кричит, но просит не останавливаться. Наруто не останавливается, грубо вколачиваясь. Он похож на дикого зверя: крылья носа раздуваются, дыхание хриплое и поверхностное, а взгляд совсем потемнел. Там плещется непроглядная тьма, но Саске знает, что ему она не навредит. Это его Наруто. В контраст бешеному ритму, Узумаки нежно его целует, заглядывает в глаза, гладит щеку ладонью, после чего внезапно отстраняется и закидывает стройные ножки на плечи, и, не умаляя силы, ускоряется. Саске извивается, сжимая руками простынь до треска, закусывая губу до крови и поскуливая, словно щенок. Для Наруто он готов быть кем угодно. — Сожмись, — хрипло произносит Узумаки, чувствуя приближающийся оргазм. Саске повинуется, вскидывается: все чувствуется гораздо острее. Низ живота сокращается и парень всхлипывает от переизбытка эмоций. Удовольствие змеем-искусителем просочилось в каждую клетку тела, разрывая. — Хороший мальчик, — рычит Наруто, — Кончай, — приказывает он, после чего сильно кусает внутреннюю часть бедра Саске. Тот выгибается до хруста в спине, кричит и кончает, пока перед глазами тьма и искры. Ему так хорошо, кажется, он в раю. Наруто догоняет его в пару движений: толкаясь особенно глубоко, замирает, кончая в резинку, и хрипло выдыхает. Учиха хотел сказать Узумаки, как сильно его любит, но на это не было сил, поэтому парень просто закрыл глаза, проваливаясь в темноту.