Одомашнивание Кокичи Омы

      Кокичи чувствовал мягкие поглаживания на своей макушке и сонно потянулся навстречу руке, которая куда-то неожиданно пропала. Он не стал это выяснять, погружаясь обратно в крепкий сон, только ощутив небольшую тяжесть на теле, которую также само проигнорировал. Где-то неподалеку были слышны тихие шаги и звон ключей, которые пропали за легким закрытием двери. Фиолетоволосый улыбался во сне.       Когда же он проснулся, было уже два часа дня. Он обнаружил себя закутанным в плед, который до этого лежал у Шуичи в комнате. Понимая, что те ласки со стороны детектива вовсе не были бредовым сном, он растянулся в мягкой улыбке, прижимаясь к одеялу. Однако, все же решив, что пора уже просыпаться, Ома заметил на кофейном столике перед собой записку, судя по всему, от Сайхары:       «Кокичи, приеду вечером. Я уехал на старую квартиру собрать оставшиеся вещи и взять деньги. Выбери пока фильм, я помню про твое условие. :)»       Аккуратный почерк совсем не сходился с этим глупым смайликом в конце, отчего коротышка хихикнул, перечитав записку. Осталось только понять, что для детектива вечер, если шесть часов для него это обыкновенное утро, а вовсе не ранее, если не позднее. Он надеялся, что Шуичи приедет как можно быстрее, а пока у него есть и свои заботы, в первую очередь которые составляли небольшую уборку. На самом деле, оглянув квартиру, он понял, что и убирать-то особо нечего, разве что пыль протереть да пропылесосить. Решив пока остановиться на этой паре заданий, Кокичи достал пылесос из кладовки, мгновенно включив его.       Квартира, доставшаяся ему от тëти, была довольно неудобной, даже скорее тесной — комнаты были маленькими, излишне длинный узкий коридор, где едва ли помещалось два человека, так ещё и ко всему прочему везде были шкафы и полки, на которых килограммами копилась пыль и толком ничего не хранилось. Но самым страшным для фиолетоволосого было также то, что его место проживания само по себе было достаточно тёмным из-за небольшого количества окон, которые находились лишь с одной стороны, а точнее — в гостиной, кухне и комнате, которую занимал Сайхара. Потому, практически везде были лампы, но даже они толком не помогали справиться с давящими на него тëмными стенами, отчего он достаточно редко убирался — словно бы вот-вот его сдавят эти стены, оставив только мокрый след. Однако, в то же время он каждый раз молчал касательно квартиры, когда ему звонила тëтя, чтобы удостовериться в том, что он в порядке и ещё живой. Кокичи не был уверен, действительно ли она его любила или же просто содержала, потому что не могла поступить иначе, но, пожалуй, он был несказанно ей благодарен за то, что она позволила ему жить в свое удовольствие, выделяя деньги до тех пор, пока он не окончит учёбу и не найдет работу, чтобы самостоятельно жить. Однако, несмотря на все эти разрешения с её стороны, Кокичи не мог жить один и потому уже на протяжении нескольких лет искал себе соседа в квартиру, чтобы не оставаться один на один в душном пространстве, которое ломало его изнутри. И как уже упоминалось ранее — первые его два соседа оказались не очень приятными людьми и он был благодарен тëте вновь за то, что она практически спасла его от этих животных и позволила дальше искать себе соседа в квартиру с одним условием, что он будет наполовину оплачивать счета, ведь «мне одного проглота вполне хватает». Так она всегда говорила ему, вовсе не со злостью или обидой, а как-то по-доброму усмехаясь, хоть фиолетоволосый и знал, что в глубине души у неё есть свои проблемы и она могла бы бросить его на произвол судьбы заместо того, чтобы содержать его, да и ещё в отдельной квартире, выделяя деньги на пропитание и одежду.       Однако, увы, несмотря на то, что Кокичи присылал ей фотографии еды и одежды, зачастую все это было краденным, пока деньги, которые она выдавала ему он копил у себя в комнате в надежде, что однажды, когда он вырастет, на эти сбережения он купит себе большую и просторную квартиру, где ничего не будет ему мешать.       