Субботнее утро

— Чувак, сегодня суббота. Восемь часов утра. Я лёг вчера безумно поздно. Не смотря на всю мою бесконечную и безграничную любовь к тебе, я ненавижу тебя. Больше, чем шутки про мой рост, — на другом конце провода раздаётся сонный, полный возмущения голос. — Блин, прости друг. Я просто хотел, чтобы ты знал, что я в порядке, топаю сейчас в новую квартиру,— произносит виновник возмущённого голоса. Он, тихо пригнувшись, ступал по ступенькам и волочил за собой средних размеров чемодан. — Ты серьезно попёрся туда сейчас? А если владелец ещё спит?— возмущенный голос потихоньку стал крепчать. —Ну, я не мог больше сидеть в той квартире... К тому же мне снова написала Лиса, сказала, что подъедет утром, а я ещё не готов с ней говорить,— полушёпотом произносит парень, — Ну и домовладелица попросила освободить место проживания к утру. У меня не было выбора. — Ты не сказал Лисе, что переезжаешь? — Нет. И не собираюсь. — Чувак, много времени уже прошло. Может быть, не стоит бежать от всего? Ты же сейчас буквально сбегаешь, если не считать того, что основная причина переезда в непреднамеренном поджоге... Тем не менее...— друг не успел договорить, как собеседник прервал его. — Нет, я не сбегаю, просто сменяю накалённую обстановку. Понимаешь, я как бы уже задрался со всем этим, ещё и предки на уши присаживаются. — Ты так и не сказал им? — Чимин, ты же знаешь, что я не могу, отец сразу же прекратит финансирование и мне придётся вернуться в Пусан,— грустно посмеялся парень. — Мда, а этого ты хочешь меньше всего... — поддержал своего приятеля уже не возмущённый голос, — С кем хоть жить будешь теперь, ты же снимаешь комнату в частной квартире? — Ага. Только я фиг знает кто там хозяин. Какой-нибудь мистер Ким или Пак… Хрен знает, да это не так важно. Главное, что цена просто сумасшедше низкая на место в самом центре. Это просто подарок судьбы. Кто бы там не сдавал такую прелесть, я расцелую его и куплю шоколадные конфетки,— ответил парень. — Хах, я бы посмотрел, как ты будешь расцеловывать жирного, тридцатилетнего задрота, который ещё к тому же и с мамой живёт,— голос на другом конце окончательно проснулся и начал подстёгивать своего собеседника. — Нет, мамы в условиях не было... Чувак, который это сдает, живёт один. К тому же и фотки квартиры, прикрепленные к договору и какой-то странной анкете, вполне меня устроили. — Ну, короче, напишешь, когда, наконец, достигнешь своей цели. Серьёзно, сколько лестничных пролётов ты уже прошел? Твоя отдышка в динамик телефона нервирует меня. — Да тут лифт не работает, а квартира на восьмом этаже. Жесть просто. Но за такую цену я бы и на двадцатый этаж каждый день поднимался, — оправдался парень,— Ладно, я у цели уже. Держи кулачки за то, чтобы мой тридцатилетний задрот оказался адекватным чуваком. — Ага. Главное помни: они, будут бояться тебя больше, чем ты их, когда узнают твой уровень в Овервотче!— произнёс голос и сбросил вызов. — Да, сученька. Три года стажа в Овервотче и все лавры мои,— сказал парень уже сам себе и постучал в квартиру под номером 803, в которой поселится на неопределённое время. Чонгук постучал три раза, но никто не соизволил подойти. Тогда он постучал ещё и ещё и ещё. Когда он приложил ухо к двери, то услышал там тихое копошение. Секунда и дверь отворилась. Чонгук навсегда запомнит этот момент. — Суббота не приёмный день! В анкете же было сказано об этом. Вы издеваетесь что ли?— уже другой возмущённый голос, но теперь Чонгуку хотелось бы подольше его слушать. — П...привет!— он глупо улыбнулся и помахал рукой,— Я извиняюсь, но мне, как бы, негде жить сейчас... — Знаете, это мой первый опыт в таком деле и мне уже не нравится! Проходите. Ваше счастье, что я рано встаю!— его новый сосед открыл дверь нараспашку и позволил Чонгуку войти. Он не мог отвести от неё глаз. Она была безумно красивой, с идеальной фигурой, которую подчёркивало слегка старомодное, строгое платье. Обычно, Чонгук весьма самоуверен рядом с девчонками, но под таким суровым, но чрезвычайно прекрасным взглядом он как то спасовал, но потом мысленно шлёпнул себя по щеке и включил на максимум весь свой шарм. — Я Чонгук,— начал он разговор. — Меня это мало интересует,— холодно ответила потенциальная соседка,— Вы не прошли анкету, которая прилагалась к договору, не так ли? Иначе бы не заявились сюда в субботу утром. — Я... я просмотрел анкету, но подумал, что это какой-то прикол… Типа там такие вопросы забавные были…— Чонгук глупо улыбался и смотрел на девушку. — Вам смешно?