Два врага – одна любовь

Мрачный зал был погружен в гнетущую тишину, только звук босых ног громом отдавался в головах у собравшихся людей. Когда шаги приближались к кому-либо из фигур в мантии, фигура вздрагивала и старалась мгновенно уменьшиться в размерах, было бы идеально — до микроба. Однако был один, кто держался достойно. Ему как никому нужно было сохранять свой разум в холоде, а действия — под контролем. Северус Снейп слушал слова Тёмного Лорда, стараясь не пропускать ничего, что могло бы сыграть роковую роль. Скорое убийство Дамблдора, возложенное на плечи Драко Малфоя, казалось, сводило с ума Волан-де-морта. Он уже строил планы своей победы, естественно, вычеркнув сильнейшего врага из списка возможных барьеров. Снейп перевёл взгляд на потускневшие глаза Драко. Тот сидел и еле держал себя в руках. Нарцисса старалась сохранять спокойное, безразличное выражение, но было видно, что без своего мужа она чувствует себя потерянной и беззащитной. Хотя, по правде говоря, без него у неё бы вовсе не было проблем. С каждой фразой Лорда Северус ощущал волнение. Теперь он просто смотрел перед собой, сомкнув руки в замок. Раньше, когда ему нечего было терять, мысль о грядущей войне не волновала его — он чувствовал только противное безразличие, а может, даже жажду побыстрее все закончить и самому уйти, со спокойной совестью завершив дело. Но всё изменилось с появлением в его жизни Гермионы. Северус начал бояться потерять время, страх оставить Гермиону одну не позволял безрассудно рисковать своей жизнью. Если с ним что-то случится, она просто его убьёт. После собрания пожирателей Снейп аппартировал домой, где собирался расслабиться, почитать книгу и начать варить зелье для одного очень неприятного оборотня. Приготовив себе крепкий кофе, Северус сел в кресло с книгой о выдающимся Мракоборце. Это была автобиография с глубокими размышлениями о мире, магии и месте человека во вселенной, его предназначении и бессмысленности жизни, как странно бы это ни звучало. От чтения Снейпа оторвал стук в дверь. Северус сначала проигнорировал звук из вне, но стук настойчиво повторился. Раздражённо вздохнув, Северус быстро дочитал до конца абзаца, закрыл книгу и положил её на столик вместе с чашкой кофе. Все движения были растянутыми, не хотелось ни открывать дверь, ни разговаривать с кем-либо, особенно если это пришёл Петтигрю. Но открыв дверь, Северус замер, его раздраженный взгляд сошёл на нет, а пальцы сжали ручку двери. — Что ты здесь делаешь? — Он пришёл в себя, но всё ещё не мог поверить своим глазам. — Я захотела прийти, и я пришла. На улице холодно, ты пустишь меня? — девушка юркнула под рукой Снейпа и прошла в маленькую прихожую. — Запах кофе. — Она глубоко вздохнула, снимая с себя куртку. — Я бы не отказалась от горячего кофе. Мне очень холодно. — Гермиона, ты понимаешь, что тебе нельзя сюда приходить? — не замечая трясущихся рук Грейнджер, спросил Северус. Гермиона посмотрела на него и протянула руку к его щеке. — Ты прячешь девушку? — Она улыбнулась и встала на носочки. Северус усиленно сопротивлялся её флюидам, но когда их губы соприкоснулись, смягчился и притянул Гермиону ближе к себе. Проведя рукой по её спине, Северус позволил перейти к ягодицам. Лёгким движением, он поднял Гермиону на руки и, не разрывая поцелуй, понёс в комнату, где грел камин и стояла ещё горячая чашка с кофе. Снейп сел на кресло, посадив Грейнджер себе на колени и отстранился. — На, выпей. — Он протянул ей свою чашку и, взяв плед с рядом стоящего кресла, укутал в него Гермиону. — Кофе, конечно, неплохой, но мне не хватает тебя. — Она оставила напиток и уткнулась Северусу в грудь, потонув в его объятиях. Снейп гладил Гермиону и ждал, когда она ему объяснит, что её привело сюда. Спустя минуту тишины, он почувствовал, как спина её напряглась, пальцы сжали его рубашку. Гермиону начало трясти. — О, Мерлин, что с тобой? Маленькая моя. — Северус не на шутку перепугался. Он попытался поднять голову Гермионы, чтобы понять её состояние, но она ещё сильнее прижалась к нему, не желая показывать свое