(don't) do friends

Джонатан Джостар

В столовой Джонатан сидел между одноклассниками и молча жевал бутерброды с бужениной. Никто не пытался с ним заговорить. Дио сидел за другим столом в окружении одноклассников и увлеченно болтал с ними. Периодически компашка громко смеялась, из-за чего сверстники, которые проводили время не так весело, смотрели на них с завистью. В том числе и Джонатан. Он видел, как девочка по имени Мидлер внимательно слушает Дио, каждое его слово, настолько внимательно, что не замечает, как роняет пару салатных листьев себе на платье. Мерайя тут же заливается смехом, указывая на Мидлер пальцем, и те вместе хохочут. Дио только слегка усмехается, а потом смотрит на Пуччи. Выглядит так, слово Дио интересно, что Пуччи думает, так что Дио постоянно мониторит выражение лица смуглого одноклассника. Джонатан слегка прикусывает губу, чувствуя смесь горечи и обиды, и, возможно, ревности. Почему Дио так мил с другими, но так груб с Джонатаном? От этой мысли юный Джостар вдруг грустнеет. Он отворачивается и смотрит на свой бутерброд, сдерживая слезы. Он не замечает, что в то же время Дио бросает на него быстрый торопливый взгляд и тут же отводит его. Однако ДжоДжо недолго остаётся грустить. Позади него вырастает невысокая стройная фигура и тут же прикрывает глаза Джостара ручками. — Угадай, кто! — раздается сзади знакомый голос. Джонатан сначала удивляется, но сразу понимает, кто это. — Эрина! — он быстро веселеет и оборачивается, нежно убирая руки Эрины со своего лица. Джонатана внезапно переполняет счастье, и мысли о Дио уходят на второй план. Снова Эрина становится спасательным кругом для него. Несмотря на то, что семья Джостаров была довольно богатой, деньги и статус совершенно не помогали Джонатану ни в учебе, ни в коммуникациях со сверстниками. Эрина — единственная, кто водится с ДжоДжо. Они были одиноки, и только вдвоём могли забыть об этом одиночестве. Два изгоя, которые нашли друг друга. Так могло бы продолжаться и дальше, и Джонатан был удовлетворен, ему хватало Эрины. Но что-то заставляло его тянуться к Дио, который явно был проблемным человеком. Дио вёл себя так непоследовательно: то доброжелательно, то холодно по отношению к Джонатану. Джонатан не знал, что такое эмоциональные качели, но если бы знал, то непременно бы назвал так то, что делал с ним Брандо. Но сейчас, разговаривая с Эриной и обсуждая с ней своих и её одноклассников, Джонатан почувствовал полный комфорт. Он понимал, что с Дио такое душевное спокойствие трудно испытать, потому что никогда не знаешь, что тот выкинет дальше. Это заставило Джостара почувствовать мимолётное желание отдалиться от Дио. Однако интерес и желание помочь новоиспеченному «другу» мгновенно прогнали эту мысль. Джонатан даже не заметил, как во время разговора с Пендлтон ушёл в свои мысли и перевёл взгляд на Дио, о чём-то шепчущегося с одноклассниками. Из раздумий его вывела внезапная тишина. Когда Джонатан её заметил, он спохватился и в панике перевёл взгляд на Эрину, осознав, что какое-то время её не слушал. И увидел, как в глазах девочки застыли слёзы. — Эрин… Пендлтон не стала дожидаться, пока Джонатан договорит, и бросилась наутёк. Джонатан протянул руку, пытаясь поймать подругу за юбку, но его пальцы лишь рассекли воздух. Джонатан бросился следом за девочкой прочь из столовой. — Эрина, стой! Что случилось? Эрина! — кричал мальчик, пыхтя от волнения. В какой-то момент Эрина не выдержала, видимо, что Джонатан так громко кричал её имя в стенах школы, привлекая всеобщее внимание. Она остановилась, и Джонатан почти врезался в