А что правильно, Дино?

      Я наблюдаю за ангелом исподволь, стараясь делать это неприметно. Мне не хочется как-то беспокоить его после того, как знание о непоправимом поступке его отца разбило ему сердце. Тем мучительнее Дино осознавать, что это напрямую связано со мной и причинило боль мне. Я хочу уйти как его взгляд находит меня, он хочет говорить, я это чувствую, только как начать и с чего, не знает. Рана предательства отца так быстро не затянется. Я подхожу к нему сама, вижу муку в серо-бирюзовых глазах, мне хочется обнять его, развеяв его боль, но вместо этого я лишь мягко спрашиваю:       — Как ты?              Его лицо сводит судорога и он хочет отвернуться от меня, бормоча под нос:       — Никак.              Я беру его за руку и тяну на себя. Его глаза широко и по-детски распахиваются от удивления и он тихо спрашивает:       — Куда ты меня тянешь?       — Пойдем. — многообещающе улыбаюсь я и еще раз тяну его за ладонь: — Доверься мне.              Дино улыбается одним краешком губ, идет следом за мной. Я веду его в одно укромное место, скрытое ото всех глаз, где мне очень нравиться бывать и размышлять в одиночестве, мне захотелось поделиться красотой открывающегося вида с любимым ангелом. Мы садимся на самом краю обрыва и нам открывается звенящая высота.              — Здесь так красиво и… уединенно, — проговаривает ангел умиротворенно, захватывающий вид, кажется, успокоил его, пусть возможно на время.              Он тяжело вздыхает, захватывает ладонью растущую траву, тут же бросая её в обрыв.              — Мне жаль, что с отцом так вышло, — тихо говорю я, как бы боясь спугнуть его или вызвать волну негатива или негодования, затем решаюсь взять его за руку.              Он глядит на мою ладонь, обвившую его, медленно переводит взор на меня и крепче стискивает пальцами мою руку. Чуть поразмыслив, он начинает говорить:       — Мне страшно от того, что сделал Фенцио, — произносит он, а я боюсь вздохнуть, чтобы не прерывать его и дать возможность выговориться, — он — убийца, злодей, приспешник Мальбонте… — он тяжело вздыхает и вновь замолкает, мы не роняем ни слова, он вновь вздыхает и продолжает, — мне бы надо его ненавидеть, но он мой отец и я не могу, это было бы правильно, но я не могу… не могу…              Я перебираюсь на его колени, обнимаю за шею, скольжу руками по мускулистым плечам, упираюсь лбом в его.              — Мы же не роботы, любить и ненавидеть по приказу, — произношу я, стараясь успокоить его, — все твои чувства правильные, потому что переживаешь их ты и только тебе известен мрак твоих потаенных печальных глубин и свет радости души.              Я хочу спуститься с его ног, но мягкие прохладные ладони Дино задерживают меня, чуть сжав талию.              — Но не всем чувствам надо поддаваться, — шепчет он и его горячее дыхание обжигает мне шею.              Его желание будит моё и безудержной лавиной спускается вниз живота.              — А каким стоит поддаваться? — спрашиваю я легко целуя того в не отвечающие губы.       — Это неправильно, — отвечает он мне, но его руки и тело словно говорят об обратном.       Я касаюсь его глаз губами и чуть отстраняюсь, говоря:       — А что правильно, Дино?              Я поддаюсь бедрами вперед и он тут же отвечает мне еще сильнее прижавшись. Мои руки бегут по его плечам, рассыпая по пути на чувствительной коже шеи сотни мурашек, ловко снимая резинку с его волос и надевая себе на запястье. Он удивленно смотрит на меня, а я лукаво улыбаюсь. Ответная улыбка — чуть приподнятые краешки губ.              Еще мгновение и он притягивает меня к себе крепче, врываясь ураганом в губы. Оторвавшись, мы смотрим друг на друга и улыбаясь, тяжело дышим. Ангел требовательно сжимает мою талию и вновь глубокий поцелуй, заглушающий всю боль и горечь потерь. Мы находим в друг друге утешение и всегда будем.              