Изумрудные глаза

      Погасив свечение своей палочки заклинанием Нокс и легким движением запястья, Гарри пробормотал пароль и ворвался в гостиную Гриффиндора. В ту же минуту Гермиона вскочила с кресла, стоящего перед камином, и накинулась на него:       — Гарри, где ты был? — фальцетом произнесла она, быстро приближаясь. Гермиона тоже переоделась в пижаму, вьющиеся волосы были заплетены в две толстые косы. Ее прическа немного растрепалась за томительный час ожидания, и несколько кудрявых прядей выбились из ее кос. Лицо Гермионы выражало сильное беспокойство.       Гарри вспотел от быстрого бега по лестницам, ему было жарко в пижамных штанах и безразмерной толстовке, а горло пересохло настолько, что казалось, язык прилип к небу. Он тяжело дышал и, не ответив Гермионе, задал волнующий его вопрос:       — Где Рон?       Положив палочку на ближайший стол и ухватившись обеими руками за его край, Гарри пытался немного отдышаться.       Гермиона выглядела озадаченной.       — О чем ты говоришь, Гарри, я думала, он с тобой?       Слегка отвернувшись от стола и прижав руку к боку, Гарри посмотрел на нее, все еще тяжело дыша.       — Он был со мной.       — И… — в голосе Гермионы прозвучала паника.       — И я уже почти прошел в гостиную, когда услышал какой-то лязг в коридоре — возможно, лязг металла, — как раз там, где стоял Рон, — начал объяснять Гарри, задыхаясь почти через каждое слово. — Я собирался пойти проверить как он, но моя мантия застряла, и я…       — Но ты же ее вытащил, верно? — прервала Гермиона. Она была слишком поражена услышанным, чтобы понять очевидное.       Гарри странно посмотрел на нее и тяжело сглотнул.       — Ну… да, Гермиона, я ведь сейчас здесь, верно?       Гермиона закрыла глаза и покачала головой.       — Да, конечно, — пробормотала она себе под нос. Гермиона подошла к Гарри поближе и положила руку на его быстро вздымающееся от глубоких вздохов плечо. Наклонившись, она прищурилась и всмотрелась в его вспотевшее лицо. — Давай на минутку забудем о Роне. Что насчет тебя… ты в порядке, Гарри?       Тот резко поднял голову.       — Да, все хорошо, — сказал он таким тоном, будто она задала самый нелепый вопрос на свете, — и что значит, давай забудем о Роне? Он уже давно должен был быть здесь, Гермиона! — продолжил Гарри, пытаясь казаться спокойным, хотя на самом деле беспокойство о друге разъедало его. Все недавние мысли о шоколадных лягушках были напрочь забыты.       — У тебя глаза красные, — тихо заметила Гермиона, наклоняясь еще ближе, — что произошло, Гарри?       Но прежде, чем тот успел подумать, сказать ли ей правду или придумать оправдание, портрет резко распахнулся, едва не врезавшись в стену, и в комнату вошел Рон, выглядя абсолютно разъяренным. Два ярко-розовых пятна горели на его щеках.       Гарри и Гермиона одновременно развернулись к Рону. Они никогда не видели его в таком состоянии.       — Вот ты где! — воскликнул Гарри с облегчением. Однако он быстро подавил желание подойти и похлопать Рона по плечу, увидев злость на обычно добродушном лице.       — Ты в порядке, приятель? — неуверенно спросил Гарри.       — Ой, смотрите-ка, кому вдруг не все равно… как раз вовремя, да? — холодно ответил Рон, скрестив руки на груди.       — В чем дело? — спросил Гарри, скорее удивленный поведением своего друга, чем обиженный его грубым ответом. — Что случилось?       Гермиона стояла совершенно растерявшись и переводила взгляд с одного мальчика на другого.       — Что случилось? — Рон саркастически повторил: — Что случилось?! — он посмотрел на Гермиону. — Ему хочется знать, что случилось! — он глумливо усмехнулся, указывая на Гарри.       Но Гермиона не была склонна настолько быстро принимать чью-либо сторону.       — Ну и что? Что-то все-таки случилось, Рональд, это очевидно, так что просто расскажи нам, — ответила она, даже не пытаясь скрыть легкого раздражения в голосе.       — Ты должен был вернуться за мной! — возмущенно фыркнул Рон, указывая на Гарри, который стоял, засунув большие пальцы за пояс пижамных штанов. Гарри замер, нервно поджав пальцы ног и пытаясь придумать стоящее объяснение.       — Я знаю, но у меня просто не было возможности, — начал Гарри. Его уши горели по большей части от смущения, — ведь Гермиона заметила его покрасневшие, опухшие глаза. Он не планировал рассказывать кому-либо о произошедшем в кабинете Снейпа. Но теперь, когда Гермиона поняла, что он плакал, у Гарри просто не оставалось шанса что-либо скрыть.       «И почему я не зашел в туалет умыться?» — с сожалением подумал он, укоряя себя за беспечность.       — Да, и у меня тоже не было ни единого шанса, после того как ты бросил меня возле доспехов без мантии-невидимки! — Рон уже почти кричал.       Тут Гермиона не выдержала:       — Тише, Рон! Уже поздно! — яростно зашипела она. — Ты всех перебудишь!       Рон нахмурился, но понизил голос:       — Ты просто взял и оставил меня там…       Гарри начал раздражаться.       — Я не оставлял тебя, — сказал он, — ты так сильно шумел…       — Миссис Норрис стояла прямо у тех проклятых доспехов! — ответил Рон, повышая голос.       — Это не значит, что надо было вести себя по-идиотски и поднимать столько шума, делая все, чтобы тебя поймали! — закричал Гарри.       — Тс-с-с! — шикнула Гермиона, нервно озираясь по сторонам, но Гарри и Рон едва ли слышали ее.       — Да, верно, но меня поймали, придурок! И теперь у меня отработка завтра вечером… я буду чистить судна в Больничном крыле… снова! — закричал Рон, сердито размахивая руками.       — Рон, заткнись! — взвизгнула Гермиона, закрыв ладонями лицо.       — С какой, собственно, стати? — угрюмо продолжил возмущаться Рон. — А ведь завтра вечером у нас с Фредом должен был состояться матч по волшебным шахматам!       Гарри стиснул зубы и сжал кулаки, его лицо горело, будто от пощечины, а ноги, казалось, прилипли к полу. Ему уже не хотелось пытаться сгладить ситуацию или сделать вид, что все в порядке. Он устал. И ему до смерти надоело молча страдать, не получая одобрения своих друзей. Черт подери, Гарри ведь не ожидал, что в его честь устроят парад, но и подобное отношение его не устраивало.       В течение нескольких мгновений он стоял, не двигаясь, тяжело дыша. Теперь Гарри мало что сдерживало. Больше не раздумывая, он резко подался вперед, и обеими руками изо всей силы толкнул Рона в плечо.       Рон отшатнулся и, споткнувшись о собственную ногу, упал на бок, едва успев выставить руки для поддержки. Совершенно ошеломленный, он сидел на полу с открытым ртом, чувствуя себя так, словно из него только что вышибли дух.       Гарри наблюдал, как на лице его лучшего друга вспыхивают и сменяются эмоции. Они вызывали в нем как боль, так и удовлетворение. Удивление Рона быстро сменилось гневом, глаза потемнели, но он ничего не сказал, не найдя подходящих слов для выражения своих чувств, и эта молчаливая боль ударила Гарри в самое сердце.       Гарри потребовались все силы, чтобы подавить растущее в нем чувство вины. Его дыхание стало прерывистым.       — Гарри… — начала Гермиона, но он проигнорировал ее.       — Знаешь, ты не единственный, кто получил отработку, — прохрипел Гарри, глядя на Рона в упор, — и ты не единственный, кого сегодня поймали.       Он услышал резкий вздох Гермионы, но не обернулся, чтобы посмотреть на выражение ее лица.       — И теперь мы оба наказаны, — продолжил Гарри, отчаянно пытаясь сдержать дрожь в голосе, — поверь мне, я знаю… что в отработках нет ничего приятного. Я занимался этим всю неделю…       Рон молчал, уставившись на Гарри с выражением, которое тот не мог расшифровать.       — Но я не собираюсь извиняться, — сказал Гарри твердо — более твердо, чем чувствовал на самом деле, — ты хотел это сделать так же, как и я. Мы все хотели. Мы попытались, но у нас ничего не вышло.       Рон уперся взглядом в пол. Через некоторое время Гарри последовал его примеру.       — Я не хочу больше об этом говорить, — наконец пробормотал Гарри. — Я иду спать.       Протянув руку, он взял со стола палочку. Та все еще хранила тепло недавнего заклинания. Гарри сжал ее потной рукой и направился к лестнице, намеренно избегая взглядов друзей.

