Круговорот снегурочек в природе

Я тогда работала в геологической компании. Не поступила сразу после школы и решила, что поработаю, наберусь опыта. Набралась, конечно. “Первое правило работы в лаборатории: горячая колба выглядит точно так же, как и холодная”. В лаборатории меня любили и всячески приобщали к развлекательным мероприятиям. А поскольку кроме меня и трех тридцатилетних (боже, какими они мне казались взрослыми!) ребят остальные работники были предпенсионного возраста, попробуйте угадать, кого выбрали на роль Снегурочки и деда Мороза для поздравления детей и внуков сослуживцев. Я даже мяукнуть не успела, как мне выдали кучу подписанных именами-адресами подарков и белый парик. А волосы у меня тогда были ниже попы, хотя, конечно, косичка получалась очень чахлой, как крысий хвостик. Хорошо хоть, сама худая была и в костюм влезла. Холодненький, конечно, но у деда Мороза была машина. Дедом Морозом вызвался быть почти двухметровый Алеша Ын, аспирант какого-то крутого столичного вуза, разработчик сложных геологических приборов и будущий отец четвертого ребенка. “Пусть корейцев будет много”, говорил он и всячески приветствовал подработки. С Алешей было весело. Он постоянно травил анекдоты, лихо рулил по городу, сам пел-плясал с детишками, моя задача была только улыбаться и подавать из мешка подарки. Единственное, что меня раздражало, это мои волосы. Коса постоянно вылезала из-под парика и топорщилась. Тогда я в подъезде сняла костюм, распустила волосы, надела сверху костюм. Стало легче. Но волосы все равно растрепывались. Приходилось их постоянно заправлять под парик, и это сильно отвлекало. Поэтому, выйдя из очередной квартиры, где Алеша бодро отбрехивался за двоих от налитого, я решила переплестись. Сняла шапочку и парик, опустила голову, стряхнула волосы вниз, собирая их в хвост. И тут открылась дверь и вошел мальчик лет шести-семи. И закричал. “Тихо, — говорю ему, вскидывая голову (волосы описали полукруг в воздухе), — я Снегурочка!” “Хуясе!” — потрясенно ответил мальчик.