Его прохладная ладонь скользит по моим плечам чуть сжимая их и вниз увлекая за собой тонкий материал платья, обнажая грудь, которая под лаской его пальцев расцветает.              — Правильно? — шепнула я и его глаза загорелись как самые яркие звезды.              Вместо ответа его губы вновь захватывают мои, только теперь требовательнее и настойчивее, я запускаю свои ладони в его волосы.              — Вики, — хрипит парень и прохладные ладони сжимают мои ягодицы, медленно поднимая край платья, продвигаясь по бедрам вверх, оголяя мои ноги, оглаживая внутреннюю сторону бедра.              Я вскрикиваю когда его пальцы скользят по чувствительному месту, чуть отодвигая край намокших трусиков. Я сильнее цепляюсь за его плечи, ощущая горячее дыхание на своей шее, инстинктивно бедрами сжимая его, слыша, как его дыхание становится неспокойным, чувствуя его острое желание.       Он переворачивает меня и мы падаем навзничь, трава касается моих обнаженных бедер, а он нависает сверху: его волосы щекочут и без того острые как стекло соски. Ладонь касается моей груди, чуть сжимая её, пропуская соски между пальцев, чуть подрагивая — по животу и вниз. Я тянусь к его губам и снова растворяюсь в поцелуе, смыкающем наши губы.Раскинутая перед нами высота и вечность словно бы запечатлевает нас.              — Чёрт, — ругаюсь я и тут же прикусываю язык, услышав его тихий смех, пытаясь разобраться как же снять его одежду, запутавшись.              Он качнулся помогая с курткой, я в нетерпении притягиваю его к себе, падая в поцелуй, глубокий, сплетающий языки, словно бы наши судьбы, навсегда. Снова перекрестие взглядов, улыбка и моё нетерпение. Ладони скользят по его спине вниз, опуская линию брюк ниже.              — Нетерпеливая… — шепчет он и приподнимает меня за бедра, медленно входя в меня до дрожи и резкого прогиба в пояснице.              Поцелуи по шее вниз, к груди, влажные губы, вбирающие крупные розовые жемчужины сосков, острота ощущений от легких укусов, и я выгибаюсь ему навстречу, подставляясь под жадные поцелуи, чуть сжимая своими бедрами его. Он движется мне навстречу, сильнее распаляясь, его губы ищут мои и получая, выпивают всё дыхание. Он хрипло дышит, его ладони бегут по моим бедрам, сжимая их, сильнее притягивая к себе.              — Ещё… — шепчу я и слышу его стон, неторопливое движение и укус в плечо, я выдыхаю. — Да…              Сокрушающий поцелуй, укол в самое сердце, нежность, растворившаяся в страсти, пряный запах трав, высота под нами, всё это вместе кружит голову еще сильнее. Он поддается раскрываясь, дыхание пунктирное, уже не сдерживается, мы вторим друг другу стонами, вжимаясь в друг друга. Извечная борьба мужчины и женщины, начавшаяся давно и не думающая прекращаться. Влажные тела, любящие друг друга посреди разрухи и войны, как вечная песнь жизни, как знак того, что любовь сильнее ужаса.              Поцелуй кажется бесконечным, движения, дарящие обоим удовольствие, спутавшиеся волосы пшеничного цвета…              — Люблю тебя, — мягкая улыбка и свет глаз в которых нашла все, что искала когда-то на земле, но тщетно, найдя там, где и не ожидала.       — Люблю, люблю, люблю, — вторю, горяча шепча, чувствуя, как кровь закипает в венах и разрядка мчит меня так, что я теряю чувство времени и пространства, взрываясь изнутри, сотрясаясь, бешено хватая губами воздух.              Его руки, всегда дарящие нежность, обхватывают меня сильнее, удары бедер становятся всё не воздержаннее, на последнем задерживается во мне, трепеща и пульсируя, скользя горячим дыханием по шее, даря негу.              — Правильно… — хриплый шепот в ухо, перекат успокаивающихся тел и наш тихий смех как торжество над обстоятельствами.