брачные бои

Каждый год весной проводятся состязания, после которых альфа выбирает себе омегу. И этот год не исключение. Альфы вовсю готовятся, ходят на охоту, бегают по лесу, занимаются, прощаются со своими омегами, если те имеются, на несколько дней, за которые проходит подготовка. Омеги же в свою очередь тоже на нервах, переживают за свою пару. Побеждает лишь один альфа из стаи, либо же, несколько, если соревнования проходят внутри стаи. Выигравшие оглашают на публике имя омеги, с которой свяжут всю жизнь, что понесет от него щенят. *** Тэхён и Чонгук дружат столько, сколько себя помнят. Вместе бегали щенками, вместе на первой охоте, вместе первая добыча, первый день рождения, да и все последующие. Возможно они не всё помнили, но точно знали, что были всегда рядом. Все твердили в один голос: «Омега и альфа друзья? Чушь собачья», но ребята не придавали этому никакого значения и продолжали дружить. Родители тоже пытались отдалить их друг от друга, но все усилия — тщетно. Попытались, не получилось, на том и позабыли. Но точно поняли — у их детей крепкая связь, и не как между друзьями точно. То, что связь не дружеская, они поняли ещё тогда, когда их детям было по пятнадцать. Мимо родителей не прошло то, как Чонгук смотрел на Тэхена. А Тэхен ничего дальше своего носа не видел, это известно каждому ежику в лесу. Альфа пытался скрыть свой такой взгляд, который выражал все его чувства. В нем виднелись доброта, любовь, забота... И даже отголоски собственничества, когда Тэхён контактировал с чужим альфой. Скрывал, да не получалось. Пытались намекать, втайне от альфы, особо ни на что не надеясь, а на то, что до омеги дойдёт, уж точно. Но в ответ на «Вы с Чонгуком опять сегодня вместе ночевали, дорогой?» от папы, получали «Ну да, пап, прикинь, я так громко храпел, что разбудил его пхаха!» от омеги. Зачем взрослые затеяли всё это? Родители парней считали, что было бы лучше, если Чонгук и Тэхен были парой. Было достаточно причин. Они достаточно давно знакомы, это ведь весомая причина? Надежный человек проверен временем. И альфе бы не пришлось искать омегу, которая будет плоха, ведь придется связать с ней всю оставшуюся жизнь. Да и Чонгук подходит Тэхену, а Тэхен Чонгуку. Найди Гук омегу, которая будет изменять, а Тэхён альфу, который будет жесток и нечестен с ним, было бы в разы хуже. Тем временем молодые люди росли, продолжая дружить. Чонгуку это не нравилось, он хотел, чтобы Тэхен заметил его симпатию, ведь скоро период брачных боев, и альфа уже сделал свой выбор. Пока Чонгук репетировал свое признание Тэхену, что скажет в ближайшем будущем, последний прогуливался по лугу рядом с лесом и собирал какие-то ранние цветы, ничего не подозревая. Трава не была зеленой, как летом. Примятая зимой снегом, сухая и жухлая, будто ее пропустили через соковыжималку. На небе же не было ни облачка, лишь редкие белые разводы на синем фоне, и яркое, теплое солнце. Погода стояла отличная. Вернувшись в стаю, Тэхен пошел к Чонгуку в гости, прибрав из дома чипсов, батончиков, и всякой вреднятины. Он собирался посмотреть фильм. На дворе приближалась весна, но от уходящей зимы было по-прежнему прохладно, и Ким тёр ладони между собой, пытаясь согреть, пока добирался до друга. До боёв оставалось 5 дней. — Чонгукки, ты дома? — По хозяйски расхаживая в доме Чонов, зовет Тэхён, снимая черное пальто. Из глубины дома лишь послышались странные звуки, и чуткий слух Кима, конечно, уловил их. — Чонгук, ты что там делаешь?! — Возмущённо кричит парень, поднимаясь в комнату на втором этаже, — Не вздумай, я тебе руки поотрываю! Распахнув дверь, он застал запыхавшегося альфу, но ничего другого и подозрительного не было. Точно дальше своего носа не видит, раз не заметил скомканные салфетки, торчащие из-под бедер Чонгука, и горячий, не до конца закрытый, светящийся ноутбук. Альфа