Прощальный поцелуй

***

— Куда ты собрался, Ода? — Дазай стоял возле дверного проема, смотря в глаза друга. На улице был вечер. Солнце только начало садится. В окно постукивали капли дождя, создавая мелодию напряжения. Одасаку сидел на стуле в коридоре, одевая свои ноги в обувь. — Это не твое дело, Осаму, — Сакуноске перевел свой взгляд назад на обувь, продолжая обуваться. Дазай злился до скрежета в зубах. Но больше было обидно. Обидно, так как Ода игнорирует его уже третий день. Каждый раз, когда Сакуноске встречался с Осаму взглядом, он пытался как можно быстрее уйти. — Ты не ответил на мой вопрос, — Дазай смотрел на своего собеседника своим одним глазом, который не был скрыт за бинтами. Дождь все также шел, все так же создавая депрессивную атмосферу. Лампочка сверху иногда мигала. Давно уже пора заменить источники света в здании мафии, но никто этого, к сожалению, не делал. Сакуноске продолжал смотреть на своего друга своими зелеными глазами, создавая напряженную ситуацию. Он продолжил обуваться и, когда закончил, встал со стула. Он подошел к вешалке и собрался достать оттуда пальто, как тут же опять услышал раздраженный голос. — Одасаку, — твердо промолвил Дазай. Редко он называл Сакуноске по полному имени. — Я тебе ничем не обязан, — Одасаку прошел мимо Осаму, подходя к двери, которая вела на задний двор. Дазай смотрел на пол, прислушиваясь к каплям дождя за окном. Сегодня такой сильный ливень. — Ты можешь говорить так с Мори, который просит тебя убить кого-то, — начал Дазай, из-за чего, Ода остановился. — Ты можешь так разговаривать даже с Анго, и черт с ним. Но я тебе не позволю разговаривать так со мной, Одасаку! Осаму подошел к Оде и потянул его за край плаща. Сакуноске громко и раздраженно вздохнул. Он повернулся к собеседнику, чтобы ответить. Но тут, он увидел слезы в уголке одного глаза Дазая. Одасаку продолжил смотреть на Осаму где-то минуту, прожигая его взглядом. И вдруг, Дазай потянулся к его лицу и поцеловал его. Сакуноске сразу же ответил на поцелуй, положив ему одну из рук на спину Осаму. Дазай положил свои руки на плечи своего «друга». Когда воздуха начинает не хватать, Осаму отстраняется, но, почти сразу, Ода, взяв Дазая за подбородок, опять целует его, но более напористее. Одасаку протолкнул свой язык внутрь, проводя ним по нёбу, зубам, нижней ротовой полости. Дазай постанывает в рот Сакуноске. Он не соображает, что сейчас происходит, и он не знает почему. То ли от того, что ему сейчас не хватает воздуха. То ли от этого приятного, теплого чувства, которое настолько сильно возбуждает. Осаму даже не понял, как они оказались на диване, который стоял в его собственном кабинете. Там было темновато, так как никто не включил свет перед тем, как зайти сюда. Плевать. Одежда была отброшена в сторону. Бинты, которые были на голове Дазая тоже были сняты. Медленные поглаживание, немного грубой руки, по шее, груди, животу, бедру. Если бы только Осаму мог бы все до конца помнить. Он, наверное, даже не помнит половину от тех событий тем вечером. Он помнить звуки дождя, помнит громкие стоны, которые, скорее всего, доносились с его же уст. Помнит приятные ощущения, которые приносил ему его «друг». Пальцы, которые сейчас находились внутри Дазая, начали двигаться. Осаму издал громкий стон, зажмурив глаза. Был ли когда-то у Дазая секс с мужчиной? Нет. Никогда. Был ли когда-то у него секс с лучшим другом? Тот же ответ. Сожалеет ли он о чем-то? Почти нет… Опять воспоминания стерты. Он даже не помнит, как член Сакуноске, оказался внутри него. Не помнит, как тот начал делать толчки внутрь Осаму. Помнит только то, что по его собственным щекам катились слезы. Нет, Дазаю не было больно из-за того, что в нем сейчас двигаются. Ему было больно от того, как грубо ответил ему Одасаку ранее, в отличии от того, как нежно он дарит заботу телу Осаму сейчас. Увидев слезы «друга», Сакуноске начал целовать шею, скулы, лоб, подбородок парня, шепча что-то. Осаму не услышал ни единого слова. Скорее всего, он шепчет свое обычное «Все в порядке» или «Все хорошо». Без разницы. Абсолютно. Дождь почти прекратился, из-за чего стоны можно было легче услышать даже на нижнем этаже мафии. С протяжным стоном, Дазай кончил себе на грудь. Спустя время, это сделал и Сакуноске. Осаму, отдышавшись, начал медленно вырубаться. Некоторое время, Одасаку продолжал смотреть в лицо «друга».

***

Дазай медленно открыл глаза. Он был укрыт каким-то плащом. Перед собой он увидел белоснежный потолок. Посмотрев в окно, в дальнем углу комнаты, он увидел, что уже был день. Осаму закрыл глаза, пытаясь вспомнить, почему он заснул в своем же офисе. Вспомнив некоторые детали, он распахнул глаза и резко поднялся с дивана. Спина немного болела. Догадки подтвердились. Как оказалось, он был укрыт плащом Одасаку. Почему-то, Дазай был одет в свою одежду. Неужели Ода решил одеть своего «друга» перед тем, как куда-то уйти. Стоп. Он ушел?.. Парень начал оглядывать комнату. За окном светило солнце. Дождь совсем прекратился. В кабинете было настолько тихо, что даже шорох дивана, с которого только что попытался встать Дазай, казался очень громким. Осаму не смог встать из-за тяжести в спине. Почему-то парня смущало это. Неужели они настолько перестарались? Парень закрыл свое лицо обеими руками. К сожалению, Дазай не обнаружил в комнате Одасаку.

***

После того, как Сакуноске одел Осаму и сам оделся, он хотел уже выйти из кабинета. Но, напоследок, он еще раз взглянул в лицо Дазая. Насколько же красивое у него лицо. Каштановые волосы были запутаны, в прочем, как и всегда. Уголки глаз были красными от слез. Одасаку опять подошел к парню, который сейчас лежал на диване, и присел на стул, который стоял рядом. Сакуноске прекрасно понимал, на сколько же Осаму не нравится, когда его игнорируют. Но Одасаку не мог с этим ничего поделать. Это нужно только ради его же блага. Перед тем, как уйти, Сакуноске поцеловал Дазая в лоб.