* * *

      Гарри лежал на боку, плотно завернувшись в одеяло, его глаза были широко открыты. Казалось, он пролежал в постели не менее пятнадцати минут. Время от времени Гарри пытался прикрыть глаза, заставляя себя не думать ни о чем, кроме темноты под веками.       Было очевидно, что Дин и Симус, едва заслышав шаги Гарри, запрыгнули в кровати и притворились спящими, но он не придал этому особого значения. Он просто положил палочку на прикроватный столик, удостоверившись, что она никуда не скатится, залез под одеяло и задернул занавески со всех сторон.       Рон и Гермиона, должно быть, обсуждали его в гостиной. Но Гарри это тоже было безразлично. Если Рон хочет злиться, пусть злится, это его проблемы.       Однако пару минут спустя Гарри услышал тихие, медленные шаги по лестнице. Он знал, что это Рон, но не раздвинул занавески и даже не пошевелился.       Некоторое время было тихо, а затем Гарри услышал отчетливый скрежет металла о металл.       — Гарри, ты не спишь? — прошептал Рон.       На долю секунды Гарри захотелось притвориться спящим, но он знал, что это не поможет. И уж конечно, от этого он не почувствует себя лучше.       — Нет, — тихо ответил Гарри, не оборачиваясь.       Затем он услышал скрип пружин и ощутил, как матрас прогнулся под весом Рона. Гарри перевернулся на спину, ожидая, когда тот начнет говорить.       Было странно лежать в постели, в то время как Рон неловко сидит рядом, примостившись на краю кровати, словно собираясь рассказать Гарри сказку на ночь. Гарри чуть было не рассмеялся от этой мысли.       — Я хочу… — голос Рона сорвался. Откашлявшись, он попытался снова. — Я говорю это не потому, что Гермиона заставила…       Гарри закатил глаза.       — Нет, правда, приятель, она ничего мне не говорила, — произнес Рон с ноткой мольбы в голосе, — но я пытаюсь сказать… я хочу извиниться, Гарри. Я вел себя как полный придурок.       Не зная, что ответить, Гарри просто закусил внутреннюю поверхность щеки.       — Я понимаю, ты не виноват в том, что меня поймали, — продолжил Рон, но потом тоже замолчал.       Вздохнув, Гарри приподнялся на локтях. Он не мог поверить, что Рон на самом деле попросил прощения. Гарри решил, что теперь настала его очередь.       — Прости, что толкнул тебя, — сказал он тихо, бросив взгляд на темно-красные занавеси, а затем склонив голову в сторону друга. — Просто все это выбило меня из колеи, понимаешь?       Рон слегка улыбнулся, его лицо выражало нечто среднее между весельем и смущением.       — Да уж, ты застал меня врасплох, приятель, не знал, что ты на такое способен.       — А кто знал, что твой голос становится таким высоким, когда ты кричишь, — шутливо ответил Гарри и засмеялся, когда Рон внезапно прыгнул к нему, делая вид, что душит Гарри одеялом.       Неожиданно Невилл громко всхрапнул во сне и резко сел. Гарри и Рон застыли посреди схватки.       Невилл пробормотал нечто неразборчивое — насчет того, что нужно положить одежду в стирку — потер глаза и тяжело упал обратно на подушку.       Гарри и Рон, внимательно слушавшие бормотание Невилла, многозначительно посмотрели друг на друга и разразились беззвучным смехом.       Наконец Рон встал и направился к своей кровати. Скинув тапочки, он скользнул под одеяло.       — В котором часу ты завтра должен быть на отработке? — прошептал он, поворачиваясь на бок.       — В десять, — ответил Гарри, зевая и поудобнее устраиваясь под одеялом. — А ты?       — В семь вечера, — ответил Рон.       Гарри кивнул в подушку.       — Я подожду тебя, хорошо? Мы можем поиграть в шахматы или займемся еще чем-нибудь.       — Отлично, — сонно пробормотал Рон, — спокойной ночи, Гарри.       — Спокойной ночи.       Гарри перевернулся на другой бок, ощущая приятную прохладу подушки под своей щекой. Он был почти уверен, что это Гермиона уговорила Рона оставить в покое тему с наследником Слизерина, по крайней мере, пока. В обычные дни Гарри бы немного обиделся на такую явную опеку. Он также начал бы уже придумывать новый план.       Но не сегодня.       Возможно, рассуждения Снейпа повлияли на него больше, чем он думал. А может он просто устал. Но каким-то чудом Рон больше не злился, и то, что он не стал больше упоминать о случившемся, было, вероятно, к лучшему.       И еще Гарри было приятно засыпать просто так, не думая ни о чем, кроме обещанной на завтра партии в шахматы.

* * *

      Гарри проспал почти до девяти часов. Утренний свет был тусклым, и, даже не глядя в окно, Гарри понял, что на улице пасмурно. Под одеялом было тепло и уютно, но все же Гарри откинул его в сторону. Он проголодался и хотел успеть перехватить чего-нибудь на завтрак перед своей последней отработкой у Снейпа.       Свобода была реально близка — неделя утомительных отработок заканчивалась.       Гарри почувствовал, как дрожь предвкушения пробежала по венам при мысли, что ему уже не нужно будет постоянно таскаться в подземелья, и он сможет, наконец, проводить вечера с друзьями.       Он свесил ноги с кровати и надел очки. Рон и Невилл уже ушли, но Дин и Симус все еще были в кроватях. Лежа на животе, они тихо и размеренно дышали, так что Гарри старался не шуметь, чтобы не разбудить их.       Оправив толстовку, в которой он обычно спал, и подтянув пижамные штаны, Гарри опустился на колени перед сундуком и, осторожно открыв крышку, заглянул внутрь.       «Что-то старое…» — подумал он, перебирая небольшую стопку одежды, лежавшую на дне.       У Гарри был свитер, который подарила ему миссис Уизли на прошлое Рождество, но он не считал его старым, и все еще носил по выходным.       В сундуке также лежали две белые прошлогодние школьные рубашки, рукава которых были уже коротковаты, хотя в остальном они были почти как новые. Гарри вернул рубашки на место — кто знает, в какого рода грязь ему предстоит окунуться сегодня.       Наконец Гарри добрался до самого дна сундука, где хранил несколько своих — или лучше сказать Дадлиных — старых больших футболок и пару огромных, сильно заношенных и запачканных травой джинсов. Прошлым летом Гарри носил их почти каждый день на Тисовой улице.       Это ли имел в виду Снейп, говоря о «старом»?       Гарри вытянул их, сморщив нос от запаха заношенной одежды. Джинсы пахли грязью из сада тети Петуньи.       Гарри не хотелось надевать их.       Более того, ему даже смотреть на них не хотелось, но когда Уизли спасали его этим летом, у него не было возможности нормально собрать свои вещи, так как Фред и Джордж, достав сундук из чулана, просто затащили его вверх по лестнице и запихнули в старый фордик.       Так что обноски остались у него.       Но Гарри очень не хотелось надевать их. Тем не менее, ему было жалко портить свои нормальные вещи. Хотя в волшебном мире у него были некоторые деньги, у магглов он оставался таким же нищим, как и прежде.       Отложив штаны в сторону, Гарри наклонился над сундуком, пытаясь найти свой старый ремень, который он всегда носил с этими джинсами. Без него штаны просто спадали. Со своими школьными брюками ему не было нужды носить ремень, так как те были впору.       