лицо, которое, как понял Северус, было залито слезами. Он решил подождать, пока истерика не пройдёт. Тогда можно будет спокойно поговорить. Снейп терпеливо ждал. Он прижал к себе Гермиону, она дышала ему в грудь, плечи тряслись, а копна волос щекотала его подбородок. Она ведь пришла к нему такой уверенной, наглой девчонкой. Северусу стало противно от того, что он не заметил её состояния. Что же случилось? Когда всхлипы утихли, и Гермиона расслабилась в его руках, Северус поднялся с ней и пересадил Грейнджер в кресло рядом. Она послушно убрала руки от него и отстранилась. Северус сел на корточки и заглянул в её глаза. — А теперь ты мне расскажешь, что произошло? Гермиона улыбнулась и наклонилась, чтобы поцеловать его, но Снейп уклонился. — Что произошло? — уже твёрдо спросить он. — Я просто немного устала. — Северус скептически посмотрел на руки Гермионы, которые она нервно терла друг о друга, нежно взял их в свои и начал целовать. — Я тебе, конечно же, не верю, — постарался насмешливо сказать Снейп, — и обязательно добьюсь ответа. Северус бросил взгляд на руки и замер. Он повернул её руку ладонью вверх, на запястье выделялся яркий синяк. Набрав побольше воздуха, Снейп постарался как можно спокойно спросить: — Это что? — Не дожидаясь ответа, он рассмотрел вторую руку, где также стоял синяк. — Это… Ничего страшного. Мы просто с Гарри и Джинни немного сходили с ума, они щекотали меня, и Джинни держала руки. — Гермиона постаралась правдоподобно улыбнуться, будто воспоминания этого момента приносят ей радость. — Долго придумывала? —Северус приподнял голову Гермионы и посмотрел в её глаза. Она поджала губы, и ничего не ответила. Тогда он встал и пошёл к одной из дверей. Скрывшись в тёмной комнате, он пробыл там минуты две, прежде чем выйти с флаконом в руках. Подойдя к Гермионе, Северус опять сел перед ней на корточки и взял её руки. — Это мазь. Должна убрать синяки. — Он плавными движениями наносил мазь на повреждения. «Идиот! Кретин!» — Это Блэк сделал? — Гермиона отвела взгляд и отрицательно покачала головой. — Не ври мне! Я видел, как он увёл тебя после собрания! Этот псих долго не проживёт! — Северус уже кричал. Он ударил кулаком по подлокотнику, отчего Гермиона дернулась. По её щекам потекли слезы, и она закрыла лицо руками. Северус сразу остыл. Он сел на подлокотник и прижал Гермиону к себе. — Прости меня. Я не хотел тебя пугать. Маленькая моя. Просто ответь: это он сделал? — Северус почувствовал как Гермиона нерешительно кивнула. Она опять начала дрожать. Отыскав его руку, она прижала её к себе, как дети прижимают любимую игрушку, в надежде найти в ней свое успокоение. Вдруг Северус резко отстранился. Гермиона подняла голову и вопросительно посмотрела ему в глаза. — Блэк что-нибудь тебе сделал? Только не скрывай от меня ничего, Гермиона. Я могу тебе помочь. Она улыбнулась и погладила Северуса по руке. — Нет, ничего. Он просто узнал, что у меня есть отношения. — Снейп задумчиво кивнул, притягивая Гермиону ближе. — Я даже догадываюсь, откуда он узнал, — прошептал Северус в никуда. Гермиона подняла голову в ожидании объяснений. — Люпин может определить по изменению запаха, — пояснил он. Гермиона укуталась в плед и уткнулась лицом в бок Северуса. Запах трав, витавший по дому, успокаивал и усыплял. На самого хозяина дома это не действовало. Он готов был сорваться с места и отправиться на Гриммо, но мирное тёплое дыхание, согревающее его тело, заставляло сидеть. «Слава Мерлину, с ней всё в порядке, иначе мне пришлось бы уже гнить в Азкабане, а кому-то в могиле. Хотя вряд ли его тело нашли бы». Северус хмыкнул и провел пальцами по волосам Гермионы. *** Римус без стука влетел в комнату Блэка. Тот спал наполовину свесившись с кровати, сбив одеяло в один однородной комок с пододеяльником и частью простыни. Одна нога слегка дергалась, а вторая была вывернута в неестественном положении. В комнате царил запах алкоголя и жженной бумаги. Римус кинул взгляд на бокал огневиски, на дне которого скопилась горка пепла. — Просыпайся! — крикнул Люпин, дернув Сириуса