Match the great

      За два дня до поездки в Хогвартс…       Гарри возмущённо рассматривал «подарок» от Блэка, который он получил в честь начала учебного года. Казалось бы, ничего необычного: черная маггловская футболка, которых у него пруд пруди, но настораживало то, что было изображено на ней. Белые буквы, резко контрастирующие с черным фоном, и большое красное сердце составляли следующую картину: Я «сердечко» Рега.       Поттер, до этого три минуты сидевший и не понимавший, что же от него хотят, засмеялся во весь голос. Он смеялся долго и со вкусом, чувствуя, как по щекам потекли дорожки слез, а живот начал побаливать. Отсмеявшись, Гарри ещё раз посмотрел на подарок, подавляя новый порыв смеха. Здесь был очевидный подтекст: Регулус знал, что будучи в здравом уме, Поттер не опустится до того, чтобы надеть это. Но, кажется, упустил момент, что тайный смысл может быть понят.        Гарри хмыкнул, стягивая через голову синюю футболку и надевая обновку. Сейчас, как раз время обеда, поэтому встреча неизбежна. Наверное. В последнее время Блэк бил все рекорды по странности, пропадая куда-то чуть ли не на день, хотя до этого он мог не выходить из особняка неделями. Настроение… Вот, что действительно скатилось к черту. Он стал раздражительным и каким-то злым, улыбаясь натянуто и прикрывая глаза.       Поттер невольно сравнивал это состояние со своим, в первые дни пребывания тут. Возможно, помочь можно было теми же способами, которые и использовал Регулус. Но они были примитивными. Не сидеть же ночами, читая сказки? Странно, но это помогало. Выдергивало из реальности, помещая в какой-то странный мир фантазий.       Время обеда наступило слишком быстро. Ещё раз одернув футболку и быстро поменяв штаны до колен, на более теплые и длинные, Гарри покинул комнату.       Наверное, влияние приюта добралось и сюда. Гарри не переносил холод. Он несколько долгих лет жил в комнате, в которую подавалось очень слабое отопление, или же его не было вообще, и в такие моменты приходилось спать, укутавшись во множественные слои одежды. И стирка зимой. О, он прекрасно помнил то ощущение, когда из большого железного крана, с которым можно было провозиться минут двадцать, чтобы только открыть, начинала литься ледяная вода. Она резкими потоками, с режущим уши звуком выходила откуда-то из-под земли, падая на руки и одежду. Руки очень быстро немели, и каждый, кто проводил оную процедуру, мог запросто получить обморожение.       Стирка одежды не являлась обязательной, и Поттер имел честь встречаться с теми, кто пренебрегал ей. И запах… нет, скорее вонь — тоже весьма ярко отпечаталась в памяти. Даже сейчас, при воспоминании о ней к горлу подкатывал комок тошноты.        Сейчас Гарри получал достаточно тепла и пытался наверстать упущенное, поэтому в его комнате всегда было жарко и душно. Но Регулус не разделял этого, поддерживая в особняке среднюю температуру и прекрасно себя чувствуя. Он частенько приглашал Гарри прогуляться по скудной внешней территории, где на постоянной основе дул пронзительный северный ветер, с легкостью пробирая до костей. На логичный вопрос: «Зачем?» Блэк только закатывал глаза и отвечал, что беспокоится о том, что при первой же минусовой температуре Поттер сляжет с ангиной. В чем последний активно сомневался.       Обычный путь к столовой: коридор, лестница, коридор, коридор, дверь. Последнюю Гарри резко распахнул, отмечая, что не опоздал, так как на столе только начали появляться столовые приборы. Когда он первый раз попал в это помещение, то вместо столика на четырех персон здесь стояла махина на тридцать-двадцать человек, за которой два человека чувствовали себя максимально неловко. Ко времени следующей трапезы большой стол исчез, своим отсутствием визуально расширив пространство и сделав его пустым, но эта проблема запросто решалась, стоило усесться за маленький уютный столик.        Регулус всегда серьезно относился к трапезам. Не важно к каким: к посиделкам вдвоем или к важному приему. Основное правило: не говорить во время приема пищи, а дальше как пойдёт. Гарри же знал все: начиная от правильного положения рук и заканчивая расположением всех приборов (коих было не мало), «до», «во время» и «после».       Поттер сразу же заметил одинокую фигуру, сидящую лицом ко входу — ещё одна привычка, которая передалась и Гарри, то есть садиться лицом ко входу и по возможности держа в поле зрения большую часть окон, «чтобы видеть врага своего». Поттер не знал, какие такие враги могут зайти через главный вход или через окно, но привычка определенно была полезной. Но такое место за столом осталось только одно. Поттера это не особо смущало — он был уверен, что Блэк защитит в случае чего, но всё равно не рисковал садиться спиной ко входу.       