Нежность

Вэй Ин целует его первым, почти сразу же отстраняясь с улыбкой. В его глазах вспыхивают озорные искорки, он почти готов убежать и скрыться, но Лань Чжань успевает удержать его за запястье, притянуть к себе и ответить на поцелуй как следует — с должной страстью, с должной нежностью, с обещанием… Вечер падает на плечи, подобный легчайшему покрывалу. Пока они целуются, свет меркнет, превращаясь в сумерки, последний солнечный луч на миг высвечивает золотистые листья и скрывается за горизонтом. Когда Лань Чжань обнимает Вэй Ина за талию, в комнате уже почти темно. — Ты говорил, что нужно готовиться к завтрашнему семинару, — напоминает Вэй Ин с сожалением в голосе. — Мгм, — отзывается Лань Чжань, прикасаясь губами к бьющейся на шее жилке, прослеживая её до самого воротника. — Лань Чжань, — Вэй Ин не отталкивает, лишь запрокидывает голову сильнее. — Что скажет профессор Чэнь?.. — Неважно, — отзывается, жарко выдыхая в изгиб шеи, Лань Чжань. Его чуткие пальцы уже расправляются с пуговицами на рубашке Вэй Ина. — Неважно, Лань Чжань? — усмехается Вэй Ин, но не останавливает его, продолжая беззастенчиво наслаждаться происходящим. — Мгм… — он чуть прикусывает кожу на плече, целуя обнажившуюся ключицу, прежде чем рубашка с шелестом отправляется на пол. — Лань Чжань… — дальше Вэй Ин не придумал, потому остаётся только коротко простонать, когда Лань Чжань вжимает его в стену у двери, целует в губы, пока расстёгивает его ремень. К ним никто не зайдёт. Их никто не услышит. Дом Лань Чжаня скромный, он стоит вдали от дорог среди сада. Один из самых маленьких коттеджей, принадлежащих семье Лань, расположенный поблизости от студенческого городка — чтобы до корпусов университета можно было дойти пешком не больше чем за полчаса. Здесь они предоставлены сами себе. А потому Лань Чжань может запросто творить вот такие сумасбродные вещи! Вэй Ин неосознанно выгибается и подаётся вперёд, когда его члена, уже освобождённого из плена ткани, касаются нежные пальцы с чуть огрубевшими от упражнений на цине подушечками. — Лань Чжань, — снова зовёт он, наслаждаясь звучанием имени. Лань Чжань понимает это по-своему. Он касается головки языком, прекрасно зная, что так только сильнее раздразнит, затем проводит по выступающим венкам, вызывая судорожный вздох, и только после этого… Вэй Ин инстинктивно запускает пальцы в волосы Лань Чжаня, запутывается в прядях, а наслаждение заставляет его дрожать. На бёдрах возникают мурашки, он едва сдерживается, чтобы не двинуться вперёд, но Лань Чжань слишком нежен, и значит, у них сегодня другие правила. — Лань Чжань, я… — он плавится в нежности. Ему хочется одновременно навечно в ней застыть и сейчас же прервать сладкую муку, почувствовать царапины на бёдрах, вбиться в чужое горло. Он сдерживается, а когда сдержаться больше не может, Лань Чжань отстраняется, поднимается, всё ещё одетый, почти не растрёпанный. — Ты… — шепчет Вэй Ин, когда его подхватывают бесконечно надёжные нежные руки. Его раздразнили и остановили на грани, он страстно требует продолжения, но может выдохнуть только краткое «Ты», обозначить одними губами «Люблю тебя». Они оказываются в спальне, и Вэй Ин, откинувшийся на подушки, смотрит из-под ресниц, как Лань Чжань раздевается — нарочно медленно, подчёркнуто аккуратно складывая рубашку и брюки. Не то чтобы он не умел иначе, но сегодня таковы правила, и Вэй Ин подчиняется им. По крайней мере — прямо сейчас. Но уже знает, когда их нарушить. Сначала Лань Чжань целует