за ногу. — Ай. А-ш-ш, — простонал Блэк, схватившись за ногу. — Затекла. — Ещё полностью не открыв глаза, он сел на кровать, прижимая ногу. — Что ты сказал Гермионе? — Римус строго смотрел на Сириуса, но Блэк даже не взглянул на него. Немного подумав, он ответил: — Я тебе вчера всё рассказал. — Да? Если бы это было то, что ты мне рассказал, Гермиона бы не ушла! — Римус даже не собирался понижать голос. Он хотел донести смысл слов до Блэка, который, похоже, даже не слушал. Достав палочку, Римус окатил Сириуса водой. Тот пришёл в себя и зло уставился на Люпина. — Теперь я могу говорить не со стенкой, — произнёс Римус, удовлетворенный результатом. — Что – на самом – деле – ты – сказал – Гермионе? Сириус вздохнул и повернул голову в сторону огневиски. — Я не помню. — Накрыв голову руками, он упал на скомканное одеяло и зарыдал. Римус опустил палочку, которую все ещё держал перед собой. Сердце сжалось, а глаза защипало. Он подошёл к другу, но не стал садиться. Сириуса сейчас не успокоишь. — Какого черта! — раздался пронзительный крик, потонувший в скомканном одеяле. — Я не должен был этого делать. — Блэк поднялся на локти, и посмотрел на Римуса красными отчаянными глазами. Люпин захотел уйти, но остался. — Я её напугал. Она казалась моей собственностью, которую кто-то использовал, не спросив меня. Я был не в себе и… — Сириус снова оглянулся на бокал с огневиски, потом медленно встал, подошёл к нему и, взяв в руки, слегка покрутил, наблюдая, как пепел закружил в напитке. — И потерял её навсегда. Римус смотрел на Блэка, не зная, что надо делать. Или же лучше просто уйти? Оставалось незаконченное дело, вернее разговор, но нужен ли он сейчас? — Гермиона ушла, — выдохнул Люпин, не сводя глаз с друга. Сириус, будто не услышав, медленно поставил напиток на место и повернулся лицом. — Она имеет на это право. — Нет, ты не понял, Сириус — она, считай, сбежала. — Римус подошёл к другу, смотря тому в глаза в надежде увидеть в них ответную реакцию. Но было пусто. Блэк отвернулся, чтобы спрятать эмоции — он слишком расслабился перед Римусом, так нельзя. — Я обещаю всё исправить. Я поговорю с Гермионой, надеюсь, она меня простит, — спокойный тон висел на слабой ниточке, желавшей вот-вот порваться. Римусу оставалось только кивнуть. Не говоря ни слова, он вышел прикрыв за собой дверь. Сириус стоял и всё также смотрел в пол, присутствие Люпина пока не выветрилось, а Блэку было до жути стыдно за своё поведение. «Я порвал даже просто хорошее отношение к себе. Я сжёг всё, что нас объединяло. И кто после этого тварь?» Он с силой зажмурился. Вырвался глухой стон: «Прости меня, Мышка!» *** Гермиона не хотела возвращаться в дом, откуда ушла, но было очевидно, что у Северуса оставаться долго нельзя, да и Уизли расстроятся, когда узнают о её побеге. Проснулась мисс Грейнджер через два часа в объятиях дорогого ей человека. Северус перенёс её в свою спальню и уложил в кровать. Это показалось Гермионе очень милым. Она повернулась к спящему рядом Снейпу и хитро улыбнулась. «Только я могу сейчас ущипнуть за нос профессора, и мне за это ничего не будет». Она тихонько встала и вышла из тёмной спальни. Хотелось рассмотреть дом. Он оказался небольшим, поэтому долго ходить не пришлось. Каждая комната имела свой характерный запах, который при входе плавно сменялся на другой. Например, в кухне царил аромат кофе, эта комната была сделана в темно-серых оттенках будто мрак своей души хозяин дома полностью вылил в интерьер кухни. Гостиная отличалась более приветливыми цветами: коричневые стены, деревянные полки с книгами, на полу — темно-зелёный ковёр и камин, в котором ещё догорали угольки. Здесь кофейный запах переплетался с ароматом трав и лёгкого дыма. Пожалуй, здесь можно было бы и остановиться, но взгляд привлекла дверь, расположенная около лестницы на второй этаж, на котором любопытная Грейнджер не успела рассмотреть даже спальню. Но интерес к остальным комнатам угас — надо было обязательно заглянуть за эту дверь. Повернув ручку, Гермиона открыла дверь в тёмную комнату. По запаху уже было