just a game (tell me we're more)

***

Оглядываясь назад, Енджун не уверен, чего он ожидал, когда ему вычитают пять баллов за то, что он прошел по коридору мимо комнаты требований за 5 минут до комендантского часа. Особенно когда был вечер четверга, а это означало, что патрулировал не кто иной, как префект Гриффиндора Чхве Бомгю. А Чхве Бомгю — это, за неимением лучших слов, Зло. По крайней мере, так думает Енджун, потому что нет никакого разумного объяснения чистой ненависти Бомгю к нему. Он всемогущ и сердцеед, что в нем может не нравиться? — Я возвращался, — возражает Енджун, и Бомгю поднимает бровь, как бы говоря: «попробуй меня переубедить». Енджун хочет, он действительно хочет, но таким образом, где движения губ предназначены для других вещей, а не для споров. — Ты бы не добрался до подземелий вовремя, — отвечает Бомгю, резко оборачиваясь. То, как его мантия драматично кружится вместе с ним, не может не раздражать. А ещё он симпатичный. Да, даже после того, как он был назначен боксерской грушей для Бомгю в течение года (с тех пор, как Бомгю был избран префектом на своем 5-м курсе), Енджун все еще был очарован горячим мальчишкой. Он не эмоциональный мазохист или что-то в этом роде, честно, это просто всё… сложно. Очень, очень, очень сложно. — Ты не можешь этого знать, — возражает Енджун, делая два длинных шага вперед и обрывая Бомгю на полпути. Спасибо Мерлину за его уродливо длинные ноги. — Я обгоню тебя там. — И я приму это предложение, потому что? — спрашивает Бомгю, ничуть не удивившись. Его руки сложены на груди, а на лбу застыла хмурая гримаса. То, как он щурится, заставляет его сморщить нос и… ну? Кто бы не нашел это прелестным? — Ты боишься, что проиграешь мне? — Енджун не унимался, точно зная, за какие нитки стоит тянуть. Он прошел свой раздражающий класс Бомгю 101 с блестящими результатами, так что все это для него ерунда. Лицо Бомгю меняется, как это обычно бывает, когда он обдумывает нарушить правило только для того, чтобы поставить Енджуна на «место». Это смешно. Учитывая, как усердно (он притворяется) он относится к своей работе. Но Енджун его знает. (годы украденных взглядов и беспомощной тоски действительно помогают вам многое узнать о человеке.) Он знает, что Бомгю мог бы меньше заботиться о каком-то хлипком кодексе чести, особенно с тем, как он отпускает всех с крючка за нелепые вещи, но всегда изо всех сил старается бросить Енджуна в тюрьму. Черт возьми, однажды Бомгю поймал Кая (которого Енджун называет " мини-я!") в ванной префектов и отпустил его, ущипнув за щеку и сказав: «ты милый». Затем он повернулся к Енджуну, который пытался убедить Кая не делать «действительно плохую вещь», и отобрал пять очков у Слизерина, потому что Енджун «не следил за своими младшими классами должным образом». — Я не знаю, о чем ты думаешь, Чхве, но я не собираюсь становиться пограничным преступником, как ты, — шипит Бомгю, вставая немного прямее, как будто создавая впечатление, что он больше, сильнее и более устрашающе. Енджуну, который все еще на несколько дюймов выше его, пришлось прикусить язык, чтобы не завизжать. — Ах, – нижняя губа Енджуна надувается, он наклоняется вниз, пока его лицо не оказывается всего в нескольких сантиметрах от лица Бомгю, естественно, тот откидывает голову назад и гримасничает, но Енджун не обращает на это внимание. — Разве гриффиндорцы не должны быть храбрыми? Чего ты боишься, куколка? На лбу Бомгю появляется хмурое выражение, и его глаза сужаются в смертельные щелочки, которые заставят любого бежать от него. Кого угодно, только не его, потому что Енджун уже очень много раз был удостоен чести получить смертельный взгляд от Бомгю, чтобы бояться его. Впрочем, не будет удивительно, если в конце концов он попадет в заголовки школьных газет как «непредвиденная, таинственная смерть». — Это не сработает, — на этот раз голос Бомгю дрожит, и Енджун знает, что он на грани того, чтобы сломать защиту младшего. — Давай, — настаивает старший, придвигаясь ближе и сдерживая смешок, когда Бомгю вздрагивает от близости. — Если ты выиграешь, я позволю тебе сделать мне два замечания вместо одного. — Я могу сделать это в любом случае, — возражает Бомгю, но то, как он колеблется, говорит Енджуну, что он почти убежден. Комендантский час уже миновал, если они и дальше будут слоняться без дела, то оба попадут в беду. — Нет, не можешь, — Енджун не совсем понимает, почему Бомгю прижимается к стене, но ничего не говорит. Его рука тянется вверх, приземляясь на кафельную стену справа от головы Бомгю, заключая префекта в своеобразную клетку. — Если они узнают, что ты злоупотребляешь своей властью, тебя лишат должности. Кроме того, — Енджун делает паузу, осмеливаясь потереться лбом о лоб Бомгю, который крепко зажмуривается. — Ты проверил время? Ты тоже можешь попасть под арест. Руки Бомгю поднимаются вверх, хватаясь за подол рубашки Енджуна. — Пять очков, — ворчит он, и старший закатывает глаза, зная, что его наказывают за то, что он не соблюдает дресс-код. Было слишком жарко, чтобы заправлять рубашку в брюки, и он уже спорил об этом с Бомгю. С Бомгю, который отказывается держать две верхние пуговицы застёгнутыми и ведёт себя как явный лицемер. — Ты не отвечаешь мне, — усмехается Енджун и смотрит, как грудь Бомгю вздымается от прерывистого дыхания. — Если только, — продолжает Енджун с кривой усмешкой, появляющейся на его лице. Теперь он держит Бомгю в своей «власти». — Ты хочешь закончить в тюрьме? Со мной? Не знал, что я тебе так нравлюсь, медвежонок. — Заткнись, — с сильным толчком Бомгю ставит их на расстояние вытянутой руки. Енджун позволяет ему, прекрасно зная, что он получил то, что хотел. — Приготовься проиграть. Целеустремлённый дух, который горит в Бомгю, проявляется в том, как его глаза мерцают в лунном свете. Енджун пытается убедиться, что он не смотрит слишком долго. — Эй, эй. — Он смеется, наблюдая, как невысокий студент принимает боевую позу. — Ты даже не слышал, что будет, если я выиграю. Так сильно хочешь выиграть? — Не имеет значения, — небрежно отвечает Бомгю, бросая на Енджуна короткий взгляд. — Ты не выиграешь. Раздается громкий смех Енджуна, когда он протягивает руки и занимает свое место рядом с Бомгю. — Давай, я дам тебе пять секунд форы, — предлагает Енджун с ухмылкой. Он почти ожидал, что Бомгю развернется и ударит его коленом в живот, как он сделал это однажды, когда Енджун использовал его в качестве подлокотника. — Ты уверен, что это не тебе нужно? — Бомгю фырчит в ответ, закатывая глаза, и убеждается, что Енджун видит его раздражение. — Не хотелось бы, чтобы твои скрипучие кости сломались, дедушка. — Охо, хорошо сказано, — Енджун делает комплимент, но не без того, чтобы добавить: — не думал даже, что ты так заботишься обо мне. Я знал, что нравлюсь тебе. — Сосредоточься на гонке, Енджун-щи — отвечает Бомгю без особых колебаний, нисколько не потакая ему. Это немного больно, но улыбка старшего не дрогнула. Ладно, может быть, он был немного эмоциональным мазохистом. — Ты даже не отрицаешь этого, — щебечет Енджун. Бомгю не даёт ему ответа, полностью игнорируя последний комментарий и начиная обратный отсчёт с пяти, но Енджун вовсе не возражает. Он доволен, потому что знает, что уже победил. И это правда, потому что Бомгю почти никогда не терпит кокетливых ухаживаний Енджуна. Енджун не совсем уверен, должен ли он чувствовать гордость или унижение, поэтому он чувствует и то, и другое. Как например, когда он говорит неправильный ответ в классе, и профессор Ким говорит, что он впечатлен, потому что никому еще не удавалось быть настолько уверенным в своей собственной тупости. — Марш! А, черт. Он пропустил счёт, и бедра Бомгю — на самом деле не шутка, так что первый выпад Бомгю ставит их на добрые несколько метров друг от друга. Енджун, звездный спортсмен, может на самом деле проиграть всезнающему ботанику, Бомгю. Это ранит сильнее, чем отказ младшего в сотый раз. Может быть, это потому, что его единственное достоинство связано с его положением капитана Слизерина по квиддичу. К счастью, быть пограничным преступником половину времени также означало знать все входы и выходы замка. "Никакого привидения на территории Хогвартса" требует больших усилий, когда убегаешь от профессоров после таких махинаций, как случайно взорванная вонючая бомба в библиотеке. Поэтому, как только Бомгю сворачивает за угол и исчезает из виду, Енджун перепрыгивает через забор, обрамляющий балкон, и быстро приземляется на выступ внизу. Надеясь что, профессор Мин не будет возражать, если он побегает по его кабинету. К его счастью, комната пуста, и он может спокойно проскочить через нее незамеченным. Он уже спускается по коридору, когда слышит, как Бомгю спускается по лестнице. — Как ты сюда попал? — кричит Бомгю, и Енджун слышит, как он пытается ускорить шаг. На это Енджун самоуверенно оборачивается и посылает ему воздушный поцелуй. — Волшебник никогда не раскрывает своих секретов! Мчаться вниз по последним двум лестничным пролетам — это ужасно сложно. Бомгю удается отвлечь Енджуна, даже не думая о том, чтобы отвлечь его (проклятие его щедрой красоте), так что Енджуну приходится прыгать вниз, чтобы снова вырваться вперёд. Конечно, во время приземления он кувыркается таким образом, что, вероятно, не впечатляет, но это не имеет значения, потому что– — Я первый! — его ладонь прижимается к стене, когда он добирается до подземелий. Енджун может быть (удивительным) спортсменом, но годы тренировок вашей выносливости, по-видимому, растворяются в воздухе, когда вы бежите с кем-то симпатичным. Если бы он не потратил так много времени на то, чтобы привлечь внимание Бомгю, он, вероятно, не сидел бы сгорбившись, пытаясь отдышаться, как дедушка. — Мошенник, — обвиняет Бомгю с возмущенным фырканьем, и руки Енджуна сжимаются в кулаки. Не потому, что он злится, а потому, что ему нужно остановить себя, чтобы не ущипнуть гриффиндорца за щеки. Похоже, Бомгю не особо этому доволен. — Ударь меня, и я отвергну вызов. И дам тебе возможность задержать меня два раза. При этих словах Енджун оживляется. — Подожди, — он поднимает руки вверх, пытаясь разобраться в ситуации. Бомгю шепчет что-то вроде «Мерлин, помилуй», но Енджун не обращает на это внимания. — Ты знаешь, что я жульничал, но ты не отменишь вызов? — удивлённо спрашивает Енджун. Обычно Бомгю прыгал — бросался — на возможность увеличить страдания старшего. — Даже когда ты проиграл? — Не заставляй меня сожалеть об этом, — бурчит Бомгю, закатывая глаза и складывая руки на груди. Если Енджун сейчас не сходит с ума — а он часто сходит, — то Бомгю кажется немного застенчивым. — Ну, если ты настаиваешь, — говорит Енджун слишком нетерпеливо. Как раз в тот момент, когда Бомгю собирается повернуться и отправиться в свою спальню, Енджун протягивает руку, и хватает его за предплечье. — Подожди, я еще не определился с призом. Бомгю бросает на него многозначительный взгляд, а затем начинает выдергивать свою руку из его руки. — Скажи мне завтра, я должен лечь спать, пока не попал в беду. — объясняет Бомгю. — Из-за тебя, смею добавить. С этими словами он натягивает капюшон на голову и тихонько уходит в свою комнату. Енджун кричит, просто чтобы испытать свою удачу — так это разрешение, чтобы поговорить с тобой завтра, верно? Прежде чем Бомгю исчезнет из поля зрения Енджуна, он показывает ему средний палец.

