Случайно связаны

На самом деле, предупреждающих звоночков было много — если знать, на что смотреть. За три месяца совместных опытов в Санктуме Санкторуме случилось не меньше двух десятков разнообразных поломок высокоточного оборудования, лично спроектированного Тони Старком («Немыслимо! Как может ломаться то, что я создал своими руками? И нет, ПЯТНИЦА, даже не заикайся про Альтрона»). Четыре раза всё здание на несколько часов оставалось без света («Почему ты не хочешь, чтобы я установил здесь постоянный генератор на чистой энергии, док? Запитаем твои светильники…» — «Я исполню любое твоё желание, Тони, если ты обнаружишь провод хотя бы у одного из них»). Буквально позавчера установка для имитации силового поля вмёрзла в стену гостиной, стоило её оставить без присмотра на каких-то десять минут («Что ещё за ледниковый период, доктор? Ты так пошутил или у нас льдинками теперь балуется Вонг?» — «Вонг до субботы в Камартадже, а я не расставался с тобой. И нет, можешь не смотреть так на Плащ, ему это не по силам, к тому же он хранит мне похвальную верность…»). Они оба отмахнулись и от настораживающего перезвона колокольчиков (об исчезновении и появлении инструментов с первого же дня было неловко говорить), и от большого колокола, когда он грянул переливающимся всеми цветами радуги льдом, и пасмурным утром вторника попытались вернуться к своему общему чёрном делу. Буквально. Но не успел Тони включить горелку, а Стивен — запустить в замороженную установку вычитанное ночью заклинание в форме безвредного для техники файербола, как из стен высунулись десятки светящихся синих канатов и вздёрнули обоих экспериментаторов почти под самый потолок. — Что за шутки?! Тони дёрнулся, попытался дотянуться до генератора частиц, но канаты не поддались. Он перевёл взгляд на Стивена, который так же попробовал высвободиться и не преуспел. Фактически распятые высоко над полом, они мрачно уставились друг на друга и, кажется, одновременно подумали о том, что без сторонней помощи не обойтись. — Вонг? — уточнил Тони. — Не появится до субботы, как я и говорил, — напряжённо напомнил Стивен. — ПЯТНИЦА? — Твой милый домик её по-прежнему глушит. О Коврике не спрашиваю, вижу, он тоже застрял. Примотанный канатами к Стивену Плащ левитации уныло пошевелил бархатным воротником. — …Но если эта штука вдруг исчезнет, ты хотя бы не грохнешься головой об пол, — добавил Тони, мысленно проклянув высокие потолки в храме. До этого момента они ему даже нравились. — Есть идеи, почему мы оказались в таком положении? — Думаю, у нас общие догадки на этот счёт, — с сожалением признал Стивен. — Мы не вняли предупреждениям этого места. — Ну да. Кто же знал, что он такой обидчивый? И кстати, ты у нас разве не Верховный Чародей Земли или как там? Домик не должен служить тебе, м-м? — Увы, древние храмы слушают своих Хранителей лишь в определённых пределах. Боюсь, я пока не слишком авторитетен для него. Синие магические канаты посветлели до нежно-голубого, из потолка высунулось два новых — по одному для дополнительной поддержки Тони и Стивена за талию. Это немного облегчило ситуацию, но не избавило от чувства досады из-за вынужденной задержки и срыва намеченных планов. Потом засветился Стивен — едва заметным оранжевым светом, повисел так с закрытыми глазами минутки три и раздосадованно выдохнул: — Нет, никак. Для этого нужно хотя бы сомкнуть пальцы. Тони посмотрел на его искалеченные руки: магические веревки плотно обматывали кисти, проходили между всеми пальцами, не давая