Мой ангел: Как влюбиться в ботаника?!

Я гей — и этим все сказано. И в этом нет ничего странного. Я гей до мозга костей. С самой своей юности (с 10 лет) я понял, что меня тянет к особям моего пола. Ну и что?! Мне это не мешает. Я — Ян, друзья зовут меня Иль (от Иллире — псевдоним из видеоигр). Возраст — двадцать один год. Учусь в Физико-математическом университете на третьем курсе. Живу во втором корпусе общежития. Внешностью на гомика вообще не похожу, но так оно и есть: без пяти два метра ростом, а точнее сто девяносто один сантиметр, вес почти девяносто, полукачок (ходил в тренажерку года два назад — забросил, черный пояс по кикбоксингу), глаза светло-карие, брюнет, волосы почти доходят до плеч, прямые, густые и объемные, небольшая челка по косой, обрамляющая лицо. Кожа светлая. Стиль одежды: ношу в основном джинсы, футболки темные, белые, с рисунками, без, кофту с V-образным вырезом, иногда белые рубашки, ну, или черные, по настроению, с галстуком, белые кроссовки с черными полосками. Характер: лучше не описывать! Пол универа знает, что я гей и до сих пор этому не верят, а те, кто верит, удивляются. Я знаю, что не похож, но против тяги не попрешь. Не отрицаю, девушки у меня были, даже количество посчитал — десять обаятельных и симпатичных девушек, две даже на первом курсе были. А потом весной первого года учебы я повстречал Кирилла — зашуганного ботаника, но умопомрачительно милого, стеснительного и ласкового. Ну как в такого, скажите мне, не влюбиться — худой блондин с голубыми глазами и модной стрижкой «горшком», или как там она называется, рост около ста семидесяти пяти сантиметров, носит милые прямоугольные очки, которые ему, кстати, очень идут. Ну, я и втюрился по самое не балуйся в него практически с первого взгляда, как увидел, точнее сказать, вытащил его из небольшой передряги, когда громилы-гориллы требовали, чтобы Кирилл написал каждому по курсовой. Это представьте себе: семь курсачей за неделю — это сущий ад!!! А этот бедный ботаник и ответить-то ничем не мог. Ну, так я и стал для него рыцарем на белом коне! Дело было так. Меня назначили в тот день дежурным по всему второму этажу учебного корпуса, а их всего пять, и мне пришлось остаться после долгих, скучных и мучительных пар на патрулировании местности. Я подумал, что ничего интересного на самом спокойном уровне учебной обители, где расположены библиотека, читальный и актовый зал, учебная лаборатория, кладовка и аудитория, в моем присутствии произойти не может, и решил еще раз удостовериться все ли спокойно на горизонте. Пошел проверять этаж. И тут я понял, что никогда так не ошибался. Моему взору предстает картина: семь «шкафов» и ботаник возле закрытых деверей библиотеки. Ну, думаю, вначале постою, послушаю, а потом буду разруливать все. Где-то минут двадцать стоял я в тени, прислонившись к стене, и слушал содержательный разговор амбала и ботаника (а остальные видимо были так, для массовки и большего страха). Когда беднягу вдавили в стену с такой силой, что у него затряслись руки, подкосились колени, и очки упали на пол, а кто-то их раздавил. Он все сильнее бледнел от завладевшим им страхом и ничего не мог ответить. Я решил вмешаться. Отклеился от стены и пошел к компании. — Ей, вы, — свистнул я этим «шкафам-переросткам», — чем занимаетесь? — а, кстати, забыл упомянуть, я пользовался авторитетом у всех студентов универа, как у парней любой весовой категории, так и у девушек, за три выигранных подряд матча между универами по волейболу за первые пол года учебы (в баскетбол ходить отказался, хотя звали из-за роста). — Не вмешивайся, — рыкнула на меня какая-то горилла. — Не твое дело, че мы тут делаем! — Ой, боюсь-боюсь-боюсь! — Вообще-то, мое, — хмыкнул я отрешенно и с явным недовольством. — Я тут дежурный, и