— удивлённо спросила соседка и, взяв свой ежедневник начала что-то активно записывать,— Хорошо, первый минус Вы уже заработали, поздравляю. — Что? Минус?— Чонгук почувствовал, что ситуация приобретает серьёзный оттенок. — Да, минус. Зарабатываете пятнадцать и вылетаете отсюда. Если бы прошли анкету, знали бы,— пожала плечами девушка и подошла ближе,— Я никогда и ни с кем не шучу, это ясно? Чонгук нервно сглотнул, дав понять, что понял её. — Раз уж Вы отказались от анкетирования, то проведем экспресс-опрос по самым важным вопросам. Остальное по ходу дела всплывёт. — Извини…те, — снова глупый смех,— А я не могу просто въехать в свою комнату? — Нет, не можете. Я не могу делить целую квартиру с человеком, о котором ничего не знаю. — Ааааа, я понял, — Чонгук закинул свою руку девушке на плечо,— Хочешь познакомиться поближе? Она посмотрела на него страшным, полным отвращения взглядом и грубо скинула его руку с себя. — Первый вопрос: учитесь ли Вы или работаете где либо?— проигнорировав его предыдущее высказывание начала девушка. — Эээ... Я, типа, учился, но потом всё надоело и я бросил. Работы нет... — Тогда как Вы собираетесь оплачивать проживание?— строго проговорила брюнетка. — Ну, мне родители деньги высылают… — Они знают, что Вы не учитесь и не работаете? — Нууу, они думают, что я все ещё в университете, но... — Понятно,— перебила его девушка и снова сделала пометку в ежедневнике. — Извините, а что Вы там про меня записываете?— поинтересовался парень. — В этом мире есть миллионы вещей, которые Вас не касаются. Эта одна из них,— она всё так же была холодна,— Следующий вопрос: принимаете ли Вы алкоголь, наркотические или токсические вещества, кислоту? Если да, то в каком количестве? — Ух, ну и вопросик. — Отвечайте! Вот и как на это ответить, чтобы не выглядеть идиотом? Чонгук никогда не был из робкого десятка, любил иногда пригубить бокальчик. Они очень часто напивались с друзьями и творили неведомую хрень, за которую как бы должно быть стыдно, но со временем становится очень смешно вспоминать те раскопанные клумбы цветов перед домом матери Чимина и положенные на могилу божьей коровки, случайно попавшейся под ботинок и вызвавшую целую лавину пьяного плача по ней, георгины, за которые та самая мама Чимина потом жёстко надавала по жопе. Фигурально. Удивительно, но именно алкоголь привёл его сегодня сюда. А на счёт наркотиков... Чонгук уяснил одно: первый час было весело, а потом совсем не весело. Повторять тот опыт он не намерен. — Кхм, я не употребляю наркотики, токсические вещества и прочее. Алкоголь я пью, но...— Чонгук осёкся,— Но только по праздникам. Глупая улыбка, очень глупая. — Какие у Вас стоят прививки?— не переставая делать пометки, спрашивала соседка. — Нуу, в десять лет от птичьего гриппа поставили прививку. О, и ещё в прошлом году, когда делал тату, мне вкололи что-то от заражения крови, считается же?— Чон решил, что если он немного подыграет обворожительной, но немного долбанутой соседке, то его впустят уже в комнату. — У Вас есть татуировки?— изящная бровь над правым глазом ползет вверх. Ничего хорошего в этом жесте нет, — Очень, весьма интересно. Чонгук начал чувствовать, что с каждым своим словом он топит свои шансы на проживание в этой квартире всё глубже и глубже. Сегодня утром он встал полным решительности человеком, готовым начать жизнь с чистого листа, а сейчас чувствует себя маленьким пацаном, оправдывающим перед матерью свои безбашенные поступки. — Отсюда вытекает такой вопрос: Вы причастны к какому либо течению, банде, группировке?