неё. Они стояли около лестницы, и Эрина стояла спиной к ДжоДжо, не спеша поворачиваться к нему. — Эрина… Прости меня, я просто задумался во время разговора с тобой, и поэтому не заметил, как отвернулся. Я не хотел тебя обижать! Мне очень жаль, что я… Джонатан не успел договорить, как услышал приглушённый всхлип. — Ты смотрел на него… Даже когда мы с тобой разговаривали после того, как всё лето не виделись, ты смотрел на него и думал о нём… Почему? Я недостаточно хороший друг для тебя? — надломленный голос Эрины срывался и дрожал. Джонатан почувствовал резкий укол вины, который заставил его испытать ноющую противную боль в животе. — Эрина, нет! Я не думаю, что ты недостаточно… — Тогда почему?! Я… Я скучала по тебе! Ты мой единственный друг, Джонатан. У меня больше никого нет. Я боюсь, что ты будешь общаться с этим мерзким мальчишкой, и про меня совсем забудешь, как вчера, — слова Эрины было всё сложнее разобрать из-за подступающих к горлу девочки слёз. Плечи Эрины дрожали и дёргались из-за рыданий. Джонатан не выдержал и обежал девочку, вставая перед ней. Эрина тихо всхлипывала и закрывала лицо руками. — Не смотри, — прошептала она сквозь плач. Джонатан почувствовал, как его сердце сжимается. Как он мог быть столь невнимательным? Эрина так страдала эти два дня! Всё потому, что Джонатан думал только о Дио. — Прости меня, Эрина. Я правда вчера забыл к тебе подойти, потому что хотел поболтать с Дио после школы. И сегодня я думаю о нём, потому что за эти два дня много чего случилось. Но я не собирался оставлять тебя одну! Тебе не о чем беспокоиться, правда! — заверил Джонатан Эрину, взяв её крепко за плечи и в порыве эмоций легонько тряхнув. Девочка хоть и была плаксой, но Джонатан никогда не видел её настолько грустной, поэтому считал своим долгом успокоить её. — Джонатан, — Эрина смотрела на мальчика с нежностью в глазах, но потом резко вздрогнула, будто что-то осознав. — Что между вами произошло? Джонатан отвёл взгляд в сторону и слегка прикусил нижнюю губу. Ему совершенно не хотелось вдаваться в подробности их с Дио отношений, учитывая, что светловолосый мальчик постоянно заставлял Джонатана чувствовать себя дураком и неудачником. Джонатан был уверен, что расскажи он кому угодно о поведении Дио, те тут же стали бы отговаривать его от общения с таким человеком, как Брандо. Но в глазах Эрины чётко читалось, что та не отстанет, пока не узнает всё, что хочет. Джонатан очень хотел сблизиться с Дио и стать для него особенным, но ещё больше он хотел сохранить хорошие отношения с Эриной, поэтому решил хотя бы вкратце поведать ей о том, что случилось. Заметив, что его молчание затянулось и Эрина стала хмуриться, Джонатан тут же начал говорить. — В первый день нашего знакомства, то есть вчера, я случайно испортил первый школьный день Дио. Я хотел подружиться с ним, но у него сложный характер. Знаешь, не то что бы мне было мало общения с тобой, но я просто подумал, что это было бы здорово. Сначала так и было, а потом я просто из интереса продолжил настаивать на дружбе, хоть Дио вёл себя грубо и отталкивал меня, — Джонатан почувствовал неловкость, так как проговаривание ситуации вслух наталкивало его на мысль, что его действия были отчасти безумны. — В итоге мы заключили спор, и если Дио не выиграет, он станет моим другом. Но это ещё не всё. Так вышло, что Дэнни пропал, и Дио его нашёл, привёз, и поскольку была поздняя ночь, мы оставили его на ночь у меня дома. Только было мы вроде начали ладить, но утром он снова был холоден ко мне, и даже сказал, что ненавидит меня. Я знаю, что не должен с ним общаться