Ангелина в стране страданий

      Весь вечер бушевал ветер, выл в вентиляции, трепал ветви деревьев, раскачивал электропровода. Ангелина сидела на кухне, на столе перед ней лежали книга и телефон. Время еле двигалось – только десять. Подождать ещё хотя бы тридцать минут, а то бродить по старому кладбищу до часа ночи желания совсем не было. В очередной раз перечитала нужную главу, в очередной раз подумала о том, что отчаявшийся человек согласен поверить во что угодно.       Таксист был молчалив и равнодушен – будто каждую ночь возит кого-то к старому кладбищу. Затянутое тучами небо казалось совсем черным – света фонарика телефона едва ли было достаточно. Старое кладбище – не лучшее место для ночных прогулок: полуразвалившиеся и упавшие могильные камни, покосившиеся и проржавевшие кресты, заросшие могилы. И Ангелину больше беспокоил риск сломать ногу, нежели вероятность встретить какого-то призрака или упыря. Девушка обошла не одно дерево, ища вырезанный на стволе крест. И, только остановившись на нужном месте, ощутила тот самый страх чего-то непонятного и от того ещё более жуткого. Из-за шума ветра в листьях и кустах возникала иллюзия, будто кто-то крадется, прячась за надгробьями. «Темница проклятого Падальщика» - гласила нацарапанная под крестом надпись. Собравшись с мыслями, Ангелина выключила фонарик и убрала телефон в карман. Достав из рюкзака бутылку, набрала в рот воды, после чего, закрыв глаза, тринадцать раз повернулась через левое плечо и выплюнула воду перед собой. — Занятно… — резкий, хрипловатый мужской голос заставил содрогнуться и чуть ли не подпрыгнуть на месте. В нос ударил запах гнили, открывшиеся глаза заполнила темнота, ветер больше не шумел, а душный воздух казался липким и осязаемым. — Что за маленькая птичка залетела в мою могилу? — за словами последовал отрывистый смех, словно гвоздём по доскам скребут. Девушка кожей ощущала присутствие кого-то перед собой, и замерла, боясь случайно коснуться его. — Меня зовут Ангелина… — проговорила она, стараясь не вдыхать. — Какое милое имя… — Мне нужна Ваша помощь… — почти шепотом продолжила девушка, чувствуя, как тело становится ватным от страха. — В чём же? — Я хочу вернуть мою дочь… Она стала жертвой ритуала по призыву дьявола… Мне сказали, что Вы можете помочь… — Правильно сказали, — и снова этот смех. — Но услуга за услугу, дорогуша. Заключим сделку. — Что мне нужно будет сделать? — Освободить меня. Видишь ли, я тут кормлю червей уже сотню лет, заточенный в собственной могиле. Не очень-то весело, знаешь ли. Мы сгоняем за твоей дочуркой и, когда всё закончится, ты отпустишь меня. Согласна? — Да… — Пожмём руки! Когда чужие холодные и шершавые пальцы сжали правую ладонь девушки, раздавливая об неё опарышей, вспыхнул яркий зелёный свет, и Ангелина вскрикнула, увидев прямо перед собой серое, изъеденное червями лицо с желтыми белками глаз, провалившимся носом и широкой, отвратительной улыбкой.       В себя Ангелина пришла стоя перед дверью в собственную квартиру. Она не помнила, как оказалась здесь, и было ли правдой случившееся на кладбище, да и вообще – была ли она на кладбище. Включив свет в прихожей, девушка заметила комья грязи на ботинках. По квартире свободно гулял ветер, было отчетливо слышно шум дождя. Ангелина замерла – она точно закрывала окна, уходя. Неужели кто-то мог пробраться в окно на пятом этаже? Секунд десять девушка прислушивалась. Затем, вооружившись большими ножницами, тихо прокралась к кухне. Шторы развевались и дождь заливал подоконник. Включив свет, Ангелина осмотрелась – никаких следов чужого присутствия не было. По коридору пронесся тихий звук частых шагов. В голову пришла одна безумная мысль: — Саша…— негромко позвала дочку Ангелина, медленно двигаясь к выходу из комнаты. В гостиной тоже никого не было, только балкон нараспашку. Скрипнула, закрываясь, дверь в детскую. Сжимая ножницы до побеления костяшек, девушка щелкнула выключателем в коридоре и остановилась, не решаясь войти в комнату дочери. — Саша…— повторила