Закат его вечности

Какая прелесть. Девчонка полукровка, с эльфийской внешностью, способностями некроманта, попыткой убийства — и явно не единственной — в анамнезе. А он все еще не ответил сам себе, зачем ему это нужно. Впрочем, есть универсальный ответ, к которому трудно подкопаться, и этот ответ подсказал ему Санаду: «тем интереснее». Уже целых два часа он не думал о мести, о сестре, о скуке и тоске — что из этого было беспросветнее?.. Но кто мог желать девчонке смерти? Эльфы? Глупо, странно, но почему бы и нет. Смущало только одно — выбранные исполнители. Человек и оборотень. Эльфы обошлись бы своими силами. Они не любят впутывать посторонних. Бумажный самолётик легонько толкнулся в плечо, и Танарэс быстро развернул послание, удивляясь самому себе. Он никогда и ни от кого не ждал письма. Получал ежедневно, а ждал... Санаду был краток: «Нападавших допросил. Наполовину. Оборотень ничего не знает, ему заплатили и много: «в его семье проблемы, нужны деньги». Он должен был пропустить второго и сопроводить его к девушке. Арбалет выпросил сам: хотел подзаработать сверху и быть полезным. Голову открывать не буду, противно. Отдам своим, пусть разбираются. P.S.Человек мертв. Капсула с хитрым ядом — нет тела, нет человека. Похоже, какие-то некромантские штучки. Каюсь, не досмотрел. Ментального амулета на нем не было. Единственная прочитанная мысль: он будет в ярости. Даже в мыслях имя не произнес, мерзавец. P.P.S. Ты точно не разглядел, на кого из студентов они охотились?!» Танарэс послал запросы на получение информации — благо его положение правителя кантона позволяло иметь доступ к различным источникам. Нужно было где-то переждать время и он отпустил парочку эльфов-шутников, предварительно самым скучающим голосом пообещав оторвать все те части тела, которые могут, по его скромному разумению, отвечать за плохое чувство юмора. — Это какие? — эльфы подобострастно затрепетали. Танарэс ласково вытащил монетку из кармана ближайшего эльфеныша и лёгким движением пальцев придал ей квадратную форму. — Любые. Серьёзнее надо быть. Особенно во время учёбы. Выходя из аудитории, он снова столкнулся с преподавательницей-магичкой. Очевидно, она дожидалась студентов или того, что от них осталось. Смирение на ее лице могло объясняться только тем, что Санаду выдал какие-то объяснения на его счет. («Мой друг. Силён. Неостановим. Слегка не в себе. Пусть делает, что хочет») — Кто у вас здесь готовит некромантов? Женщина выдохнула, неожиданно кокетливым жестом заправила за ухо выбившуюся прядь волос и сделала попытку улыбнуться: — После... хм... смерти, то есть... упокоения... профессора Огнада некромантов готовит профессор Моргал. Он... в подвальном помещении. Можно спуститься вон по той лестнице... извините, а вы не знаете... сколько сейчас человек в очереди на обращение? — Когда подойдёт ваша, вы уже умрете. Женщина медленно кивнула. Идя по коридору в сторону лестницы, Танарэс все еще чувствовал спиной ее пристальный взгляд. Больше, чем с эльфами, вампиры не в ладах только с некромантами. Если подумать, ни логики, ни справедливости в этом нет: Магарет и Нергал могли устраивать какие угодно разборки, при чем тут их последователи? Но факт остаётся фактом. Полукровка по имени Нила — даже ее имя напоминало Танарэсу о сестре — умудрилась попасть в десятку по обоим пунктам. ...интересно, нажалуются ли эльфеныши? В принципе, он ничего такого им и не сделал, даже не запугивал как следует. Уникальность Академии заключалась в том, что никогда не знаешь, какую именно личность ты видишь перед собой: рядового представителя расы или наследного принца? Впрочем, в принадлежности ушастых к правящей верхушке Танарэс сомневался. Больно трусливые. Профессор Моргал в отличие от предыдущего Огнада, смутно знакомого Танарэсу по паре каких-то незначительных эпизодов, оказался целиком и полностью живым человеком, правда — для людей, конечно — весьма устрашающей наружности. Черно-белые волосы — не тронутые сединой, а с чередующимися по цвету прядями — волнами спускались на мускулистые плечи, глаза чёрные, кожа смуглая, рост — едва ли не выше самого Танарэса. На нежданного визитера он смотрел хмуро, не демонстрируя на обветренном, бородатом лице никаких эмоций. Достойный персонаж для детских страшилок. — Мне нужна информация об одном из ваших студентов. — Я не даю информацию о своих студентах, — равнодушно произнес некромант. — Обратитесь с запросом к профессору Санаду. Или профессору Эзалону. В случае наличия письменного допуска, заверенного... — Мне не нужен допуск. В глазах Моргала полыхнула злость. — То, что вы старый кровосос, имеющий власть над другими кровососами, не даёт Вам... — Я здесь неофициально, — неожиданно сказал Танарэс. Если этот человек думает, что может вывести его из себя подобным образом, то, безусловно, нет. — У меня частный интерес. Одной из ваших студенток грозит опасность. Впрочем, возможно, вам нужен материал для практических занятий, и это вам неинтересно... — Во что опять вляпалась эта юродиевая?! — профессор опустился на стул, удивительным образом почти не став ниже. — Вы так сразу поняли, о ком речь? — Танарэс прислонился к стене. — Естественно, — буркнул профессор. — Студентка у меня всего одна, остальные, к счастью, представители сильного пола. Что вы хотите знать? — Она полукровка. — И что? — Вам что-то известно об ее отце? Вопрос прозвучал неожиданно даже для самого Танарэса. Профессор Моргал молчал, глядя куда-то в противоположную стену. — Некроманты, как вы знаете, не раса, а всего лишь носители определённого дара. Как, например, менталисты, — тихо проговорил мужчина. — Но если дар менталистики встречается у нескольких рас, то некроманты распространены преимущественно среди людей. У нас нет своего кантона, но мы поддерживаем связь друг с другом... нас слишком мало. — Девушку пытались убить. — Вам-то какое до этого дело? — Мне есть дело, — серебристые волосы, глаза, как у Нильсем. Запах рассвета. — У меня есть возможность ей помочь. — Эта девушка — парадокс! — внезапно повысил голос Моргал. — Да, я знаю ее отца. У некромантов нет правительства, но определённая иерархия... существует. — И ее отец... — подсказал Танарэс. — ...занимал в ней высокое место. — Занимал? — Его убили. А все из-за этой эльфийской бабы! — Вы хотите сказать, его убили эльфы? — уточнил Танарэс, и профессор внезапно осёкся. — Нет. То есть, я не знаю... я никого не обвиняю и нет никаких доказательств... — Вы сказали: из-за эльфийки. — Я имел в виду другое, — довольно нервно огрызнулся профессор. — Все беды из-за баб! Он потерял голову! Он вынужден был скрываться, потому что эта пушистая дура оказалась из какой-то особенной семьи. Он завёл эту девчонку, Нилу. Да, у нее очень сильный дар. Самый, может быть, даже сильный из всех. Но, — теперь Моргал чуть ли не шептал, — очень странный. Магия жизни и магия смерти должны отторгать друг друга. — Но..? — Но у нее иначе. Они словно... оказывают взаимное усиление. На одной из практик она не просто подняла мёртвое животное. А... Танарэс терпеливо ожидал продолжения. И профессор продолжил, почему-то оглядевшись предварительно по сторонам: — Она его оживила.