после такого, но… Я просто чувствую, что его грубое поведение — это просто маска. Я думаю, что на самом деле глубоко внутри он совсем другой. Я хочу ему помочь, и я хочу, чтобы он стал моим другом. Под конец голос Джонатана стал чуть твёрже и увереннее. Эрина по мере того, как ДжоДжо говорил, испытала большую гамму эмоций, которая очень легко читалась у неё на лице. Под конец рассказа девочка погрустнела. — Джонатан, то, что ты сказал… Я не думаю, что тебе стоит общаться с этим человеком. Он ужасен, ещё хуже, чем я думала. И кроме того, я на самом деле ревную… Ты сказал, что хочешь с ним дружить. Почему? Я не помню, чтобы ты так старательно пытался стать кому-то другом, — просипела Эрина слегка севшим голосом. Джонатан удивлённо моргнул. Он даже представить себе не мог, что Эрина будет его ревновать. Кажется, он не так уж хорошо знал свою лучшую подругу. — Это… Это потому что Дио новенький. Я думал, что это мой шанс, завести друга, который ещё не имеет никакого представления обо мне, так что я, хоть и не популярен, могу стать ему другом, опередив остальных. Вот о чём я думал. Но теперь всё иначе. Я хотел бы ему помочь, — сказал ДжоДжо, чувствуя, как плечи Эрины слегка расслабляются под его пальцами. — Если это то, чего ты хочешь, то так и быть, — шепчет Эрина с выражением сомнения на лице. Видно, что девочка полностью не одобряет идею друга, но соглашается по доброте душевной. — Но не оставляй меня надолго одну, хорошо? Всё же я твоя подруга, а Дио пока что нет, — слегка обиженно добавляет она. Джонатан сияет своей мягкой улыбкой, крепко обнимая Эрину и прижимая к себе. Та чувствует, как сердце начинает биться чуть быстрее. — Спасибо, Эрина! Мне стало гораздо легче после того, как я тебе всё рассказал! Прости, что заставил тебя плакать! Обещаю, я больше не забуду о тебе, — радостно воскликнул Джонатан. Эрина засмущалась от такого напора и неловко оттолкнула Джонатана. — Конечно, спасибо… Пойдем, мне нужно умыться, а то я вся в слезах. Не могу так пойти в класс. Подождёшь у двери в туалет для девочек? — неловко пролепетала Эрина, переминаясь с ноги на ногу. Её лицо казалось очень смущённым. Джонатан кивнул, и друзья пошли в сторону туалета. Мальчик улыбался, чувствуя тепло на душе. Он был рад, что есть один человек, который всегда его выслушает и всегда будет на его стороне, пусть даже не согласен с ним. Осознание этого было очень приятным. Если Эрина так хочет, чтобы мы были вместе, и даже расставание на день заставляет её грустить, то я постараюсь подружить её с Дио, чтобы мы смогли ходить вместе втроём. Эта идея кажется отличной, вот только Эрина, очевидно, недолюбливает Дио, а Дио не хочет со мной общаться. Чем больше я думаю об этом, тем более всё кажется безнадёжным. Не будет ли легче просто оставить всё как есть и сдаться? После чего Джонатан вспоминает дрожащий, наполненный горечью, голос из телефонной трубки. Голос человека, которого хочется защитить. Он вспоминает, как Дио делал с ним домашнюю работу. Уставший и неспособный полностью контролировать своё поведение, Дио просто помогал Джонатану. Он точно не был тогда фальшивым. Пусть он и был груб, но он сделал что-то хорошее. Верно. Джонатан был уверен, что Дио не такой плохой человек, каким пытается казаться. Он словно заставляет себя играть эту роль, как будто он вынужден это делать. Но внутри, глубоко внутри он способен на сострадание. Может, Эрина просто не успела это разглядеть. Очевидно, что она считает Джонатана безрассудным. И, может, она отчасти права. Но Джонатан просто хотел дать Дио шанс. Шанс, которого тот не ждёт.