Любить брата это хорошо, а главное - православно

Проснулся Гамбол от того, что его кто-то толкал в плечо. — Хей, друг, можно мне лечь с тобой? — прямо на голубоволосого смотрели два изумрудных глаза. — Что? Сейчас два часа ночи! Дружище, что случилось? — сонно потирая глаза, Гамбол перевёл взгляд на Дарвина. — Мне приснился кошмар и… — не дав договорить, черноглазый потянул рыжего к себе. Не ожидав подставы, Дарвин шлёпнулся прямо на брата. Их носы были прямо друг на против друга. Сильно покраснев, Гамбол отодвинулся к стене. — И…что же тебе приснилось? — стараясь разрядить атмосферу, котёнок задал интересующий его вопрос. Рыбка перевела взгляд на старшего брата, и посмотрев прямо в глаза, призналась. — Мне приснилось, что ты меня бросишь…что ты уйдёшь от меня, оставив меня одного… — Дарвин отвёл взгляд. Сейчас он хочет признаться, даже если испортит отношения с братом. — Я вижу как на тебя смотрит парень Хот-Дог, Тобиас…я видел как сегодня тебя прижимали к стене и говорили отвратительные вещи…мне так больно и страшно… — Гамбол успокаиваще погладил младшего по голове. Хоть он и не понимал почему Дарвину больно, он обязательно выслушает, иначе какой он старший брат и друг? — Почему тебе больно? Ты боишься меня потерять? Или чего? Домогались ведь не до тебя, а до меня. Это мне должно быть страшно. — продолжая гладить брата по спине, котёнок посмотрел в изумрудные глаза Дарвина. — Мне больно наблюдать это, и страшно осознавать что однажды это может зайти слишком далеко! Мне больно терять тебя, я ужасно ревную, а когда я вижу все намёки в твою сторону, мне становится плохо от мысли, что тебя могут изнасиловать! Ведь я люблю тебя! Не как брата! Я люблю тебя как парня, и не хочу видеть эти домогательства в сторону тебя! — поставив руки по обе стороны головы Гамбола, Дарвин встал над котёнком. Черноглазый в шоке открыл глаза. Любит? Не как брата? Боится? Что происходит? Из глаз младшего брата продолжали литься горячие слёзы. — Я стараюсь проводить с тобой больше времени, а всё из-за своей любви к тебе! А ты в упор не замечаешь! Я каждую ночь бесшумно плачу от безысходной любви к тебе, и ревности, разъедающей мою грудную клетку! Каждый раз когда я вижу как тебя домогаются, я хочу размазать по стенке тех парней, что осмелились приставать к тебе! Каждый раз я с замиранием сердца слежу, как бы всё не зашло слишком далеко! Я так переживаю и нервничаю потому что люблю тебя! — Гамбол скептически посмотрел на брата, а потом резко спросил: — Ты закончил? — не успел Дарвин испытать чувство разрушения сердца на маленькие кусочки, как на своих губах почувствовал мягкие губы брата. Они были на удивление сладкие, и по вкусу напоминали малину. Приятные и мягкие, они затягивали так, что из нежного и трепетного поцелуя, он превратился в жаркий и страстный, в такой, который обычно ведёт к тому самому. Через минуту Дарвин оторвался от брата. Под ним лежал запыханный, разгорячённый, возбуждённый старший брат. Помутневший взгляд чёрных глаз, тыжёлое дыхание, красные от поцелуев губы, расслабленное и обмякшее тело — всё это было так прекрасно. Дарвин постарается запомнить этот момент на всю жизнь. Снова накрыв губы старшего страстным поцелуем, младший начал аккуратно снимать одежду. Сняв свитер брата рыбка перевела взгляд на тело Гамбола. Аккуратное, бледное, красивое тело, даже лучше чем такое, какое Дарвин представлял в своих мокрых снах. Последний раз поцеловав брата в губы, Дарвин перешёл на шею. Поставив аловатый засос, рыжий услышал первый стон котика. Ах, что за чудесный голос! Тихий, но именно такой, какой Дарвин себе представлял. Чуть-чуть прикусив кожу, рыжий тут же принялся зализывать место укуса. Кожа тоже пропахла малиной, а на вкус была чуть солёнее чем губы, но это тоже понравилось рыбке. Уже более громкий стон разнёсся по комнате. — Ах… Д-Дарвин…шея…она очень.Ах!..