— серьезным тоном продолжила девушка. — Что? — парень опешил,— Нет! Конечно, нет. Это так, детские шалости. — Могу я взглянуть на Ваше тату тогда? Сколько раз за прошедшие двадцать минут она смогла вогнать его в ступор? — Дд…да, раз…умеется.. Чонгук закатал рукав на правой руке и протянул её потенциальной соседке. Она грубо схватила его за руку, всю покрытую разными картинками, словами и стала внимательно рассматривать, активно записывая что-то в этот чёртов ежедневник, который Чонгук уже возненавидел. — "Я лучше умру, чем буду жить без страсти", Вы что, мотогонщик? — впервые за всё время она усмехнулась. — Нет, это мое жизненное кредо. Не вижу смысла жить без страсти,— Чонгук придал более решительный тон своему голосу. — Хорошо, признаков причастия к масонству я не нашла, уже плюс. Теперь...— не успела договорить брюнетка, как парень её прервал. — Прости…те, но как долго будет продолжаться этот "экспресс-опрос"? Мне, если честно, сейчас очень нужно отлучиться по малой нужде, — опять идиотская улыбка. — Ах, как хорошо, что Вы вспомнили, — девушка подошла к столику и взяла лист,— Вот, это график посещения уборной. Что? — Что? График посещения? — Ну да, я не собираюсь жить с хиппи. К тому же, к моему огромнейшему сожалению, ванная комната у меня одна, поэтому, во имя избегания непредвиденных обстоятельств, прошу ознакомиться с графиком. Если Вас что-то не устраивает, то можете справлять нужду на улице и принимать душ в луже. Чонгук округлил глаза от всех возможных эмоций, которые он испытывал в данный момент. Эта чудачка и впрямь решила держать под контролем всё, включая все возможные организменные выделения. Ему не нашлось, что сказать. Видимо придётся смириться. За такую смешную цену он готов вообще не мыться. — В анкете ещё много вопросов, но Вы, я смотрю, близки к той самой непредвиденной ситуации, поэтому скажу главное: женщин в этот дом водить категорически запрещено. Заходить в мою комнату, трогать мои вещи карается смертельной казнью. Кухня — всегда в вашем распоряжении, только если там не нахожусь я. Попытка заговорить со мной вредна для здоровья. Принимать гостей не запрещено до десяти часов вечера. В десять часов отбой, выходить из дома запрещено. Если Вы уходите из дома после девяти, то можете не возвращаться до утра. — Я могу принимать гостей? — Заранее согласовать со мной. Не больше двух человек. Шум не выше двадцати— двадцати четырёх децибелов. Выпивать нельзя. Разговоры о политике, о женщинах и уровне жизни в Швейцарии запрещены! — Уровень жизни в Швейцарии? — Не заставляйте меня ставить Вам ещё один минус! Чонгук вмиг умолк. —Каждое второе воскресенье собрание в восемь утра по обсуждению проживания, покупок продуктов и прочего. Так, что ещё?— соседка закусила нижнюю губу, пролистывая страницы своего ежедневника,— Самое главное, это,— она подняла в воздух ещё один лист,— Это — счётчик Ваших промахов. Как я уже говорила: У Вас есть пятнадцать попыток, используете все — вылетаете из квартиры. За каждый косяк я ставлю Вам минус, один Вы уже заработали сегодня, так что,— она ставит минус в первую клеточку и вешает лист на холодильник, — Со всем остальным прошу ознакомиться самостоятельно. К завтрашнему утру я жду заполненную анкету, которой Вы пренебрегли. Помните — сейчас Вы на испытательном сроке! По традиции позволяю задать мне три интересующих Вас вопроса. Вопросы не по теме — засчитываются за отвеченные и отклоняются. Чонгук внимательно смотрел на девушку, внимая каждому слову. Его мозг был готов взорваться от такого количества информации. Но пару вопросов у него все же накопилось. Скорее даже пару сотен. — Тааак,— Чонгук прочистил горло, — Как Вас зовут? — Отклоняется. — Ну почему? — Мы не друзья и нам незачем знать имена друг друга. Осталось два вопроса. — Ну, скажите хотя бы, сколько Вам лет? — Отклоняется. Чонгук запаниковал. Он так давно не чувствовал подобного. — Но, тогда... Скажи…те, — мямлил парень, — Ух, скажите, почему Вы сдаёте квартиру по такой цене? Место же просто потрясающее? Девушка устало прикрыла глаза и выдохнула. — В моей семье сейчас финансовые проблемы и родители не могут больше высылать мне деньги на проживание, а того, что я зарабатываю, не хватает на оплату квартиры. Если бы я заломила цену, никто бы не откликнулся, так как жить с незнакомцем под одной крышей, да ещё и за бешеные деньги сомнительное удовольствие. А так, очень много людей почти сразу отреагировало. Вы один из немногих, кто продержался до конца, не смотря на все Ваши недостатки. Обычно приходилось пускать в ход элетрошокер... Дорожите этим местом, так как люди продолжают мне звонить! Чон быстро заморгал. Он почти уже был готов задать вопрос о её семейных проблемах, но вовремя остановился. Кажется, начинает догонять, что к чему и ещё один минус будет лишним. — А...