Шиповник

— Did you always want to become a mother? — I dreamed of becoming important to someone. (c) Yennifer, The Witcher

Прекрасны сады аристократов. Прекрасны, но не естественны. Там каждый цветок воспитан в строгости — нужно стоять прямо, цвести пышно и никогда не желтеть. И когда один куст увядает, нарушая идеальную картину, пустое место начинает давить на садоводов, и они идут за новым саженцем. Так было с Пенелопой. Уличный цветок посадили на место нежной розы. Да вот только обознались они, Пенелопа — не роза садовая, готовая завять от слабого сквозняка, а самый настоящий шиповник. И шипов у нее куда больше чем цветов. И сколько бы ее не пытались стоптать и сломать, она продолжала колоться и даже красиво расцвела. Расцвела настолько красиво, что затмила собой розу. Расцвела настолько красиво, что ей даже было позволено выбрать пустить корни на чужой земле. Расцвела настолько красиво, что смогла дать плоды. У Джудит волосы цвета, как у ее отца, магия, как у мамы, и, видимо от Бога, талант доставлять неприятностей. Хотя по мнению ее отца это ей тоже досталось от Пенелопы. Прекрасная женщина ходит по саду и уже не одну минуту высматривает среди буйства различных цветов свой маленький росточек. От паники ее останавливает лишь то, что она слышит приглушенный смех своего драгоценного ребенка. Пенелопа мечтает отучить дочь от игр в прятки. Уж от кого, а от нее ей не нужно прятаться. Пенелопа вздыхает и начинает повторный обход. Она, в отличии от некоторых — слишком много плохих примеров, слишком — никогда не закроет глаза на своего ребенка. Пенелопа не понимает своих отцов. Как они могли? Пенелопе кажется, что, если бы у нее была возможность, она бы всю жизнь только на своего ангелочка и смотрела. Однако, вряд ли бы кто-то Джудит кроме нее и ее мужа ангелом бы назвал, все потому что ее ангел крыльями совсем не ангельскими наделен. На них ни единого перышка, зато на конце когти, словно шипы бывшей розы. И Пенелопу беспокоит то, что люди глупы, слепы и злы. Ей ли не знать? Эти невежественные люди шиповник от розы отличить не могут, что уж там дракона от демона. Ничего, она позаботится, чтобы у ее ягодок шипы были еще прочнее ее. Дракончик, налетавшись наконец, залезает в шиповник, в кольцо маминых рук, и сворачивается клубочком. Пенелопа вздыхает и обещает себе отчитать ребенка чуть позже. Пенелопа откидывается на спинку стула в роскошной беседке со своим главным сокровищем в руках. Взгляд цепляется за красный цветок с кучей бархатных лепестков. Кто посмел? Знают же, что она не любит розы. Если честно, Пенелопа розы не ненавидит. Если совсем честно, Пенелопе роз жалко. Они растут в красивых садах, но с ними носятся лишь из-за их красоты, их поливают, удобряют и следят, чтобы они не превратились в какой-то естественный простой шиповник. И для чего розы живут? Чтобы другие любовались их сложными обильными лепестками? Они выращены, загнаны в рамки для этого, и все, что они могут в итоге предложить, — это свой внешний вид. Но и он в итоге увядает. Даже 8 лет спустя после ее ухода ни Деррик, ни Рейнольд ни слова про женитьбу не проронили — Что с них взять? Розы, — и Пенелопе интересно, придет ли на смену Эккартской благородной розе уличный шиповник. Ее шиповник. Пенелопа усмехается, мысль занятная, но все еще немного противная. С другой стороны ее дракончик дышит огнем, и Пенелопе кажется, что горящая роза будет куда красивее цветущей. Но это потом. Сейчас Пенелопа ласково проводит по таким же кудрявым, как и у нее, волосам, легонько касается пока еще маленьких золотистых крылышек и прижимает свою ягодку сильнее к груди. Сердце трепетно бьется. Пенелопа целует в лоб свое сокровище. Ее счастье пухленькими ручками обнимает ее в ответ и сонно целует любимую мамочку в щеку. Пенелопа счастлива, что она не бесплодная роза, выращенная лишь для того, чтобы быть усладой для чьих-то глаз, а самый настоящий дикий шиповник. (Может, ей и правда еще одну ягодку пустить?)