***

— Значит, он назвал тебя мошенником и показал средний палец, а ты просто позволил ему уйти? — спрашивает Субин, когда они вместе обедают во дворе. Кай упомянул что–то о желании попрактиковаться в полете, поэтому, естественно, Енджун предложил понаблюдать за ним, как и подобает кумиру. Он потащил с собой и Субина, но не потому, что ему было одиноко, а потому, что он хороший кореш! Влюбленность Субина в Кая вероятно, так же очевидна, как и влюбленность Енджуна, если не больше. — Да, — отвечает Енджун, стараясь не казаться потрясенным своей самореализацией, — Что? То, как Субин смотрит на него, заставляет Енджуна прикоснуться к его лицу. Пятно? Шпинат между зубами? Почему друг смотрит на него так недоверчиво? — Енджун, — начинает Субин. Наступает короткая пауза, когда Кай взвизгивает, едва не задев одну из башен. — В прошлом году мне пришлось потратить целых два–нет, три-три грёбанных часа, чтобы убедить тебя не заколдовывать кого-то, потому что он на тебя смотрел. — Я не понимаю, — честно отвечает Енджун. Прежде всего, Джено это заслужил. Этот взгляд был противным и провоцирующим и если огонь, то что он хотел получить, то Енджун дал ему это. — У тебя нет ни капли терпения, — категорично заявляет Субин. — И ты хочешь сказать, что терпишь все это без всякой причины? — для такого неуклюжего и склонного к несчастным случаям человека, как Субин, он был довольно… умён. Будь проклят Чхве Субин и его так называемая мудрость (это должно было привести его в Равенкло вместо Хаффлпаффа). Только не в буквальном смысле, потому что Енджун любит, когда рядом есть Субин. — Он не стоит моего времени или энергии, — опровергает Енджун, запихивая ягоду в рот. Он надеется, что неприятное громкое чавканье, передаст его желание сменить тему. Это не сработало. — А Джено был? Ему что-то попало в глаз! — восклицает Субин, сжимая переносицу и закрывая глаза. Енджун вонзает вилку в виноградину на тарелке Субина, помогая съесть обед своего лучшего друга. Если Субин собирается быть королевой драмы вместо того, чтобы есть, то рот Енджуна будет свободной недвижимостью для всей его заброшенной еды. — Джун, — снова начинает Субин, шлёпая по руке Енджуна, которая тянется, чтобы украсть еще одну виноградину. — Я думаю, тебе стоит набраться мужества и признаться в своих чувст— — Берегись! Енджун протягивает руку, чтобы остановить визжащего Кая, который летит головой вперёд на трибуны. Его рука хватает ручку метлы, крутит ее с внезапным рывком, так что она останавливается на инерции, в которой она мчалась. Это впоследствии приводит к тому, что Кай падает, но Субин неожиданно ловит его своим телом. — Ой, — вздрагивает Кай и вскакивает, когда понимает, что практически раздавил Субина о трибуны. Субин, похоже, не был потрясен столкновением, только сосредоточился на том, чтобы лихорадочно похлопывать по всему телу Кая. — Ты ведь не ранен, правда? Дай мне взглянуть на твое лицо. — ругается старший, не раздумывая сажая Кая обратно на колени и обхватывая его лицо руками. Его глаза быстро сканируют любые синяки или порезы. — Господи, о чем ты только думал? Енджун прочищает горло, чтобы привлечь их внимание. После того, как он отдает Каю свою метлу, младший слизеринец извиняется, и убирает своё снаряжение подальше. Енджун кидает на Субина самодовольный взгляд, который по словам Хаффлпаффа — так раздражает, что его следовало бы посадить за это в тюрьму. — Так что ты там говорил на счёт того, чтобы собраться с силами и признаться в своих чувствах, Бинни? — Заткнись.

