Чужая волшебница

— Что вы сделали потом? — прозвучал серьезный мужской голос. — Добавил толченого лунного камня, помешал… — Сколько раз? — Три, как сказано в учебнике. — Дальше? — Добавили аконит. — Аконит замачивали? — Да, наверное, — сомневался хозяин второго голоса. — Аконитом занималась Софи.       Сколько времени прошло, пока вопросы обеспокоенного зельевара не начали иссякать, — неизвестно. Однако, наконец, тот громко выдохнул, сказав: — Свободны.       Сквозь плотный туман, который бессовестно поглощал почти все звуки, окружающие неподвижное тело девушки, послышались чьи-то торопливые удаляющиеся шаги. Когда стало совсем тихо, кто-то приблизился к койке и присел подле неё, чтобы быть на одном уровне с ученицей. — Глупая… — сказали совсем рядом с ней. — Наивная… Чужая…       Звонкий шум отражался на стенках оглушенного сознания волшебницы и превращался в пробуждающее эхо. По всей натуре стремительно прошел закручивающийся комок энергии и, подступив к самому горлу, вывел её из омута беспамятства. Софи резко дернулась, широко распахнув ресницы и судорожно глотая воздух, будто его в любое время могли отобрать. Слева от себя она заметила Северуса, который подскочил в одно мгновение с тем, как та опомнилась.       Слизеринка быстрым взглядом оценила обстановку. Она явно находилась в больничном крыле, а точнее в самой большой его комнате, выполнявшей роль лазарета. Помещение пустовало, все кровати были аккуратно заправлены, не желая встречать нового владельца. Извне не слышались говоры толп студентов, что было связано либо с хорошей звукоизоляцией, либо с окончанием лекций, ведь из окна уже не сочился дневной свет, а наоборот, на смену ему виднелась медленно восходящая из-за горизонта луна, таинственно освещающая хмурое лицо профессора. — Мисс Тайфер, что Вы видите? — первым делом спросил мужчина.       Окончательно отдышавшись и выдержав паузу, та ответила: — Вас. — Кто я?       «Храбрейший человек, которого считали трусом. Человек, проживший жизнь ради любви и отдавший её за любовь, которого считали бессердечным. Герой, которого считали предателем. Ты сам не знаешь, кто ты. Почему спрашиваешь об этом меня?» — одна за другой проносились мысли в голове у Софи. — Профессор Снейп. — Уже лучше, — собрав руки за спиной, он сделал несколько шагов, отдалившись от девушки. — Поверьте, я бы не хотел тревожить Вас после такого состояния, однако важно выяснить причину, по которой Вы к нему пришли. Поттер и Уизли уже рассказали, наверняка, всё, что знали о том, как протекал процесс приготовления бальзама. Теперь я задам пару вопросов Вам, — сказал он, будто спрашивая разрешения.       Новенькая, настроившись на допрос, мягко кивнула. — На Ваших плечах были подготовка аконита и мака, это правда? — начал Северус. — Да. — Что Вы с ними делали? — Я почти не помню… — безнадежно возразила та. — Пожалуйста, спросите поконкретнее. — Хорошо… — согласился тот. — Сколько цветков мака вы растерли? — Четыре, — почти без колебаний ответила ученица, — вроде, четыре… — Никаких «вроде» быть не должно, мисс, — профессор возмущенно приблизился к ней, повысив тон. — Далее, сколько минут замачивался аконит в медовой воде? — Нисколько, — уверенно произнесла та, — зачем его замачивать? — Учебники совсем для идиотов, по-Вашему, написаны? — почти на крик перешёл зельевар. — Я еще думал, что Вы хоть на что-то годитесь, а Вы, кроме пары вызубренных вопросов для первого курса, ни на что не способны! Я разочарован… — Так какие ко мне вопросы, если Вы сами лично перечеркнули этот пункт в учебнике?! — сорвалась девушка. — О каком учебнике идёт речь? — насторожился мужчина. — О Вашем! — выкрикнула слизеринка. — Об учебнике Принца-полукровки!       