Revival Umbra Clan

Мама. Это звучало так странно. Непривычно. Но не сказать, что неприятно. Они готовились к этому так или иначе. Знали, что обстоятельства к этому сподвигнут. Они были последними в своем роде. Последними Ведьмами Умбра в мире. Как удобно, способными к однополому размножению из-за таинств древней магии крови. В клане ценили чистоту крови, считая, что в ней крылся потенциал будущей ведьмы. Много девочек внутри клана Умбры было рождено от союза могущественных ведьм. Каждое поколение, по субъективным наблюдениям, становилось сильнее предыдущего и очень скоро, обычное размножение стало редкостью, к которой прибегали исключительно по любви или по необходимости. Но несмотря на обыденность подобного явления в рядах ведьм Умбра, в их положении существовали свои особые сложности. И дело было далеко не в обществе - однополые пары с ребенком уже не вызывали изумления. Сложность из себя представляли проблемы с магией и, конечно, пристальное внимание сил Лагуны. Последние, из числа крылатых ублюдков, чувствовали нутром будущую ведьму и не стеснялись наведываться в гости чаще обычного, зная прекрасно, что в такие моменты будущая мать была уязвима. В былые времена такого не случалось или случалось столь редко, что за все время существования Наблюдателей, эти моменты почти стерлись из памяти. Раньше на защите у будущих ведьм стоял весь могучий клан, но сейчас, препятствием к полному истреблению оставшихся ведьм была лишь одна. Жанна. Ведь из-за беременности, магия Серезы, и даже сами демоны, с которыми она заключила контракт, как всякая ведьма, не поддавалась ей полноценно. Беременная ведьма - уязвимая ведьма. Поэтому на плечи Жанны свалились всевозможные обязанности - от защиты супруги и их ребенка от посягательств ангелов, до бытовых забот о здоровье и благосостоянии Серезы и плода. Конечно, часто о себе напоминал Родин, оказывая поддержку своим подругам - изредка давал убежище от приспешников Лагуны, когда те становились слишком надоедливыми, и также предоставлял Жанне лучший алкоголь дабы та хотя бы иногда предавалась хоть какому-то расслаблению, после тяжелых схваток. Все это, впрочем, не имело значения для Жанны, потому что усталость, нервозность и даже страх за самых дорогих сердцу близких, смывался волнами безграничной любви, когда она касалась руками округлого живота Серезы и чувствовала оттуда ощутимый живой толчок. Этого было достаточно, чтобы хотя бы ненадолго забыть о плохом. Несмотря на то, что их жизнь сделала крутое опасное пике, почти каждый день неся опасность, они оставались парой, что ожидали своего первого ребенка. В связи с этим, моменты уединения становились чем-то сродни необходимости, чтобы не сойти с ума. И то, что, обычно, приносило нервотрепки, жаркие споры или являлось центром нелицеприятных дискуссий – для Жанны и Серезы стало чем-то сокровенным. Скорее они обе ценили то, что вообще могут проводить эти разговоры. - Я обновила обереги вокруг дома и нас не должны побеспокоить. – Из груди Жанны вырвался тяжелый и утомленный вздох. Она звучно размяла шею, хрустнув позвонками, но тотчас разомкнула сомкнутые глаза, едва только почувствовала, как рядом с ней присела Сереза. Они обе мало напоминали тех импульсивных ведьм, какими были раннее. Глупо приписывать возраст, ведь, им обеим было больше пяти сотен лет. Повлияли скорее их отношения, и пережитые события. А прямо сейчас, они даже мало напоминали друг друга хотя бы годом раннее – красота и лоск отошли на второй план, как и забота об этом, уступив место самому главному – заботе о безопасности друг друга и о ребенке. Глупо, но именно по этим причинам в их доме не осталось больших зеркал – маленький каприз, который не давал покоя им обеим, потому что принять факт того, что они больше не следили за собой, как раньше – было куда сложнее, чем на первый взгляд. - Ты так и не придумала имя? - Поинтересовалась Жанна, пальцами пробежавшись по укрытому тканью футболки выпирающему животику. Сереза играючи повторила жест Жанны, но на ее длинных белых волосах. Они думали над именем уже некоторое время, но ни одна из них так и не пришла к какому-то решению, поскольку каждая хотела угодить другой. Жанна настаивала на том, чтобы малышку звали в честь матери Серезы - Роза. Сереза напротив - хотела, чтобы ребенок был назван именем, которое просто нравится Жанне. Именем, которое не было бы связанно с мрачным прошлым