Распоследние

      Троица молча скучала в обшарпанном офисе в стиле 90х годов. Когда-то тут обитали местные бандиты в малиновых пиджаках, но куда-то пропали, когда район стал частью Тёмной стороны. Один из пиджаков Гопстар отряхнул от пепла и напялил на себя. — Козырно, а? — Модник конченый, — хмыкнула Яга, потягивая семидесятиградусный полынный чай.       Косяк изучал кипы бумаг, половина шла в мусорное ведро, остальное аккуратно подшивал в картонную папочку. — Интересные документики, знаете. У этих нуворишей тут собственность некоторая оформлена. А раз мы теперь на их месте, то можем претендовать на всё, что у них было. Автопарк, салон красоты…       Яга оживилась. — Салон красоты, говоришь? — Второе лицо не жирно будет? Живчики быстро по статье оформят. — С таким лицом быть хозяйкой салона красоты очень уместно. — Ну, полагаю, им сейчас кто-то другой владеет, и без боя не сдаст. Только Шестому не говорите, эта крыса точно нас поимеет, а помощи от него не дождёшься. — Мне руки марать не впервой, разберёмся. Кстати, моя хочет сюда переехать. — Ты что, дурак? Ей нельзя сюда, у неё кукуха поедет.       Яга имела в виду Тёмную Сторону, на которой, спустя ещё пару лет мытарств в людском мире, они оказались. «Дом» — подумали они. «Ещё одни беззубые новички» — подумал дом, и первое время они по-привычке огребали от местных, боясь наказания за отпор, пока не увидели себя в зеркале шаурмячной при сумеречном освещении. — Это чё такое??? — вопил Гопстар, разглядывая свои рога, которые прежде не видел, — Их ведь нет! А трогаешь на голове — в натуре есть! Чё за херня?! Я вам бычара, что-ли?! — Я, почему-то похож на злого гения. Я к этому стремлюсь, конечно… — сомневался Косяк, — А вообще, мне стоит равняться на своё отражение, очень неплохо. Яга промолчала и ребята, наконец, обратили внимание на её отражение. — Ну-у… — протянул Косяк, — Могло быть и хуже… — Да куда ж хуже, ёпта. Хз, как зеркало целое.       В отражении Яги красовалась не то сама, в честь которой ей дали кликуху, не то чудище болотное. — Хотите сказать, в это я превращусь? — Это то, чем вы являетесь, дама и господау — донеслось слева от ребят, — Честь не жалую, Шестой. Вы кем будете?       Так они познакомились с Шестым — шестёркой обыкновенной. Чести не имел, потому вылизывал любые вышестоящие ботинки и не только. Собственно, уважения к нему не было ни у кого, а считаться приходилось: что знал Шестой, то было известно Владыке Тёмной Стороны. И если с Шестым всё было ясно, то о самом Владыке слухами Сторона полнилась. Впрочем, тогда ребята и этого не знали, но быстро согласились на предложенную Шестым работёнку: «Сидеть в конторе, да в потолок плевать, пока телефон не зазвонит». — И тогда чё? — Тогда когти рвать, куда скажут, проблемки решать. Вся ответственность на мне, делайте, что хотите, лишь бы сделано было.       После смерти матушки её квартиру законно отжали родственники, выпнув Ягу на улицу. На Косяке повисла административка за угрозы и угон новой тачки, так что он принял решение податься в бега. На Гопстара завели уголовку за избиение и сбыт краденого. В последних двух кейсах фигурировал многострадальный Толик. В общем, на тот момент предложение Шестого казалось им маной небесной: и крыша над головой, и работа привычная. Подумаешь, тёмная сторона, всё то же самое.       