Пойми меня через стихи

Директор «Школы Леди» вошла в коттедж, попутно поздоровавшись со съёмочной группой и подметив, что преподаватели обоих факультетов уже на рабочем месте. Только она подошла к своему кабинету, как зазвонил телефон, оповещая о скором начале съёмки. Пока Лаура вешала пальто в шкаф, краем глаза она заметила на столе какой-то клочок бумаги и лежащий рядом с ним цветок. Ярко красная точно сделанная из воска камелия вызвала отблеск интереса в глазах Лукиной. Покрутив в руках небольшую записку, по всей видимости, напечатанную на машинке, она прочла еë содержимое:

«Для утончённой женщины ночь всегда новобрачная... Упоенье любовное Вам судьбой предназначено... В шумном платье муаровом, в шумном платье муаровом - Вы такая эстетная, Вы такая изящная... »

Во время прочтения строк губы Лауры, незаметно для неë самой, изогнулись в милой улыбке. Лишь пару минут спустя она вспомнила, что необходимо было идти вниз и отыгрывать привычную роль строгого директора, поэтому она откинула мысли об анониме, который по совместительству оказался неплохим рифмоплëтом. Несмотря на то, что она пыталась не думать о таинственном воздыхателе, Лаура не могла отогнать мыслей о том, кто бы это мог быть. «Это мог быть кто угодно! В кабинет могли зайти те же самые пацанки, режиссёры, члены съёмочной группы или коллеги - все они имели доступ. Так кто же это был?..» Лукина ушла глубоко в свои размышления и перестала обращать внимание на то, что происходит вокруг. Заметив состояние коллеги, Мария аккуратно коснулась её плеча, чтобы вернуть ту обратно в реальность. Её встретил такой проникновенный взгляд синих глаз, что она невольно опустила голову в смущении. -Вы что-то хотели, Мария? – растерянным голосом спросила Лаура, попутно осматривая Третьякову с ног до головы. -Только напомнить, что нас все уже ждут. -Ах, да, точно, - после этих слов они пошли к выходу, болтая о рабочих пустяках. Хоть и атмосфера между ними была непринуждённая, в голове Марии бешено летали мысли, перемешиваясь друг с другом. Она пропустила Лауру вперёд, чтобы хоть на мгновенье дать себе время полюбоваться станом женщины, при этом оставаясь незамеченной. Дело в том, что этот белокурый ангел три года назад попал под чары статного директора и не смог им воспротивиться. Чего ж таить, она и до сих пор не может им сопротивляться… После того, как закончились съёмки, которые сопровождались неоднозначными переглядками между Марией и Лаурой, Лукина осталась наедине со своими мыслями. Раньше она не разрешала себе думать о том, почему постоянно встречается взглядом с Машей. Она, конечно же, как и все восхищалась красотой женщины и умением преподнести себя, но её никак не отпускал вопрос: почему милое создание всегда смотрит на неё в ответ? «Может, Мария заметила мои восхищённые взгляды и теперь…презирает меня? - эта мысль молниеносно пронеслось в голове Лауры, но на смену ей пришла более адекватная. – Но презрение не выглядит так. Нет, это что-то другое, я уверена. Только вот, что?» Пазлы в её голове всё никак не хотели складываться воедино. Она понимала тот факт, что если она сейчас не примет снотворное, то завтра не найдёт сил встать с кровати, поэтому выпила таблетки, отшлифовав их третьим бокалом сухого вина, что, кстати, было не лучшей идеей. А пока Лукина отдавалась сладкой неге, в комнате неподалёку Мария ходила взад вперёд, размышляя о чём-то глубоко волнующем её. Черты лица её были нахмурены, спина – напряжена. Отчего же она была в таком состоянии? Всё просто, хотя нет, не совсем. В то время, когда Лаура думала о Марии, та, в свою очередь, думала о Лукиной. Она предполагала, что проницательность женщины как всегда была на высоте, и Лаура догадалась о том, что записка была делом её рук. «Как же глупо, Маша! Стихи Северянина?! Ты серьёзно? Кто здесь ещё, кроме тебя, вечно болтает о том, как обожает этого поэта? Она поняла, что это была я, и поэтому вела себя так отстранённо…» Мария хотела оставаться в тени, одаривая символичными подарками любимую женщину. Не знай Лаура, кто является отправителем, она бы может не питала отвращения к «неправильным отношениям» и хотя бы улыбалась чаще. «Но, видно, не судьба», - думала Третьякова. И всё-таки, несмотря на все свои переживания, она надеялась на лучший исход: что у женщины просто не было времени на то, чтобы думать об отправителе. Мария имела заранее продуманный план действий и хотела осуществить его при любых обстоятельствах. Даже в темноте ночи можно было разглядеть решительный блеск её глаз.