За этими мыслями, которые перешли от мрачных к надежде на светлое будущее, он и не заметил, как уже третий круг водил несчастный старенький пылесос по квартире, все стараясь вычистить ковры, которых уже не спасет даже самая лучшая химчистка. И потому, отключив пылесос, Ома аккуратно донес его обратно в кладовку, после чего набрал тазик с водой, в который залил чистящее средство. Он толком не знал его названия и схватил только по памяти, помня, что «ну в принципе оно нормально справляется с чисткой». Вернувшись в гостиную, он стал медленно протирать полки, уделяя внимание каждому уголку, дабы убедиться в том, что эти полки, быть может, да засияют как новые, если он упорно будет стараться. И пусть впереди было неизмеримое количество этих шкафов, полок, комодов и прочей мебели, которая накапливала пыль, у него было время до прихода Шуичи.       Внезапно вспомнив о Шуичи, он задумался, где же он сейчас и стоит ли ему звонить? Наверняка все же нет, он ведь собирает вещи. Пусть Кокичи и строил из себя самовлюбленного и уверенного в себе лжеца, все же лезть в жизнь человека, которого он едва ли знает, он все же не желал, несмотря на все шутки. Сайхара был ему интересен, он выглядел как тот человек, который будет способен поддержать в трудную минуту, и все же до конца фиолетоволосый не мог ему доверять по понятной причине. Детектив был слугой государства, Ома же находился по другую сторону баррикады и полностью был уверен в том, что если его личность раскроют, Шуичи выкинет его за решётку, ни о чем не думая вовсе, кроме как о славе или работе. И потому, привязываться к мужчине было чрезвычайно опасно и ему требовалось залечь на дно, чтобы убрать все подозрения, пока он не смоется отсюда.       Вот и полки заблестели. Единственная горечь в данном высказывании заключалась в том, что это была только гостиная, а впереди еще множество комнат. Ома тяжело выдохнул и швырнул тряпку в тазик, развалившись на диване и поглядев на часы. Пять часов вечера, прошло три часа с момента, как он проснулся и он уже от всего устал, какая жалость.       Начав думать, чем он мог бы себя занять, коротышка поплелся на кухню, что-то напевая под нос, после чего заглянул в холодильник. И тут же вспомнил, что он еще хотел сделать помимо уборки, а именно — купить продукты. Пока с ним проживает Сайхара, он обязан тратить свои деньги, а не воровать, чтобы не вызывать новые случаи и не подвергать себя опасности. Это несколько удручало, и все же — было единственным выходом из данной ситуации. Убежав в свою комнату, он стал медленно одеваться, попутно слушая какой-то фильм, который шел по телевизору в гостиной. На самом деле Кокичи надеялся, что ему повезет услышать прогноз погоды, однако, к сожалению, он не знал точного времени этой программы, потому быстро посмотрел по телефону. Весна в этом году была довольно холодной, несмотря на то, что на дворе уже был март и, казалось бы, пора температуре так-то теплеть, согревать людей на улицах, но вместо этого лицо продолжал обдувать и раздирать злостный ветер вкупе с вечными дождями, которые лились с моментами на перекур, судя по всему. Однако, разглядев, что на сегодня, вроде как, дождя не обещают, юноша решил не тащить лишний вес в виде зонтика и взял только деньги да пакет, в который сложит продукты.       Выйдя на улицу, он довольно вдохнул свежий воздух. Все же несмотря на прохладу и сырость, было что-то своё, можно сказать «уникальное», в подобной погоде. Ома наслаждался приятным запахом мокрого асфальта и природы, которая окружала его улицу. Его настроение стало чуточку лучше от ощущения этой свободы, хотя казалось бы — на улице бывает он каждый день. Он медленно шел по дороге, которую освещало закатное солнце, огибая различные улочки и закоулки, решив, что на сегодня они недостойны его внимания. В первую очередь он должен был сходить в магазин, чтобы им с детективом было чем питаться, ведь если уж Шуичи и может потерпеть однообразие в рационе, судя по всему, фиолетоволосый же был абсолютно противоположного мнения об этом. Надо же хоть как-то себя развлекать. И потому, весело насвистывая себе мелодию под нос, он достаточно быстро дошел до магазина, как вдруг почувствовал, как ему на нос упала капля дождя. — Да какого черта, дождя ж не будет, как они говорили... — он даже вытянул ладонь, чтобы проверить и увидел очередную каплю дождя. — Ладно, скуплюсь и побегу, не сахарный, не растаю, нишиши!       Пробубнив себе это под нос, он зашел в супермаркет, в голове вспоминая, чего он хотел вовсе. Захватив специальную корзинку для покупок, он прошел в первый отдел. — Та-ак... Сначала хлеб и молоко, лоток яиц... — быстро пройдя по первым полочкам, он сложил продукты в корзинку и прошел дальше к витрине с мясом. — Интересно, как тут люди различают, какое мясо будет наиболее сочным... Глупость какая-то, а то и вовсе чёрная магия! — продолжал он бубнить себе под нос, рассматривая упаковки и в конце концов остановившись на банальных куриных ножках.       