Привет из прошлого

Три недели спустя. Эти три недели выдались для Конохи тяжёлыми, если учитывать, что сражаться пришлось сразу со всем кланом Ямадзаки, а самые сильные шиноби лежали в больнице. Цунаде запретила участие всех, кто в последний раз попал под когти и в итоге добрались в деревню с дырами в теле. Конечно, Хаширама возмущался и брат с Учихами его поддерживали, но приказ Хокаге нарушать было чревато себе же. Как-то Мадара не очень хочет вспоминать, как внучка Хаширамы за один удар вынесла черта из больницы через все стены по пути. Что сказать, младшей поколение в состоянии защитить себя. Когда бой был окончен, конечно, некоторые из шиноби не смогли выжить из-за ранений, но все же они победили. Им удалось поймать главного из клана и допросить, а Цунаде ещё и отвести душу за все содеянное. Где-то там есть ещё одинокие члены клана, которые обязательно о себе заявят, но об этом будут думать уже в будущем, а сейчас можно вздохнуть спокойно. Ну, Тобирама так думал. Три недели он не говорил с Изуной, три недели его держала Цунаде в больнице, как и его брата. Мадару и его выписали раньше и младший Сенджу просто не знал о чем говорить с младшим Учихой, если придёт к нему. Он навещал только своего брата, который постепенно под наблюдением Орочимару очухался быстрее и надо сказать спасибо ему за это. Конечно, Мадара навещал обоих братьев и даже как-то раз Хаширама невзначай бросил, что Изуна безумно скучает по нему и даже обижается, что тот не приходит. Тобирама понимает это и он не знает, что ему делать. Когда он смотрит на него, он вспоминает предательство, но когда Учиха при смерти, Сенджу понимает, что любит его. Все ещё любит, несмотря на то, что было в прошлом. Палка в двух концах, Тобирама устал не столько физически, сколько морально. А потом они оба с братом вышли из больницы и младший старался как можно реже попадаться Хашираме, который с некоторых пор смотрит на него непонимающе и его взгляд как будто говорит «ты идиот, Тобирама». Однажды утром зашла Цунаде, которая была очень довольной. Тобираме даже знать не хотелось, что она задумала, азарта у неё, как у Хаширамы. — Послезавтра у нас праздник, — проговорила Хокаге, роясь в ящике. Хаширама пил чай, а Тобирама читал свиток, — День весны, — младший Сенджу поморщился, он ещё в прошлом не любил его, приходилось наряжаться в эти глупые кимоно, танцы, веселье и вообще это какой-то бред. Но Хаширама так не считал. — О, это же прекрасно. Я как-то забыл о нем, — улыбнулся Первый, — Верно, братец? — Лучше бы вы действительно за него забыли, — тихо пробубнил себе под нос светловолосый. Цунаде хмыкнула, её дядя всегда такой. Хаширама выгнул бровь, ему есть, что сказать брату. — Всё, я ушла. Пока, — внучка ушла, оставляя братьев одних. Тобирама тоже хотел уйти, но… — А ну-ка сядь, — жеще, чем хотелось произнёс Хаширама. Младший только усмехнулся, кажется, ему придётся выслушать брата, снова. — Что на этот раз? — Ты знаешь что, — Тобирама вздохнул, речи его брата всегда поучительнын, но сегодня, кажется, ему здорово влетит. — Это не твоё дело, брат. — Я все ещё сдерживаю Мадару, чтобы он тебе её сказал пару ласковых. Чёрт возьми, у тебя вообще ничего не екнуло тогда? — в том, то и дело, что екнуло ещё как, но, черт возьми, Тобирама ещё не готов сказать Изуне, что он прощает его. Взгляд младшего стал колючим и с некой долей даже яростным, даже Хаширама подумал, что зря он затеял этот разговор. — Ты разберись сначала со своими отношениями, а потом уже лезь в мои. — Я со своими как раз — таки и разобрался, но… — Но что? — Тобирама вскочил с места, глядя на брата, — Если бы тогда Изуна убил меня, ты бы сейчас так же переживал бы за него? Он тебе никто, но да, его братец же тебе теперь…кто? Любовник? Парень по вызову? Захотел пришёл, захотел ушёл. Ты ебал ему мозг тогда, а сейчас мне и чего ради? Ради Учихи, который в прошлом чуть не убил тебя и весь клан, только потому что ты ему поверил. Ты чёртов идиот, Хаширама, им был и помер им, так ещё и воскрес таким же. — Он любит тебя, — просто проговорил старший, как будто ему эта речь ничего не дала, но тем не менее она его зацепила и он ещё раз убедился, что отношения брата к Учихам не изменилось и, кажется, не изменится никогда. Створки двери отъехали и появился Мадара. Тобирама не знал, как много он услышал, да ему откровенно было плевать, но не самому брюнету. — Всё ещё пытаешься достучаться к нему? — без каких-либо эмоций спросил Учиха, но по выражение лица было понятно, что он раз сто убил брата Хаширамы, после того, как воскресил столько же. — Отлично. Теперь-то я могу