можно ещё вопросик, мааааленький такой, м?— Чонгук состроил милое личико, которое обычно было безотказно. — Нет,— строго ответила особа, разворачиваясь, ударила парня волосами по лицу и подошла к выходу из гостиной,— следуйте за мной. Чонгук грустно вздохнул и последовал за брюнеткой, попутно вдыхая аромат её духов. Крышесносно. — Это Ваша комната,— она указывает на дверь и открывает её,— Как видите, она прямо напротив моей, поэтому я категорически запрещаю шуметь там в вечернее время. Если хотите слушать музыку, смотреть фильмы или ещё что-то, на стене висят вакуумные наушники. Не смейте брезговать пользоваться ими, а иначе полетите на улицу. — А что насчёт игры на инструментах? — Вы играете? На чём же? На нервах людей? Чонгук притворно посмеялся. Она такая привлекательная, но такая заноза. — Ха-ха. Я на гитаре играю. Мне нравится по вечерам тренькать что-нибудь. Помогает подумать перед сном, настроить сноведенческие каналы... — А обниматься с бомжом на прохладной улице любите? — Что? Нет... Что за? — А придется, если я хоть раз после девяти вечера услышу Ваше "треньканье". А насчёт бомжей — все равно придется поконтактировать с ними. Девушка указала на окно, где несколько бездомных окружили забытый на улице Чонгуком чехол с гитарой. — Твою ж… Блять!— Чонгук рванул на улицу, услышав напоследок наставление помыться после битвы за гитару и больше не произносить пассивно-агрессивных или просто агрессивных слов. — Ну ахуеть просто,— шептал себе на ходу парень, мчась по лестнице вниз спасать любовь всей своей жизни. [ВЕЧЕР ТОГО ЖЕ ДНЯ] — Ну и как оно? Как всё прошло. Ты весь день не отвечал, я подумал, что тебя в секту забрал твой задрот,— даже голос лучшего друга не помог оправиться после тяжёлого дня. — Да пиздец какой-то. Я весь день был занят изучением этой грёбанной анкеты на 234 страницы,— Чонгук устало потёр глаза. — Что за анкета? Для девочек которая? Все тридцатилетние задроты такие ведут, я точно знаю. Чонгук посмеялся. Что лучше: соблазнительная соседка-заноза или дружелюбный тридцатилетний задрот? — Нееет, это такая ебанутая анкета, которую эта девчон.. —Так. Стоп. Ты что, с девушкой живёшь?— Чонгук буквально видел, как узкие глаза друга расширились от удивления и ещё одной эмоции, которую Чонгук не любил, просто ненавидел. — Неет, пфф, конечно нет. Девчонки не сдают квартиры парням за такие цены. Ты же их знаешь. Они по парам с другими девчонками живут, типа в два раза больше одежды, косметики там и прочего девчачьего барахла,— у парня покраснели уши от своего вранья, но это на благо его соседке. Он хочет уберечь её от "любвеабильного сердцеразбивателя Чимина" — А почему девчонка тогда? — Да мудак потому что!— продолжил гнуть свою линию Чонгук,— понаставлял условий, всучил график, в котором написано, когда мне можно поссать, заставил проходить ёбанную анкету. Только послушай эти правила: Запрещается: пользоваться ванной не по назначению, слушать тяжёлый рок в любое время дня, просить соль у соседа напротив, игра бинго, категорически запрещаются пончики и Джастин Бибер... ЧТО ЕМУ СДЕЛАЛИ ПОНЧИКИ И ДЖАСТИН БИБЕР?! Чонгук шлёпнул себя по голове, тяжело простонав. Откуда в её голове столько непонятного говна? — Мдааа, повезло тебе, брат. Хочешь, приеду к тебе завтра? Купим пончиков и поржём над твоим новым другом? Чонгук опешил. — Нет, нет... Нет, не надо. Всё нормально, я справлюсь. Тем более он запретил мне гостей приводить. — Ну, как скажешь. Смотри там главное, не проснись однажды от того, что он тебе отсасывать будет. — Моя комната закрывается на ключ. — А как же под ковриком посмотреть? Друзья посмеялись, поболтали ещё пару минут и отключились, так как время близилось к отбою. Чонгук завёл будильник и отложил телефон. Снова взял список запретов и шепотом, боясь своей новой соблазнительно-ебанутой соседки, произнёс: — Пончики и Джастин Бибер значит...