Только с тобой

      Мы называли это спортивным интересом. Ни у кого из нас не было девушки, поэтому нам было интересно узнать, что будет во взрослой жизни. Начало второго года старшей школы.       Всё началось с договорённости. Мы с Ива-чаном обсудили нашу личную жизнь, и поняв, что до момента, когда заведём себе девушек, не будем ничего уметь, решили испробовать всё на друг друге.       Конечно, для меня никакой речи о девушке и быть не могло. Это был хороший шанс быть ещё ближе к нему, прикасаться к нему так, как я мечтаю уже много долгих и одиноких лет.       Были поцелуи, взрослые поцелуи с языком, исследование языком тел… Он был прекрасен. Его подтянутое, натренированное постоянными спортивными нагрузками, тело заставляло меня извиваться под ним и таять. Мне определённо нравилось. Я точно мог сказать, что не хотел бы, чтобы это кончалось.       Я знал. Если не знал, то догадывался. О своей ориентации и определённому влечению к лучшему другу. Вокруг меня всегда были толпы поклонниц. Они не особо меня привлекали, но тренер Мизогучи сказал, нет, приказал мне быть с ними вежливым.       Я привык, что девушки всегда возле меня, как и Ивайзуми. Всегда, везде, в любой ситуации мы вместе. Как лучшие друзья.       Наши оТнОшЕнИя протекали плавно, мы не торопились, но у нас уже был секс. Мы были друг у друга, но это была не любовь. Это была чертова договорённость.       В сентябре произошло то, чего не ожидал ни я, ни Хаджиме. Девочка со второго класса, маленькая такая, нежная, точно ангел с небес, призналась в давней влюблённости по отношению к Ивайзуми. Не помню как её звали, да я и не должен.       Ладно если бы она ему призналась tête-à-tête, но нет же. Всё это происходило в моём присутствии.       Понятия не имея как реагировать, я сказал Ива-чану с усмешкой, что не буду отвлекать его от страстей, и пойду в зал. Он тут же пообещал мне врезать, а та девочка начала краснеть.       Я пошёл не в зал. Я пошёл позорно рыдать в мужском туалете, который находился дальше всех от зала, чтобы ненароком не встретить ту милую парочку.       Я не считаю их парочку милой. Я совсем не считаю что Ивайзуми подходит та девочка. Я даже не считаю что она похожа на ангела.       Ему нужен тот кто всегда его поймёт и сможет терпеть его вспыльчивый характер, тот кто будет заботиться о нём больше, чем о себе, тот, кто будет любить его больше всех на свете, тот, кто сможет без раздумий пожертвовать собой, ради него…       И тут я понял, насколько сильно я его люблю.       Лёгкие сжимало так сильно, будто на мою грудь возложили груз в несколько тонн. Я и раньше его ревновал, но сейчас велики шансы что он не откажет. Волейбол? Кому нахрен нужен волейбол, если ты знаешь что любовь сильнее.       В голове пролетали тысячи мыслей, одна хуже другой. В глазах стремительно темнело, наверное так чувствуют себя люди, постепенно теряющие рассудок. То что нет слёз, не показатель того, что я не плачу. Я кричал, орал и задыхался от плача. Внутри.       Любой кто увидит меня сейчас, скажет — он просто потерял смысл жизни.       Не помню сколько времени прошло с тех пор, как я заперся в туалете на третьем этаже, но через какое-то время он пришёл.       Тогда, я не имел представления каким образом он меня нашёл, но факт был в том, что он стоял прямо передо мной, красный и злой (видимо обыскался).       Такую оплеуху я давно не получал. Ну сам виноват, влюбился с божьей помощью.       Тогда и случился наш первый поцелуй, о котором мы не договаривались. Он был самым простым из всех, но самым важным и самым чувственным. В мангах часто писали, что через поцелуй можно передать всю свою любовь (не то чтобы я читал, конечно).       Я всегда старался, чтобы Ива-чан чувствовал мою любовь через поцелуи, пусть даже они были по договорённости, но никогда не видел ответа, однако мне было достаточно того, что мы уже целовались. Но тогда всё было по-другому. Я чувствовал её. Я чувствовал то, что так отчаянно ждал столько лет. Сказать, что я был счастлив, это замолчать навечно, потому что моему счастью не было предела. В какой-то момент мне даже казалось что я сплю. Начало не хватать воздуха, и мы отодвинулись друг от друга.       Я, с потухшими глазами, которые постепенно приобретают жизненный оттенок, смотрю на него. -Почему ты не говорил ничего раньше, придурок?       Чертов Мацукава. Номер второй старшей Aoba Johsai. Скрытый гей и хороший слушатель. Именно поэтому я часто изливал ему душу по поводу моей режущей любви. Иссей знал всё про наши взаимоотношения, потому что я ему рассказывал. Видимо он всё рассказал.       Два слова. За что? -Ханамаки говорил что вы с Мацукавой часто тусите вместе. Как раз тогда, когда ты говорил, что нужно присмотреть за племянником. Когда он рассказал, я не находил себе места от ревности. Я реально думал, что вы встречаетесь и уже хотел разорвать наш договор.       Тут всё моё тело покрылось холодным потом. Я ненавидел нашу договорённость, но дорожил ею больше всего на свете. Именно она давала мне возможность целовать и трогать его. -Но потом я подумал. Если я разорву договор с тобой, я лишусь возможности чувствовать твою любовь, твоё тепло, твои поцелуи. Однако это было бы неправильно, то что ты встречаешься с одним человеком, но целуешься с другим. Но. Мне было плевать на правильность, Ойкава.       Он посмотрел мне прямо в глаза. Стёр дорожку слёз, в то время, когда я даже не заметил того что плачу. -Я был готов делить тебя с ним, если бы этого требовали обстоятельства. Если бы? Разве он не сказал, что думал что мы с Мацукавой встречаемся? -Я убедился в том, что вы не встречаетесь, когда последовал за вами, и увидел как ты плачешься ему, но держишься на расстоянии. Это был день, когда мы первый раз занялись сексом.       Я помнил, конечно я помнил. Как вообще можно забыть такое. Да, мне было больно, первый раз это не шутки. Но какая разница до боли, если ему было хорошо. -Столько лет, а я как дурак понял это только сейчас. Я уже чуть было не потерял тебя. Я люблю тебя, Дуракава, поэтому прошу тебя, пообещай мне быть со мной до конца.       Мы поцеловались. Этот поцелуй значил больше, чем все слова, произнесённые до. Мы будем вместе. Навсегда. Даже если в один день ты захочешь оставить меня, я не буду держать тебя. Но у меня и в мыслях не будет пытаться найти тебе замену.