с розовыми щеками, растрепанными волосами, будто ото сна и помятой одеждой казался очень очаровательным. — У тебя футболка не той стороной надета, — Ловко подметил Тэхен, присаживаясь рядом, — давай посмотрим фильм? Я принес закусок. — спрашивает Ким, ложась к Чонгуку на грудь, ведь так удобнее смотреть. Вмиг напрягшиеся мышцы альфы чуть не выдали его. А спина Тэхена соприкасалась с самым сокровенным. Гук уже еле держался, чтобы не сорваться, и выбежать из комнаты с позором. — Чонгук? Ты чего молчишь то? — Удивляется Ким, — Будем смотреть или нет? — А? Д-да, давай посмотрим. Поведение альфы казалось сегодня особенно странным, и это заметил даже Тэхен. *** После того дня парни больше не виделись. Во всю шли приготовления к боям, оставалось всего 2 дня до того, как прольётся кровь невинных альф, и до того, как выигравшие выберут себе пару. Этот день значим для всех. Омег, альф, их родителей и друзей, ведь именно в этот день решается судьба многих. Тэхен вообще не переживает, как остальные омеги, потому что точно знает, что его не выберут. С местными альфами он даже не разговаривает, его только задирают, а Чонгук заступается. Кстати, а как там Чонгук? — Дядя Чон, — Омега заходит в дом, — а Чонгук дома? Чонгук-и-и. — Ох, Тэхен, ты пришел, — Выбегает из кухни старший омега, — я думаю, ты немного не вовремя... — Что? Почему? — Непонимающе спрашивает Ким. — У Чонгука начался гон. — О... Оу. Я, тогда, наверное, пойду, — Кланяется тот, и выбегает из дома, слыша жалобное скуление. — Папа, там Тэхен? Ах... «Бедняжка... Ему нужно поскорее найти омегу» — думает Ким, и начинает перебирать в голове имена омег из их окружения. — Сынри, нет. Инха, нет, — Медленно идя домой, омега начинает бурчать себе под нос, — Минхо, нет. А хотя он ничего. Ёсан, нет... И кого он тогда выберет? *** Наступает день соревнований. Ночь подкрадывается к лесу медленно, обволакивая каждый уголок и каждый листик дерева. Крадется так же, как и Тэхен к окну Чонгука. Около окна альфы есть небольшая пристройка, выступ от гаража, на крыше которого Ким сейчас стоит. Кровать Чонгука расположена изголовьем к окну, плотно прилегая, поэтому омега мог наблюдать темную макушку, пряди, переливающиеся лунным светом. Завтра полнолуние. Альфа любит свежий воздух, поэтому оставляет окно почти нараспашку открытым. Тэхен аккуратно протягивает руку, тормоша темные, мягкие пряди. Чонгук спит без футболки, в одних пижамных штанах, омега это заметил. И заметил рельефное тело, расслабленное, но все равно видны четкие линии мышц, ровно 6 кубиков пресса(Тэхен посчитал), грудные мышцы, на которые едва попадает лунный свет... Идеал. Эта заварушка продолжалась около семи минут, ровно до того момента, как Чонгук резко не повернулся, смотря омеге прямо в глаза. Тэхен резко отдергивает руку, врезаясь локтем в оконную раму и тихо шипя. — Тэхен-и, с тобой все хорошо? Сильно болит? — Испуганно протягивается альфа к Киму. Тэхен выпал. Его сейчас назвали Тэхен-и? На своем веку Чонгук так его никогда не звал, лишь Тэ ласково обращался к нему время от времени. — Тэхен-и? — Заливается смехом омега, пока Чонгук краснеет. Зато боль в локте отошла на второй план. — Эй, а ты почему здесь? Почему ты не спишь? Мне показалось, или ты гладил мои волосы... — Альфа смотрит с хитрым прищуром, касаясь макушки. Теперь краснеет Тэхен, в ту же секунду затихнув. — Эм, пришел проведать тебя перед боями... И ничего я не гладил тебе! — Пытается выкрутиться омега. Звучит двусмысленно. Чонгук проснулся сразу, как услышал шорох, и почувствовал запах Тэхена. Запах земляники. Сначала он был удивлен, зачем Ким пришел так поздно? А когда почувствовал руку, гладящую его волосы, еще больше ничего не понял. А хотя... Есть кое-что. Чонгук понял, что Тэхен точно будет его парой, и он сотрет кулаки в кровь, получит хоть тысячу