у меня есть свисток! — Дежурный?! — засмеялся громила. — Плевать хотел! Иди дальше и не вмешивайся, тогда жив останешься! — какой сюрприз, а это у нас новенькие, должно быть, переведенные недавно из другого института за примерное поведение. — Ну и как тебя зовут, смелый ты наш?! — привлекал внимание я, хотя особого интереса эта информация не вызывала, горилла соизволила обернуться вместе с сородичами и отпустила воротник белой рубашки Кирилла. — Для тебя — Кабан, малыш! — засмеялось сборище тупого скота. «Малыш» — так меня еще никто не называл! Ну все, придурки, держитесь! Я страшен в гневе, как в игре так и в реале! — Кабан значит… — протянул я, снимая с себя свисток, и убирая блокнот с ручкой на подоконник. — Ну хотелось же по-хорошему, ну зачем все портить! В общем, завязалась великая битва рыцаря на белом коне с семиглавым змеем. Не знаю, сколько времени прошло с того момента, как началась потасовка около библиотеки, но иногда я замечал, что Кирилл не отводит от меня своих пронзительно синих глаз. Я порадовался и начал биться еще яростнее и увереннее в своей победе. Удар влево — кулаком досталось в челюсть, удар вправо — нога врезалась в живот. Короче, через десять минут все было улажено. Я отделался лишь синяком под левым глазом, разбитым носом и нижней губой, хорошим черным пятном на правой ноге и кучей мелких царапин и ссадин. Команда из семи горилл отступила, вся побитая и измученная, хромающая и жалкая, вся в изорванной одежде, держащаяся за разные части туловища, кому куда досталось. — Ну что? — Поинтересовался я с кровожадно-ехидной улыбкой. — Еще вопросы? — Нииикаких… — в один голос проговорили поломанные «шкафы». — И запомните, мое имя, — усмехнулся с довольным лицом я. — Я хранитель порядка и защитник слабых — Иллире! И чтобы больше я вас не видел на своем дежурстве! Всем все ясно, или кому-то повторить? — театрально грозно повысил голос я. — Ничего он вам писать не будет! Сами соображайте! — Все ясно… — гориллы уже пятились назад. — Мы больше так не бууууудем! — и смылись, куда глаза глядят, и даже следов не осталось. Я улыбнулся, поставив руки в боки, но потом пожалел. Все тело саднило. Сдерживаясь, как мог, подошел к парню и состряпал на своем лице улыбку. Но подозреваю, что она не очень получилась, потому что парень, сидя на голом мраморном полу, резко заерзал, пытаясь как-то отползти от меня. Ему помешала стена. И как же раньше я его не замечал, ведь именно таких анимэшных няшек я и люблю. — С тобой все нормально? — поинтересовался я, слегка нагнувшись к нему с самой милой улыбкой, какую только мог сделать. — Угу, — кивнул парень, продолжая ерзать. — Да не бойся ты меня. Я дежурный, и не причиню тебе вреда, — попытался успокоить парня я. — Меня зовут Ян. — Да кто тебя знает, — тихо прошипел тот. — Как тебя зовут? — никак не мог уняться я, подавая ему руку, как принцессе. — Давай помогу. — Кирилл, — проговорил парниша, и голос у него оказался очень приятным и мелодичным. Он отвернулся от меня, но все-таки взял мою руку. Я потянул его к себе, он резко встал. Я подал ему сумку через плечо. Парень судорожно вздохнул и вдруг резко присел на пол. Я сразу не понял, почему, но потом вспомнил, что у этой няши были еще и очки! Он слепо водил руками по полу. Я присоединился к нему, так же присев на корточки. Был уже вечер, может часов десять. На улице почти стемнело, а в коридоре ничего практически не было видно, только луч фонаря падал в окно и был единственным источником света. Я нашел его очки около стены и был сильно разочарован — от веса горилл оправа очков погнулась, а стекол почти не было. Меня мучил выбор: отдавать ему этот кошмар или не стоит. Кирилл заметил, что я остановился, и стал на ощупь искать мои руки. Я посмотрел на него. В свете фонаря, Кирилл