клана Умбра, поскольку они вместе собирались строить его будущее. По крайней мере хоть какое-то его подобие. - Я размышляла над некоторыми, но все еще хочу, чтобы ты дала ей имя. - Оставалась упрямой Байонетта. - Но почему? - Не могла понять Жанна, невольно водрузив потяжелевшую голову на чужой живот. Ласкающая затылок рука Серезы не переставала дарить чудесные волны умиротворения. - Потому что ты защищаешь нас. - Невинно ответила та и в легком игривом смехе добавила: - И потому что я не хочу выслушивать твое ворчание, если наша дочь будет моей точной копией. - Я буду ворчать, если Лука подарит нам еще несколько мягких игрушек. Мне пришлось половину из них бросить на нашем прежнем месте. - Недовольно прогудела Жанна. Носом она потерлась о кожу живота и затаила дыхание, когда оттуда последовал четкий пинок. Сереза накрыла ладонью толкающийся живот, слегка хмурясь от мимолетной боли телодвижений внутри себя. Мгновением позже на руку будущей матери опустилась ладонь ее супруги. При слегка тусклом свете утонченных бра, висящих на стенах комнаты, поблескивали их обручальные кольца. На них магической меткой были выгравированы их имена, как это было когда-то сотворено с памятной драгоценностью утерянного медальона. - Она очень сильная. - Заявила Сереза вкрадчивым голосом и, словно в подтверждение прозвучавших слов, весь дом слегка сотрясся волной силы, заставив посуду на полках в дальней комнате задребезжать, книги попадать на пол, а висящую под потолком колыбельную игрушку заиграть. Лишь услышав завораживающую мелодию, дитя успокоилось и позволило своим матерям выдохнуть. - Ты думаешь, у нас получится? - Мы уже это обсуждали, Жанна. - Сереза натянула одеяло до талии, не тревожа лежащую рядышком ведьму. - Каждый родитель не готов до конца. Мы справимся. - Да, конечно, я все понимаю. - Принялась рассуждать та, не предпринимая попыток привстать с чужого живота. - Но мы будем не просто родителями. Мы будем родителями ведьмы. Первой ведьмы за пятьсот лет, в чьих жилах будет течь кровь сильнейших из нас. Сереза замычала, любовно играясь с прядями белых волос. - Мы справимся. Справились с ангелами, демонами и различными другими опасностями. Справимся и с ребенком. - Будущая мать постаралась увести разговор в другое русло. - Лучше подумай вот над чем - что если у нас родится мальчик? Жанна гулко засмеялась, невольно хрюкнув от усталости. - Взгляни на нас, Сереза. Какой у нас может быть мальчик? - Красавец в меня и задира в тебя. - Мальчик исключен, Сереза. - Жанна смеялась, но как учитель, она не могла просто не начать объяснять заблуждение в чем-либо своему собеседнику. - Во-первых, это магия. Во-вторых, мы обе женщины и даже если допустить науку до этого вопроса, то хромосомы в нашем организме не смогут создать вместе мальчика. Икс и Игрек тебе о чем-нибудь говорит? Сереза слушала с сокровенной улыбкой. Она обожала, когда Жанна начинала что-то объяснять или доказывать. - В-третьих, у нас на УЗИ не было никакого мальчика. - Жанна выжидающе уставилась на Серезу, словно ожидая, как та примет свою окончательную капитуляцию. - У нас на УЗИ вообще не было видно, что это хотя бы человек. - Беззаботно ответила та и Жанна иронично закатила глаза. Они уютно устроились рядом друг с другом. Колыбельная под потолком все еще играла, заставляя по стенам и потолку бегать огонькам в виде звездочек и полумесяцев. - Ты уверена, что не хочешь имя «Роза»? - Да, Жанна. Пусть наша дочь будет собой. Ей нужно ее имя. Понимаешь? - Тогда, - Жанна облизнула пересохшие губы, волнительно ощущая постоянное движение под своими пальцами. - Может, Виктория? Сереза произнесла это имя, словно пробуя его на вкус. - Виктория. - Она улыбнулась. - Мне нравится, как оно звучит. Жанна широко улыбнулась. Она наклонилась к животу Серезы, оставляя на нем поцелуй. Оттуда, им обеим пришел ответ в виде очередного бодрого толчка. Это заставило ведьм улыбнуться шире. Дитя становилось с каждым днем все активнее и сильнее. Магическая беременность протекала быстрее обычной, на пару месяцев опережая обычный срок. Зачатие произошло в канун Хэллоуина (как по-ведьмински!), а сейчас на дворе занималась весна. Она вот-вот должна была появиться на свет и волнение обеих матерей множилось вместе с тем, как и ужесточались нападения райских прихвостней. Жанна даже перестала спать без пистолета под подушкой. Впрочем, сама Сереза всегда была также