ударов, но победит. Во имя любви. *** Бои уже вовсю идут, альфы сражаются по середине поля, того самого, где Тэхен недавно бегал. Еще не выступившие в поединке молодые люди стоят у стенда с красным флагом, а свободные омеги у стенда с белым. Возраст согласия вступает в свои права после восемнадцати полных лет. В каких-то стаях — двадцать лет, в других вообще — пятнадцать. У всех свои уставы и правила. Все беспарные омеги, достигшие возраста согласия, должны прийти в этот день, и уйти, как считает старшина, с достойной их парой. Все беспарные альфы, достигшие возраста согласия, должны прийти в этот день, и забрать самую достойную омегу, ту, которую полюбят. Но в случае Чонгука не придется полюбить. Он уже любит. И эта омега стоит в каких-то жалких десяти метрах от него. Запах Тэхена успокаивает. Тэхен переживает. Он переживает не за себя. За Чонгука. Вероятность того, что его могут убить разъяренные альфы очень велика. Он переживает за друга, не подозревая, что его другом вовсе не считают. Раскаленная атмосфера плотным облаком засела в воздухе, так и норовя пробраться в легкие. Все ее чувствуют.‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ Чонгук сражается в шестой группе, уже вышло и сразилось четыре. Парень точно не знает, от чего переживает больше. Оттого, что его могут убить, или оттого, какой будет реакция Тэхена. Наверное от второго. Но Чон смотрит на Кима, а тот, будто ни капли не переживает, вдруг его выберет другой альфа? — Глупый... — Шепчет под нос Чонгук, давя улыбку, точно не зная, кому это адресовано. Себе, за то, что так переживает, и не предупредил ни о чем Тэхена, или последнему, что по-детски беспечен. Вот уже подходит очередь шестой команды, Тэхён очень взволнован, наверное больше, чем тот, за кого он волнуется. Чонгук заходит за красную ленту, и встает напротив соперника — его же друга Хосока. Он искренне не рад сражаться с ним.‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ Правила. ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ Свист. Чонгук нападает первым, ловко ударяя друга под дых, тот сгибается от внезапного удара и нехватки воздуха. Хосок стоит и отходит дольше обычного, позволяя наносить удар за ударом. Такое ему не свойственно, ведь он сильный альфа. Чон старший не желает себе омегу, и лишь Чонгуку известно, что Хосок по альфам. Удары продолжаются, Чонгук бьёт не во всю силу — понимает, что с друзьями так не поступают. Альфа уже понял, что ему поддаются, и лишь для вида наносит какие-то удары, особо не зацикливаясь куда. Хосок не хочет побеждать, не хочет себе омегу. Он лишь хочет быть рядом со своим альфой Юнги. Тем временем, противники приближаются к черте так же, как Чонгук приближается к признанию своему омеге. А Тэхен стоит и чуть ли не плачет, сам не знает от чего, ведь альфа сейчас выиграет, найдёт омегу, создаст семью... И не свидятся они больше ни-ког-да. До красной ленты со стороны Хосока остается всего несколько десятков сантиметров, к которым он подступает его подталкивает Чонгук. Сорок. Тридцать. Двадцать. Десять. Победа. Альф разводят по разным углам, оценивая состояние. На Чонгуке — ни царапинки, что не скажешь о Хосоке, его немного потрепало, и подлечить надо. Чон проходит к стенду с выигравшими альфами, и гордо садится на лавку. Глаза скользят по десяткам омег, и внезапно встречаются с его. Такими родными и теплыми. Почему же они наполнены слезами? Проходит около получаса боев и кровопролитий, кто-то действительно отстаивает себя и свою честь, Чонгуку даже немного стыдно. Все начинают копошиться и неразборчивые перешептывания разлетаются по полю с ветром. — Я уверена, что Чонгук выберет меня... Завидуйте. Мы пересекались всю неделю, видели бы вы, как он на меня смотрел, — Хихикает зазнавшаяся омега по левую сторону от Тэхена, а он все слышит. Внезапно взявшаяся