Королева для Мальбонте

      Его слова о детстве болью отзываются в моем сердце. Я кутаю саму себя в одеяло по самые уши и слышу тихий смех Мальбонте.       — Не переживай на этот счет, — немного насмешливо проговаривает он и, не удостоив меня даже взгляда, садится в кресло возле камина с уютно потрескивающими угольками.       Жесткий волевой подбородок, напряженное лицо когда-то принадлежащее Бонту стало темным, непередаваемо каменным и всё же едва уловимые черты ангела всё еще будят во мне надежду, что он внутри: заперт, усыплен, сломлен. Мальбонте выглядит зловеще. Я пытаюсь уловить энергию Бонта: звенящая медь с порывом осеннего ветра. Тщетно… Вместо неё — дамасская сталь: режущая, разящая точно в цель… Обжигающий холодный металл… Красивый в своей беспощадности…       «Он может быть безжалостным, очень, и он — умен, как опытный гроссмейстер, расставивший на доске шахматные фигурки, которым кажется, что они правят бал, глупцы, пешки, как же они ошибаются, — горько про себя произношу я, — чистый разум… был… а сейчас? Ведь там, где-то есть Бонт, вот только есть ли?       Я еще раз посмотрела на Мальбонте и взгляд скользнул по его крепким рукам с напрягшимися узлами мышц.       «Он ведь и рассказал мне про себя, чтобы я смогла понять его, чтобы я могла меньше его ненавидеть…» — думаю про себя, понимая, что пристально на него смотрю, слишком.       Ответом мне становится пронизывающий до костей колкий взгляд темных лун, хотелось спрятаться, но я неотрывно смотрю на Мальбонте, силясь разглядеть там черты ангела. И я страшусь своих мыслей — мне сейчас спокойно с ним… как ни с кем другим…       — Зря ты ищешь его во мне, — он истолковывает мой интерес по-своему, — Я и он неотделимы друг от друга, я и есть Бонт, Вики…       Я поднимаюсь с постели и на чуть подрагивающих от волнения ногах не спеша подхожу к креслу, вглядываясь в черное марево его горящих глаз. Он смотрит на меня мрачно исподлобья снизу вверх, силясь понять.       — Я не ищу Бонта… больше, — шепчу я и медленно снимаю с себя платье, так как будто передо мной нечто удивительное, то, что я боюсь спугнуть резким движением.       Я вижу, как ноздри его носа чаще трепещут, его прожигающий взгляд неторопливо с удовольствием проходится по моему телу. То как он смотрит не оставляет меня спокойной, желание тяжелым камнем ухает вниз и моё дыхание учащается. Я прикусила нижнюю губу, когда его горячие сухие ладони легли на мою талию, он лицом уперся в мой живот, носом втянув запах моего тела. Вновь взгляд темных омутов — пытается понять во что играю и играю ли?       Его ладони спустились к бедрам, проведя вверх и вновь спустились вниз. Меня охватывает дрожь будто в лихорадке. Он незаметно кивает. Развожу бедра и сажусь на его колени. Медлит. Энергия в себе, не доверяет, глаза как будто сканируют. Поднимаю ладонь и прикасаюсь к его груди. Как птица… израненная… одинокая… не доверяющая никому… Его рука поднимается и проводит по моему телу словно деля красной линией до и после, касается щеки — отзываюсь на ласку, вжимаясь в ладонь; притрагивается к шее; далее — вниз едва задевая грудь. Сжимает бедра грубо, до боли, теснее прижимая к себе, дает почувствовать, насколько я желанна. Обоюдно тянемся к друг другу. Мальбонте остановился, обжигая горячим дыханием губы, которые и без того дрожат будто в лихорадке.       — Королева для короля? — хриплый насмешливый шепот и поступательное движение его бедер, ему хочется поверить мне.       