Бал

       Драко ненавидел приемы в Министерстве, где его окружали одни снобы и лицемеры, намеревающиеся продать очередной проект, чтобы получить финансирование с его стороны. Как же он устал от этого цирка, на котором ему нужно было присутствовать раз в несколько месяцев ради поддержания репутации семьи. После некоторых удачных вложений в благотворительные проекты, к Малфоям постепенно начали возвращаться прежнее влияние и одобрение со стороны общественности. Все таки Люциус был прав – деньги решают все.        Драко скучающе стоял около стола с напитками и разглядывал гостей. Его взгляд наткнулся на фигуру, облаченную в облегающее ярко-красное платье с копной каштановых волос, струящихся по оголенной спине. Ее сложно было не узнать. Гермиона Грейнджер – его сущий кошмар и наваждение.        Прошло больше года с того момента, как Гермиона стала Главой Международного сотрудничества, и Драко приходилось часто сталкиваться с ней по рабочим вопросам, касающихся его сделок с поставщиками и партнерами из других стран.        Сначала им сложно было найти общий язык, потому что Малфой с самого начала вел себя как придурок. Грейнджер всегда бойко отвечала на все выпады в ее сторону и не скупилась на отказы в заключении крупных сделок, наиболее важных для его компании.        Их холодная война продолжалась на протяжении нескольких месяцев. Сотрудники отдела много раз наблюдали за тем, как импульсивная Гермиона выкидывала с помощью магии разъяренного Малфоя из своего кабинета, и он покрывал ее вдогонку нецензурными словами.        После Драко понял, что ему стоит поменять тактику для достижения своих целей. Он стал общаться с Гермионой сдержанней и старался держать себя в руках. Постепенно лед тронулся, и она смягчила свое отношение к нему.        Изредка у них даже случались более или менее нормальные диалоги без оскорбления друг друга и препираний. Малфой тогда еще отметил, что Грейнджер самая эрудированная девушка из его окружения. Она всегда могла высказать свою точку зрения по любому вопросу, апеллируя фактами, а также поддержать любую тему. Ее хотелось слушать, к ней хотелось прислушиваться. Конечно, эти качества у нее были еще со школьных времен. Возможно, в глубине души, в чем Драко никогда не признается, он восхищался ими тогда, но только сейчас разглядел в Гермионе не только всезнайку Грейнджер, а красивую и уверенную в себе женщину. Это открытие очень пугало его.        Гермиона похорошела со времен школы, ее волосы больше не были похожи на гнездо, а лежали аккуратными локонами. Джинсы и футболки сменились на элегантные костюмы и платья, подчеркивающие фигуру. Малфой никогда бы не подумал, что она может быть такой одновременно женственной и воительной. Именно эти качества в какой-то момент и начали притягивать его.        Драко понимал, что выглядит жалким, ища очередной повод для аудиенции у Грейнджер, и придумывая каждый раз новые проблемы, решение которых было возможно только с ее помощью. Он очень надеялся на то, что она находилась в неведении о его симпатии, но часто ловил на себе с ее стороны заинтересованные взгляды.        Малфой даже решился пригласить Гермиону на ужин, конечно же, чисто деловой, на котором они обязательно должны были обсудить неотложные вопросы. Она согласилась и сделала вид, что поверила, но ему было неважно, главное, что у него был шанс провести с ней время в неформальной обстановке.        