Bad baby

Дистанционное обучение это конечно интересно: сидишь дома, смотришь фильмы, играешь в игры — красота. Выключил камеру и делай все, что душе угодно. Только вот незадача: что делать, если ты все-таки напортачил и учительнице уже не составляет труда позвонить твоему альфе и рассказать какой плохой у него омега. А что остается делать папочке, кроме как выслушивать жалобы и придумывать наказание для своего малыша?

***

По какой то причине Хосоку вдруг начала трезвонить учительница его Мина. На вопросы Чона, по типу: «что случилось?» — Юнги не мог ответить и выдавал только лишь: «я не знаю, папочка». И вот, сидя в своем любимом, большом, кожаном кресле, потягивая белое вино, он дистанционно общался со штатом своей компании, как вдруг ему в очередной раз начала звонить госпожа Пак — учительница омеги. Теперь Хосок вообще не понимал, что ей нужно — как раз время ее урока, а младший сидит в своей комнате и точно не собирается спускаться. Что натворил этот маленький негодник? Дзинь-дзинь У Хосока было предчувсвие чего-то плохого, когда он нажимал на кнопку «принять вызов». — Добрый день, господин Чон, я классная руководительница Мин Юнги — Пак Джисон. — Здравствуйте, простите, что так долго не отвечал на ваши звонки. Сами понимаете — работа в офисе, не мог прерваться, — лжёт он. Его компания только недавно с успехом сдала важный проект, поэтому никаких особых дел сейчас быть не могло. Хосоку просто не хотелось выслушивать жалобы в сторону своего котика. — Я прекрасно понимаю, поэтому обещаю, что отниму совсем чуть-чуть вашего драгоценного времени. Перейдем к сути — так как вы являетесь альфой Юнги, я просто обязана поговорить с вами о его поведении. « Что уже успел натворить этот чертёнок? Не уж то течка скоро начнётся и ему контролировать себя сложно? Тогда почему он мне об этом не сказал?» — удивленно подумал Хосок — Как вы знаете, мы сейчас находимся на дистанционном обучение. Я понимаю, что это сложный период, поэтому закрываю глаза на некоторые случаи, но ваш омега перешёл уже все границы. — Что случилось? Юнги же всегда хорошо учился и вы никогда не жаловались на него. В некотором роде он был вашим любимчиком, — нахмурился Чон. — Ну это грубо сказано… Но да, в школе он был примерным учеником, даже моей гордостью, а сейчас в него как будто бес вселился, — госпожа Пак сняла очки и начала нервно протирать стёкла. » Ну что, чертенок, готовь свою попку, папочка уже начинает злиться» — думал раздраженный такими новостями Хосок. — Ну начну с более легкого, скажем так. Он вёл себя крайне вызывающе и некультурно. У нас был урок, на котором нужно было включить камеры и рассказать пройденный материал. Так вот — Юнги пол урока оценивающе и презрительно смотрел на класс, а потом во всеуслышание заявил, что на меня страшно смотреть и что мне нужен альфа, чтобы, как он выразился: «выебал вас, ибо вы ужасно выглядите». «Господи, малыш ты попал прямо в точку. Но нельзя же высказывать такое этой старой кочерге. Она тебе еще должна аттестат вручать. За это тебя надо будет отшлёпать, плохой мальчик» — уже с усмешкой подумал Чон. — Простите, я обязательно поговорю с ним об этом, но поверьте, мой омега не это имел ввиду, — давя в себе улыбку, ответил альфа. — Во вторых, у нас было задание — кроссворд. Каждый из учеников писал начало слова, а потом мы вместе подбирали концовку. Когда пришло время Юнги, он написал «ху». Когда мы с классом решили, что это — математические переменные, он сказал, что мы все идиоты и это был, простите конечно, «хуй». «Боже, малыш, с каждым разом я всё больше убеждаюсь в том, что твой характер создали верховные демоны ада, но нельзя же это демонстрировать в школе. Придется ввести в тебя те бусы, которые тогда тебе так не понравились. Будешь знать, где можно показывать своё Я, а где не стОит» — откровенно веселясь, размышлял Хосок. — О господи! Простите его. Я поговорю с ним и об этом тоже. Он больше не посмеет такое вытворять. — Я уверенна в этом, господин Чон, но, увы, это ещё не всё. Я ума не приложу — что случилось с тем милым и послушным мальчиком, которого я видела в школе. «Послушным. Это не тебе решать когда он был и будет послушным. Как же она бесит» — думал Чон, начиная злиться. — В третьих, у нас была контрольная работа, в которой требовалось написать свое мнение о поступке главной героини, но Юнги в место этого подробно описал процесс петтинга! «Малыш хочет петтинг? Мог бы и сказать. Ну хорошо, папочка даст тебе то, что ты хочешь.» — Я поговорю с ним. — скучающим тоном произнес Хосок. «Хороший мой, мог бы намекнуть. Я из тебя душу бы вытрахал. Вставил бы по первое число». — Конечно, я понимаю, но есть ещё одно, то, из-за чего я вас тревожу. Он… Я не знаю как вам это сказать — у нас были включены камеры, похоже Юнги стало скучно, и он начал — я очень на это надеюсь — изображать — господи прости — как он ласкает свое тело. Он убрав руку по стол, делал ей поступательные движения и — я хочу в это верить — изображал стоны. » Малыш, чёрт побери, ты дрочил на камеру! Мне придется всерьез заняться твоим воспитанием. Эту течку ты долго не забудешь.» — злорадно подумал Хосок. — Я накажу его за такое безобразие. — пообещал альфа. Закончив разговор на такой пикантной ноте и закрыв ноутбук, Чон решил, что эта женщина определённо умеет ебать мозги. Поднимаясь к Юнги, альфа никак не ожидал увидеть, что этот чертёнок, как ни в чем не бывало будет лежать на кровати в одной Хосоковой футболке и играть в видеоигры. -Как же сексуально он выглядит в моей одежде, — подумал Чон — Чтож, возможно характер у него прямиком из преисподнии… Но зато этот адский котёнок полностью мой. — Малыш, готовься, папочка очень зол.