***

Он не сумасшедший. Енджун — это много чего, но сумасшествие — не одно из них; по крайней мере, когда он не спровоцирован. Так что, в его мыслях это совершенно нормально и разумно позволить апельсину прокатиться по большому залу один, два, три раза, чтобы он мог подтвердить, здесь ли сегодня Бомгю. Его здесь нет. Поначалу это озадачивает Енджуна, потому что собрания факультетов – идеальное время для того, чтобы выдавать точечные вычеты и задержания. Это несколько недосказанная битва между префектами и главами каждого факультета. В такие моменты Енджун наиболее уязвим. Затем он понимает, что это экзаменационная неделя, и некоторые люди действительно заботятся о том, чтобы учиться, Бомгю же является одним из многих, которые попадают в эту категорию. В конце концов он решает спросить у Кая. — Чисто гипотетически, — он покусывает нижнюю губу, обдумывая варианты того, как именно он может затронуть эту тему в сдержанной манере. — Если бы кто-нибудь спросил тебя, где Бомгю, ты бы знал? Кай недоуменно смотрит на него, склонив голову набок. Еще раз, из всех существующих до боли ничего не замечающих людей Кай определенно лидирует. Это прискорбно для Субина, но бесчисленное количество раз спасает жизнь Енджуну. Как говорится, враг одного человека — друг другого или что-то в этом роде. Он никогда не был хорош в идиомах. — Да? — отвечает Кай и снова принимается жевать своих мармеладных мишек. Это вредно для здоровья, напоминает ему Енджун ежедневно, но Кай никогда не слушает. Его упрямство, когда речь заходит о сладостях, одновременно восхитительна и прямо-таки опасна для здоровья. — И где же он может быть? — спрашивает Енджун, наклоняясь вперёд, как будто они обсуждают совершенно секретную информацию. — Гипотетически или реально? — Кай задумчиво хмурит брови. — Потому что гипотетически он был бы здесь, вычитая очки за это. — Енджун наблюдает, как брюнет дёргает его за ослабленный галстук. — По-настоящему, — стонет Енджун, лениво поправляя аксессуар и не заботясь о том, чтобы сделать его более презентабельным. — Он в библиотеке, — отвечает Кай. — Ты собираешься встретиться с ним? — Что? — Енджун чуть не подавился воздухом, а потом усмехнулся. — Я? Нет, с чего бы это? Чтобы у меня снова были неприятности? Нет, спасибо. — люди вокруг них теперь смотрят и, вероятно, подслушивают, так что Енджун не может позволить себе впасть в еще одну веселую панику. — Почему ты вообще подумал о чем-то настолько нелепом? — Потому что ты встаёшь, и твой голос такой же плаксивый, как обычно, когда ты лжешь. — замечает Кай, ни разу не поднимая глаз от ладони, слишком поглощённый расстановкой липких мишек по цветам. Енджун замирает, закинув одну ногу на скамью, а другую все еще держа под столом. — Нет, — пискнул он и тут же оборвал себя кашлем. Прочистив горло, он понижает голос на тон (но переоценивает и звучит совсем не невинно). — Я не лгу. Он слышит, как Кай бормочет что-то вроде «как скажешь» (без всяких формальностей, мог бы он добавить), а затем выбегает из зала. Библиотеку найти несложно. Именно лестницы доставляют ему столько хлопот. Да, это была школа чародейства и Волшебства Хогвартс, но разве обязательно иметь лестницы, которые постоянно меняются? Что хорошего это может принести кому бы то ни было? То, что она приносит, — это боль и страдание. Очень похоже на Бомгю, но, по крайней мере, Бомгю симпатичный и поэтому стоит того. Боже упаси Енджуна когда-нибудь стать настолько одиноким, что он будет находить лестничные пролеты милыми. В конце концов Енджун потратил добрых тридцать минут, пытаясь ориентироваться по лестницам, а затем, едва не разбившись насмерть из-за исчезающей ступеньки, ему удалось наконец найти библиотеку. Студенты выстроились в коридоре, собирая пыльных зайчиков на своих мантиях, и Енджун морщится, потому что зачем вам рисковать своим имиджем из-за какой-то хлипкой оценки. С другой стороны, большинство студентов не имеют гарантированного места в команде высшей лиги по квиддичу. Когда он толкает двери, они протестующе скрипят, и все взгляды устремляются на него. Одни озорно машут ему рукой, другие с вежливыми улыбками коротко кивают. Некоторые пытаются его разговорить, но библиотекарь Чон не упускает случая пригрозить, что вышвырнет их вон. Верно, теперь, когда Енджун здесь, он сталкивается с еще одним препятствием. Он понятия не имеет, где именно находится Бомгю, и сотни студентов толпятся у каждого прохода. До начала следующего урока осталось всего пятнадцать минут, и он не уверен, что успеет. И обдумывание возможных исходов не помогает его делу. Опять же, Енджун был одарен парой ненормально длинных ног богами (которые присматривают за ним и его весёлыми выходками). Поэтому он может обозревать окрестности под таким углом, под каким большинство людей не может. Угол, где все выглядят как мягкий гриб, кроме Бомгю, потому что Бомгю – очень красивый, очень ослепительный гриб, который феи используют как укрытие от дожд— — Что ты здесь делаешь? Енджун резко оборачивается, чтобы поймать взгляд своего (да, своего) гриба, который скептически смотрит на него. Затем в его голове возникает пустота, потому что он не думал так далеко вперёд. Черт возьми. Что он должен был сказать? «О, без всякой причины, просто заглянул узнать, не интересуетесь ли вы мальчиками. Мальчиками, чьи имена начинаются на букву «Ен» и заканчивается с «джун». — Я учусь? — Енджун врёт сквозь зубы, а потом морщится от того, что его голос срывается. — Учишься, — повторяет Бомгю, протискиваясь мимо Енджуна, чтобы достать книгу с верхней полки. — Ты принимаешь меня за какого-то идиота, Енджун? — вопрос задан спокойно, и при любом другом раскладе это было бы смешно. Теперь, однако, это начинает нервировать. — Что? Нет, — отвечает Енджун, выдергивая книгу, которая нужна была Бомгю, из стеллажа и без долгих раздумий протягивая ее ему. Бомгю секунду пристально смотрит на него, бормочет короткую и едва слышную фразу благодарности, а затем говорит: — Почему я должен верить тебе, когда ты говоришь так, словно сам себе не веришь? — Разве я когда-нибудь лгал тебе? — Енджун невозмутим. Бомгю поднимает бровь, и Енджуну приходится добавить: — хорошо, не отвечай на этот вопрос. Кивок Бомгю говорит о: «Я же тебе говорил». — Ну, если это все, то я оставляю тебя с твоим воображением и твоей несуществующей книгой. — Подожди! — Енджун кричит, отчаянно нуждаясь хотя бы в нескольких секундах времени Бомгю. Это эгоистично, но чего можно ожидать от мальчика с неудержимой влюбленностью. — Я еще не сказал, какой приз мне нужен. За вчерашнюю победу в гонке. — Хорошо, — говорит Бомгю после некоторого раздумья, расслабляясь у книжной полки позади него, когда он жестом показывает Енджуну продолжать. — Покончим с этим. — Я хочу, чтобы ты был добр ко мне хотя бы один день, — объявляет Енджун и поднимает палец. — Только один. Двадцать четыре часа, ни больше, ни меньше. — Если ты думаешь, что я позволю тебе выйти сухим из воды из-за каких-то дурацких выходок, — начинает Бомгю, но тут его резко обрывает Енджун. — Нет, я просто… Я хочу провести с тобой время, чтобы ты не думал обо мне как о досадной помехе, — нерешительно объясняет Енджун. — У тебя представление, что я плохой мальчик без чувства направления и, хотя у меня нет чувства направления, я не так плох, каким ты меня представляешь. Между ними повисает молчание. Енджун, на этот раз, не может заставить себя посмотреть на Бомгю. — Я так не думаю, — вздыхает Бомгю, и в конце его фразы что-то задерживается, как будто он хочет уточнить, но не может. — Если это то, чего ты действительно хочешь, я могу это сделать. — Да, это то, чего я действительно хочу, — подтверждает Енджун и дважды моргает. — Погоди, а ты ожидал какого-то другого приза? Затем, вероятно, впервые, Бомгю улыбается ему. Енджун и раньше видел его улыбку, но это был первый раз, когда она была именно для него. Так что, конечно, у него захватывает дух. Конечно, это заставляет его чувствовать все сразу и лишает дара речи. Конечно, от этого у него потеют ладони, колотиться сердце и краснеют щеки. — Возможно, — Бомгю только добавляет к сожалению, Енджуна о том, что он не попросил взять его за руку (или что-то в этом роде). — Ты милый. Енджун как рыба, открывает губы, закрывает их, снова открывает, снова закрывает, а потом начинает неуклюже чесать затылок. Бомгю, наконец, отвечает взаимностью на его кокетливые намёки, и Енджун не может даже встретиться с ним взглядом. — О, верно, — говорит он, внезапно вспомнив, что принес в качестве мирной приманки, если бы Бомгю отверг его предложение. — Полагаю, ты пропустил сегодня ланч, — достав из кармана яблоко, он протягивает его Бомгю вместе с салфеткой. — Спасибо. — Бомгю берет яблоко из его руки, и игриво рассматривает его. — Надеюсь, это не какая-нибудь тайная реконструкция Белоснежки. — Я бы никогда, — выдыхает Енджун, слишком драматично, чтобы это могло показаться искренним, но Бомгю не дрогнул. — Оно зелёное. Белоснежку отравили красным яблоком, это всем известно. — … А красные яблоки напоминают мне помидоры, и я знаю, что ты их не любишь. Ой, он сказал слишком много. — Откуда ты это знаешь? — спрашивает Бомгю, бормоча заклинание, чтобы очистить яблоко от любых примесей, прежде чем откусить от него. Они не должны есть в библиотеке, но, как и сказал Енджун, Бомгю на самом деле не заботится о правилах. — Кай как-то упоминал об этом, — Енджун кашляет, напрягая память, чтобы не выдумать ничего странного, пока он все еще пользуется временным доверием Бомгю. — Когда он угощал тебя победным обедом за то, что ты стал префектом. — И ты запомнил, — это не вопрос, но Енджун отвечает. — Конечно, я так и сделал. На этот раз Енджун, наконец, набирается храбрости, чтобы поднять свой взгляд, но Бомгю на шаг опережает его. Их взгляды не встречаются.