Гарри продолжал искать, но безуспешно.       — Черт побери, — в отчаянии пробормотал он, беспорядочно шаря руками по дну сундука.       Было уже пятнадцать минут десятого. Рон и Гермиона, вероятно, ждали его в гостиной, чтобы спуститься вниз на завтрак.       Раздраженно фыркнув, Гарри поднялся, скинул пижамные штаны и, скривившись, натянул отвратительные джинсы. Они были настолько большими, что надевая их, ему даже не пришлось их расстегивать.       Гарри подумал было остаться в толстовке, но быстро отверг эту идею, не желая испортить хорошую вещь.       Вздохнув, он стащил с себя толстовку и выбрал ей наименее грязную замену — выцветшую синюю футболку с короткими рукавами. И хотя рукава свисали ниже локтей, а подол почти достигал колен, но, по крайней мере, она была целой, без дыр.       Однако Гарри никак не мог обойтись без ремня. Он чуть было не решил надеть свои школьные брюки, но вдруг заметил, как что-то поблескивает на дне сундука.       Что-то похожее на большую английскую булавку.       Гарри наклонился, рассматривая ее поближе, и его догадка подтвердилась. Забавно, что такого рода вещи просто оказывались в сундуках, ящиках и тому подобном как бы сами собой…       Так что подхватив джинсы за пояс, Гарри стянул его, чтобы пояс туже охватывал талию, и попытался зацепить лишнюю ткань булавкой, неуклюже вставляя ее в плотную ткань. После нескольких попыток ему это удалось. Гарри не стал заправлять футболку внутрь, а оставил ее свободно свисать, чтобы скрыть все это безобразие. Он не хотел, даже мельком, видеть себя в зеркале, зная, что выглядит просто кошмарно.       Натянув кроссовки, он схватил мантию, просунул руки в рукава и застегнулся на все пуговицы.       В конце концов, решил он, некоторые студенты тоже носят мантии по выходным, например слизеринцы и рэйвенкловцы.       Длинная темная мантия скрывала его одежду, по крайней мере, пока.       Чувствуя себя довольно скверно, Гарри захлопнул крышку сундука, схватил с тумбочки палочку и спустился в гостиную.       Полчаса спустя, насытившись тостами и омлетом, Гарри вошел в кабинет Снейпа в гораздо лучшем настроении, чем было у него всю последнюю неделю.       Ему как-то удалось объяснить свой внешний вид Рону и Гермионе, и, к счастью, они вроде бы его поняли.       Однако если он не хочет испачкать мантию, скоро ему придется ее снять. Но Гарри было все равно. К тому же, Снейп сам сказал ему надеть что-то старое, разве не так?       Как только Гарри вошел в класс, он сразу понял, что Снейп находился в другом помещении, даже не по шуму, а скорее из-за отсутствия черной развевающейся мантии. Оглядевшись вокруг, Гарри заметил, что дверь комнаты, расположенной позади стола Снейпа, была приоткрыта — той самой комнаты, в которой профессор чем-то занимался во время первой отработки.       — Идите сюда, Поттер.       Гарри вошел внутрь. Несколько светильников ярко освещали помещение, компенсируя отсутствие окон.       Взгляд Гарри остановился на большом скоплении коробок, но прежде, чем он успел подумать об их содержимом, услышал:       — Вы найдете пару подходящих перчаток в том углу, — проинформировал Снейп, не оборачиваясь. Он взмахнул рукой, указывая куда-то вправо от Гарри. — Наденьте их и ждите дальнейших указаний.       Сняв мантию и положив ее поверх коробки, Гарри прошел в угол и надел толстые резиновые перчатки, с любопытством поглядывая на Снейпа. Тот осматривал коробки, сортируя их.       Гарри пошевелил пальцами в тесных перчатках. Они были очень похожи на те, в которых он мыл посуду у Дурслей, только там перчатки были желтыми.       