Решив, что на ужин он хочет запеченные куриные ножки с картофелем и овощами, Кокичи прошел в сдедующий отдел, рассматривая предложенные варианты. Что вообще кладут к курице? Может взять еще сладкого перца? Лук у него итак был дома, как и морковь вместе с банальщиной в лице незаменимых помидорок и огурцов. Он на пару минут завис там, теряясь в изобилии продуктов и остановился на небольшом пакете с картофелем и упомянутым выше перцем. Что-нибудь да выйдет все равно, он уверен. Помимо этого он как раз вспомнил о том, что дома заканчивалось подсолнечное масло. Вернувшись в первый отдел, он быстро схватил первую попавшуюся бутылочку, до которой смог дотянуться и, уже пройдя к кассе, заметил на своем пути нечто...       Нечто под названием третий отдел, в котором было полно сладостей, от вида которых желудок Омы скрутился от желания. Курочка это все вкусно и полезно, и тем не менее, его ладошки уже загребали конфеты в пакетик, взвешивая те. Он также не обделил вниманием и пару шоколадок, которые схватил с собой. Наконец убежав до кассы, пока в его глаза ещё что-нибудь не врезалось, фиолетоволосый стал выкладывать все на кассу. Ему несказанно повезло ещё и в том плане, что вовсе не было очереди и быть может он еще успеет добежать до дома, пока не начался дождь.       Однако, выйдя из магазина и оказавшись под его козырьком, он почувствовал, как внутри все ухнуло вниз. На улице был настоящий ливень, отчего Кокичи хотел-было закричать от злости на всю улицу, но посчитал, что за это его точно не погладят по головке, потому все же промолчал, думая, что делать. Несмотря на то, что у его куртки был капюшон — он был из такого же тканевого материала, как и вся куртка сама по себе. Она была довольно жесткой и грубой, но все же водой пропитывалась достаточно быстро. И все таки это было лучше, чем ничего, потому убедившись, что хотя бы в карманах ничего не промокнет, он затянул капюшон и как можно быстрее пошел домой, чуть ли не срываясь на бег. Он пару раз чуть не подскользнулся, отчего все же темп пришлось посбавить, чтобы и самому не испачкаться, и вместе с тем продукты не растерять. На улице как-то излишне быстро и внезапно потемнело, вот он заходил в магазин на закате, а вышел и уже совсем темно. Неужто так действуют тучи? Решая не зацикливаться на этом, Ома заприметил уже недалеко свой подъезд, отчего ускорился и как можно скорее добежал до домофона, прикладывая несчастный ключ, чтобы открыть дверь. Он почти-что полетел по лестнице, не смотря себе под ноги и думая лишь поскорее оказаться в теплой клетке, надеясь, что Шуичи уже дома, ну или, по крайней мере, не промок как он, потому что фиолетоволосого можно было выжимать как тряпку. Дрожащими руками вставляя ключ в замочную скважину, он наконец впадает в свою квартиру, громко стуча зубами и поскорее снимая с себя насквозь мокрые вещи. — Х-хер-рня, а н-не ку-урт-тка, с-сука... — дрожащими губами лепетал он, пытаясь согреться в доме. Он даже не заметил висящую на крючке куртку, которая явно была больше его собственной, настолько подросток был отвлечен холодом. Он даже не дотащил пакет с продуктами, только разулся и взял прежний плед, закутавшись в него и пытаясь согреться хоть так. — Кокичи, ты где был?... — голос из-за коридора сейчас едва ли не довел его до белого каления, но вместо вскрика Ома только нахмурился, продолжая тихо стучать зубами от холода. — Ты под ливень попал? — Д-дес-сять оч-чков, Шум-май, в-в ябл-лоч-чко...       К удивлению и грустному замечанию со стороны коротышки, детектив излишне буднично на это отреагировал. В какой-то мере было даже обидно, что сейчас он может тяжело заболеть, а Сайхара просто ушел обратно на кухню, вместо того, чтобы хоть как-то помочь. Кокичи нахмурился ещё больше, злясь не то на себя, что все же не взял зонт, то на мужчину, который исчез где-то в коридорах и, судя по всему, не собирался возвращаться. Тем не менее, он принял и такой исход, только откинувшись на спинку дивана и пытаясь уснуть, ну или хотя бы отогреться, как неожиданно его стали будить обратно. — Шум-май, т-ты мож-жеш-шь уже м-меня ост-тавить в-в пок-кое ум-мир-рать? — Вот горячий чай, попей, может согреешься, я наберу тебе ванну.       