***

— Кто-то сегодня кажется чересчур весёлым, — замечает Субин, когда на следующее утро Енджун неожиданно заключает его в объятия. — Пусти, я занят. — Субин на самом деле нет, а Енджун знает его достаточно хорошо, поэтому обнимает его ещё несколько секунд. — О чем ты говоришь? Я такой каждый день, — отрицает Енджун, пожимая плечами самым беспечным образом, на какой только способен. — Я могу соперничать с солнцем, и мне приятно находиться рядом. — Нет, это Кай солнце, — возражает Субин, и Енджун соглашается, потому что это правда. Кай сияет, как будто он послан небом (и, вероятно, так оно и есть). — Так почему же мы такие беззаботные? Ты наконец спросил Бомгю— Енджун хлопает ладонью по лицу Субина, прежде чем тот успевает закончить. — Спросить меня о чем? — Бомгю тут же решает проскользнуть мимо них, его вьющиеся черные волосы падают на макушку, а челка падает на глаза, когда он поспешно останавливается. — Ничего, — быстро выплёвывает Енджун, и Субину приходится толкнуть его локтем в бок, чтобы Енджун вспомнил, что он все еще немного душит его. — Просто интересно, — сухо кашляет Енджун, пытаясь придумать что-нибудь на месте. — Ты видел Кая? — Субин едва спасает его, и Бомгю, хотя и скептически, качает головой. — Нет, извини. — он поворачивается, чтобы продолжить свой путь, и Енджун, наконец, выдыхает воздух, который он задерживал. Однако, как только он комично кривит лицо, чтобы выразить свое смущение, Бомгю поворачивается обратно. Енджун в ужасе, но удивленный смех Бомгю заставляет чувствовать себя лучше. — Кстати, в благодарность за вчерашнее я попросил Чонина устроить завтра тренировку со Слизерином, так что он, вероятно, скоро подойдёт к тебе. Я слышал от Кая, что ты практически плакал из-за того, что ни один из других домов не хочет тренироваться на этой неделе. И конечности Енджуна двигаются сами по себе, ноги делают два неуверенных шага вперёд, а руки тянутся, чтобы обхватить гибкое тело Бомгю, как будто это обычное дело. — Спасибо, спасибо, спасибо! Непреодолимая радость на мгновение омрачает его принятое решение, и он понимает, что сделал, только тогда, когда рука Бомгю неловко касается его поясницы. Он чувствует несколько лёгких похлопываний, затем рука становится жёсткой, как и само тело Енджуна напрягается. Енджун заметно бледнеет (или, по крайней мере, это то, что Субин говорит ему позже) и медленно убирает руки, почти спотыкаясь и чуть ли не падая, когда он отступает от Бомгю. — Извини, я разволновался. — Обычно я беру пять баллов за прикосновение к людям – особенно ко мне – без разрешения, но из-за того, что я хороший, я этого не сделаю. — Бомгю неодобрительно щелкает языком по небу. Нахальная усмешка на его лице говорит об обратном. Он ждёт, пока Енджун сформулирует извинения, а затем действительно уходит. Сегодня его шаги слегка подпрыгивают; Енджун не уверен, почему, но это мило, и он ловит себя на том, что смотрит, как фигура Бомгю становится все меньше и меньше, пока не растворяется в толпе. — Вызываю всех Чхве Енджунов! Раз, два, возможно третий будет удачным, и? Енджун откидывает голову назад, странно глядя на Кая. У младшего, руки сложены рупором вокруг рта изображая самодельный мегафон. — Когда ты здесь оказался? — недоуменно спрашивает Енджун. За спиной Кая Субин закатывает глаза. — Я здесь уже некоторое время, но мне показалось, что у вас с Гю хеном был романтический.... момент, — Кай кривит лицо, обдумывая свой выбор слов. Субин без колебаний кладет ладонь ему на спину и успокаивающе шепчет. В ответ Кай заливается хихиканьем, и его щеки покрываются румянцем. Они — воплощение щенячьей любви. От этого Енджуна тошнит. — Мы просто кое-что обсуждали. — Енджун отмахивается от этой темы взмахом руки, но его друзья даже не обращают на него внимания. — Предатели, — бормочет он себе под нос. Как бы то ни было, его взгляд все еще ласков, когда оба мальчика отстраняются и застенчиво возвращают свое внимание к нему.

***

Как ни странно, Чонин находит его в туалете для мальчиков. Енджун ополаскивает остатки зелья, которое пролилось на него во время урока, когда Чонин подходит к раковине рядом с ним. — Эй, Бомгю сказал мне, что вы, ребята, хотите попрактиковаться? — Да, — выдыхает Енджун, слегка посмеиваясь, вытирает руки и поворачивается, чтобы уделить все свое внимание Чонину. Рэйвенкло одаривает его ухмылкой, намыливая руки мылом. — Я буду честен, я действительно не был готов к этому сначала со всеми экзаменами, — смеётся Чонин. Енджун вздрагивает, когда Чонин случайно ударяет его каплей воды, за что тот горячо извиняется. — Хотя Бомгю был очень непреклонен, — фыркает Чонин и поворачивает ручки. — Можно подумать, что он был частью команды Слизерина с тем, как он просил милостыню. Что-то в этом не сходится, думает Енджун, но потом он вспоминает, что Бомгю сделал всё это для него. — Кроме того, в этом сезоне у меня новый ловец, так что я хочу, чтобы он привык к полю. — Енджун приподнимает бровь, услышав это. Изменения в составе команды в середине учебного года были редки, так что кто бы ни был новым ловцом Рэйвенкло, он должен быть действительно хорош. Это немного нервирует. — Значит, завтра вечером? — спрашивает Чонин, игриво крутясь и бросая свое бумажное полотенце в мусорное ведро. — Завтра вечером, — подтверждает Енджун, и они выходят вместе. Субин ждёт его в конце коридора, но он выглядит ошеломлённым. Настолько ошеломлённым, что не понимает, что Енджун стоит перед ним, пока Енджун противно не кричит: «паук!>> — Субин кричит и дёргается так сильно, что кажется он потянул себе что-то в суставах. — Придурок, — Субин скрипит зубами, а затем хватает Енджуна за руку и тащит его прочь, пока они не оказываются в укромном уголке. — Я облажался, — говорит Субин, наложив на них заглушающее заклинание. — Боже, Джун, я так облажался. — Что? Ты настоящий ас в зельеварении, — отвечает Енджун. Он немного не понимает, почему Субин так скрывает это, но причины, по которым, последний, возможно скрывает просто обеспокоен своей репутацией. — Нет, послушай, — раздражённо умоляет Субин, — Я обещал Каю позаниматься с ним сегодня, но забыл, а когда вспомнил, он уже сидел во дворе с кем-то другим. — Наверное, это был его друг. Просто извинись и объяснись, — советует Енджун. — Кай поймет. Он всегда так делает, особенно когда дело касается тебя. — Нет, нет, на этот раз это было важно, очень важно, — Субин стонет и неумолимо трет лицо ладонями, — Если у него будут плохие оценки, ему временно запретят играть в квиддич. Услышав это, лицо Енджуна исказилось так, как он даже не думал, что мог бы так. — Что? — он совершенно сбит с толку, — Я планировал добавить его в список в следующем месяце, но я не могу этого сделать, если он будет запрещен, Бин! Кроме того, в этом сезоне у Рэйвенкло появился новый ловец! Он мне нужен. — О, замечательно. Похоже, что обе наши проблемы связаны с Рэйвенкло, потому что мальчик, с которым он был, был одет в эту дурацкую синию мантию. Почему бы