Гарри сел по правую руку, сразу отмечая состояние мужчины, который, казалось, даже не заметил его прихода. Глубокие тени под глазами, отсутствующее выражение лица, растрепанные волосы — всё слишком не подходило к вечно весёлому, но в тоже время опрятному Регулусу.       Поттер знал один из способов, чтобы вывести мужчину из подобия транса: он положил руки на стол, немного сдвигая тарелку. Реакция была незамедлительной: Блэк вздрогнул и вскинул глаза, взгляд которых, впрочем, не поменялся. Это настораживало.       — Руки.       И всё. Одно только резкое слово. И снова странное состояние оцепенения.       Мальчик вздохнул, но спорить не стал. Один раз он уже пытался подшутить, спросив, «может ты ещё молитву попросишь прочитать? Я умею.» Он и правда умел. Когда в приюте был первый директор (которого он смог запомнить), то он заставлял их, по правилам старой школы читать молитву перед едой, а отказывающихся били по рукам линейкой. Гарри очень нравился этот пухленький старичок, но обожание омрачали слухи, что он ночью берет к себе маленьких мальчиков. Поттер сначала не понимал истинного значения этих слухов. Тогда. Сейчас его накрыла волна понимания и улыбочки, посылаемые лично ему, приобрели совсем другой смысл, заставляя покрываться мурашками отвращения.       Обед появился прямо из воздуха, но Гарри уже давно привык к такому. Мысленно поблагодарив эльфийку, он взял ложку и зачерпнул суп, над которым взвивались клубы пара, понюхав который, Гарри почувствовал, как рот наполнился слюной. Он ел строго во время назначенных приемов пищи, голодая от завтрака до обеда и от обеда до ужина. Блэк был строг и в этом плане, не давая «кусочничать». Но скоро желание поесть, когда хочется отпало, хотя он и делал так во время первых дней пребывания здесь, но позже Блэк списал это на «период набирания необходимой мышечной массы».       Следующие двадцать минут тишину нарушали только удары столовых приборов о тарелки. Гарри настойчиво отгонял от себя мысль, что не слышит похожего звука со стороны Регулуса, но списал всё на свою невнимательность и внутренне проклял одно из правил — смотри только в свою тарелку. Не смея поднимать глаза, Поттер терпеливо заканчивал трапезу, уже приступив к десерту и прикрывая глаза от блаженного вкуса шоколада.       В этом они тоже были похожи с Блэком. Живя в приюте, Гарри не рассчитывал даже на нормальные условия проживания, не говоря уже о таких вещах, как конфеты и прочие вкусности. Он пробовал шоколад всего два раза и то, когда приходили люди, выбрать себе ребенка и по доброте душевной угощали остальных. Вот и сейчас, прямо как с теплом, Гарри пытался наверстать упущенное, чувствуя, что может поглощать шоколад тоннами. Регулус не особо этому препятствовал, частенько присоединяясь и неизменно таская с собой плитки шоколада.        Гарри с тихим стуком отложил ложечку, показывая, что закончил. Взгляд внимательных зеленых глаз метнулся к рядом сидящему человеку, с неудовольствием замечая, что он так и не притронулся к еде.       — Рег… — начал было Поттер, но запнулся под взглядом темных глаз.       — Пошли.       Блэк резко встал, схватив тонкое запястье и выдергнув Гарри следом. Поттер слегка опешил, покачнувшись, но удержав равновесие и пошёл следом, гадая, что было причиной такого поведения.       Регулус, казалось, не заметил заминки со стороны мальчика, стремительно шагая в сторону библиотеки. Большая ледяная рука сжимала запястье всё сильнее и сильнее.       Блэк с какой-то нервозностью дернул дверь, залетая внутрь. Библиотека представляла из себя большое помещение с огромным количеством книг, которые, казалось, занимали как минимум два этажа. Гарри любил проводить здесь время, сидя в одном из кресел возле камина и читая что-нибудь. Так время для него пролетало незаметно. Несмотря на буйный характер, к удивлению Блэка, Поттер очень полюбил читать, просиживая над книгами часами.       Гарри настороженно смотря на Регулуса, сел в кресло. Блэк раздраженно расхаживал вдоль полок с книгами, что-то бубня себе под нос.       — Гарри… — начал он, собираясь с духом. — Думаю, я созрел для того, чтобы рассказать тебе… правду.       — Она как-то связана с какой-то организацией, Малфоями и прочим?..       — Да. — Блэк сделал глубокий вдох. Это будет долгий рассказ. — Ты помнишь как я тебе рассказывал, что твои родители были убиты? Так вот, в обществе очень часто всплывает тот волшебник, что убил их. Но… это не совсем правда. Этот человек был главой одной организации, и людей состоявших в ней называли пожирателями смерти. Я был одним из них. Я был… и - чего скрывать - остаюсь верным последователем Хозяина. Я поддерживаю Его нравы и стремления, но совсем не те, о которых говорят в обществе. Настоящие. Да, Он жаждал власти и хотел свести количество магглорожденных к минимуму. Но не убивая их. Кто-то пустил слух о том, что Он использует самые развращенные способы «расправы» с ними, притом такие, что волосы вставали дыбом. Я был одним из Его самых приближенных , где-то наравне со своей кузиной, и был прекрасно знаком с Его характером. Он был вспыльчивым. Я не отрицаю этого. Но, Он не всегдат был таким.       Знаешь, Гарри, сила, которую неожиданно приобретает человек, зачастую может вскружить голову. Так и в этом случае. Власть, сотни влиятельных последователей, готовых отдать свои жизни… Но некоторым и этого было мало. Жизнь проходит, тело стареет, утрачивает былую силу и в конце концов умирает. Даже тот факт, что волшебники живут намного дольше магглов, не успокаивал Его. Хотелось жить и править вечно. Вечно… Такое красивое слово… Ничего не длится вечно, но Он пошел в обход этому правилу. Став вторым. Первого человека, который смог побороть смерть и продлить жизнь, как ты знаешь, стал Николас Фламель. Он же был вторым. Наверное.       Хоркрус. Мне кажется, что о них осталось очень мало упоминаний, на основе которых крайне сложно выстроить логическую цепочку и создать его. Насколько мне известно — это предметы, в которые помещена часть души. И Темный Лорд смог создать их… Их. Именно. Их было несколько. Я не знаю, сколько точно, но судя по тому, как увеличивалось их количество, Он терял здравомыслие. Я уверен, их больше, чем три или четыре. Он начал терять человеческие черты и адекватный образ мышления. Каждый новый хоркрус забирает половину имеющейся души. То есть, сначала он забирает половину, потом половину половины и так далее. Он же не знал об этом.       — Если даже он не знал, как смог узнать ты? — резко перебил Гарри, чувствуя, как начинает болеть голова от полученных знаний.       — Я видел, наблюдал, анализировал. Он терял человечность, но упорно продолжал гнуть своё, совершенно не обращая внимания на последствия. Тогда я решил копнуть поглубже. Я хотел вернуть хоз… Лорду былые цели мотивы, но… Не успел. А вот тут начинается основная история. В ночь, когда убили твоих родителей, на месте оказался Он. И все решили, что он убийца. НО, — Блэк поднял палец, прерывая готового заговорить Гарри. — Это не так. Ты не был на том месте, но был я. Оно почти полностью разрушено. Опять же: пошёл слух о том, что Он явился убить Гарри Поттера, который мог оказаться потенциальным соперником в будущем. Опять же: ложь. Он шёл защитить тебя. Тут причин я не знаю, но прекрасно помню, каким Он был за несколько дней до этого. К нему за многое время отсутствия вернулось самообладание. Он начал мыслить здраво.       Я видел, как Он шел туда. Без жажды убийства. Без гнева. Это было что-то другое, незнакомое мне. Он был не один. Другая фигура, которая осталась для многих незамеченной. Это был монстр. Настоящий монстр. Тот, которого следовало бояться. Он убил твоих родителей. Альбус Дамблдор. Да, сейчас он восседает в директорском кресле одной из самых продвинутых школ магической Британии. Мы не можем сказать правду. Я «умер», другие, кто повстречал правду — или за решеткой Азкабана, или же убиты. Да, не лучший расклад. А кто поверит кучке прогнивших пожирателей? Никто. Для всех был и остаётся врагом… мёртвым врагом номер один Волдеморт. Это не его настоящее имя — псевдоним, который до сих пор вселяет ужас в магов. Беспричинный.       И, наверное, самое главное на сегодня: твоё участие во всём этом. Как я уже сказал, многие решили, что он пришел за тобой, и… ты убил его. Теперь твоё имя довольно-таки известно, но тебя почти никто не видел, и единственная примета, по которой можно узнать тебя — шрам в виде молнии, который оставил тебе Он. Не более. Я не углублен в события той ночи, но Им тогда не было произнесено ни одного непростительного заклинания. Откуда я знаю? Я самым первым прибыл на место происшествия, подобрал Его палочку и несколько других вещей. Потом пришёл мой брат и по необычайной случайности Дамблдор с аврорами. Так почему же наш добрый дедушка не помог Сириусу, прекрасно зная, что он невиновен? Почему не было следствия? Почему его никто не проверил?.. Да уж… Добро пожаловать в реальность. Все были обескуражены внезапной смертью великого волшебника-злодея. Началась масштабная ловля пожирателей, и совсем немногим удалось избежать тюрьмы. Я же, воспользовавшись ситуацией, очень правдоподобно подстроил суицид…       Блэк замолчал, обессиленно упав в кресло. С лица слетели все маски, обнажая истинные эмоции: негодование, досаду, горечь. Регулус опустил порядком увлажнившиеся глаза, стараясь не смотреть на человека, который теперь знал больше, чем кто либо. Мужчина вполне осознанно ждал отторжения, презрения, негодования, и рука невольно дернулась к палочке. "Обливейт" и весь разговор, правда растворится в небытии.       