она. Из-за двери донесся какой-то шорох. Ангелина медленно повернула ручку и, собравшись с духом, резко открыла дверь, держа наготове ножницы… В комнате был включен ночник – медленно поворачивающийся вокруг своей оси шар – по стенам и потолку плыли разноцветные круги света. Выключатель находился прямо над кроватью, слева от двери. Мысли заполнил детский кошмар о монстре под кроватью. Потянувшись, Ангелина зажгла свет – стала спокойнее. Выдохнув, она направилась к прикроватной тумбочке, выдернула из розетки шнур от ночника. Резко дверь захлопнулась, заставив девушку взвизгнуть. Тут же лодыжку сжали холодные пальцы и дернули к кровати. Потеряв равновесие, Ангелина рухнула на пол и с размаху воткнула ножницы в руку монстра. — Ай! Сучка! — раздалось из-под кровати, и пальцы разжались. Забившись в угол между стеной и шкафом, Ангелина с ужасом наблюдала, как из-за кровати – с противоположной стороны – поднялся высокий мужчина. Когда он выдернул ножницы – из раны брызнуло что-то черное. — Тупая девка! Я забью эти ножницы тебе в лоб! — в один прыжок он оказался перед девушкой. — Кто ты!? — выпалила она. — Безмозглое существо, — мужчина схватил Ангелину за плечи и поднял, раны на его руке уже не было. — Ты заключила со мной сделку два часа назад… И девушка узнала этот хриплый голос и острые черты лица. — Проклятый… Падальщик? Отпустив её, мужчина рассмеялся. — Теперь я, скорее, просто падаль! — его спутанные волосы непонятного желтовато-пепельного цвета торчали в разные стороны, следов тления на лице уже не было, ярко-зелёные глубоко посаженные глаза смотрели несколько безумно. Орлиный нос и тонкие, потрескавшиеся губы. Кожа была сероватого цвета, особенно вокруг глаз. Сложно было определить на вид сколько ему лет – тридцать или сорок. — Мы пойдём за Сашей? — осторожно спросила Ангелина. — За твоей малышкой? — Падаль ядовито усмехнулся. — Мы пойдём за ней завтра. Скоро солнце встанет, как и кладбищенский сторож, а тебе ещё её выкапывать… — Кого? — уточнила девушка, хотя уже догадывалась, каким будет ответ. — В загробный мир отправляется только душа. Тело надо брать с собой… — То-есть, мне надо будет… — Да-да-да, — быстро перебил Падаль. — Раскопать могилу, открыть гроб, забрать тело и шагать с ним. Но разве это не стоит того, чтобы вновь услышать её голосок? — Саша не говорит… — тихо уточнила Ангелина. — Да не важно! Тебе всё равно придется делать это ночью, чтобы не попасться, так что займёмся этим ночью… — мужчина неспешно прошелся по комнате. Он был одет в серую рубашку, удлиненный бордовый жилет, черные брюки и кожаный плащ до колен, образ завершали высокие ботинки на шнуровке. — А пока предложи мне что-нибудь выпить… Падаль практически залпом наполовину опустошил бутылку вина, разгуливая по гостиной и рассматривая фотографии и детские рисунки. — А Сашин папочка сбежал от тебя? — спросил он, оглянувшись на Ангелину, которая сидела на диване. — Я родила Сашу в семнадцать лет. Поэтому, да, он сбежал, когда я была на третьем месяце… — А ему сколько было? — Двадцать четыре… — Я поступил бы так же на его месте. Незачем отягощать себя сразу двумя детьми. На тебя хоть время и деньги не так жалко тратить, как на мелкую, — усмехнувшись, мужчина допил вино. — А сейчас, разумеется, дамочка с прицепом никому не нужна? — Да… — согласилась Ангелина, поджав губы. — В таком случае, — бухнувшись на диван рядом с девушкой, Падаль приобнял её одной рукой. — Ты должна быть не против поразвлечься… — Что… — девушка ошарашенно посмотрела на него и хотела подняться, но мужчина удержал её за талию и, дернув назад, посадил себе на колени. — Мы же теперь партнеры, и должны во всём помогать друг другу… — прошипел Падаль. — Нет! Отпусти! — сумев вывернуться из чужих рук, Ангелина бросилась бежать и, влетев в ванную, заперла за собой дверь, в которую тут же сильно стукнул преследователь. — Да брось, не будь такой недотрогой! От повторного удара девушка взвизгнула и схватилась за ручку двери, на случай, если шпингалет не выдержит…