For your eyes only

1 месяц. 30 дней. 720 часов. 86400 минут - столько времени Элайджа не видел Деймона. Первородный никогда не признается вслух, но он действительно скучает.

***

Майклсон прекрасно помнит их первую встречу. Тогда он должен был доставить Елену Гилберт Клаусу. И вот, Тревор уже мертв, опечаленная Роза рыдает около его обмякшего тела, а Элайджа готовится отправиться к Никлаусу. В этот момент он видит их - братьев Сальваторе. Первородный тогда не обратил особого внимания на Стефана. Он уже знал его, и, по рассказам брата, этот вампир действительно ведёт себя как потрошитель, когда ему сносит крышу. А вот второго Сальваторе Эл никогда не видел. Он прекрасно знал, что это старший брат Стефана, что его зовут Деймон. На этом все. Больше никакой информации. В один момент глаза старшего Сальваторе встретились с глазами Элайджи. Второй просто не мог отвести взгляд - такие глубокие, прекрасные голубые озера буквально пожирали его. Огромнейшей ошибкой Майклсона было посмотреть ниже, на губы, едва виднеющуюся щетину, подкачанный торс, просвечивающийся сквозь ткань футболки. Все это принадлежало Деймону. Эл знал, даже если бы, чисто теоретически, он бы хотел Дея, у него не было шансов. Сальваторе был натуралом…

***

Его мнение поменялось, когда Елена согласилась сотрудничать. Элайджа тогда начал неплохо общаться с Алариком, Гилбертами и семьей Сальваторе соответсвенно. С Деймоном все было сложно. Он просто игнорировал Майклсона. Так прошло несколько месяцев, а затем… Затем, после очередного «вечера без алкоголя» вампиры проснулись вместе. Самым ужасным было то, что Элайджа чувствовал себя полностью оттраханным. В любой другой ситуации, мужчина бы был рад сексу. Но сейчас в его постели лежал парень, в которого он был безнадежно влюблен уже довольно долго. Когда Сальваторе проснулся, между ними повисло напряжение. Никто не осмелился произнести ни слова. — Прости - через десять минут в тишине, услышал Элайджа. — Что? За что это? - ответил он, чувствуя как все внутри леденеет. Дэймон уставился на него своими прекрасными голубыми глазами. Майклсон точно видел в них отчаяние: — Как за что? Ну, как бы тебе сказать. Мы трахнулись, понимаешь? Я вошел в тебя так глубоко как только мог и выебал. Я. Трахнул. Тебя…Дошло? Первородный поморщился, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех. Это действие не было удачным и через пару секунд Элайджа залился смехом. — Что смешного? - Деймон обиженно посмотрел на него и по-детски выпятил нижнюю губу. От такого его невинного вида Майклсону хотелось выть. Он понимал, что никогда на будет с Деем и вероятно больше не увидит его таким. — Меня это не заботит, Деймон. - да, Эл решил открыть Сальваторе правду. Лучше проебаться сейчас, чем мучиться всю жизнь. — К тому же, я ничего не помню и совсем не прочь повторить. Только раз.Или два. Ну, или всю жизнь видеть как ты трахаешь меня и стонать под тобой. После своего признания Элайджа зажмурился неготовый видеть как ошарашенный Деймон уходит. Вместо этого он почувствовал на своих губах губы вампира. Поцелуй был долгим, полным нежности и любви. Сальваторе мягко покусывал нижнюю губу Элайджи, оттягивая ее. Майклсон же в свою очередь отчаянно вылизывал рот Дея так, как будто это был их последний поцелуй.

***

Но это было не так. В тот же день мужчины начали встречаться. Их отношения с легкостью можно было назвать «конфетно-букетными». Деймон постоянно радовал своего малыша подарками, готовил ужин, водил на свидания. А два месяца назад, в одном из самых дорогих ресторанов Нового Орлеана, Сальваторе встал перед Элайджей на колено. Мужчины расписались в тот же день. Но их медовый месяц был прерван. Гилберт… ох уж эта гребаная Гилберт, к которой Эл постоянно ревновал мужа, попросила Деймона помочь в поисках Стефана. После начала отношений с Элайджей, Сальваторе-Майклсон стал чересчур благородным, поэтому сразу же согласился.

***

Сейчас, по этой причине Майклсон-Сальваторе уже месяц не видел своего мужа. Он даже не знал, когда тот вернется. Из раздумий Элайджу вырвал звонок в дверь. Это Фрея зашла на чай. Мужчина рывком оказался около двери и отпер ее. Какого было его удивление, когда за дверью не было старшей сестры. Там стоял человек, ради которого Эл готов был умереть, петь серенады, стать человеком в конце концов. Там стоял Деймон. — Родной, может ты уже позволишь мне войти? - мужчина выгнул бровь. И о боже, Майклсон готов был умереть на месте. Прекрасный, чуть хриплый голос его мужа…Что же Элайджа хочет поиграть. — Мммм, в квартиру - нет. В меня - всегда пожалуйста. - Глаза Дея моментально превратились в два блюдца. Он ухмыльнулся хищно прикусив нижнюю губу. О да, он определённо готов сыграть. Оказавшись рядом с Элом он схватил его под бедра и понёс в спальню. Повалив мужа на живот вампир сел сверху. Господи, как же он скучал по этой заднице. Хорошенько подготовив любимого, Дей резко вошел. Нет, так не пойдёт, он хочет видеть мужа. Полностью выйдя, Сальваторе перевернул Майклсона на спину и снова вошел. Голубые глаза встретились с карими.Как в первый раз. Боже, как же он любит своего мужчину. Дей редко показывал свои эмоции и чувства, но для Элайджи он готов был достать с неба звезду, взобраться на самую высокую году и даже перестать пить человеческую кровь, черт возьми. Мужчина прекрасно знал что Майклсон чувствует тоже самое. Они лежали в постели и нежно целовались не желая отрываться друг от друга, как вдруг в дверь начали громко и долго стучать. - Элайджа, открой эту чертову дверь или я подожгу ее! Эл тихо хихикнул и прошептал: — Упс, кажется Фрея пришла.