Легкий поцелуй, обжигающая улыбка, ладони обвились вокруг трепещущего тела. Вновь взгляд, пытается понять сколько же ходов осталось, чтобы окончательно завоевать. Пришел мой черед улыбнуться. Мой ход? Или всё-таки его? Глубокий поцелуй, сплетающий языки, и я растворяюсь в нем, прижимаясь грудью к его одеждам, соски царапает грубая материя, сильнее будя во мне потребность в его ласках. Горячие ладони кружат по мне, очерчивая все чувственные линии тела. Поцелуи на шее, однако жалящие в самую влажную тающую суть, чуть сжимает грудь. Мой стон как ответ на его действия. Под моими ладонями ощущаю перекатывающиеся волокна мышц на плечах, вниз по предплечьем скольжу, чуть царапнув венки на руках, и тут же чувственно вскрикиваю, ощущая, как соски расцвели еще сильнее из-за его легких укусов.       Позволяет обнажить себя: хрупкие ладони движутся по мощной груди, ощущая под руками подрагивающее сильное тело, которое напрягается от каждого моего прикосновения, словно обжигаясь. Притягивает за шею и вновь глубокий поцелуй, вырисовывающие пентакли языки, как на дверях, укрывших Бонта, чтобы скрыть ото всех свою страсть, свою слабость перед единственной в этом мире. Его сосуд… Еще мгновение и он подхватывает меня под ягодицы. Поцелуй превращается в ураган, сметающий все на своем пути.       Плен простыни скрывает моё смущение, когда я вижу, как он обнажается для меня, вижу его желание обвитое широкой пульсирующей венкой. Кровать чуть качнулась, и я простонала, широко разведя бедра, почувствовав его крепкое теплое тело на себе. И вновь поцелуй, будящий все темные инстинкты во мне, когда разум мутнеет, когда нет ничего кроме желания отдаться.       Мужская ладонь скользнула по правому бедру, приподнимая его и я подалась вперед, встречая его. Ладони огладили предплечья, скользнули к сильным плечам и шее, увлекая в поцелуй. Стон в губы, ощущение наполненности и дрожь.       — Да, — шепчу я, видя, что медлит и вновь толкнулась бедрами, ощущая его трепет.       Хриплый несдержанный стон и он обхватывает меня за спину, теснее приближая к себе. Поцелуй, который вырывает дыхание из груди. Бусинки пота на его лбу, движения крепких бедер от которых я схожу с ума, отвечаю ему с не меньшей страстью, будя сильнее неистовость.       Движение сильных рук, перевернувшее меня и я вскрикиваю от остроты ощущений, сморщившись, видя сверху вниз, как он замер испуганно глядя на меня. Темные луны глаз захватывают всё моё внимание, ладони вновь расходятся по моему телу, обжигая безудержными ласками. Я всхлипываю, чуть качнувшись, ощущая его нетерпеливое движение вперед. Моя лукавая улыбка и его недоумение. Хрупкие ладони в сильную грудь, он вновь замер, позволяя мне вести его, лишь пальцами придерживая бедра. Невыносимое тепло, ощущения острые на грани боли и наслаждения, мои движения, приносящие обоим трепет, становящиеся всё размашистее. Чувствую, как капелька пота стекает в ложбинку груди и подступающую разрядку как порыв… осеннего ветра? Мальбонте улыбается, темные луны вспыхивают, а у меня нет времени чтобы удивиться, тело сотрясает дрожь и я падаю в его кутающие объятия, чувствуя частые удары по возбужденной до предела плоти, ощущая, как его ладони смыкаются на моих ягодицах и пульсацию внутри — отчетливую и мощную. Затухающие ласки влажных тел, моя голова на его широкой груди и руки, обнимающие так словно только что обрели и так боящиеся потерять.       — Король — очень важная, но слабая фигура на доске, — проговариваю я, отвечая на вопрос, заданный Мальбонте, — только от королевы зависит победа в партии.       В ответ слышу хриплый смех, ощущая его горячие сухие ладони теснее притягивающие меня к себе.