откуда-то ревность застилает его глаза. Девушка собирается отойти попить воды к столу с некоторыми угощениями, как внезапно падает, а ее платье в пол рвется, оголяя икры. — Упс... — Наигранно удивляется Ким, под злостный взгляд омеги. Все это прерывает мужской голос из динамиков, расположенных на некоторых столбах, а на сцене стоит мужчина с микрофоном и выигравшие альфы. — Раз, раз, — Проверка микрофона, — дорогие гости и участники! Брачные бои этого года закончились, и сейчас альфы, победившие соперников, назовут имена омег, тех счастливиц и счастливчиков, что создадут семью с самыми сильными альфами стаи! — ведущий отходит от микрофона, ловко передавая его первому альфе. Минуты текут очень долго, словно патока, и Чонгук переживает все сильнее. Подошла его очередь. Он должен собраться. Тэхен стоит витая в облаках, он устал. Почти все альфы вышли, и шанс того, что кто-то из оставшихся его выберет, очень мал. «Хмм... А что будет, если...» — знакомый голос вырывает его из раздумий, и омега не понимает, зачем его зовут, ведь Чонгук должен назвать имя выбранной пар- ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ Ким обомлел. Что Чонгук творит? Если это какая-то глупая шутка, то он не простит такого позора. ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ Альфа стоит и ждет, пока к нему подойдет его пара, он нервно кусает губы, и ручки, кстати, тоже вспотели. Но, слава всем бобрам, Тэхен не заставляет долго ждать(если минута недопонимания со стороны омеги и других находящихся тут — это недолго), и чуть не запинаясь, поднимается на сцену. На его лице застыло удивление в смешении с непониманием. Он становится рядом с Чонгуком. Хорошо, если бы это был конец. Для подтверждения согласия нужно поцеловать альфу в губы. ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍‍‍ ‍ ‍ ‍ ‍ ‍ блятьблятьблятьблятьблятьблятьблять. Тэхен смотрит Чонгуку в глаза с немой просьбой что-нибудь сделать, а Чонгук в ответ смотрит с извинением. «Ладно. Была не была. Я ему такое устрою.» Омега резко сокращает расстояние, берет в руки лицо альфы и припадает к теплым губам Чонгука. Последний поначалу удивленно вытаращился, но уже через секунду его глаза оказываются закрытыми. Он берет на себя инициативу и начинает медленно сминать мягкие губы Тэхена в тягучем поцелуе, зарываясь в волосы на макушке и чувствуя сильный привкус земляники. Стоп... У его омеги началась течка? Альфа быстро разрывает поцелуй, отстраняясь от манящих губ, и чувствуя, как Тэхен не желал делать этого, уважительно кланяется старшинам и буквально сгребая омегу, быстрым шагом уносится прочь. Он несет его к Чимину, другу Тэхена, и по совместительству лекарю. — Эй, у теб... — Не успевает договорить Чонгук, поставив омегу на землю, как его перебивают и настойчиво целуют. Тэхен снова начинает сминать его губы, но уже жёстче и требовательнее, проникая в рот юрким язычком, исследуя. Ким медленно проводит указательным пальчиком по бугорку на штанах Гука, на что член заинтересованно дергается, а Тэхен пошло улыбается в поцелуй. — Что ты делаешь? — отрывается Чонгук, из-за нехватки воздуха, — Мы на улице, и... Почему тогда мы- — Гуки, помоги мне... Я очень хочу. — Указывает на колом стоящее достоинство. Ким не может находиться на одном месте и переминается с ноги на ногу от возбуждения. — Эй, ты уверен? Тебе не кажется, что мы пока не готовы... — И получает в ответ кивок, обозначающий «да, уверен.» Придя домой к Чонгуку, они снова начинают целоваться, не успев снять одежду, зато наспех стягивая обувь. Их руки блуждают по разгоряченным телам друг друга, порой отодвигая край футболки и оглаживая спину, живот и грудь. Чонгук закусывает нижнюю губу Тэхена, на что тот протяжно стонет, и Гук готов сам стонать от того, какой сладкий его омега. С горем пополам они добираются до комнаты Чона, разбросав