В итоге про работу они говорили очень мало, постоянно переключаясь на другие темы. Они много смеялись и делились веселыми историями друг с другом. Данная встреча была больше похожа на свидание, в чем Драко ни за что не признался бы ей. В конце вечера он, набравшись смелости, проводил ее до дома, а она на прощание подарила ему поцелуй в щеку. Малфой радовался этому, словно какой-то школьник, и чувствовал себя от этого очень глупо. Гермиона стала первой девушкой, которая вызывала в нем подобные эмоции.        Их встречи превратились в своего рода традицию, они часто обедали или ужинали вместе, делились своими мыслями и размышлениями на разные темы. Драко был уверен, что Грейнджер видит в нем только друга, потому что она вела себя с ним свободно, но одновременно сдержанно, не позволяя себе лишнего, и он терялся в догадках, почему так происходит.        В один из вечером, который они проводили в одном из уютных ресторанов в магловском Лондоне, куда Гермиона часто звала Малфоя, девушка перебрала с вином и первая набросилась на него с поцелуями на крыльце своего дома. Драко сначала опешил от такого внезапного напора, но через пару мгновений притянул ее к себе.        Он не помнил момента, когда они оказались на узком диване в гостиной Грейнджер, ее тело было тесно прижато к нему. Пальчики Гермионы поспешно расстегивали пуговицы его рубашки, а руки Драко плавно переместились с ее шеи на пятую точку. Это было похоже на взрыв то, как она извивалась под ним и стонала, прося большего. Малфой много раз представлял эту картину, но в реальности все оказалось намного лучше.        Раскрасневшаяся Гермиона с припухшими от поцелуев губам и со спущенным на груди платьем, без бюстгальтера, предстала перед ним во всей красе. Ее взгляд был затуманен и молил о том, чтобы он взял ее прямо сейчас.        Малфой понимал — все, что происходит, это возможно не ее реальное желание, а последствие четырех бокалов вина. Он не хотел, чтобы Грейнджер на утро пожалела о том, что было между ними, и обвинила его в том, что он ей воспользовался. Их отношения только наладились, и Драко не хотел потерять ее доверие. Ему потребовалась вся мужественность, чтобы оторваться от той, которую он так сильно желал. — Гермиона, — прошептал он сбившимся голосом, — Я так не могу. Малфой в этот же момент мысленно проклял себя, увидев в глазах Грейнджер разочарование и боль. Она застыла в его руках и через мгновение оторвалась от него, отходя на несколько метров от дивана. — Прости меня, я не должен был, — начал оправдываться Драко, понимая, что этим разочаровывает ее еще больше, но по-другому он не мог. — Все нормально, — услышал он ее дрожащий шепот, от которого все внутри застыло. — Гермиона, прости меня, — хотел продолжить Малфой. — Это ты меня прости, мне не следовало так себя вести, — голос Грейнджер звучал отрешенно, от чего Драко стало не по себе. — Все хорошо, правда. Тебе лучше лечь спать, — он старался быть с ней ласковым и максимально сгладить сложившуюся ситуацию. Поспешно застегнув рубашку и накинув пиджак, Драко встал в нескольких шагах около нее. — Да, ты прав, я пойду спать, ты можешь воспользоваться моим камином, он открыт, — тембр ее голоса звучал уже увереннее, и Малфой пришел к выводу, что девушка старается взять себя в руки. — Хорошо, спокойной ночи, — в воздухе витала неловкость, Драко понимал, что похоже своими действиями все испортил. — Спокойной ночи, Драко, — он ясно уловил нотки грусти. Гермиона поспешно скрылась за дверью одной из комнат, оставив Малфоя в полном одиночестве. Ему хотелось провалиться под землю, чтобы избавиться от чувства вины, пожирающего его изнутри. Шагнув в камин, Драко покинул квартиру Грейнджер.