их соединить, — и невольно поёжился. — Док, им сейчас у тебя… очень больно? — Пока нет. — Точно? Потому что если эта хижина причинит тебе вред… — Тони, он не давит на них, — перебил его Стивен. — По крайней мере, не перекрывает кровоток. Они, безусловно, затекут, но вряд ли быстро. — Что приводит нас ко второму вопросу: как долго длятся воспитательные порывы у твоего шалаша? Стивен нахмурился. — С чего ты взял, что… — Стрэндж, пожалуйста! — поморщился Тони. — С самого первого дня знакомства я понял, что ты ужасно плохой мальчик. И наверняка огребал от колдовской братии и их вещичек, как минимум, за то, что раздражал всех ваших колдунов. Я не прав? — Судишь по себе? — Самая точная мерка. Знаешь, все эти твои проекции на тему эго на летающем пончике, да и то, как ты вымогал у Живого трибунала мою жизнь. Я же помню твой шантаж перед группой тех высокомерных мудаков. — Предполагалось, что ты без сознания, — неприятно удивился Стивен. — Либо забудешь всё до пробуждения в своём доме. — А я вот взял и не забыл, — равнодушно пожал плечами Тони. — Не самый лучший, конечно, год в безвременье, но ты забрал меня сюда и сейчас прямо-таки жаждешь поделиться: на какой срок растягивает сессии твой садо-мазо дом? Стивен моргнул, Санктум мигнул светом и перекрасил канаты в алый цвет. — Ну, почти классика! — восхитился Тони. — Подвешивание и без вреда для сосудов. Доминируй, связывай, угрожай. Ай да домик! Стены тревожно заскрипели, с потолка посыпалась штукатурка. Засияв на этот раз жёлтым светом, Стивен сильно напрягся и обессиленно выдохнул, лишь когда снова воцарилась тишина. И устало посмотрел на Тони. — Ты мог бы… — Не сработало, — с сожалением покачал головой Тони. — Думал, он от злости нас скинет, а твой Коврик как-то извернётся и обоих подберёт. Но нет. — Запас терпения этого магического здания намного превосходит наш, оно ко многому привыкло. — Верно, ты ж тут прожил уже сколько-то лет. — И это тоже, — не купился на подначку Стивен. — Насколько я успел заметить, для Санктума важно, чтобы ты осознал неправильность своего поведения и задумался о том, что лучше его не повторять. Для этого может понадобиться несколько часов или… пара суток. — Два дня болтаться вот здесь?! — возмутился Тони. — Так не пойдёт. Я обещал Пеп и Морган, что буду дома к шести. Что они обо мне подумают? — То же, что и много раз до этого: что ты чем-то увлёкся со мной. — Док, ты не помогаешь, — обвинил Стивена Тони. — Может, я хочу надавить на совесть нашего воспитателя? — Он блестяще умеет слышать не только слова, но и мысли, и его не обмануть. Тишина. — Мог бы сразу сказать. Что ж, ну тогда нам есть что обсудить по нашему общему проекту, пока твоя хижина сменит гнев на милость. Все равно тут заняться нечем. Стивен тяжело вздохнул и без особого энтузиазма кивнул. — Давай обсуждать. * * * Санктум Санкторум оказался упрямым настолько, что не убрал свои путы ни через час, ни через пять часов. Порядком устав так болтаться и даже обсуждать план (не хватало возможности задавать вопросы ПЯТНИЦЕ и создавать модели), Тони попытался немного вздремнуть — не вышло, покачаться на канатах — это не позволил дом, сочинить сто семнадцать способов сравнять это здание с землёй («Ну, разумеется, я его пальцем не трону, но помечтать-то можно?») и даже взять клятву со Стивена, что он поможет оправдаться перед Морган и Пеп (девчонки почему-то неоправданно сильно верили этому чародею). Но в половину четвёртого из фойе донёсся звонкий мальчишеский голосок. — Доктор