Истинная любовь Лань Сичэня

      Первым возлюбленным Лань Сичэня стал Не Минцзюэ. Он был хорошим любовником, но Лань Сичэню не хватало в нём возвышенности и трепетности. К тому же, с возрастом под влиянием сабли характер Не Минцзюэ всё больше портился, и хотя Лань Сичэнь без проблем мог за себя постоять, происходящее его не радовало, и дело бы скорее всего кончилось разрывом, если бы не случившаяся трагедия, которую не смогли предотвратить даже мелодии Гусу Лань.       Нежный и мягкий Цзинь Гуанъяо был, казалось, полной противоположностью Не Минцзюэ. В их отношениях было в меру ласки и страсти, всё шло гладко, можно сказать — идеально, вплоть до того дня, когда Лань Сичэнь узнал всю правду, что тщательно скрывалась за изящным фасадом.       Цзинь Гуанъяо сперва отпирался — Лань Сичэнь не поверил. Тогда тактика изменилась.       — Я хотел помочь тебе! — с жаром сказал Цзинь Гуанъяо. — Разве мог я смотреть, как ты губишь себя в отношениях с этим...       Заканчивать фразу он не стал, только выдохнул и взглянул на Лань Сичэня глазами, полными преданности и искреннего возмущения. Лань Сичэнь даже понимал, что им опять манипулируют, но его сердце смягчилось, и, возможно, если бы не другие его преступления, всё кончилось бы иначе. К сожалению для Цзинь Гуанъяо, Цзинь Гуаншаня действительно интересовали только женщины, и никаких неприличных предложений и уговоров он Лань Сичэню не делал.

***

      Загрустив после смерти Цзинь Гуанъяо, Лань Сичэнь понял, что ему стоит хотя бы на время отойти от дел и заняться самосовершенствованием. Дядя был не в восторге, но Лань Сичэнь всё равно заперся и стал предаваться медитациям, инедии и безрадостным размышлениям с перерывами на краткий сон.       Как раз краткий сон глава клана Цзян прервал, когда ворвался в дом.       — Могу я узнать, чем вызвано ваше неожиданное посещение, глава клана Цзян?       «И почему вы решили открыть дверь с ноги», — подумал он, но высказывать мысль вслух не решился, из чувства такта.       — Вы заперлись. Я подумал, вам не помешала бы помощь.       — В открытии двери? — попытался дружелюбно пошутить Лань Сичэнь.       Цзян Ваньинь не засмеялся. Лань Сичэнь догадался, что последует долгий разговор, и, предложив присесть, пошёл заваривать чай.       После долгого разговора Цзян Чэн устало и слегка раздражённо вздохнул.       — Всё же лекарь душ из меня никудышный.       — Давайте просто потрахаемся? — предложил Лань Сичэнь.       Цзян Чэн поднял глаза.       — Давайте.       Лань Сичэню стоило бы задуматься о своей репутации, раз его слова не вызвали никакого удивления, но тут он увидел мускулистые бёдра Цзян Ваньиня, и мысли покинули его.       С того дня они переспали ещё несколько раз. И ему, и Цзян Ваньиню секс нравился, но оба словно хотели чего-то другого и вечно были в голове с кем-то другим. На днях как раз вернулся его брат с Вэй Усянем, и Лань Сичэнь увидел в глазах Цзян Ваньиня тоску.       А ещё — гордость, мешавшую пойти на сближение.

***

      С Цзян Ваньинем они любезно попрощались, Лань Сичэнь вновь заперся, и в тот же день его навестил уже другой человек..       — Брат, — сказал Лань Ванцзи. И больше не сказал ни слова, но Лань Сичэнь и так всё понял по его лицу и, вообще-то, даже успел смутиться.       — А как же молодой господин Вэй?       — Мы друзья.       — Но... Но инцест...       — Предрассудки зло, брат.       Лань Сичэнь не мог с этим поспорить.

***

      Чуть позже они лениво лежали в одной постели, прикрывшись простыней. У Лань Сичэня слегка болела поясница, и его всё ещё немного тревожили мысли о неправильности инцеста, зато чувствовал он себя более чем счастливым.       — Зато нам не придётся убивать детей, — наконец нашёлся он.       — Мгм.