наготове, держа оружие неподалеку - под соседней от Жанны подушкой. *** Жанна и Сереза славились друг перед другом страшным упрямством. Поэтому, когда врачи сказали им, что лучше всего дождаться родов в больнице, это послужило предметов споров. - Ты слышала врачей, Сереза. - Жанна скрестила руки на груди. Она выглядела страшно помятой и напряженной, поскольку не высыпалась последние несколько дней. - Схватки происходят все чаще. Мы не можем игнорировать это. - Исключено. - Нахмурилась черноволосая ведьма. - В больнице много других людей и таких же беременных, как я. Крылатые выблядки пойдут на все, лишь бы добраться до меня и Виктории. Под угрозой будут другие люди. - Я смогу тебя защитить. - Ты устала, Жанна. - Нахмурилась тревожно Сереза и, что было еще более пугающе, наследница Умбра даже не стала спорить. - В последний раз ты спала два часа, максимум. Тебе нужен отдых. - Я должна защитить вас! - Ты защитишь, как только отдохнешь. - Смягченным голосом сообщила Сереза и возложила руки на слегка дрожащие напряженные плечи Жанны. - Мы попросим помощи у Родина. Плечи ведьмы поникли. Она не любила признаваться в своем бессилии. В конце концов, она была наследницей клана Умбра. Клана, который был уничтожен и который она не смогла уберечь. Жанне пришлось наблюдать за тем, как ее сестры-ведьмы погибали на кострах или как прятались в глуши, становясь одичалыми, погружаясь в магию, что даровала им облик зверя и из чьей шкуры потом они не могли выбраться. Теперь же Жанна воссоединилась со своей подругой, ставшей возлюбленной, а затем и супругой, с которой у них вот-вот появится ребенок. Во имя Теней, она обязана была их защитить. Это ее долг. Но она устала. Смертельно. Собственные демоны отказывались так просто слушаться. Еще немного и будет перейдена черта. - Хорошо. – С трудом, но Жанна покорилась. Трезвый разум и бесконечная любовь к Серезе победили ее гордость. – Мы попросим Родина. - Я люблю тебя. – Ласково мурлыкнула Сереза, оставляя на нахмуренном лбу супруги поцелуй. – И у нас все будет хорошо. Жанна рассеянно кивнула. *** Родин принял их со смиренным спокойствием. Конечно, граница на пороге к Аду, на коем перепутье находился знаменитый в особых кругах бар «Врата Ада», был не самым лучшим местом, но оно не раз помогало им в трудную минуту. К тому же, сам Родин любил, когда к его логову прилетали наглые приспешники Лагуны – те находили свою верную смерть от его рук. А еще, несмотря на мрачность и кажущееся равнодушие, к Байонетте и Жанне он относился радушно. Даже в некоторой степени проявлял заботу по отношению к беременной ведьме, изредка интересуясь ее состоянием и даже включал на своем раритетном проигрывателе пластинки со спокойными мелодиями, напоминающие колыбельные, от которых Виктория успокаивалась. Наконец, Родин даже готовил беременной ведьме легкие безалкогольные напитки, чего никогда не делал никому. Это даже послужило поводом для поддразнивания со стороны Байонетты. - Мне стоит почаще захаживать к тебе с пассажиром на борту. – Хмыкнула та, поправляя очки в черной оправе и перекатывая молочный коктейль в бокале, в котором никогда до этого не наливали ничего легче мартини. – Столько привилегий. - Я вкладываюсь в будущее. – Хмыкнул Родин сдержанно, продолжая натирать стаканы до блеска. - В будущее? – Сверкнула глазами ведьма подозрительно. - Не стоит так смотреть. – Родин отложил отполированный стакан и принялся за другой. – Когда-нибудь малышка Виктория вырастет. И тоже станет приносить мне нимбы крылатых крыс. Сереза усмехнулась, очень сильно напоминая ведьму, что несколько лет назад истребляла род ангелов с рвением хищницы. Старые привычки не умирали, но притуплялись, и сейчас, вместо очередной колкости, ведьма кинула взгляд на дверь, за которой находилась комната для отдыха. В ней свой покой нашла Жанна, стремительно уснувшая после того, как едва коснулась мягкой поверхности после нескольких дней недосыпа и переутомления. Конечно, там не было полноценной кровати, а лишь диванчики с уединенными столиками, но этого было достаточно, чтобы забыться сном. К тому же, пара подушек и мягкое одеяло решало неприглядную проблему, позволяя считать это лежбище чем-то поистине замечательным. Особенно, когда рядом ложилась верная супруга, придерживая за руку и шепча на ухо нежности. Возможно, Сереза была на порядок слабее, чем до беременности. И все же, она могла позаботиться