уйти? — саркастично спросил Тобирама у брата, но резкий удар заставил его покачнуться, но не упасть. По губе побежало и Сенджу понял, что это кровь, конечно, а что же ещё. Хаширама резко оказался рядом, он понимал почему Мадара злиться, но таких мер он не хотел никогда. Старший попытался осмотреть рану, но его резко оттолкнули прямо на брюнета. Кровавый оскал Тобирамы не говорил ничего хорошего, это выглядело даже жутко. — Вы закончили? — Сенджу бросил взгляд в сторону, что-то обдумывая и обоим это не понравилось, но потом снова посмотрел на Мадару и брата. Сложив печати, Тобирама исчез с помощью Хирайшина. — Я думал, что мой клан сумасшедший, но твой брат переплюнул их всех, — проговорил Мадара. — Дай ему время. Он прав, ни я, ни ты не имеем права вмешиваться в их отношения. — Может ты и прав, хоть бы чего не натворил с дуру, — пожевал губу Учиха. *** До самого вечера Тобирама шатался по деревне и все думал о том, что за что ему это все, что даже в этой жизни Изуна не оставляет его. У него конкретные проблемы с доверием и это все благодаря чертовому предательству со стороны любимого человека. А ещё этот праздник, он уверен, Хаширама заебет, если тот откажется прийти туда, да к тому же нарядиться заставит и младшему придётся его послушать или окажется в деревянном гробу раньше, чем успеет сказать что-нибудь. Зайдя в дом, он не удивился, когда застал брата сидящим за столом, но практически засыпавшим. Тобираме стало от чего-то нехорошо, он знает привычку Хаширамы переживать за него и не спать ночами, зная, что обидел его или как-то задел. — Эй, — чуть потормошил его младший, — Идём спать. — Прости меня, — проговорил Хаширама, брат только улыбнулся и потрепал его по длинным волосам. — Не бери в голову, ты ничего не сделал. Мне стоит извиниться перед тобой, я наговорил тебе кучу дерьма. — Возможно, ты прав и я слишком доверяю людям, но в данном случае я уверен, брат. Он страдает без тебя. Тобирама закусил губу, возможно, он прав и ему стоит поговорить с Изуной. Он и сам не перестаёт думать о нем и делает ситуацию только хуже. — Ладно, завтра я схожу к нему, — вздохнул младший. — Пообещай. — Ты вообще чей брат? — Твой, именно из-за тебя я это говорю. Ты тоже любишь его, но твоё ослиное упрямство не даёт тебе это понять. — Пошли уже, — Хаширама довольно заулыбался, — Харе ржать. Оба отправились спать, а младший Сенджу все думал, что же сказать завтра Изуне при встрече. *** С самого утра Цунаде носилась по дому, что-то ища по комнатах, при этом ругаясь и снова начиная поиски. Хаширама выглянул из своей комнаты и тут же зашёл обратно, мимо него пролетела коробка и её содержимое. — Что происходит? — поинтересовался он. Внучка снова потащила одну из коробок и снова выбросила её. — Моя комната стала похожа на кабинет в резиденции, но дело даже не в этом, — вздохнула она, — Этот дом нужно убрать, вернее, в нем. Завтра праздник, а у нас ничего не готово. — А мы разве должны что-то делать? — из-за угла появился Тобирама с полотенцем в руках. Судя по мокрой голове, был он в душе. Хаширама прикинул время и понял, что его брат встал слишком рано. — Празднуют все без исключения, даже воставшие из мёртвых, — усмехнулась женщина, — Поэтому вы тоже там будете. Тобирама на счёт этого не сомневается, его брат затащит его туда даже если придётся его усыпить. — Ладно, я ушла. Цунаде покинула дом, уйдя в резиденцию, старший Сенджу хотел бы пойти досыпать, да вот уже точно не уснет. Внезапно Хаширама усмехнулся, а Тобирама уже знал о чем он будет говорить. Чёртов сводник так же, как и Мадара, который его уже не особо ненавидит, но и не совсем жалует. У них довольно странные отношения, но не убивают друг друга и уже хорошо. — Ты рано сегодня. Случилось что? — выгнул бровь Хаширама. — Прикинь, я выспался, — хмыкнул светловолосый. — Ну да, я так и подумал. — Никогда бы не подумал, что ты такой мудак, но Мадаре не повезло ещё больше, — ухмыльнулся Тобирама, но брат даже бровью не повел. — Я жду подробностей. — Не дождешься, братец. Я же не спрашивал подробностей ваших с Мадарой отношений, которые вот недавно начались. — Если хочешь — расскажу. — Нет, моя психика и так испорчена, — улыбнулся младший, — Я так рано встал только из-за того, что вчера поздно Цунаде сказала, что нужна помощь в деревне с украшениями, — почесал затылок Тобирама, — Кстати, ты идёшь со мной. — Само собой, я не пропущу такого события, но ты ничего не забыл? — Я займусь этим вечером, черт возьми. Шевелить, я тебя ждать не буду. Тобирама прошёл мимо, причитая себе под нос. Хаширама улыбнулся и скрылся у себя в комнате.