Вновь буду рядом

Сигаретный дым. Он повсюду. Полностью заполнил его лёгкие. Выкуривание в день пачки сигарет явно вредит его здоровью, но Шикамару не обращает на это внимания. Единственная вещь, которая может его хоть как-то заинтересовать, стоит перед ним и улыбается. Улыбается. Своей прекрасной улыбкой. Больно. Слишком больно. Как же хочется, чтобы эту улыбку мог видеть только он. Принято считать, что счастье любимого человека дороже, чем свое собственное. Нара же так не думает. Так и хочется, чтобы Саске снова ушел из деревни и оставил Наруто, как уже сделал это однажды. Да, это опять разобьёт тому сердце, но Шикамару вновь будет рядом, поддержит и успокоит. Будет каждый день приходить в гости, готовить что-то полезное, проводить всё своё свободное время рядом с ним, а Наруто, возможно, начнёт улыбаться ему так же, как улыбается только Саске. Но единственный и последний наследник клана Учиха понял свои ошибки и не собирается покидать родную деревню, а тем более оставлять Наруто одного. Теневому ниндзя ничего не остаётся, кроме как стоять рядом и слушать, пытаясь выдавить из себя улыбку, что-то, о чем рассказывает джинчурики. Наруто же как всегда подмечает его ужасное настроение, но неправильно определяет причину. — Нет, я в порядке, правда. Я скучаю по нему, но уже давно смирился с его смертью. — Тогда в чем же дело, Шика? В последнее время я постоянно вижу тебя в таком подавленном состоянии. Ты можешь со мной поделиться, мы же друзья. — Стресс. Я плохо сплю, и на мне все обязанности клана, — закуривая очередную сигарету, последнюю в пачке, произносит Нара. — Но я справлюсь, нужно просто привыкнуть. — Ага, а вот курить нужно бросить. Только вчера я видел у тебя целую пачку, а сегодня от неё уже ничего не осталось. — Может быть, — не станет же Шикамару говорить ему, что вчерашнюю он докурил еще на кладбище, а эту купил утром, по дороге в резиденцию. Курение убьёт его раньше, чем что-либо. — Ладно, пойду я. — Хорошо, спокойной ночи, Шикамару. Увидимся завтра? — Ага. Наруто улыбнулся на прощание и побежал в сторону дома, а наследник клана Нара захотел, что бы это завтра не наступало