***

       Малфой старался максимально избегать встреч с ней, отправляя в ее офис свою помощницу для подписания всех бумаг. Ему не хотелось снова видеть разочарованный взгляд Гермионы, скользящий по его лицу. Он чувствовал себя последним придурком.        Несколько раз он порывался написать ей письмо, но все пергаменты были сожжены, не добравшись до адресата. Малфой понимал, что ведет себя, как подросток, а не взрослый мужчина, который не может обсудить сложившуюся ситуацию с девушкой, в которую влюблен. Мерлин, до чего же он докатился, раз наконец-то признался самому себе в этих чувствах.        Набравшись смелости спустя несколько недель, Драко постучал в дверь кабинета Гермионы, но никто не открыл. Ее секретарь, Мелани, чье имя он уже выучил за все это время, сообщила ему, что Мисс Грейнджер уехала в командировку во Францию и вернется через две недели. Надежды на их примирение разрушились в один момент.        И вот он стоит посреди огромного зала, полного сотрудников Министерства и их партнерами и прожигает спину той женщины, мысли о которой не давали ему спокойно жить на протяжении месяца с их последней встречи.        Малфой заметил подле нее Поттера со своей женой Джинни, в девичестве Уизли, и ее старшего брата, который выглядел нелепо в смокинге, по его зажатости было видно, что он чувствует себя не в своей тарелке.        К ним со спины подошли Долгопупс вместе с Лавгуд, и Гермиона развернулась лицом к Драко, обнимая друзей с радостной улыбкой на лице. Именно в этот момент Малфой понял, что пропал. Она была неимоверно красивой, с естественным макияжем на глазах и яркой красной помадой на губах. Драко осознал, насколько соскучился по ней за время разлуки. Как ему ее не хватало, и каким идиотом он был, что за месяц даже не написал ей.        Их взгляды встретились, и у Малфоя перехватило дыхание. Грейнджер смотрела на него своими большими карими глазами, в которых он заметил сначала растерянность, а потом неловкость. Она поспешила отвести от него взгляд, снова заведя беседу со своими друзьями, больше не обращая на него внимание.        Драко залпом осушил бокал огневиски, стараясь переключить свое внимание с Гермионы на кого-то еще, но тут он заметил, как рука Уизли опустилась на ее поясницу в собственническом жесте, который вывел Малфоя из себя. Да, как Уизли смеет распускать свои грязные руки. Какого хрена?        Грейнджер словно не заметила этот жест и продолжала что-то бурно обсуждать с Джинни, тем самым заставляя Драко еще больше кипеть от злости. В зале заиграла медленная музыка. Малфой поспешно осушил еще один бокал, чувствуя, как горячая жидкость приятно разливается по горлу, и двинулся в сторону собравшейся компании. Заметив его приближение, Гермиона по инерции ближе прижалась к Уизли, чему он был явно рад. — Грейнджер, потанцуем? — его прозвучал довольно резко. Драко протянул ей руку в приглашающем жесте. — Отвали, Малфой, она никуда с тобой не пойдет, — вскипел Рон, вставая между ними. — Уизли, она не нуждается в секретаре, прочь с дороги, — высокомерно выпалил он. Рон покраснел от злости, сжимая кулаки, и хотел кинуться на Малфоя, но Поттер вовремя остановил его. — Малфой, что тебе нужно? — Гарри выжидающе смотрел на него. — Я всего лишь хотел пригласить девушку на танец, — его взгляд был направлен на Гермиону, выглядывающую из-за спины Уизли. — Гарри, все в порядке, я потанцую с ним. Рон, не нужно устраивать драку, — осуждающе заключила она, протягивая Драко свою ладонь под шокированные взгляды друзей. — Гермиона, но он, — хотел было продолжить Уизли, но Малфой уже поспешно увел девушку.        