был очень красив, хоть и немного потрепан из-за горстки придурков. Его лицо как бы отражало свет и, казалось, что оно немного светилось или у меня подбитый глаз заплыл, я протер его. И, нет, я не ошибся. Кирилл поднял на меня свои большие голубые глаза, которые в темноте становились насыщенно синими, и улыбнулся, слегка прищурив их. Я открыл рот в изумлении и благоговении. Неземной красоты лицо, стройная фигура и средний рост просто покорили меня, и не важно, что у него было отвратительное зрение. Это был мой идеал. Господи спаси меня, я улетаю! Кирилл приблизился ко мне и своими пальцами нежно прикасался к моей коже на руках. По моей спине поползли мурашки. Какая же у него гладкая и красивая кожа, а какие теплые руки, просто обалденное ощущение! Я закусил нижнюю губу, от чего начала сочиться горячая солоноватая кровь. А его руки все продолжали поглаживать меня. Когда парниша забрал из моей ладони свои очки и отстранился, я немного огорчился, что ощущения закончились, но виду не показал. Он тяжко вздохнул. Я видел, как он расстроился, но ничем не мог ему помочь. Кирилл положил на нос остатки своих очков. Ему повезло — левое стеклышко пострадало не сильно, и он мог одним глазом видеть меня. Парень еще раз вздохнул и с улыбкой повернулся ко мне. Но как только он сумел разглядеть мое лицо, Кирилл ужаснулся. Да-да, знаю, видок у меня был еще тот: весь побитый, в изодранной черной футболке с серым рисунком, а она была моей любимой. Я сидел и виновато улыбался, почесывая затылок, и глядел на него, как идиот. — Спасибо, что нашел очки. — Выдавил, наконец, Кирюшка, отходя от небольшого шока и потом, обеспокоенно глядя на меня, быстро затараторил. — Ты сам как? В порядке? Ничего не сломал? Серьезных ушибов нет? Не стоило так из-за меня! Я уже привык! А ты пострадал! — он еще что-то говорил, а я уже его не слушал. Мне была приятна его забота, хотя мы лично были знакомы всего лишь от силы час, может и меньше. — Да успокойся, все нормально, я в полном порядке, — ответил я с той же виноватой улыбкой. — Завтра буду уже как новенький, не беспокойся! — Ну уж Нет! Надо все обработать, иначе завтра будет плохо, и ты не встанешь! — вскочил парень и подал мне руку. Какой же он все-таки заботливый и как же мне повезло, что я с ним познакомился, хоть и в таких странных обстоятельствах. — У тебя в комнате есть какие-нибудь лекарства? — я попытался хоть что-нибудь припомнить, но тут мне в голову вдарило воспоминание о том, что я отказался брать из дома медикаменты, а из таблеток в шкафу лежал только активированный уголь на случай веселых выходных. Я еще более виновато покачал головой. — Н-нету… — протянул я тихим голосом, продолжая сидеть на полу. А Кирилл все так же стоял, протягивая мне руку помощи. — Горе луковое! — прошипел он, схватил меня за руку и резко потянул на себя. Не ожидал, что у такого щуплого парня, может быть богатырская сила. Он одним рывком поднял меня и потянул за собой, сделав пару шажков назад, чтобы не упасть. — Пошли, будем тебя лечить! — говорил он, тянув меня за собой. — Не надо меня лечить, я в норме. — проговорил я, но руку у него не вырвал. — В норме? Тогда как насчет этого? — он легонько ткнул меня в живот, от чего я скрючился почти пополам. К моему лицо прилила кровь и оно стало пунцовым. Я сморщился и зарычал от боли, приложил руку к больному месту. — Какого х*я ты сейчас сделал!!! — заорал я, что было дури в тот момент, и чуть не ударил его в ответ, но Кирилл крепко держал меня за руку и не было ни единого шанса вырваться. — Я же говорил, что надо подлечиться. Так что заткнись и пошли! — грозно взвизгнул он приказным тоном, что я даже испугался и повиновался его приказу. — Куда? — спросил я, остановившись, он тоже остановился, вздохнул, повернулся ко мне. — Ко мне