чувствительна! — с придыханием сказал голубой котёнок. — Да, я знаю…я ещё в 7 классе заметил это… — продолжая зацеловывать тело братика, Дарвин спустился ниже, к груди. Взяв нежно-розовый сосок Гамбола в рот, младший начал немного покусывать его. — Мх, Дарвин, Ах! П-перестань, по-пожалуйста! — сильно выгнувшись в пояснице, Гамбол попытался отцепить рыжего от своей груди. В трусах неприятно ныл требовавший разрядки член, а возбуждение и без того сильное, стало настолько не терпимым, что Гамбол хотел заныть от удовольствия. — Хорошо-хорошо… — убирая губы от соска, Дарвин продолжил целовать бледное тело брата, параллельно снимая оставшуюся одежду. Оставив старшего без одежды, рыжий мог лицезреть воистенну восхитительную картину: разгорячённый брат, с засосами и укусами по всей шее и груди, лежит прямо под ним, и судя по всему исчезать как во всех мокрых снах золотой рыбки, не собирается. — Ха…ха…ха… Д-Дарвин…помоги мне… — затуманенным взглядом чёрных глаз, Гамбол прошёлся по штанам младшего. Судя по нехилому такому бугорку, рыжий тоже возбудился. Решительно настроенных котёнок решил взять всё в свои руки. Опрокинув брата на кровать он сел сверху, начиная снимать брюки младшего. Через секунду Гамбол снова лежал под братом, крепко сжимающим глаза и дрожащим от возбуждения. — Я…всё сделаю сам…просто доверься мне… — сняв трусы, Дарвин представил миру свой агрегат. Увидев ЧТО должно в него войти, Гамбол попытался выползти из-под брата. — П-погоди, Дарвин, я не думаю что он поместится, ты меня просто порвёшь, он слишком большой! — продолжая быстро тараторить, котёнок тщетно пытался выползти из-под рыжего. — Не волнуйся, сейчас я тебя растяну, будет получше… — от слова растяну, Гамболу стало ещё страшнее. Не успев сказать ничего в знак протеста, он ощутил в себе инородный предмет. Аккуратно растягивая брата, Дарвин добавил ещё один палец. Котёнок тщетно попытался отползти. Непонятные и несколько болезненные ощущения заставили Гамбола струхнуть и попытаттся отступить. Но тут добавился третий палец. Старший не смог сдержать болезненный стон. — Нгх, Д-Дарвин, вынь их, пожалуйста… — стараясь убрать руки рыжего и отползти на некоторое растояние, Гамбол почувствовал как пальцы вынули из нутра. Не успев облегчённо вздохнуть, голубенький услышал слова Дарвина. — Прости, сейчас может быть больно, но ты быстро превыкнешь. — и почувствовал член рыжего входящего в себя. Широко распахнув глаза и прогнувшись в пояснице, Гамбол забился и попытался выскользнуть из-под актива. — С-стой, Дарвин, я уже н-наполен… — Гамбол, жутко смущаясь, всё-таки сказал эту фразу. — Но это т-только половина… — рыжий удивился. Это его брат такой маленький или это его интструмент такой большой? Дав минуту брату, чтобы тот привык к ощущению инородного тела внутри, Дарвин толкнулся вперёд. Войдя до предела, рыбка тяжело выдохула. Гамбол широко раскрыл глаза. Казалось, что член Даврина достаёт до его желудка. Приятное и одновременно странное чувство наполнености, постоянное желание дернуться, но при этом полежать так подольше. Положив руку на живот, он с удивлением нащупал член Дарвина через кожу. Это ощущалось странно, чувства смешивались, но больше всего было желание утолить жажду организма. Будто прочитав мысли брата, Дарвин начал медленно выходить из брата. Выйдя на две трети из тёплого нутра, он снова начал медленно погружаться в тёплое и узкое нутро брата. Гамбол с удивлением ахнул. Из глаз полетели искры, а когда движения начали нарастать, единственное что старший успевал делать — это сдерживать свои стоны. Дарвин, положив руку прямо на живот пассива, сразу же нащупал что-то твёрдое под мягким животом брата. И это было так восхитительно, держать руку на тёплом животе брата, при этом вколачиваясь в его тёплое нутро. Всё смешалось в одну какофонию красок, стонов и эмоций. За возбуждением и удовольствием Дарвин даже не заметил как кончил в брата. Гамбол, почувствовав что-то тёплое и жидкое в себе, поднял чёрные глаза на брата. — Дарвин…т-ты что, к-кончил в меня? — пытаясь не отвлекаться на странные ощузения внутри живота, старший выжидающе смотрел на рыжего. Рыбка, отведя взгляд, спросил. — Но ты же меня простишь, верно? — всё ещё не убирая руку с живота голубенького, актив умоляющим взглядом уставился на старшего брата. — Конечно я тебя прощу. Иди сюда. — чуть ли не прыгнув в обьятия старшего брата, Дарвин засиял. — Ты знал что я люблю тебя? — рыжий поднял сияющий взгляд изумрудных глаз на голубого котёнка. — Знал. — тепло улыбнувшись брату, черноглазый прикрыл глаза.