нам просто не попросить директора сделать три дома вместо четырех, — ворчит Субин, прислоняясь к стене позади него. — Я имею в виду, серьёзно, синий цвет — прошлый год. — У тебя голубые волосы. — В любом случае, — кричит Субин, направляя свирепый взгляд на Енджуна. — Что же мне делать? — Я же говорю тебе. Извинись, — повторяет Енджун, проводя рукой по волосам. — Что касается учебы, то он думаю в хороших руках, парень с Рэйвенкло ему поможет. — А что, если он плохой парень? Что, если он обманет его? О боже, а что, если он знает о запрете и намеренно заставит его провалиться? Черт, что я наделал. Енджун хлопает руками по плечам Субина и толкает его, заставляя Хаффлпаффца споткнуться и озадаченно посмотреть на него. — Ты слишком остро реагируешь. Кай, может, ничего и не замечает, но он всё ещё как… самая драгоценная вещь на свете, я сомневаюсь, что у него есть враги. — по мнению Енджуна, это точное описание Кая. — Ты прав, — признает Субин, выдыхая и позволяя своей напряжённой позе немного расслабиться. — Конечно, он очень милый, — и как только Енджун произносит это, раздается тихий треск. — Кто, я? Я знаю, — усмехается Бомгю и складывает руки на груди. — Извините, что буквально лопнул ваш пузырь, но заглушающие чары не допускаются во время экзаменов. И никто не должен слоняться без дела, так что марш отсюда. — Извини, — вздрагивает Енджун. И только он хочет уйти, как чувствует что его ноги будто приросли к полу. — Ты что, не слышал меня? — резко спрашивает Бомгю, не удивляясь, и у Енджуна пересыхает в горле, потому что это было неожиданно. — Чхве Енджун, я должен повторить это в третий раз? Енджун собирается ответить, качая головой, не доверяя своему голосу настолько, чтобы говорить громко, но затем пальцы сжимаются вокруг его запястья, и его с силой тащат по коридору. О, а Субин? Субин давно ушел. Оставил его одного. Это последний раз, когда Енджун помогает ему, запомните его слова. — Ты просто не можешь следовать простым приказам, не так ли? — Бомгю усмехается, а Енджун, хотя и оскорблен, может только нервно хихикать. Он слишком сосредоточен на ощущении кожи Бомгю на своей. Это звучит немного странно, но это первый раз, когда у них был контакт кожа-к-коже, и это одновременно приятно и странно. Честно говоря, он даже не уверен, куда тащит его Бомгю, но пока они вместе, Енджун не может найти повода жаловаться. — Странно, почему ты молчишь? Енджун резко возвращается в реальность и отвечает единственным известным ему способом. — Извини, просто любуюсь видом. — ну, если ты не можешь признаться в своей влюбленности, то можешь с таким же успехом притвориться, что это какой-то несносный флирт. — Невероятно. — Что невероятно? Моя бесконечная любовь к тебе? — спрашивает Енджун, кладя руку на грудь для своей печально известной театральности. — Или что ты вполне подходишь для этого вида? Потому что ты такой самом деле – и я имею в виду ты действительно – такой, — язык старшего начинает заплетаться. — Невероятно, что ты продержался так долго, — уточняет Бомгю, и лёгкая улыбка на его лице освобождает Енджуна от беспокойства. — А ты не устал? — Я? Устал? От тебя? — Енджун ахает, на этот раз с еще более драматическим талантом. Он секунду колеблется. — Я никогда не устану от тебя. Я не думаю, что кто-то мог бы… я не думаю, что кто-то мог бы устать от тебя. Это слишком реально, как и уязвимость на его лице. Вновь возникает та оглушительная тишина, которая встретила их вчера в библиотеке. — Это так мило, — говорит Бомгю после некоторого раздумья. Потом он кашляет, как будто он пытается рассеять тяжёлую ауру между ними. — Когда ты не ведёшь себя как заноза в заднице. — И так все время, — нахально парирует Енджун и слегка выпячивает грудь, показывая свою гордость. В конце концов, его будущий муж только что сделал ему комплимент. — Забудь, о чем я только что говорил, — поддразнивает Бомгю, пожимая плечами и поворачиваясь, чтобы уйти. — Ах, извини! — Енджун брызжет слюной. Его рука быстро цепляется за плечо Бомгю, быстрым движением запястья разворачивая мальчика назад. — Мне очень приятно находиться рядом. Ты слышишь это? Очень приятно! — Ах ты, бедняжка, — воркует Бомгю. Он притворяется обеспокоенным, одна рука тянется к щеке Енджуна, когда она надувается. — Кто тебе сделал больно? То, как младший протяжно произносит «бедняжка», оскорбление, которое так сильно бьёт, что он чуть ли не падает в обморок вместо того, чтобы шипеть. Енджун так, так облажался. — Ты это сделал, — с трудом выдыхает он. Енджун обретает достаточно уверенности, чтобы положить обе руки на плечи Бомгю и притянуть его ближе. Он слышит прерывистое дыхание младшего и уверен, что Бомгю слышит биение его сердца. — Тебе нравится быть рядом со мной. — он ищет, жаждет какого-то подтверждения. К этому времени их лбы соприкасаются, и руки Енджуна ослабевают, потому что желание поцеловать Бомгю растет дюйм за дюймом с каждой секундой. — Признай это. Бомгю близко, настолько близко, что Енджун может сосчитать каждую его ресницу, обрамляющие его глаза. — Что здесь происходит? Пара отрывается друг от друга так быстро, что Енджун едва не теряет равновесие. Справа от них стоит мальчик сантиметров на два-три ниже его ростом, с голубым галстуком, аккуратно свисающим с воротника. — О, Тэхен, — щебечет Бомгю, и руки тут же обхватывают руку Тэхена. Енджун старается не обращать внимания на то, как удобно переплетаются их пальцы. — Он что, пристает к тебе? — шепчет Тэхен, как будто Енджун не стоит всего в двух метрах от него. — Нет, нет, мы просто пошутили, — отвечает Бомгю, и Енджун ненавидит то, как Бомгю смотрит на него. Как будто он говорит правду. Как будто ему нечего скрывать. Как будто это действительно ничего для него не значило. Тэхен снова смотрит на Енджуна, ожидая подтверждения, и тот кивает, потому что это все, что он может сделать. — Окей, прости, если я помешал твоему веселью, — бормочет Тэхен. В его голосе не слышится сожаления, но судя по тому, как Бомгю обнимает его, Енджун понимает беспокойство и недоверие Тэхена. — Мне нужно одолжить Бомгю-хена, если ты не против. Сегодня мы должны были заниматься вместе, — говорит Тэхен. Это не звучит как просьба, но Енджун жестом показывает, что он дал свое «разрешение». — Мы уже несколько недель учимся, Тэ, — хнычет Бомгю, удобно положив голову на плечо Тэхена. Енджун не уверен, что есть у Тэхена то, чего нет у него, но что бы это ни было, должно быть, поэтому Бомгю так легко отдал ему свою любовь, в то время как он боролся за нее в течение многих лет. — Я знаю, мы почти закончили, — успокаивает Тэхен, когда они вдвоем направляются к парадной лестнице, оставляя Енджуна позади. Последнее, что он слышит, это как Тэхен говорит: — Ты так хорошо справляешься, хен. Я горжусь тобой. Последнее, что он видит, — это то как Тэхен целует Бомгю в макушку. Они стоят неподвижно, ожидая, что лестницы изменятся в их пользу, так что на самом деле Енджун уходит первым. Ему не хочется здесь оставаться.

