Тёплые свитера и горячий чай

Кейго не любил пить чай, кутаться в тёплую одежду (хотя он всегда мёрзнет) и разговаривать с незнакомцами. Он не улыбался, не общался ровным счётом ни с кем и в целом считался кем-то вроде бы недосягаемого идола среди простых смертных. Между прочим… Тойя был таким же. Юношей с особенно опустошённым взглядом, который улыбается только самым-самым близким, с ощущением безмерного одиночества и страхом довериться кому-то. Тодороки не ходил на ночёвки, не делился с кем-то недавно пройдёнными играми, не увлекался ничем, кроме как постоянными тренировками. Тойя был на грани, но в тот момент свершилось то, чего он сам от себя не ожидал. Он ведь никогда не питал страсти к общению. Он в принципе никогда не должен был пересечься с Таками, не должен был абсолютно беспардонно ворваться в его жизнь и стать кем-то вроде лучшего друга, который по всем клише впоследствии становится бойфрендом. Тодороки предпочитал проводить время дома, игнорировал многих людей (у него плохая память на лица и имена) и вообще ничем таким не отличался. Ну, кроме как множества ожогов «таинственного» происхождения. — Хэй, Кейго, к тебе опять пришёл Даби. Кейго не реагирует, потому что снова заснул прямо во время занятий и едва ли он приходит в себя, как его окликает до мурашек знакомый голос раздавшийся в ужасающей близости от чувствительных ушей: — Птенчик опять умудрился проспать всё, что только мог? Таками ойкает и поспешно выпрямляется, а его крылья трепещут от прикосновения к чувствительным точкам. Широко распахивая заспанные глаза, в которых уже виднеется прояснение от пробуждения, — светловолосый дёргается, буркает себе что-то невнятное под нос и выпрямляется, грубо запихивая тетрадки и прочие принадлежности в сумку. — Это и твоя вина тоже. Та игра оказалась слишком интересной, поэтому я рубился в неё всю ночь, — Кейго потягивается на месте, морщит нос от хруста в спине и бредёт к выходу нога в ногу с Тойей, который абсолютно спокойно заглядывает на территорию посторонней школы просто ради того, чтобы забрать спящего (как обычно) Таками обратно домой. — Сегодня ты чувствуешь себя лучше, чем вчера? Когда Кейго задаёт этот до невозможного паршивый вопрос, улыбка сползает с лица Тодороки и он опускает голову ниц. Таками спрашивает не потому, что прекрасно знает ответ сам, а потому что искренне переживает за Тойю. Тот некогда ворвался в его жизнь с такой лёгкостью и непринуждённостью, что едва ли став самым дорогим для Ястреба человеком — не может отвертеться от каждодневной заботы и заинтересованности в том, как прошёл его день. Кейго просто знает, когда стоит надавить на фальшивую улыбку Даби, чтобы вести себя настолько нежно, насколько он только может. Ладонь Ястреба ложится на макушку головы Даби и тот недоверчиво вздёргивает бровь, не понимая причины подобного жеста. — Посмотри на меня, Тойя, — голос Таками смягчается, становится таким тёплым-тёплым и всё внутри переворачивается, скручивается в тугой узел и становится донельзя разнеженным. у Тойи в глазах искрится безмерная любовь и доверие к этому человеку, а тот в свою очередь готов делиться абсолютно такими же чувствами. — Давай сегодня ты останешься у меня с ночёвкой? Я купил вкусный чай, ты должен его попробовать. И Тодороки соглашается. Потому что нет ничего приятнее, чем коротать опустошённые вечера в компании Кейго, который обнимает мягко-мягко, смотрит с такой любовью и заботой, что становится страшно, что всё это — лишь сон. Тойя останавливается, притягивает Таками к себе и носом утыкается ему в шею, потому что правда не может поверить, что заслужил этого человека. Он боится смотреть ему в глаза — Ястреб всегда чутко отмечал даже малейшие беспокойства со стороны Тодороки, словно читал мысли. Забирался в самые сокровенные частички его души, считывал малейшие тревоги и ловко умудрялся избавлять Даби от них. — Чувствуешь? Даби вздрагивает, когда красное перо спрятанное под рубашкой вмиг теплеет, искрится и осторожно пробирается наружу из-под одежды, мягко оглаживая щёку. Тодороки смущённо буркает, улыбается и хихикает: — Чувствую. Ты серьёзно передаёшь мне свою любовь таким образом? Это мило, но… Ты просто невыносим, птенчик. Кейго посмеивается в ответ, бережно поглаживает Тойю по волосам и коротко чмокает в висок. Пожалуй, даже если пройдёт несколько лет, всё вокруг перевернётся с ног на голову, то всё самое искреннее Таками продолжит отдавать этому несносному идиоту, которого едва ли смог уберечь от того, чтобы перейти на «тёмную сторону». — Я люблю тебя, — шёпотом произносит Даби, прежде чем коснуться губами шеи Ястреба. — Безумно люблю, Кейго. — Ну-ну, ты слишком разнежился, Тойя, — посмеивается светловолосый, утягивая парня следом за собой. — Идём домой.