в комнату, куда же еще по-твоему? — он быстро отвернулся, когда встретился со мной взглядом. Я успел заметить, как у него порозовели щеки, и Кирилл потащил меня дальше. Видимо, это было впервые, когда он кого-то приглашает в свою комнату. Когда я об этом подумал, то мне самому стало немного не по себе. Мы быстро спустились по лестнице. Чтобы не вызвать подозрений у сторожа и вахтеров, Кирилл отпустил мою руку и пригрозил: «Только попробуй сбежать, убью!», я покорно закивал и продолжал следовать за ним. Мы вышли из универа и побрели в сторону общежития, которое находилось через два квартала. Автобусы уже не ходили, и нам пришлось идти пешком. Шагать быстро и бодро я был не в состоянии и прихрамывал. Кирилл поддерживал меня, обхватив за руку, приподнимая при каждом возможном моем падении. Разболелась голова и все тело опухло и, казалось, что каждая моя нога весит тонны четыре, не меньше! Я с трудом передвигал свои нижние конечности. — Давай-давай, держись. Почти пришли! — подбадривал меня Кирилл, почти на каждом десятом шаге. — Прости, но я устал! — я свалился на первую попавшуюся лавочку, которую нашел по пути. Кирилл покорно стоял около меня, не отпуская руки. — Скоро комендантский час, и нас просто не пустят! — ласково проговорил парниша, подтягивая меня на себя, чтоб я встал, но я наоборот потянул его на себя, что тот оказался прямо в моих объятьях. Он покраснел и отстранился, садясь рядом. — Не страшно, в окно полезем! — усмехнулся я и продолжил допрос. — А ты где живешь? — Во втором корпусе общежития, — ответил немного смущаясь парень. Я очень обрадовался, и счастью моему не было границ. — Что правда? — вскрикнул я, что вся улица услышала, а Кирилл съежился. — Ну да, — сухо и тихо ответил он. — А на каком этаже, в какой комнате? — продолжил с оживлением я, и даже боль как-то утихла от радости. — Второй этаж правое крыло, комната «268», — ответил смущенно Кирилл. Легкое разочарование пронеслось у меня в голове. — А ты? — Второй этаж, левое крыло, комната «231», — ответил я, но все равно, мысль о том, что мы жили на одном этаже, порадовала меня. — Может, все-таки пойдем? А то поздно? — взмолился тихим шепотом Кирилл, озираясь по сторонам. Было темно, и, видимо, он опасался, что здесь опять будут гопари, и второй схватки я могу не выдержать. Но если бы пришлось, я бы отбросил все свои муки и вновь сразился с окаянными монстрами, и спас бы свою принцессу! А она в свою очередь подарила бы мне поцелууууй!!! Эх… сладкое мечтание… — Ей-ей-ей!!! ПРОСНИСЬ!!! — услышал я обеспокоенный голос Кирилла и чувствовал, как его руки теребят мое плечо. Оно даже онемело от жуткой боли от ссадин и плотно сжатых пальцев. — Я что, отключился? — с удивлением спросил я, глядя на наполнившиеся слезами глаза Кирилла. — Да… — протянул он. Парень был очень напуган, взволнован и готов был заплакать. — И долго я, ну это…в отключке? — спросил не менее взволнованно я, потому что удивился. Хотя там мне снился такой офигительный сон! — Минуту… — проговорил Кирилл, шмыгнув носом. — А ну тогда все в порядке. — улыбнулся я и похлопал его по плечу, ободряя, хотя это был явно не хороший признак. Видимо досталось мне в драке куда больше, чем выглядело на первый взгляд. — Пора идти… — проговорил я, вставая. Кирилл сразу же вскочил и подхватил меня под руку. Я абсолютно не помню как мы добрались до общежития. Припоминаю только, как Кирюша просил пустить нас в здание, изредка показывая на меня, намекая на плохое самочувствие. Отчетливо всплывает, как, облокотившись, ждал, пока Кирилл откроет дверь и заведет меня внутрь своей комнаты. Он аккуратно помог мне раздеться и лечь на кровать. Больше я уже ничего не помнил из того дня, только приятные эротические сны с участием моего возлюбленного ботаника и самого меня.