***

— Значит, Рэйвенкло действительно наша проблема, — шипит Субин. Опасаясь незваных гостей, он обводит взглядом окрестности. — Что же нам с ними делать? — Неожиданно слышать это от того, кто однажды позвонил мне посреди ночи, чтобы убить муху, — фыркает Енджун. — Кроме того, это не совсем, проблема. Во всяком случае, это был ответ на проблему. — Я специально оставил вас одних, — признается Субин, когда они садятся на скамейки. — Почему, ты не переживаешь из-за того, что твоего мужчину украли? — Прежде всего, — начинает Енджун, поворачиваясь к Субину и хмурясь. — Никогда больше не говори «твой мужчина». Ты говоришь, как юный маггл, влюбленный в какую-то поп-певицу. Снаряжение для квиддича сегодня кажется ему слишком тяжёлым. Может быть, потому, что он давно не надевал его, а может быть, потому, что пропустил ланч, чтобы не видеть Бомгю. С момента вчерашней встречи Енджун, возможно, избегал или не избегал Бомгю. В разумных пределах, конечно. Его сердце было разбито, растоптано, съедено и переварено. Если Бомгю спросит, он скажет, что это потому, что вызов закончился, и он боится «гнева» Бомгю. Но Енджун сомневается, что он это сделает. — Во-вторых, я уже целую вечность над ним издевался. Теперь я могу спокойно двигаться дальше, потому что он вне пределов досягаемости. — объясняет Енджун, разглаживая ладонями брюки, чтобы расправить складки. — Ты говоришь это так просто, — хмурится Субин. Енджун проследил за его взглядом до самого Кая, который уже сидел на своей метле, отрабатывая петли вокруг башен. Ему не разрешили играть сегодня, потому что он не в команде, но Енджун дал ему разрешение практиковаться в полетах, пока он не прерывал их игровой процесс. — Потому что это просто. А теперь, с вашего позволения, мне нужно надрать задницу Рэйвенкло. — Енджун встаёт, поворачивается в драматическом поклоне, а затем садится на свою метлу и легко взлетает. Чонин одаривает его приветливой улыбкой, когда команды встречаются в центре площадки, нависая над тем местом, где уже расположился Уён. Он судья в этой стычке, по просьбе Енджуна. — Готов? — Ренджун кричит с трибуны, где он готовится вести счёт. Идёт трёх секундный обратный отсчёт, а затем Уён открывает коробку. Бладжеры и снитч вылетают и кружат по двору. Енджун вздрагивает, вспоминая жестокий удар бладжером по его плечу во время последней игры, в которую он играл. Уён снова дует в свисток, а затем квоффл поднимается в воздух. Енджун наклоняет свою метлу вперёд, мчась к мячу и сбивая в сторону Чонина и Лию в процессе. Позади него Хеджу кричит, что она открыта. Он быстро поворачивает голову, чтобы проверить ее местоположение, но Джихун хлопает бладжером в ее сторону, и Енджун решает пока не передавать его ей. Сынван стоит на посту, но Енджун видит две линии входа. Сынван не может охранять их обоих. Он наклоняет свою метлу вниз, ожидая, что парень последует за ним, а затем поднимает её и бросает через обруч, прежде чем кто-либо может даже заметить его движения. — Чхве Енджун получает 10 баллов за Слизерин! — Ренджун говорит в микрофон, и во дворе раздается удовлетворительный звон. Раздаются хлопки по спине Енджуна, прежде чем команда снова расходится для второго раунда. Когда игра близка к завершению, очки составляют 120 к 100 со Слизерином в лидерах. — Осталось всего пять минут, — объявляет Енджун и поджимает губы. — Держите оборону покрепче и нападайте только в том случае, если есть свободный проход. Давайте выиграем это до овертайма! Раздается свисток, и Чонин берет квоффл. Енджун, естественно, подлетает, чтобы преградить ему путь, но Чонин в последнюю секунду бросает квоффл Лие. Не успел Енджун даже начать рулить, как Лиа подбросила его в воздух и ударила тыльной стороной метлы, отправив прямо в руки Йедама. Йедам был добавлен в прошлом году, и Слизерин не считал его большой угрозой, поэтому они удвоили оборону на Чонине. Бладжер проносится мимо Чонина, крутится, и Енджун едва успевает отскочить назад, чтобы избежать его. На полпути к петле он резко поворачивается и попадает в поле зрения, куда, как он знает, целится Йедам. Прямо перед тем, как он коснется обруча, Енджун успевает подскочить и схватить его, ударившись о металлическое кольцо и пошатываясь. Команда дружно вздыхает, но игра еще не закончена. Енджун может сделать этот последний выстрел, он знает, что может; он просто должен найти их слабость. Их слабость проявляется в том, что Лиа играет в нападении, а не в обороне, оставляя левую сторону без защиты. Адреналин бурлит в его венах, пока Ренджун отсчитывает последние десять секунд. «7, 6, 5.» В любом случае, они победят. «4, 3, 2.» Но игра не закончится, пока она не будет закончена. Как раз в тот момент, когда он отводит руку назад, чтобы сделать выстрел, звенят колокольчики, и он слышит громкий вздох. — Недавно добавленный ловец Кан Тэхен поймал золотой снитч, наградив их 150 очками! Рэйвенкло побеждает! Что за игра, ребята! Что? Енджун замирает и медленно поворачивает голову, чтобы увидеть группу синих мундиров, толпящихся вокруг самодовольного блондина, снитч свободно держится в его затянутой в перчатку ладони. — Я же говорил, — смеётся Чонин. В нем нет злобы. В конце концов, это тренировочная игра. — Это наш новый ловец. Он великолепен! Его глаза улавливают все. Взгляд Енджуна на мгновение встречается с взглядом Тэхена, и у младшеклассника хватает наглости ухмыльнуться ему. Побежденные, слизеринцы падают, направляясь к трибунам. Большинство из них не слишком расстроены и сразу же переходят к обсуждению стратегий, но Енджун недостаточно ясно мыслит, чтобы внести свой вклад. Поэтому он медленно подходит к Субину, который выглядит таким же удивлённым. Кан Тэхен украл у него две вещи меньше чем за день. — С одной секундой в запасе! Как это безумно, — с благоговением шепчет Субин, качая головой. — Ты правильно волновался, какого хрена? Вы знаете, что он действительно ждал до последней секунды, чтобы ухватиться за него? Енджун оживляется, и Субин бросает свирепый взгляд на искателя Рэйвенкло, прежде чем продолжить. — Я наблюдал за ним, потому что это мальчик, ради которого меня бросил Кай. Я не сводил с него глаз, думал что он хочет сделать что-то плохое, но этот ублюдок нашел снитч в первые же пять минут матча! Он мог бы ухватиться за него в любой момент игры, но, — Субин хмурится (в последнее время он часто это делает), — он ждал последней секунды. Возможно, какой-то подъем эго или что-то еще. Енджун сухо смеётся — это делает его похожим на слизеринца. Хитрость и все такое. — Ну что ж, — Субин наклоняет голову набок, — в следующий раз Кай будет там, чтобы выиграть у него. У него руки длиннее, так что это должно дать ему преимущество. Пара отводит взгляд на брюнета, который, по иронии судьбы, нашел свой путь к Тэхену. — Кстати, он прошел мимо, — тихо бормочет Субин, — без моей помощи. Енджун молча протягивает руку и похлопывает Субина по плечу. — А что, если я скажу тебе, что это тот самый парень, который забрал у меня Бомгю? — Прошу прощения? — Субин визжит (как будто в него вселился птеродактиль), А Енджун неловко улыбается людям, которые бросают на них странные взгляды. — Как он мог обмануть Кая? Он что работает на два фронта?! — Или они вовсе не романтически связаны, и мы сходим с ума, — предлагает Енджун, но Субин не слушает. — Ты думаешь, он их обманывает? — Субин, я не думаю, что это правда, — со вздохом повторяет Енджун. — А что, если и так, что, если они все в отношениях? О, как же мы этого не заметили? Конечно, это так! Неудивительно, что Бомгю всегда подтасовывает систему, чтобы дать Каю очки абсолютно ни за что! — Чувак, если бы ты мог просто перечислить… Подожди, что? Он даёт Каю очки бесплатно? — теперь настала очередь Енджуна казаться оскорблённым, наблюдая, как Тэхен и Кай летят вниз и приземляются где-то на поле. — А тем временем Бомгю всегда грабит меня, как будто завтра не наступит. — Отлично, мы, должно быть, идиоты. Как даже не обычные идиоты, а идиоты высшего уровня, — Субин хлопает себя ладонью по лбу и падает обратно на сиденье. Его колени неловко задевают край трибун, благодаря его гигантским размерам. — Ты знаешь, — говорит Енджун, наблюдая, как Тэхен и Кай приближаются к Бомгю, который, казалось, появился из ниоткуда из-за палатки, ведущей в раздевалку Рэйвенкло. — Если они все встречаются, а мы нет, логично, что ты и я могли бы— — Закончи фразу, и я без колебаний сброшу тебя с этой башни. Енджун пожимает плечами: — Я собираюсь поговорить с ним, — объявляет Енджун. Ревность — это монстр, которого лучше всего подавить прямой конфронтацией, а Енджун провел слишком много лет, будучи классным определением чистого труса. — Ты сошел с ума, — шепчет Субин, упираясь локтями в колени. Его пальцы сжаты вместе, а подбородок покоится на кончике указательного и среднего пальцев, когда он смотрит на Енджуна. — Как будто ты действительно потерял его, чувак. Но желаю удачи. — Неважно, — бормочет Енджун, стараясь не казаться холодным, но явно на грани срыва. Он знает, что Субин хочет что-то сказать, потому что, черт возьми, этот мальчик может прочитать его, но Субин ничего не говорит. К счастью, когда он добрался до Бомгю, Тэхен и Кай ушли поговорить с другими людьми. Кай – социальная пчёлка (как он может не быть им, когда все его любят), и Тэхен, похоже, такой же. — Ты смотрел? — спрашивает Енджун, спрыгивая с метлы и подходя к Бомгю с самой убедительной улыбкой, на какую только способен. Выходит однобоко. — Делать нечего, — признается Бомгю, небрежно пожимая плечами. У Енджуна дёргается глаз, когда он видит, каким спокойным кажется Бомгю, как будто беспокоится только он. — Это была интересная игра, — говорит младший, когда между ними наступает тишина. — Да, — соглашается Енджун, Потратив секунду на то, чтобы вернуть себе прежнюю уверенность. — Я был довольно крут, тебе не кажется? — Хм, — рассеянно отвечает Бомгю, и Енджун проследил за его взглядом, остановившись на последнем силуэте, который он хотел бы видеть в данный момент. — Я действительно не заметил. Я наблюдал за Тэхеном. Что-то горит внутри него, покалывая кожу тысячами крошечных иголочек. Это заставляет его делать глупости. « — Кто он такой? Твой парень?» Он знает, что в его голосе звучит горечь; теперь он не может защититься. — А тебе-то что до этого? Наступает пауза. Лёгкий ветерок бросает челку в глаза Енджуну, но у него не хватает сил протянуть руку и убрать ее с глаз. Даже если бы он мог это сделать, он слишком ошеломлен, чтобы двигаться. Бомгю прав. Для него это ничего не значит. Бомгю не принадлежит ему. Его никогда не было и не будет. Енджун так глубоко погрузился в свои собственные заблуждения, что это просто смешно. В конце концов, все это – что бы это ни было – ничего не значило для Бомгю. Даже если это значило для него всё. Енджун хотел бы быть где угодно, только не здесь, сожалеет, что спускался вниз, чтобы поговорить с Бомгю, так сильно хочет, чтобы это было кошмаром, от которого он может проснуться. — Да, для меня это не имеет значения. — Он лжет.

***

Это больно. Это жжет сильнее, чем свежий осенний воздух, который кусает кончики ушей Енджуна, когда он бесцельно летает по кампусу. Она жжет сильнее, чем заноза, застрявшая в его ладони после того, как он грубо провел рукой по метле. Это больнее, чем проиграть еще одну стычку, которую он мог бы легко выиграть (потому что он не мог сосредоточиться ни на чем другом). Он был погружен в свои мысли все полторы недели, прошедшие с момента инцидента. Первые несколько дней ему удавалось немного отвлечься, сосредоточившись на том, как избежать встречи с Бомгю. Однако после того, как это стало привычной рутиной, Енджун больше не мог думать об этом, и пытался занять чем-то ход своих мыслей. Почти так же, как сейчас, когда он рассеянно кружит вокруг башен и вверх и вниз по мостам, и все благодаря своей впечатляюще обширной памяти. Но больнее всего то, что Бомгю не ищет его. Не похоже, что младший подойдёт к нему и чудесным образом извинится за то, что произошло, повернет его и поцелует в губы или что-то еще. Простое «привет» было бы прекрасно, но даже это кажется слишком большим, чтобы просить. В конце концов, это действительно просто Енджун, который разрывается на части из-за чего-то, что было закончено до того, как началось. Поэтому он действительно не ожидает этого, когда находит Бомгю, ожидающего у палатки Слизерина по квиддичу, когда он возвращался с поля, готовый снять свое снаряжение, принять душ и покончить с этим. — Что? — спрашивает он, когда Бомгю проскальзывает между ним и входом в раздевалку. Он ненавидит, что его сердце трепещет с надеждой. — Тебя опять не было на обеде, — хмуро шепчет Бомгю. — Ты не можешь продолжать играть. — Но почему? Тогда ты сможешь снять 5 баллов за то, что я жую с открытым ртом? Или, может быть, потому, что у меня одна пуговица на рубашке расстёгнута? Или, может быть, потому что я смотрю «не так, как надо». — Енджун не уверен, что заставляет его говорить эту короткую тираду, но это помогает заставить Бомгю потерять свою твердую позицию, и он отмахивается от ошеломлённого Гриффиндорца. — Я просто беспокоился, — поясняет Бомгю, подбегая через несколько секунд, чтобы снова встретиться с взглядом старшего. Его рука тянется к руке Енджуна; это кажется слишком знакомо. — Беспокоился. Да, конечно, — Енджун усмехается, зная, что это его вина за то, что он задержался в дверях и дал Бомгю время сформулировать еще одну ложь, которая причинит ему боль. — Я уверен, что ты понял, что 24 часа закончились, Бомгю. Не стесняйся снова вести себя как придурок. И, может быть, ему не следовало этого говорить – может быть, он должен был дольше сдерживать гнев, переносить боль сильнее – но что сделано, то сделано, и Енджун знает, что это действительно случилось, когда Бомгю отпускает его руку.