Глаза Северуса вдруг округлились, а затем нервно сузились. Он обвёл взглядом лазарет и угрожающе наклонился к Софи. — Вы слишком. Много. Знаете. Мисс Тайфер, — сквозь зубы прошипел он. — И, поверьте, с Вами это сыграет очень злую шутку. — Зачем Вы зачеркнули ту строку, если её пропуск горазд такими побочными эффектами? — поинтересовалась студентка. — Не суйте свой любопытный нос туда, куда не следует. — Этот учебник находится в открытом доступе в кабинете зельеварения! — возмущалась та. — На моём месте мог оказаться любой! И, кто знает, может, для кого-то на моём месте это был бы вовсе последний урок. — В таком случае, книгу больше никто не увидит, — заключил профессор. — Никогда.       «Я только что опять изменила ход истории? Учебник Принца-полукровки должен был достаться Гарри в следующем году. Боже, что я творю… Хотя, возможно, я сейчас спасла Малфоя от истекания кровью. Ладно, разберемся…»       Рассерженный словами слизеринки, Северус вдруг направился к двери, даже ничего не сказав напоследок. Но стоило ему подойти к ней, как на входе появился сам директор Хогвартса. — Добрый вечер, — многозначительно сказал тот, увидев проснувшуюся девушку на одной из коек. Он, не торопясь, стал приближаться к ней.       Тайфер напряглась. Если на пороге появился Дамблдор, то речь точно не пойдет о погоде. За седоволосым мужчиной неспешно следовал Снейп, чья суровость также не предвещала ничего положительного. Директор приметил стул неподалеку и переставил его совсем близко к кровати студентки. — Софи, — спокойно начал он, — как ты себя чувствуешь? — та в ответ лишь закивала. — Прекрасно… Что последнее ты помнишь?       В памяти всплывали события последнего для девушки в тот день урока. Вопросы по предмету, начисление и снятие баллов, уход Полумны, разделение на группы, приготовление зелья, перерыв, тестирование зелья…       «Точно, я его выпила… Придурошная… Потом я… Потом я села за парту и… Боже, я не помню!» — Как я села за парту после того, как… выпила умиротворяющий бальзам, — смущенно проговорила волшебница. — Бальзам, который был неправильно приготовлен! — вмешался Северус. — Директор, она самонадеянно рассчитывала, что зелье окажется удачным! — В этом есть и твоя вина, Северус, — упрекнул его Альбус. Софи едва укоризненно посмотрела на зельевара. Тот озадаченно подавил в себе подступающий громкий вздох, от чего дыхание стало неровным. Их взгляды встретились. Они оба понимали, что старик был прав. — Что было потом? — обратился он к девушке. — Почему Вы… — сказала вслух та, а затем ненадолго погрузилась в раздумья.       «Я не помню, что было потом, хоть убейте… Но почему Дамблдор выглядит так, будто уже знает ответ, и хочет, чтобы я сама ему рассказала? Иначе зачем самому директору приходить к новенькой и спрашивать такое? Для того чтобы беспокоиться о здоровье учеников, есть мадам Помфри. Нужно выяснить, что такого важного произошло, ради чего он пришел в такой час. Но если это что-то действительно значимое, думаю, они будут только рады, если я и вправду всё забыла. Хватит. Настал мой черед задавать вопросы» — При всём уважении, сэр, — произнесла слизеринка, — я считаю Ваши вопросы бессмысленными, раз Вам уже обо всём известно…       Мужчины переглянулись. Северус подозрительно прищурился. — Вы правы, мисс… — признался Дамблдор. — В другом случае, мне здесь нечего было бы делать.       «Как я и думала…» — Я не собираюсь устраивать допросы, так как я доверяю Вам, мисс Тайфер, — настраивался волшебник, — но то, о чём Вы кричали прямо во время урока… или, вернее, о ком Вы кричали, очень опасно. Представьте, какого слышать то, о чём большинство либо не знает, либо боится говорить, от той, что лишь сутки проживает в нашем мире, — говорил он, — о котором прежде, конечно, ничего не знала, — с уловимой издевкой подметил Альбус.       «Тот, о ком либо не знают, либо боятся…» — Воландеморт… — проронила Софи. — Этим именем просто так не бросаются, — упрекнул её директор. — Особенно маленькие девочки из иных Вселенных, которые, как уже упомянул профессор Дамблдор, и дня не проучились в Хогвартсе, — добавил Снейп. Студентка сурово взглянула на него. — Я была в бреду, я не осознавала, что говорю, — оправдывалась та. — Но разве возможно даже в таком состоянии говорить о том, кого совершенно не знаешь? — повысив тон, сказал старик. — Откуда тебе известно о Воландеморте? — Да ниоткуда! Не знаю я о нём! — возмущалась девушка. — Не лги хотя бы сама себе, Софи! — Профессор, — прервал нарастающий конфликт Северус, — могу предположить, что её изворотливые уши, того не осознав, уловили где-то в коридорах школы слухи о «Сами-Знаете-Ком». Сейчас среди учеников довольно неспокойно. Повсюду лживые сплетни. — Вот именно! — поддержала догадку зельевара слизеринка. — Почему сразу «не лги»?!       Уставший директор обессиленно выдохнул и через несколько секунд раздумий вновь заговорил: — За тобой нужен глаз да глаз… — глядя в пол, обратился он к новенькой. — Северус, отныне безопасность мисс Тайфер вместе с её проблемами и проделками будет под твоей ответственностью. — ЧТО?! — вскрикнула волшебница. — Профессор Дамблдор, я… — замялся бедный мужчина. — Я полагаю, этот вопрос ещё подлежит рассмотрению, и мы обсудим его при других… обстоятельствах. — Обсудим, коллега, — закивал Альбус. — Но я убеждён, что так будет лучше, — он посмотрел на Софи, — и спокойнее…       Он медленно стал подниматься со скрипящего стула. Северус мгновенно приблизился к нему и помог окончательно встать на ноги. — Софи, будь осторожна… и не столь болтлива, прошу, — вдруг сказал директор перед тем, как удалиться. — Постараюсь, сэр.       Снейп проводил старика взглядом и, когда дверь, наконец, закрылась, он подошел ближе к девушке и грозно заверил: — Я не собираюсь покрывать Вас и заметать следы ваших выходок, мисс Тайфер. — Не напрягайтесь, я сама разберусь, — съязвила та.       Тот на мгновение замер, желая поставить студентку на место, но, видимо, её дерзость стала уже чем-то привычным. — Как декан Вашего факультета, я отстраняю Вас от занятий на один день, — заключил Северус. — Или два… — За что?! — возмутилась Софи. — По Вашему состоянию здоровья, очевидно, — с издёвкой объяснил он и направился к выходу. — Профессор Снейп, не надо! Пожалуйста! — ринувшись вслед за мужчиной, умоляла та. — Я не могу быть уверенной в том, как долго я еще буду в Хогвартсе, поэтому я хочу как можно более интересно провести это время! А не лёжа на койке! — То, как долго Вы будете в Хогвартсе, зависит только от Вашего поведения, мисс. — Да я не об этом! — крикнула та, и дверь плотно захлопнулась прямо перед её носом. — СЕВЕРУС!       Слизеринка несильно пнула дверь, но достаточно, для того чтобы та загудела на всё помещение. Она рассерженно вернулась на свою койку, где почувствовала себя очень одинокой.       «Почему я должна коротать своё время в какой-то больнице?! Я не для того, чтобы лежать на подушках, сменила реальность! Я и в своей могу належаться! Нет… Это всё мой сон, делаю, что хочу! Сбегу отсюда! Не знаю пока, как, но я сделаю это! Но поспать тоже охота. Утомили меня своими допросами. Ах, как тяжела и неказиста жизнь студента…»