о себе и подарить покой той, кто в этом действительно нуждался. Жанна делала много больше, чем должна была. И возлагала на свои плечи столько, сколько не осмелиться хоть кто-то даже теоретически. Все ради своих любимых и близких – этим Жанна жила. И за это была готова умереть. Но сейчас она мирно посапывала, видя десятый сон. Переутомленный организм взял свое. Впрочем, поделом. *** Жанна на своем веку была так напугана лишь несколько раз в своей жизни – когда на клан было совершенно нападение; когда ей пришлось запечатать Серезу на дне озера; когда Балдер завладел ее сознанием и заставил обратиться против своих же сестер. Теперь к этому недлинному списку прибавился и душераздирающий крик Серезы и ее истеричный вопль о том, что пришло время. В больницу им было нельзя и каждый был вынужден слушать стенания рожающей ведьмы, пока из всех щелей, словно хищники на запах крови, устремились отродья Лагуны. Невовремя пришедший в «гости» Энцо и Лука оказались заперты с ними. Трусливый Энцо, что сжимался в комок от страха, был тем, кто от крика Байонетты проявил себя с самой неожиданной стороны. Пока на фоне творилась какофония из стрельбы, ругательств и магии, Энцо с внезапной стойкостью и хладнокровием стал принимать участие в заботе о Серезе. Он взял ведьму за руку и стал командовать Луке о том, что ему нужно делать, параллельно заставляя изумленную и мучающуюся женщину беспрекословно его слушаться. Старый итальянец умудрился абстрагироваться от происходящего и сосредоточиться только на Байонетте. - Я был на чертовых родах двух своих детей и меня этим не испугать! – Заявил тот громко, стараясь перекрыть своим голосом грохот, раздающийся неподалеку. – Тужься, мать твою! Ты раскидываешь ангелов направо и налево, так что не притворяйся бессильной! - Я тебя… УБЬЮ!!... – Стонала Сереза, но благодарно схватилась ладонью за чужую руку, сжимая ту до треска костей, но Энцо, пусть и зарычал сквозь зубы, но ничего не сказал. - ДЫШИ! – Проскулил тот сдавленно, но решительно. - Я… ДЫШУ!!... - МОЛОДЕЦ. – Продолжил кричать Энцо, нарочно подначивая женщину. – ДАВАЙ, МАТЬ ТВОЮ. - СУКА-СУКА-СУКА… Грохот за грохотом, громовая стрельба, потустороннее рычание призванных демонов… все это прекратилось, словно кто-то дернул переключатель, когда весь этот шум пронзил громкий плач новорожденного. Услышавшая этот звук Жанна с изумлением наблюдала за тем, как твари Лагуны оцепенели, а после, начали панически сбегать. Наследница клана Умбра проводила сбегающих прочь крылатых тварей, облегченно выдыхая от перенапряжения, которое растаяло в горячем волнении и осознании – она только что слышала плач своего ребенка. Их с Серезой ребенка. Виктории. Тени сохрани!.. - Сереза!! – Перепачканная в крови, валящаяся с ног от лавины усталости, она оказалась на коленях перед утомленной, но крайне счастливой состоявшейся матерью. В ее руках, завернутая в рубашку, плакала новорожденная ведьма, на чьей макушке виднелся беленький пушок волос. Рядом с ведьмами осторожно появился Лука, чья рубашка была безвозмездно отдана Байонетте. Он предоставил Жанне стул, на который та, откровенно дрожа, села. Мгновением позже он отошел в сторону, чтобы вызвать врача. Около минуты в помещении стоял лишь детский плач, пока тот не прервался от Серезы, которая принялась кормить девочку. Жанна, откровенно блуждающая меж миров, пришла в себя, когда пересеклась взглядом с глазами супруги. Тени, неужели свершилось?.. - Не плачь… - шепнула тихо Сереза, искренне уставшая и искренне счастливая. Жанна осторожно помотала головой и пылко поддалась вперед, оставляя на искусанных от схваток губах поцелуй. - Это стоило всего пережитого… - только и смогла выговорить наследница клана Умбра, с любовью смотря на ту, кто отныне являлся ее прямой наследницей и первой ведьмой, рожденной за долгие пять сотен лет. - Я вызвал скорую! – Вмешался Лука в разговор и тотчас стушевался, когда Жанна резко зыркнула в его сторону. – Ч-через пару минут п-приедут… - Родин, пожалуйста, мне нужно выпить!.. – Скулил где-то на фоне утомленно Энцо. Жанна раздраженно оскалила зубы, но замолчала, когда почувствовала, как вокруг ее пальца сжалась маленькая, но удивительно крепкая хватка миниатюрной ручки. На нее уставились светло-серые глазки, щурящиеся от тусклого освещения. - Ох, она все-таки оказалась твоей копией. – Выдала Сереза с усмешкой в голосе. – Ты счастлива? - Да. - Я тоже.