Большинство заданий вертелось вокруг мелочных тёрок между обитателями неприглядного района, иногда приходилось встревать в отношения между ними и людьми — за это ценник был гораздо выше, в связи с тем, что светиться было строго запрещено. Шестой пригрозил, что если они попадутся «светлякам», то выгораживать точно не будет, там у него связей нет. — Светляки, это чё, все магглы? — Да какие ещё магглы? Не знаю никаких магглов. Это контора, которая бдит, чтобы наши с людишками не пересекались. Как они говорят, «ко-озни строим». Ток некоторые людишки не лучше нас, а то и хуже, я бы им премию Дьявола выписывал, да не положено.       Шестой напоминал неприятного мелочного торговца, у которых ты не заметишь, как наберёшь три авоськи ненужного барахла: низкий, пухлый, но живой, с юрким взглядом дельца в поисках лучшей выгоды. В сумерках его поросячьи глазки отдавали недобрым зелёным с красными бликами. Впрочем, ребята спокойно терпели его хаотичную раздачу приказов и вопли «рвать и метать их всех!», ибо это было его любимым занятием.       В один понурый день Шестой с ноги вломился в контору, серый, как коридорная штукатурка. — Рвать и метать, ребята! Рвать и метать!.. — Ну, и кто там сегодня? — лениво спросила Яга, накладывая третий слой тонального крема.       Косяк обратил внимание на нетипичное выражение лица босса, и перестал листать документы. — Кажется, что-то новенькое. Может, воды? — Да, да, водички бы хорошо, — пролепетал Шестой, стирая холодный пот со лба. — Вон там, в графине, — кивнул Косяк, — Рассказывай уже.       Шестой был в таком шоке, что его мысли запинались сами об себя, пока он старался объяснить суть новой задачи. — Так, надо найти какого-то пацана, который что? — К-который с-сын к-князя… — Князя, значит. Что за князь-то? — Д-да какая разница, один из самих князей тьмы, на минуточку! Будущий наследник! — Ушёл бухать и не вернулся? — Да щас, всё гораздо хуже…       Сумбурно описанная задача включала в себя поиск и окучивание некоего Дмитрия Демцова, который ни сном ни духом о собственном происхождении, и спокойно живёт в человеческом мире и обличье. — Вы хотя бы в зеркале себя видите — это уже полдела. А тот совсем пропащий. Маменька была в курсе, с кем кувыркалась лет двадцать назад, а как залетела, вся дурь выветрилась: обложила сынишку добром и опекой, так что пацан абсолютно невыживаемый. Вступит на нашу землю — его как пить дать с говном сожрут, потроха срыгнут, супчик сварят, и сожрут ещё раз! — Так, а нам-то чё делать с ним? — Вы чем слушали?! Семнадцать ему стукнет на днях! В тот же день открывается охота на наследника князя, посвящение! Выживет — трон его, не выживет — туда ему и дорога. Я лично слыхивал, что парня свои чмырят, как только жив до сих пор, а с нашими его и на день не хватит. Его кузенам и прочим родственничкам ещё один конкурент не нужен, а у Князя это единственный сын. — Нихерища не понял. Я чё теперь, нянькой работаю? — Ласковой тётушкой, кулаками, щитами, да кем угодно! Если не выгорит у вас ничерта, я вас лично пикой затыкаю, пока в синем пламени обгораете, а если обратите его на нашу сторону и доставите без единого битого зуба, то, уверяю, само чёрное солнце будет светить нам ещё очень долго!       Наобещав ещё с три короба выгод и райских жизней, Шестой смотался решать другие важные дела, оставив ребят разгребать заказ. — Мудак, — заключила Яга, сосредоточенно приклеивая ресницы. — Задача, конечно, не нашего толка. Мы ж не будем драться с княжескими наследниками. — Чё, я не против. — Ты только не забудь всех спущенных собак на себя взять, да? На нашей шее повис Дмитрий Демцов, человек обыкновенный. Но что мы о нём знаем? Нихрена мы о нём не знаем, нихренашечки. Я вычислю, где он живёт и чем. Яга, ты, может, своими идеями поделишься? — Ну, новичку семнадцать лет. Начнём с самого простого…