***

Состав Хаффлпаффа тоже изменился, это первое, что осознает Енджун, когда ведёт свою команду под мрачным небом. Во-первых, Йена стала капитаном и переключилась с охотника на вратаря. Кроме того, есть еще Чэнле в качестве загонщика и Гавон в качестве ловца. Енджун поспешно решает привести Кая и сегодня. Им не хватает игрока, потому что Джемин простудился, но это не было большой проблемой, так как это была просто очередная тренировка. Последняя тренировка перед началом Кубка на следующей неделе. Таким образом, идеальный шанс увидеть, готов ли Кай к вызову. Он обучен играть в ловца, но заполнение в качестве охотника может подвергнут его летные навыки в испытаний. Енджун тщательно все обдумал; ну, настолько насколько это возможно, когда Бомгю все еще у него на уме. — Я полечу с Хеджу, а ты займешь заднюю линию и будешь ждать пропуска. Точно так же, как мы тренировались, — сообщает Енджун Каю, а затем они занимают свои места в круге. Внизу Сан показывает им большой палец, дует в свисток, а затем выпускает бладжеры и снитч в воздух. Толпы, собравшиеся на трибунах, радостно приветствуют друг друга, и Енджун замечает, что за ними наблюдает больше студентов, чем за прошлыми играми, даже из домов, которые сегодня не участвуют. Он рассуждает, что это потому, что экзамены наконец закончились, и им нужно снять стресс. Черён отсчитывает в микрофон, и толпа считает вместе с ней. Когда она насчитывает один, Сан снова дует в свисток и запускает квоффл в воздух. Игра начинается. Хеджу хватается за квоффл, но Феликс блокирует ее, и она не может выстрелить. Они летят вниз и кружат вокруг одной из башен, пока Хеджу отчаянно пытается стряхнуть его, но Феликс неумолим. Сынмин целится колотушкой в их сторону. Это рискованно, зная, что он может ударить Хеджу вместо Феликса, или обоих, но это позволяет Хеджу выиграть эту долю секунды отлететь от парня. Она, не теряя времени, бросает мяч Каю, который не охраняется, потому что никто не видит в нем угрозы, а затем резко летит вперёд. Бладжер промахивается мимо нее на волосок. — Кай! — Енджун кричит, когда Чэнле целится бладжером в Кая. Кай на шаг впереди, петляя вокруг испуганного Чэнле, которого чуть не раздавил его собственный мяч. Енджун впечатлен, но у него нет времени думать о похвалах, потому что Кай бросает в него квоффл, и это время шоу. Енджун знает, что Йена — перфекционистка и что она выстроится там, где, по ее мнению, у нее есть лучший охват со всех сторон. А это значит, что придется стрелять с узкого расстояния, и ему придется использовать свой рост как преимущество. Как только он приближается к обручу, он делает глубокий вдох и ставит одну ногу на ручку своей метлы. Это рискованно, но он уже практиковался в этом раньше, и ему нужно знать, сможет ли он развернуть эту стратегию во время реальных игр. Поднявшись на ногу, он перебрасывает мяч через голову Йены, и тот образует короткую дугу, прежде чем приземлиться внутри обруча. Раздается громкий звон, так что он понимает, что сделал это. Он не должен праздновать в таком неустойчивом положении, но его голова в последнее время была не совсем в порядке, так что естественно, естественно, будучи таким тупицей, как он, он празднует. А потом резко падает. Енджун почти уверен, что он умрет, хотя все его товарищи по команде летят за ним, но, гравитация тянет его быстрее, чем они успеют долететь. Он крепко зажмуривается, готовясь к удару. Если он не умрет, то наверняка сломает несколько костей и, возможно, испортит свое красивое лицо. Но внезапно он перестает чувствовать, как ветер сильно давит ему в спину. Вокруг него все еще стоит шум, означающий, что он определенно не спит, но он определенно больше не падает. Енджун нерешительно медленно открывает глаза, чтобы с опаской оглядеть поле. На него смотрят сотни глаз, а наверху его товарищи по команде все еще спешат спасти его. Он уже должен был лежать на земле, так почему же парит? Не прошло и полсекунды, как Кай протянул руку и схватил Енджуна за воротник, рывком усадив его на метлу. Он забыл о нечеловеческой силе Кая. Возможно, ему больше подошло бы быть загонщиком. У Енджуна нет времени, чтобы увидеть, кто бросил заклинание, потому что его тащат обратно на его собственную метлу, и никто не тратит время на то, чтобы начать игру снова. От 30 до 30. От 50 до 60. От 80 до 70. Он летит туда-сюда, пока Йена не просит их о первом тайм ауте. Енджун предполагает, что она меняет структуру их команды. Его члены также начали обсуждать свою новую позицию в нападении без него. Иногда он чувствует себя беспомощным капитаном, потому что все его товарищи по команде хорошо владеют стратегией и знают, как адаптироваться к новым ситуациям. Его титул скорее для галочки, если уж на то пошло. Они не согласятся, когда он поднимет этот вопрос, говоря, что он лучший капитан, которого они могли бы иметь, но Енджун всегда чувствует, что он не подходит для этой работы. Особенно сейчас, когда он едва не стоил им победы, упав со своей метлы. Пока они обдумывают, как атаковать дальше, Енджун отключается, а затем тихо объявляет, что собирается выпить воды, на что Сынмин рассеянно кивает. Трибуны Слизерина наиболее переполнены, и большинство зрителей практически качаются в его сторону, когда он приближается. Хевон швыряет ему бутылку воды, и Енджун одаривает ее улыбкой, прежде чем опрокинуть все это. Люди странные, приходит он к выводу, когда слышит кучу визга. Что такого «горячего» в том, что парень пьет воду? Назовите его нарциссом, если хотите (и вы, вероятно, будете правы), но он знает, что он хорошо выглядит; однако это просто зашкаливает вид «сумасшедших». Он бросает бутылку в мусорное ведро и смущённо улыбается, когда в толпе раздаются восхищённые аплодисменты. Тайм-аут продлевается из-за внезапного раската грома, который гремит сверху. Где-то вдалеке сверкает молния, но, как ни странно, дождь еще не начался. Гром пробивает после второй вспышки молнии, когда Енджун летит вниз, чтобы принести очки для своих товарищей по команде. Полог палатки поднят, и Енджун морщится. Тот, кто вылетел последним, забыл задрапировать вход. Если им повезет, то никто не должен пробраться сюда. Он не хочет повторения того, что случилось на третьем курсе, когда кто-то стащил все их одеяния и сбросил их с моста. Обнаружив, что дверь раздевалки тоже открыта, он нервничает еще больше, но старается не думать об этом. — Очки, очки, — бормочет он себе под нос, шаркая ногами, чтобы найти коробку, в которых они находятся. В конце концов он находит Бомгю, сгорбившегося на деревянных сиденьях. — Ты не очки. — Енджун, — Бомгю встаёт, не теряя времени, подходит к нему и хватает за руки. Енджун инстинктивно вздрагивает, но тут же напоминает себе, что Бомгю не виноват в том, что Енджун влюблен в него, и он не должен наказывать его за это. Это то, что он должен пережить сам, поэтому он пытается заглушить эти чувства. — Ух ты, вторгся на чужую территорию? Это не очень-то благородно с вашей стороны, господин префект, — поддразнивает Енджун, наклоняясь и проводя кончиком пальца по носу Бомгю. — он старается не задерживаться слишком долго, не желая произвести неверное впечатление; как бы он ни был влюблен, он не разлучник. — Кай впустил меня сюда, — объясняет Бомгю, и Енджун хмыкает в знак признательности. Он осторожно отталкивает руки Бомгю и возвращается к поискам очков на пыльных полках. Бинго, на верхней полке справа. — Я хотел поговорить с тобой, — признается Бомгю, голос его звучит неуверенно и мягко, как будто он боится, что Енджун снова отмахивается от него. — Насчёт твоей явной влюбленности в меня? — Енджун усмехается, потому что если это не может быть реальностью, то он мог бы хотя бы немного пошутить, чтобы преодолеть боль. — Просто признай это. Ты одержим мной. — Ты прав, — начинает Бомгю решительно, а затем обрывает себя. Енджун оборачивается, держа в руках коробку с очками, и наклоняет голову в сторону, увидев взволнованного Бомгю. — Хм, — неловко смеётся он, ставя контейнер рядом с ними. — Я просто пошутил, я не собираюсь бросаться на кого-то, глупый. Расслабься немного. — А я нет, — выдыхает Бомгю. — Я не занят. — его слова звучат невнятно, потому что он говорит все это слишком быстро. — Что? — спрашивает Енджун, наклоняясь вниз, потому что он не уверен, что расслышал правильно. — Я… черт, Енджун, я не занят, — стонет Бомгю, закрывая лицо руками. — Я не встречаюсь с Тэхеном. Это была ложь. Енджун чувствует сразу слишком много. Сначала радость, потом оттенок предательства и обиды, потом смятение и, наконец, надежда. — С чего бы тебе, — Енджун замолкает. Он пытается разобраться в ситуации, но его голова вся липкая от того, что Чхве Бомгю все еще находится здесь! — Ладно, забудь об этом, — выплевывает Бомгю, и Енджун моргает. Резкая перемена в его поведении кажется странной, но он решает не испытывать судьбу. — Итак, — говорит он, смущённо хмурясь, когда они с Бомгю обмениваются взглядами. — Ты действительно здесь, потому что я тебе нравлюсь, верно? Бомгю бьёт его по руке, и Енджун разражается приступом хихиканья, чувствуя себя так, словно с его груди свалилась тяжесть. — Я вижу, ты запал на меня, — драматично вздыхает Енджун, проводя рукой по волосам. Ему кажется, что он слышит, как Бомгю сглатывает, но он стряхивает эту мысль, прежде чем снова впадает в бред. — Хотя я понимаю. Я привлекателен, — бесстыдно приписывает себе Енджун и затем принимает позу. — Просто посмотри на меня. — Я смотрю. — Бомгю звучит так близко к тому, чтобы убить его, и выражение его лица настолько стоическое, что у Енджуна мурашки бегут по спине. — На что это я смотрю? Енджун закатывает глаза. — Ты не обманешь меня, Боми, я знаю тебя. — Он делает шаг вперёд, уверенность растет, когда Бомгю не отступает ни на шаг. — Тогда ты знаешь, что я считаю тебя раздражающим. — Бомгю отстреливается, защищаясь. — Тогда, наверное, мне придется это изменить, — решает Енджун. Он поднимает обе руки, шевеля пальцами перед Бомгю, как будто подражая маггловскому изображению колдовства. — Ох, Чхве Бомгю, — начинает он, слегка прищурившись, чтобы лучше разыграть спектакль. — Что ты делаешь? — Бомгю морщится, и отворачивается. — О, я тебе нравлюсь, — говорит Енджун, сдерживая улыбку. — Оо, ты хочешь пойти со мной на свидание. — Отвали, — парирует Бомгю, протягивая руку, чтобы оттолкнуть руки Енджуна, когда они оказываются слишком близко к его лицу. — Ах, ты хочешь поцеловать меня, — продолжает Енджун. Он принимает колеблющийся взгляд Бомгю и раскрасневшиеся щеки как победу. — О, ты так сильно хочешь меня поцеловать. — Вообще-то, — Бомгю обретает голос через несколько секунд, но Енджун не пропускает заикания, — Я здесь из-за Кая, так что прошу меня извинить. Выражение лица Енджуна становится жёстче. Игра в тяни-толкай Бомгю продолжается уже, кажется, целую вечность, и его терпение всегда было слабым. Оно может быть немного больше, когда имеет дело с озорными выходками своих возлюбленных, но это не значит, что он наслаждается тем, что его сердце растоптали. Вот тут-то он и проводит черту. Потянувшись вперёд, он хватает Бомгю за запястье и швыряет его к стене. Его руки хлопают по той же самой поверхности, чтобы заключить в клетку потрясённого Гриффиндорца, когда он смотрит на него сверху вниз. Бомгю отказывается встретиться с ним взглядом. Енджун не уверен, было ли это вызовом или смущением. — Неужели ты действительно не проявляешь ко мне никакого интереса? — спрашивает Енджун, изо всех сил стараясь не показывать свою неуверенность, независимо от того, насколько он уязвим в данный момент, — Я не могу продолжать играть с тобой в эту игру. Снаружи завывает ветер, и Енджун слышит, как трещит палатка, так как дверь раздевалки осталась открытой. Толпа все еще шумит, а дождь усилился и теперь яростно стучит в верхние окна раздевалки. Бомгю тяжело дышит, но не так, как Енджун, который ждёт ответа. Простое «да» или «нет», кивок головы, любой знак. Бомгю ничего ему не даёт. Снова. Свисток судьи пронзает стадион, и Енджун понимает, что пора уходить, поэтому он расслабляет свою жёсткую позу. — Забудь об этом, — бормочет он, поворачиваясь, чтобы достать забытую картонную коробку. — Я устал от этого, Бомгю. Что бы это ни было. Как только его пальцы коснулись края коробки, Бомгю схватил его за предплечье и быстро развернул обратно. Енджун едва успевает осознать, что происходит, когда губы Бомгю прижимаются к его губам. Это слишком целомудренно, как будто Бомгю слишком нервничает, чтобы позволить этому задержаться, и Енджун почти думает, что он вообразил себе это. Но он замечает, что рост Бомгю уменьшается на дюйм, когда он перестает ходить на цыпочках, и чувствует тонкие пальцы, которые обхватывают воротник его рубашки, и понимает, что это действительно произошло. — Что? — он хрипит, слишком потрясенный, чтобы сказать что-нибудь еще. Бомгю поднимает коробку с очками и отдает ее обмякшему Енджуну. (Енджун почти роняет его) — Иди и выиграй для меня. — возникла неловкая пауза. — Неудачник, — и боже, это так похоже на Бомгю, Енджун чуть ли не плачет от счастья. — Погоди, так ты сказал, что Тэхен свободен, верно? Он ни с кем не встречается? — Возвращайся к игре, — стонет Бомгю, выпроваживая Енджуна. В итоге они выигрывают от 140 до 110. (Енджун бьёт новый рекорд по количеству забитых мячей в одной игре.)