кожу внутренней стороны бедра, и Вэй Ин смотрит на это, закусив губу до крови. Маленькая ранка будет саднить весь следующий день, будет мешать пить обжигающий кофе из бумажных стаканчиков из университетских автоматов, будет напоминать об этом моменте, пока наконец не заживёт. Вэй Ин кусает ещё сильнее. Пальцы Лань Чжаня касаются мягко, словно украдкой. Вэй Ин знает, что это значит, и от одной мысли готов сорваться с края и утонуть в звёздном море. Он сдерживается чудом, но не может не застонать, когда горячий язык снова касается головки. Ощущение оказывается настолько острым, что он не замечает нежного проникновения, пока к первому пальцу не прибавляется второй. — Лань Чжань! — почти вскрикивает он. Нежность затапливает, и он продолжает выстанывать: — А-Чжань, А-Чжань… — пока его не затыкают страстным поцелуем. Вэй Ин получает возможность обхватить его член у основания, провести, возбуждая больше, хотя, казалось бы, в такой помощи Лань Чжань не нуждается. Он нащупывает второй рукой пакетик с презервативом под подушкой и вскрывает, даже не отвлекаясь от поцелуя. А затем надевает его, превращая процесс в ещё одну ласку. А затем он резко вырывается и подминает Лань Чжаня под себя. Он перехватывает его ладони одной рукой, прикусывает ему губу, одновременно направляя его в себя, насаживаясь так быстро и сильно, как на самом деле хотел. Пусть это немного больно, но в сегодняшней нежности ему не хватает именно этой капельки боли. Лань Чжань выдыхает стон ему в губы, подаётся в него всем телом, но замирает, предоставляя Вэй Ину выбирать ритм, скорость — что угодно. Мгновение Вэй Ин замирает, балансируя между желанием освободиться и насадиться сильнее. Первые его движения рваные, он запрокидывает голову, но потом привыкает, как привыкает всегда, находит ритм, который качает их обоих на волнах наслаждения, не заставляя ни слишком скоро оказаться за гранью, ни растерять возбуждение. — Вэй Ин, — шепчет Лань Чжань, и от его голоса Вэй Ин едва не кончает сразу. Он так любит эти нотки, эту лёгкую хрипотцу, которая означает, что очень скоро, совсем-совсем скоро Лань Чжань перестанет сдерживать себя, сорвётся, оставит следы на теле, вобьётся изо всех сил, сделает что-то… что-то… Это происходит раньше, чем Вэй Ин успевает насладиться предвкушением. Лань Чжань роняет его на постель, почти полностью выходя и сразу же двигаясь обратно так быстро, грубо и жёстко, что у Вэй Ина на миг прерывается дыхание. Он вцепляется Лань Чжаню в плечи, выгибается, чтобы стать доступнее, дрожит всем телом… Получает нежный поцелуй. Они оба теряются в ощущениях. Вэй Ину в такие моменты кажется, что они чувствуют не только друг друга, но и… как будто сливаются разумами. Он совершенно точно знает, что сделать, чтобы Лань Чжань застонал ему на ухо, прикусив легонько мочку, и Лань Чжань знает, когда именно коснуться его члена, чтобы спровоцировать оргазм. Они знают тела друг друга так хорошо, что это уже идеально. Они… Они лежат среди скомканных простыней, прижавшись друг к другу. — Люблю тебя, — озвучивает Вэй Ин единственную мысль, что ещё осталась в его голове. — Мгм… — отзывается Лань Чжань. — Люблю тебя. За окном плещется ночь, беспокойный ветер тревожит деревья сада, и те теряют золотую листву. — Завтра… семинар, — вспоминает Вэй Ин и прячет лицо на груди Лань Чжаня. — Не страшно, — отзывается Лань Чжань. — Ты всё знаешь и без повторения. Им нужно добраться до душа, но они всё ещё тонут в нежности. Всё может подождать. Весь мир.