От прикосновения ее ладони по телу словно прошел разряд тока, как же он скучал по этому чувству и ощущению ее присутствия рядом с ним. Драко плавно развернул Гермиону к себе лицом и положил руки ей на талию, прижимая к себе ближе, а она положила ладони на его плечи. Если Грейнджер была против такого поворота событий, то не показывала этого. — И зачем ты устроил все это представление? — задала Гермиона, мучающий ее вопрос, заглядывая ему в глаза. — Всегда любил побесить Уизли, ты же знаешь, — усмехнулся Малфой. — Мерлин, ведешь себя, как ребенок, — Гермиона демонстративно закатила глаза, показывая, что не одобряет такое поведение с его стороны, — Так, зачем это все? — Почему ты ищешь в моем поведении подтекст? Думаешь, я не могу просто пригласить девушку на танец? — Драко стойко держал позицию. — Ты ничего не делаешь просто так, — грустно подметила Гермиона, — К чему вся эта показуха? — Ты же знаешь, что я без этого не могу. — Я думала, что ты не хочешь меня видеть, — от ее слов Драко стало не по себе. — Почему ты сделала такие выводы? — Ты не писал мне ровно месяц и отправлял свою помощницу, явно дав понять, что не хочешь поддерживать со мной общение, — Грейнджер умела задеть его, к этому у нее был особый талант, но Малфой этого заслужил. — Я заходил к тебе две недели назад, но ты была в командировке, — признался он. — Хочу напомнить тебе о существовании почты, — упрекнула она с нажимом, все еще не отрывая от него взгляда. Они неспешно покачивались в такт музыки посередине танцпола, ловя десятки удивленных взглядов, но им было все равно. — Я не мог найти слов, чтобы сказать о том, как жалею о том вечере, — выпалил Драко. — Оу, если ты считаешь, что это было ошибкой, мог бы сразу сообщить мне об этом, чтобы я не мучилась в догадках, — в ее глазах читалась боль. — Я не считаю, что это ошибкой, — твердо сказал он. — Тогда почему ты остановился и ушел? — Грейнджер выглядела ошарашенной. — Потому что я не хотел, чтобы ты подумала, что я воспользовался твоим пьяным состоянием. Тем более я более чем уверен, что ты поцеловала меня только из-за обильного количества вина, — уголки губ Гермионы дрогнули в легкой улыбке. — Ты такой идиот, — теперь она улыбалась уже шире, а Малфой непонимающе смотрел на нее. — Да, потому что на мгновение подумал, что могу быть для тебя кем-то больше, чем парнем, с которым ты проводишь вечера от скуки. — Малфой, скажи мне, почему ты такой придурок? Драко теперь окончательно запутался. — Так и будешь меня оскорблять? — огрызнулся он. — Как мне еще донести то, что ты говоришь полную чушь? Я на протяжении месяцев ждала, что ты предпримешь какие-то попытки, чтобы поцеловать меня или показать мне, что мы с тобой не просто друзья.        Теперь уже Драко ошарашено уставился на Гермиону. Осознание того, что он полный придурок, который совсем не разбирается в женской логике, накрыло его мгновенно. Малфой не смог сдержать дурацкой улыбки, которая рвалась наружу. Заметив его реакцию Грейнджер улыбнулась в ответ. — Мерлин, я и правда идиот. Ты казалась мне такой неприступной и не подавала не единого знака. — Драко, тогда зачем по-твоему я проводила с тобой практически каждый вечер, откладывая все свои дела? Мне начало уже казаться, что это ты во мне видишь просто друга, и это меня очень сильно угнетало. — Но это ведь не так, я думал о тебе на протяжении нескольких месяцев и постоянно искал причины, чтобы увидеть тебя, — признался Малфой. — Мы с тобой оба такие глупые, — Гермиона еле сдерживала себя от того, чтобы рассмеяться от сложившейся ситуации. — Это точно, — он смотрел на нее и улыбался, не веря своему счастью.        Грейнджер закусила губу, ее взгляд упал на его губы. Драко сразу же понял этот намек и аккуратно обхватил обеими руками лицо девушки и нежно поцеловал такие желанные губы, Гермиона с радостью ответила, обвивая его за шею и притягивая к себе ближе.        Со всех сторон послышались вспышки колдокамер, но никто из них не обратил на это внимание, потому что этот момент был только для них двоих. Тот, о котором мечтал каждый на протяжении долгого времени.        Они оторвались друг от друга, переводя дыхание. Губы Малфоя были окрашены в цвет ее помады, что развеселило Гермиону, но она сжалилась над ним, произнеся очищающее заклинание. — Не хочешь уйти отсюда? — спросил ее Драко, пристально разглядывая ее счастливое лицо.        Грейнджер посмотрела за его спину и увидела шокированные лица своих друзей и разъяренного Рона, которого держали с двух сторон Гарри и Невилл. Она понимала, что ее ждет тяжелый разговор с объяснениями, но это будет после. Сейчас ей хотелось провести этот вечер наедине с Драко, как и все последующие. Гермиона согласно кивнула и потянула Малфоя в сторону выхода из зала.