Не(реальность)

Видения резкие, обрывистые, но оттого не менее реальные. Но разве может быть реальность такой?.. Его пальцы, сильные, нежные, аккуратно стягивают лямку от ночнушки с плеча. Движения на редкость осторожны и неторопливы. Он медлит. А она лишь глубоко дышит, смотря на него широко распахнутыми глазами. Наблюдает. Прикрывает глаза, не выдерживает, когда его губы аккуратно прикасаются к её ключице. Когда ведут вниз и вниз горячими, влажными дорожками языка. И с каждым его прикосновением всё больше внутри неё переворачивается, и сердце наполняется нежностью и предвкушением, ожиданием. Насколько он готов зайти дальше? И она… Это ведь он, тот самый, которого все боятся, перед которым готовы склонять головы, перед которым она готова сама упасть на колени. Но не от страха. Она резко вздрагивает и быстро распахивает глаза, чувствуя, как его язык оказывается у неё между ног. Облизывает. Легонько прикусывает клитор. Она лишь почему-то сильнее сдвигает колени. Он мгновенно замечает, дарит лёгкий поцелуй в бедро, шепчет: — Боишься? Не стоит, я не причиню тебе зла. Только не тебе, Вики. И она верит. Несмотря ни на то что он совершил, несмотря на его поступки, она верит. И продолжает спокойно лежать на кровати, лишь только закусив губу, немного расставляет ноги. Он усмехается на это, ничем не комментируя её понятный жест. Припадает губами, посасывает, играет языком, выбивая из неё тихие стоны-просьбы о продолжении. Она закусывает до крови губу, выгибается, приподнимая бёдра, шумно выдыхая. Два. Видение сменяется на другое. Такое же откровенное. Уже она у его ног. Смотрит снизу вверх на него, такого расслабленного, вальяжно сидящего в кресле, со спокойным любопытством наблюдающего за ней, её действиями, её прикосновениями. Робкими. А как иначе? Осторожными, но до отвращения нежными и ласковыми. Он монстр. А она у его ног. Сама ластится. Оставляет аккуратные поцелуи у основания члена, проводит лишь самими подушечками пальцев по головке, дразнит его. А он позволяет. Пока. Запускает длинные пальцы в её растрёпанные волосы, перебирает пряди и тянет на себя, когда её губы смыкаются на его головке, и она начинает насаживаться всем ртом, стараясь всё больше заглотнуть его. Не морщится, лишь усердно работает головой и помогает себе руками. Он такой уязвимый сейчас. Но она не предаст. Она такая развратная сейчас. Но он никому не расскажет. Он такой только рядом с ней. И это дико возбуждает. Не может не откликаться внутри неё. И она позволяет растущей изнутри нежности начать потихоньку затапливать её, наполнять. Три. Новое видение. И она сильнее жмурится, отказываясь видеть то, что ей показывают. Но всё же приоткрывает один глаз, а потом и другой, наблюдая, как она сама скачет на нём. Как прижимается к нему. Как целует его в губы. И самое главное, как смотрит на него. Словно любит?.. Она смотрит, как от особенно резких движений её грудь подскакивает и как он ловит губами её соски и вытягивает в рот. Она смотрит на это всё больше расширявшимися глазами. Смотрит, даже пытаясь не моргать, чтобы с жадностью продолжать изучать крепкие, накаченные руки; широкую, рельефную грудь; сильную спину и перекатывающиеся мышцы на ней. И сквозь затуманенное желанием сознание проникает, будто сквозь вату, чей-то голос, зовущий её по имени: — Вики, Вики, очнись! И она распахивает глаза, чтобы тут же отвести их в сторону. — Ты в порядке? От глубокого, бархатного голоса по спине пробегает не то, что табун, целое стадо мурашек. — Я… Я, да, спасибо. Волосы слиплись на лбу, грудь тяжело вздымалась. Она слегка приподнимается на кровати, осторожно оглядываясь. И да, она всё ещё здесь. В комнате Бонта. Мальбонте. А эти откровенные видения, всего лишь галлюцинации. Нет, её видения всегда сбывались, но такое даже она с её живым воображением не могла представить. Он стоит перед её кроватью полуобнажённый, лишь в тонких брюках, низко сидящих на бёдрах. Она невольно скользит взглядом по его тренированному телу, мысленно сравнивая с тем, со сна. Лишь смущённо отводит глаза в сторону, когда он замечает её взгляды и молчит. После недавнего кошмара она ещё слишком слаба, а после видений и подавно. Возможно, поэтому её губы сами собой шепчут: — Ляжешь со мной? Он смотрит на неё внимательно, словно прикидывая, что она задумала. Она уже думает, что он не согласится. Но нет. Он ещё пару секунд смотрит на неё и аккуратно ложится рядом с ней. Обнимает её одной рукой, притягивая к своему телу и шепчет: — Спи. И она спит. Ничего не боясь, рядом с самым страшным человеком на Земле.