Дождь

      Они жили в Париже. Снимали небольшую студию недалеко от центра и были безгранично счастливы.       Он писал картины, а она писала к ним стихи. Он писал всегда, ведь большинство их денег зарабатывал именно он, а она, а она просто была рядом. Он умел тонкими линиями передавать всё то, что накопилось в душе, а она с легкостью понимала это и превращала его гармонию в слова. Он не просто писал, он писал любовью и с любовью. Каждая его картина была наполнена ей до краев. Даже в самом чёрном квадрате у него был лучик света и любви, ведь она была рядом и дарила ему эти лучики.       С детства она отличалась от всех: была отстраненной, нелюдимой, к ней невозможно было найти подход, но он всё изменил. Он вытащил эту прекрасную бабочку из кокона, в который она забралась будучи гусеницей. Он помог ей найти себя, а она помогла ему. Так и родилась их любовь: в дождливый день, под крышей старой, местами прогнившей, остановки на окраине Парижа.       Наверное, за это он её и любил: за извечное понимание. Нет, их любовь была из разряда такой любви, которая бывает раз в сто, а может, и в тысячу лет. Они, словно, были созданы друг для друга. Понимали каждый жест, каждое движение, замечали малейшее изменение в лице. Ведь для них это было важно. Важно абсолютно всё.       Наверное, потому он и рисовал всё кроме неё. Нет, её он тоже рисовал, только боялся в этом признаться. Конечно же он считал, что её красота должна быть описана в книгах и изображена на картинах самых искусных мастеров, но он не хотел чтобы кто-то кроме него читал эти толмуды и смотрел на эти портреты. Он не хотел её никому отдавать. Он хотел быть единоличным свидетелем её великолепия. Наверное, это была ревность, но он не умел ревновать, да и к кому? Только к самому себе. Но всё-таки, когда она утром выходила на балкон в одной полупрозрачной сорочке, он сразу же брал огромный плед, подходил сзади и заключал её в такие крепкие объятья, что забывал о том, что снова хотел отругать её за откровенный вид, ведь её объятья дарили любовь и забвение. То, чем он больше всего дорожил в своей жизни.