Гарри рассматривал грязную черную резину на своих руках, не замечая, что Снейп обернулся и удивленно глядит на него уже в течение нескольких секунд.       — Поттер, ради всего святого, что вы на себя напялили?       Гарри вскинул голову, вопросительно глядя на Снейпа, а потом посмотрел на свою футболку.       — Вы… эм-м… сами сказали мне это надеть, сэр, — объяснил Гарри, краснея. На лице Снейпа появилось странное выражение, — будто тот смотрел на нечто совершенно отвратительное.       — Я сказал вам надеть что-то старое, а не эти обноски, мистер Поттер, — заявил он, нахмурив брови. Снейп подошел ближе. — Где вы взяли эти вещи?       «Проклятье… не думал, что все настолько плохо», — пронеслось у Гарри в голове.       В конце концов, Гарри проносил их все лето в Сюррее, и никому не было до этого никакого дела.       — Я… это… эм-м… просто одежда для игр, профессор, — солгал Гарри, отступая назад на несколько шагов.       — Она ведь огромна, Поттер, — усмехнулся Снейп, немного наклоняясь, чтобы получше все разглядеть, — вы, несомненно, что-нибудь ею зацепите…       Гарри начал злиться. Как можно было быть таким наивным идиотом, полагая, что Снейп просто не обратит внимания на одежду.       — Так вот… — начал Снейп, протягивая руку, чтобы схватить Гарри за футболку.       Гарри не понял, что собирался сделать профессор. Он резко отшатнулся, испытывая гнев и смущение.       — Не надо! — воскликнул он, раздраженный тем, как Снейпу всегда удается заставить его почувствовать себя младенцем.       Но профессор лишь выпрямился и схватил мальчика за плечи.       — Прекратите устраивать сцены, Поттер, сегодня у меня нет настроения на это, — выплюнул он, слегка встряхнув Гарри, — стойте смирно.       — Оставьте меня в покое! — громко воскликнул Гарри, продолжая вырываться.       Внезапно он ощутил, что его живот что-то очень больно кольнуло. Он резко подпрыгнул.       — Ой! — простонал Гарри, отталкивая Снейпа.       Неожиданно его джинсы начали сползать вниз, оголяя ноги. Гарри подхватил их за пояс, прежде чем джинсы окончательно упали. Булавка больно царапнула по коже.       Гарри почувствовал унижение.       — Подождите, Поттер, — проговорил Снейп, слегка наклоняясь.       — Отстаньте от меня! — заорал Гарри и попытался отступить, но профессор крепко схватил его за левую руку.       Снейп инстинктивно замахнулся, чтобы наказать мальчишку за неуважение, но остановился буквально в последнюю секунду.       Поттер вздрогнул, словно знал, чего ожидать, и Северус заметил это.       Этот момент нерешительности позволил Снейпу осознать всю нелепость ситуации:       Поттер стоял, изогнувшись, изо всех сил вцепившись в свои джинсы, из их пояса торчало острие булавки, угрожая впиться в тело, а рядом замер Северус, — его открытая ладонь застыла в воздухе.       Совершенно нелепо.       Снейп опустил руку и, вместо выговора, схватил брюки мальчика за пояс и потянул вверх. Другой рукой он осторожно вытащил булавку из плотной ткани и бросил ее на ближайшую коробку.       — Держите свои брюки обеими руками, — скомандовал Снейп.       Гарри, красный и смущенный, медленно повиновался. Встав, Снейп вытащил палочку из внутреннего кармана мантии. Схватив подол футболки Гарри, он заправил его в растянутый воротник. Гарри стоял, сжимая в кулаках пояс джинсов.       Снейп указал палочкой на Гарри:       — Скажете, когда остановиться, — он тихо пробормотал заклинание, и джинсы Гарри стали сужаться на глазах.       