***

— Значит, ты хочешь сказать, что подстраивал систему, чтобы дать Каю очки за то, что он милый, а потом свести это на нет, запугав меня? — Да, это то, что я только что сказал слово в слово, — отвечает Бомгю и поворачивается к Субину, — Он всегда такой глупый? — Да, — честно подтверждает Субин, — Ты уверен, что это тот человек, который тебе нужен? Я имею в виду Кан Тэхен выглядит— Енджун бросает виноградину в лицо Субину. — Так или иначе, ты снимал очки за самые нелепые вещи и называешь это флиртом? — он дуется на своего парня, который сейчас протягивает руку и щекочет пальцами его подбородок. — Это сработало, не так ли? Енджун уступает, игриво высовывая язык, прежде чем наклониться с намерением поцеловать Бомгю. Субин ему не позволяет. — Это ты мне говоришь, — раздражённо вздыхает Хаффлпафф, практически бросаясь на Енджуна, который кряхтит от добавленного веса, — Я должен дождаться, пока Кай станет префектом, каким-то образом заставить его начать злиться на меня, выиграть гонку, затем бросить ему вызов, чтобы он был добр ко мне, пострадать, когда он фальшиво встречается с кем-то другим, и в конечном итоге заставить его чудесным образом признаться мне. — Во-первых, это наша история, делай свою, — говорит Енджун, отталкивая от себя своего лучшего друга. — А во-вторых, единственное, что может произойти из всего этого, — это то, что Кай станет префектом. — Ты прав, — причитает Субин, уткнувшись лицом в стол. Звук, который производит удар, привлекает внимание людей, и Енджун не понимает, как он не умер от смущения за все эти годы, — Кай никогда не мог быть злым ни с кем! Я обречён! — А почему это плохо? — спрашивает Бомгю, явно сбитый с толку. Енджун держит его за руку и качает головой, молча говоря ему, что он должен просто переждать истерику Субина. — К тому же он быстрый, а я терпеть не могу тренировки, поэтому никогда не обгоню его на полетах, — хнычет Субин, — Это безнадежно. Я останусь наедине с 47 кошками. — Погоди, иметь 47 кошек не так уж и плохо. Бомгю пожимает руку Енджуна, и тот оглядывается. Их взгляды встречаются, и Енджун теряется в глазах Бомгю, которые темны, как ночное небо, и мерцают звёздами. На заднем плане Субин стонет и хнычет от горя, но Енджун планирует поддержать его немного позже, потому что прямо сейчас целовать своего парня бессмысленно важнее. Поэтому они ускользают прежде, чем Субин может заметить, и Бомгю ведёт его в «запретную» ванную префекта. Несколько мгновений спустя запястья младшего зажаты над его головой, и Енджун оставляет нежные укусы на его шее. Жар окутывает их, когда Бомгю корчится в объятиях Енджуна, и ангельские звуки срываются с его распухших губ. Они ещё несовершенны в поцелуях, всё ещё небрежные от непривычки друг к другу, но Енджун наслаждается этим. Наслаждается тем, как зубы Бомгю слишком грубо касаются его нижней губы и как их языки застенчиво скользят друг по другу. — Ты прекрасен, — шепчет Енджун, чмокая Бомгю в нос, когда они прерываются, чтобы перевести дыхание. — Я знаю, — нахально улыбается Бомгю, и Енджун смеётся, вновь наклоняясь. На этот раз поцелуй был более нежным, и Енджун утопил в нем всю свою любовь. Он отпускает запястья Бомгю, направляя их через свои плечи, а затем кладет свои собственные руки на бока младшего. Брюнет вздрагивает от щекотки, но потом улыбается в ответ на поцелуй, и Енджун тает. Он не хочет расставаться, но позволяет младшему на мгновение отшатнуться. — Кстати, ты был таким глупым вчера, — Бомгю тычет пальцем в грудь Енджуна. — Я никогда в жизни не произносил заклинание левитации так быстро. — Это был ты? — Енджун удивлен, хотя и не должен удивляться, теперь, когда он знает о чувствах Бомгю. — Да, — бормочет Бомгю, снова касаясь губами губ Енджуна, — Я чуть не потерял тебя, болван. — Прости, — извиняется Енджун, украдкой быстро чмокая Бомгю в нос. Младший морщит нос и надувает губы. — Но теперь я в порядке, Бом, и ты меня не потеряешь. Бомгю кажется всё ещё недоволен, и Енджун не винит его, так как он совершает глупые действия, рискуя своей жизнью слишком часто. — Если ты умрешь, — Бомгю прижимается ко лбу Енджуна, — мне некому будет отдать всю свою любовь. — Кай все еще существует, — поддразнивает Енджун, но затем покрывает всё лицо Бомгю поцелуями, чтобы показать, что он чувствует то же самое. В глубине души Енджун знает, что Субин собирается дать ему по ушам за то, что он бросил его, но, когда Бомгю хихикает, Енджун решает, что ему на самом деле все равно. Бомгю того стоит. Стоит всего.