Стрэндж? Тони и Стивен напряглись. — Э-э, доктор Стрэндж, где вы? Я вам кофе принёс! Двойная порция сливок, как вы любите. Помните, я был вам должен, вы ведь вытащили меня из Ист-Ривер и согрели потом? — Питер, иди по правому коридору, я в зале в самом конце! — громко отозвался Стивен. — Бегу-бегу! — радостно откликнулся Питер Паркер и в самом деле меньше, чем за минуту, прибежал и ошарашенно застыл на пороге. — Да ладно! Какая красота! Магические канаты, созданные недовольным зданием, сейчас светились изумрудным светом, хотя восторг парнишки показался Тони крайне неуместным. — Привет, Паучок. — Э-э… да… ага… В смысле, здрасьте, мистер Старк! И доктор. Я вам кофе принёс, как и сказал, — на секундочку отвлекшись от необычного зрелища, Питер поставил два картонных стаканчика на круглый бронзовый столик. — Знал бы, что вы тут вдвоём, на троих бы взял. А что вы оба там делаете, кстати? — Размышляем о жизни, — спокойно ответил Тони. — У тебя как дела? — Да всё нормально… вроде… — Что за история с купанием в Ист-Ривер? ПЯТНИЦА не говорила. — Да не было ничего особенного, сэр, — слегка смутился Питер, после чего не выдержал и полез по стене вверх, к канатам. — Доктор вовремя мне помог… Кстати это вы всё наколдовали, доктор Стрэндж? — Нет, это магия Санктума Санкторума. Мощная и таинственная, что большой секрет. — Да ладно! — поразился Питер. — Этот дом так умеет? — Он является огромным магическим артефактом, обладающим собственным сознанием и умением распоряжаться своей силой. — Обалде-е-еть… — добравшись до канатов, Питер нерешительно поднял руку. — А можно коснуться его магии? — Полагаю, вреда от этого не будет, — невозмутимо разрешил Стивен. — Разве? — вскинулся Тони. — Док, ты когда даёшь такие советы, ты… — и осёкся, увидев, как Питер с сияющей от уха до уха улыбкой гладит ладонью уже жёлтый канат и тот становится ярче и плотнее. — Как круто! Оно меняет цвет! И такое гладкое… Похоже, ему это нравится. — Похоже на то, — подтвердил Стивен. — Волшебное место! — восторженно выдохнул Питер. — А если я покачаюсь на канатах, они меня выдержат? — Ты и правда этого хочешь? — c сомнением уточнил Тони, не до конца веря в то, что происходит. — Конечно! — Питер сделал сальто и приземлился на пол. Потом снова взбежал по стене под самый потолок и уселся на пару канатов. — У него очень приятная магия, — все путы вокруг него тут же окрасились в жёлтый. — Да, ты мне тоже нравишься. Ну а вы почему тут висите? Вы чем-то заняты? Тони со Стивеном переглянулись. — Не совсем, — дипломатично ответил Стивен. — Нам с Тони хотелось бы уже спуститься, но пока не получается. — Да, — подтвердил Тони, с надеждой глядя на Питера — и тот не подвёл. — О, ну тогда я мог бы, наверное, попросить. Уважаемый Санктум, ты не спустишь на пол моих друзей? Ну, или я мог бы поймать их своей паутиной и… Не успел Питер договорить, как магические канаты удлинились и плавно опустили Тони и Стивена на пол, после чего все потянулись к Питеру и сплели для него огромный гамак. — Вау! Роскошно! — оценил он и повалился на светящуюся сеть. — Как круто! — проорал он, раскачиваясь и подпрыгивая на ней. — Кстати, мистер Старк, можете взять мой кофе, вы же тоже такой пьёте. А я пока покачаюсь здесь, идёт? Покосившись на Стивена, Тони осознал, что им пришла в голову одна и та же мысль: надо убираться отсюда поскорее! Оба схватили по стаканчику с кофе и рванули к выходу, но на пороге Тони оглянулся: — Мы закажем на тебя пиццу часа через полтора. Ни в чём себе не отказывай, Паучок!