одежду по всему своему пути. Странно, но родителей дома нет. Пальто, футболка, еще пальто... Зайдя в комнату, Чонгук валит Тэхена на кровать, слегка придавливая своим телом. Он трется коленкой между ног омеги, получая стон еще громче и слаще. — Чонгукки, давай же, я хочу почувствовать тебя внутри, — И у альфы сносит крышу. Тэхен раздет по пояс, на нем только рваные чёрные джинсы и нижнее белье. Гук расстегивает пуговицу и ширинку тэхеновых штанов, не отрываясь от поцелуя, подцепляет, и стягивает их вместе с боксерами. Он медленно расцеловывает лицо Тэхена, покрывая мелкими поцелуйчиками румяные щеки, родинку на носу, трепещущие ресницы. Спускается, останавливаясь на шее. Метка. Альфа оголяет небольшие клыки, впиваясь в бархатную кожу, под болезненный вскрик, сразу зализывая, будто извиняясь. Как ему не хотелось это делать, ведь Тэхену больно, но внутренний волк взял над ним контроль. Тихое «извини» не остается незамеченным. Чонгук опускается ниже, продолжая расцеловывать каждый участок кожи омеги, прикусывая острые ключицы. Тэхен тягуче простанывает имя альфы, и это как услада для ушей последнего. Опускается еще ниже. Плоский живот ему нравится особенно. Мягкие поглаживания, быстрые поцелуи. Чонгук добрался до самого сокровенного. Тэхен извивается под ним и просит поскорее. Альфа проходится языком по всей длине, оставляя поцелуй на головке и слизывая выступивший предэкулят. Омега опять стонет, и Гук теперь точно не может сдержаться. Он быстро поднимается к лицу извивающегося под ним Тэхена, открывает полку близстоящей тумбочки, доставая смазку с клубникой. Иронично. Чонгук обильно выдавливает ее себе на пальцы под смущенный взгляд Тэхена. Сейчас альфа особенно осторожно и нежно целует Тэ. А тот мягко отвечает, постанывая, руки его блуждают по чужому разгоряченному телу. Разместившись меж его ног, Гук проходится пальцем вокруг естественно истекающей смазкой дырочки, собирая ее, и вставляет одну фалангу, на несколько секунд остановившись, продолжает, спрашивая у партнера, как он себя чувствует и стоит ли им остановиться. Тэхен бы не сказал, что это приятно, но все же, терпимо. Чонгук начинает двигать внутри, постепенно добавляя еще один палец, входит ими все более быстро, и в один момент получает удовлетворенный стон, от попадания по простате. Альфа продолжает двигаться в том направлении, получая стоны, в один момент вытаскивая пальцы. Он льет из тюбика смазку себе на член, немного растерев и подставляет головку ко входу. Убедившись в том, что Тэхен получает удовольствие от процесса, он немного надавливает, проникает внутрь не до конца, давая привыкнуть, все это время пытаясь доставить удовольствие Тэхену поцелуями и другими ласками. Чонгук входит медленно, останавливаясь вновь на половине, снова давая привыкнуть. По лицу омеги начинают течь слезы, которые Гук трепетно сцеловывает, а тело само пытается слезть с внушительных размеров альфы. — Тэхен-и, — Гук подмечает не перестающие течь слезы, — мне остановиться? Я беспокоюсь, тебе сильно больно? — на что получает отрицательное мотание головой. Чонгук все-таки останавливается на какое-то время, чтобы Тэ окончательно привык. — Продолжай... Гук начинает медленно двигаться, на что вскоре получает жалобное «быстрее». Ловя монотонные стоны в поцелуи, Чонгук начинает двигаться быстрее, раз за разом попадая по комку нервов. Тэхен оглаживает и одновременно царапает спину Гука, откидывая голову на подушки, комкая и сминая простыни, чувствуя подходящую разрядку даже без прикосновений. Узел альфы начинает набухать, доставляя троекратное удовольствие обоим, но Чонгук выходит из Тэхена, дабы не допустить сцепки и скорой беременности. Омега же кончив на простыни, засыпает в мягких объятьях. Таких родных и уютных. А со своими чувствами они разберутся завтра, хотя тут и так все понятно.