Гарри глядел на свой пупок, наблюдая за уменьшением огромных штанов. Затем он взглянул на Снейпа.       — Не отвлекайтесь, Поттер.       И Гарри подчинился. Когда пояс стал комфортно прилегать, он снова поднял взгляд и прошептал:       — Так хорошо.       Снейп кивнул и снял заклинание. Одним быстрым движением он высвободил подол футболки Гарри из воротника.       — Выпрямите руки, — приказал он, и Гарри снова послушался.       Профессор повторял тот же процесс, пока футболка не села на Гарри идеально.       Гарри опустил руки и посмотрел на свою одежду. Она была по-прежнему грязной и поношенной, но теперь хотя бы подходила по размеру.       Гарри вдруг почувствовал, как его подбородок приподняли пальцем.       — Больше никогда не разговаривайте со мной в таком тоне, Поттер. Вы меня поняли? — тихо, но строго спросил Снейп.       Гарри судорожно сглотнул и кивнул.       Снейп убрал руку.       — Теперь, Поттер, полагаю, вы действительно носите одежду для игр… а не плаваете в ней, как прежде, — протянул Снейп с ухмылкой.       Гарри закусил губу, все еще смущенный.       — Благодарю.       — Пойдемте, — приказал Снейп, ведя Гарри к коробкам.       «Неужели на этом все закончится? Не может быть…» — сказал себе Гарри, следуя за профессором, немного ошеломленный тем, насколько легко тот оставил тему.       — Вы проведете свою отработку, освобождая флаконы от их содержимого, — сказал Снейп, приподнимая стеклянную емкость, полную черной, застывшей жидкости.       «Ладно… может быть, все закончилось…»       Гарри поморщился:       — Что это?       — Это кровевосстанавливающее зелье, срок годности которого истек, — просто ответил Снейп, — сварено несколько лет назад одним из моих учеников уровня Т.Р.И.Т.О.Н.       — Тритон?       — Седьмой курс, — пояснил Снейп.       Гарри подошел ближе, чтобы получше рассмотреть содержимое коробки. Она была заполнена до самого верха. Его сердце упало.       — Профессор?       — Поттер, — рассеянно ответил Снейп, занятый поиском другого флакона.       — Если оно бесполезно, то почему нельзя просто выбросить бутылку? — поинтересовался Гарри.       Снейп вздохнул:       — Зелье бесполезно, глупый мальчишка, однако, флакон совершенно цел, — он сделал паузу и посмотрел на Гарри, — глупо выкидывать вполне хороший флакон, вы не находите, Поттер?       Гарри поморщился.       — Не совсем…       — Как бы то ни было, — твердо ответил Снейп, — это ваша задача на сегодняшнее утро, и вы должны работать усердно.       — Да, сэр, — едва слышно пробормотал Гарри. Он хотел засунуть руки в задние карманы, но вспомнив, что был в перчатках, с несчастным вздохом опустил их.       — Каждый раз я буду передавать вам по пять флаконов, Поттер, и хочу, чтобы вы относили их в раковину и сливали в канализацию содержимое каждого флакона. Потом быстро ополосните их и оставьте сушиться на столе, — продолжил Снейп, — мы тщательно вымоем их позже.       «Мы?»       — Вы останетесь здесь со мной? — спросил Гарри, взяв густое маслянистое голубое зелье из протянутой руки Снейпа.       — Да.       Гарри немного помолчал в задумчивости:       — О, — просто сказал он.       — Уверен, Поттер, что вы в восторге, — сухо ответил Снейп, не поднимая головы.       Гарри пожал плечами:       — Нет, все в порядке.       Снейп откинул назад прядь волос и странно посмотрел на Гарри. Несколько секунд прошли в тишине.       — Ясно, — наконец сказал Снейп, протянув мальчику большой флакон, наполненный мелово-оранжевой субстанцией.       Не говоря ни слова, Гарри взял его.