Гарри молчал, стараясь найти правильный подход к ситуации. С одной стороны получалось, что «маньяк» в народе — никакой не маньяк, а очень даже хороший, в то время как хороший — ни разу не хороший. Получалось… Ничего не получалось. Ни у одной из версий, что крутились в голове не было обоснованных доказательств. Поттер, так и не поняв, что именно чувствует, прикрыл глаза. Вопросы еще остались.       — Раз он создал… как их? хорусы? Без разницы. Он же должен как-то возродиться, но прошло одиннадцать лет, почему же он медлит?       — Он не медлит… — Гарри вскинул глаза, обращая внимание на странный тон, которым были произнесены эти слова. Глаза Блэка загорелись. Нехорошо загорелись. — Я над этим работаю. Он воскреснет.       — Как?       — Я нашел один из хоркрусов, но его оказалось мало. Нужен еще как минимум один.       — Покажешь? — Поттер немного помолчал, формулируя следующий вопрос. — Люциус же тоже был вместе с тобой, но какой-то симпатии ты к нему не питаешь.       — Не думаю, что ему можно доверять. Он что-то скрывает. Хорошо скрывает. Я не буду открывать всех козырей, пока просто нужно понаблюдать. А комната… Да, думаю покажу тебе.       — Пошли? — Гарри резко встал с кресла, не обращая внимания на то, что ноги кто-то набил ватой.       — Пошли. — Легко согласился Блэк, поднимаясь следом.       Пройдя пару метров в тишине, Гарри не выдержал:       — А остался кто-нибудь ещё, кто избежал Азкабана?       — Да. — Мужчина немного помолчал. 'Лучше сказать, контактировать же они так и так будут.' — Он в Хогвартсе. Северус Снейп. Мутный тип, хотя тоже один из приближенных, тебе лучше не иметь во врагах именно этого человека. Мстительная сволочь, скажу тебе… О, и с отцом твоим не в ладах был. Как кошка с собакой. Он тебя узнает и то, что я жив. Я буду отправлять тебе письма вороном, а он с ним очень хорошо знаком, если он вызовет тебя на разговор, не отнекивайся, только промолчи про Волдеморта. И в глаза не смотри.       — Легилименция? — Поттер смутно узнавал вход в подземелье, куда они направлялись.       — Да. Хотя… Ты же надел подарок Люца?       — Серьги? Ты издеваешься? Я похож на девчонку? — по-детски фыркнул мальчик, чувствуя, как упала сразу на несколько градусов температура.       — Да. Многие их носят. Я вот тоже носил. Это же необычные серьги, а от ментальных атак. Кстати, классная футболка! — воскликнул порядком повеселевший Регулус, улыбаясь.       — Очень хороший подарок, Рег. — фыркнул Гарри наблюдая за реакцией, которую ожидал увидеть ещё два часа назад. Как быстро время летит…       Они проходили мимо множества железных дверей и порядком заржавевших решеток.       — Камеры, — подумал Поттер, вдыхая воздух с сладковатым запахом гнили. — Интересно, многих ли здесь держали.       Факелы, которые зажглись автоматически, закончились, и теперь темноту нарушал лишь неспешно летящий спереди огонёк.       Регулус остановился возле стены, доставая палочку. Сложная формула какого-то заклинания — и вот, прямо из стены материализовалась большая железная дверь, которая открылась сама, являя просторное помещение. Оно походило на лабораторию. С кучей разных баночек, каких-то веревок, котлов и прочих непонятных вещей. Он подошёл к одной из нетронутых стен, снова делая несколько резких взмахов палочкой, от которых на этот раз появилась ручка, за которую Блэк потянул, вытаскивая капсулу. Жестом поманив Гарри подойти поближе, он с обожанием посмотрел на то, что находилось внутри.       Поттер подошел поближе, заглядывая внутрь. Там лежало тело очень красивого молодого мужчины: темные волосы, закрытые глаза с пушистыми ресницами, прямой нос, розовые тонкие губы… Всё как у обычного человека. Кроме дыхания, точнее, его отсутствия. Он лежал неподвижно, и от него веяло могильным холодом, заставляя стайки мурашек бегать по спине.       — Познакомься, Гарри. Том Марволо Риддл.