Сейчас в глазах Омы детектив вернул себе свою былую святость в его глазах. Практически мгновенно. Он жадно пил чай с лимоном, который взялся неизвестно откуда, так как он уверен, что никакого лимона в его доме в жизни не было. Несмотря на то, что он буквально обжигал себе нёбо и ротовую полость, ему было невероятно приятно хоть немного да отогреться. Не успел он и допить чай, как в проходе снова возникла загадочная кепка с голосом. — Ты идешь? — Ты меня купать собрался? Как это мило с твоей стороны, Шумай! Сейчас я разденусь, постой... — Я имею в виду, что я набрал ванну, я уверен, что ты вполне сам можешь искупаться! — то, как мужчина забавно повысил голос рассмешило Кокичи, который пополз комком в пледе. Однако, не успел он завернуть в ванну, как его теплый плащ мгновенно сдернули.       В ванной действительно было необыкновенно тепло и он был крайне удивлен тому, насколько быстро Шуичи набрал воду. Или это просто он сам долго копошился и на деле прошло достаточно много времени? Ома не знал, да и несильно-то хотел рассуждать об этом, скинув с себя одежду и полностью окунувшись в горячую воду, не сумев сдержать довольного вздоха. Приятно, возможно даже слишком. Практически в считанные мгновения фиолетоволосый расслабился, забыв обо всех обидах и причинах злиться, он полностью отдался во владения воды, откисая в той и совсем не замечая брождение детектива, который то и делал, что сначала разобрал пакет с продуктами, разложив все по местам, ну, по своему мнению, а после забрал грязную одежду из ванной комнаты, пока Кокичи уснул за шторкой, находясь на девятом небе от счастья. После он стал раздумывать над тем, что именно собирался приготовить хозяин квартиры. Решая не тревожить его сейчас, Сайхара нарезал овощи и закинул их на сковородку с маслом, изредка помешивая, чтобы ничего не подгорело. И после он уже добавил небольшие куриные ножки, разложив их по кругу и иногда переворачивая, чтобы они прожарились с каждой стороны. После этого, он добавил немного воды и мгновенно закрыл крышкой, поставив на мелкий огонь и оставив тушиться, пока он решал, что делать с картошкой. Решив просто её почистить и сварить, он поставил кастрюлю с водой на огонь, помимо этого посматривая на часы, не забывая о мясе. Наконец, в его поле зрения объявился «пострадавший», который, судя по всему, стекся в кухню за запахом еды. — Ты хоть оденься для приличия, еда еще не готова. — Нишиши, спасибо моему сладкому и заботливому детективу за то, что унес мою одежду! Разве ты не хотел увидеть меня нагишом? — словно бы случайно, Ома размахивал полотенцем снизу, словно бы готовясь его сорвать, отчего Шуичи закрылся своей кепкой в очередной раз. — Однажды я сожгу эту твою идиотскую кепку, чтобы ты перестал прятать от меня глаза! А пока я соизволю исполнить твоё желание за то, что ты спас меня от смерти! Нишиши!       Не успело пройти и больше десяти минут, как в кухню обратно вернулся коротышка, который мгновенно скользнул на стул и уселся в привычную позу лотоса, наблюдая за действиями детектива, который старался смотреть за едой, но слишком часто отвлекался на фиолетоволосого, который только этого и добивался. — Шума-ай, ну где там еда, ты хоть и горяч, но пожирание тебя взглядом не заполняет мой желудок, но кое-что другое!       Он глубоко выдохнул, выключив все комфорки и став накладывать им по порциям. Разложив тарелки на столу и подав столовые приборы, они вновь молча приступили к еде, пока слух Сайхары не разрезали излишне странные звуки, издаваемые его соседом. — Н-не мог бы ты прекратить?.. — Я всего лишь выражаю своё удовольствие, ты хоть знаешь, как ты вкусно готовишь? Я готов тебе отдать собственную жизнь в обмен на твою готовку на каждый день, Шумай! Признавайся, кто учил? — Ну, я сам... — Ах лгун! Врунишка! Борец за справедливость лжёт! Не может одинокий человек так готовить, ну и ладно, нишиши! На самом деле я пытаюсь тебя возбудить, у меня получается? Я хорошо справляюсь? У тебя ещё не встал? — Кокичи, единственное, что у меня сейчас встанет, так это я сам и из-за стола. — Нишиши!.. Ладно-ладно, это было слишком... Не уходи, пожалуйста, иначе я буду плакать и мёрзнуть! — Тогда ты моешь посуду. — Засранец... Красивый, невероятно горячий, но такой засранец, мистер детектив, откуда Вы такой на мою голову?!       Шуичи проигнорировал его, только недовольно выдохнул. Он быстро доел и положил свою тарелку в раковину, намекая на то, что про мытье посуды он нисколько не шутил. Уйдя в гостиную, он разлегся на диване, щелкая пультом от телевизора в поиске какого-нибудь интересного фильма, который, судя по всему, Ома так и не выбрал.