понятно, это — лаборатория. Глаза Гермионы, должно быть, загорелись, но освещать не стали, поэтому она вспомнила, что видела свечу на столике в гостиной, пришлось сходить и принести её. Теперь Гермиона могла рассмотреть всю лабораторию. Каждая полочка, каждая баночка была исследована любопытными глазами. То, что было безопасным, Грейнджер не преминула потрогать. Восхищение так и заполнило пространство. Блики свечи отражались в флаконах с зельями, в висящих ножах. У Грейнджер закружилась голова, хотя Гермиона не была любительницей зельеварения, но атмосфера, царившая здесь могла одурманить любого. За всеми своими эмоциями Гермиона не заметила открывшейся шире двери, подкравшихся к ней ног. — Никто и никогда не заходил в мою лабораторию, кроме меня. — От голоса, раздавшегося над ухом, Грейнджер вздрогнула и чуть не выронила свечу, однако Северус успел перехватить её и медленным, аккуратным движением поставил на полку. Гермиона смотрела на Снейпа во все глаза, ещё не придя в себя от испуга. Он, казалось, рассердился: сложил руки на груди и ждал объяснений. — Мне стало интересно, и я… — Гермиона поймала себя на мысли, что стоит перед ним и оправдывается. Она не должна этого делать. Взяв себя в руки, Грейнджер начала свою речь заново: — Говоришь, никого не было? — Она игриво улыбнулась. — Значит, я первая. — Её пальчики дотронулись до его сюртука. Деланно медлительно они добрались до подбородка Снейпа и прошлись по напряжённой скуле. Не выдержав дерзкого, но такого соблазнительного поведения, Северус обнял Гермиону за талию и резко притянул к себе. Она фактически влетела ему в грудь. — Нехорошо шастать там, куда тебя не приглашали. — Он поднял Гермиону на руки и вынес из лаборатории. В углу гостиной стоял стол который одним взмахом был очищен от ненужного хлама. Теперь там прекрасно смотрелась Гермиона. Она за шею притянула Северуса к себе, и, слившись в одно целое чувство страсти, они постепенно освобождались от лишней одежды. — Я непозволительно часто о тебе думаю. Ты в каждой моей клеточке. Что ты сделала со мной, ведьма? — Северус исследовал рукой спину Гермионы. Лёгкая пощечина заставила его разорвать поцелуй и недоуменно посмотреть на Грейнджер. Она нахально улыбнулась. — Я запрещаю тебе так много разговаривать во время секса. Твой голос будет ассоциироваться у меня не с тем, чем нужно. Представляешь, как тяжело мне будет сидеть на твоём уроке? Твой нудный рассказ о всяких опасных существах будет вызывать у меня наплыв возбуждения. Хочешь, чтобы я на глазах у всех набросилась на тебя? Я же… — Она не успела договорить, так как была заткнута губами Северуса. Его пальцы заскользили вниз и раздвинули ноги. Опустившись на колени, он подключил язык, заставляя Гермиону мучатся на столе. — Северус, пожалуйста, — простонала она, сжимая его волосы. Он улыбнулся и поднялся. Придерживая одной рукой за талию, а другой поглаживая её ягодицы, Северус вошёл в Гермиону, получая желанный ответный стон. Жадные поцелуи сопровождались напористыми точками. Гермиона вцепилась в его плечи и обвила ногами его торс. Северус слегка закусил её губу. Почувствовав приближение развязки, он ускорился, заставляя Гермиону царапать ему спину, изгибаться и закрывать глаза в надежде, что над ней сжалятся, но пощады не будет. Последний вскрик, и Гермиона уткнулась в грудь Северуса, который накрыл её своим телом. Он тяжело дышал, сделав последний толчок, он вышел из неё и обеими руками оперся о стол. — Гермиона, — за шёпотом последовал мягкий, немного прохладный поцелуй влажных губ. — Мне надо вернуться, - сказала Гермиона, выпрямляясь. Северус отошёл и строго посмотрел на Грейнджер. — К Блэку? — Нет, к Гарри, Рону, Джинни. Я никому ничего не сказала, они, вероятно, волнуются. — Она протянула руку, чтобы Северус подал ей белье, разбросанное на полу. — По-моему, это одно и то же. Они сейчас все на Гриммо. — Он протянул ей джинсы. — В любом случае, у тебя я остаться не могу, а идти мне больше некуда. — Гермиона застегнула рубашку. Северус взял её руку в свою и поцеловал, потом притянул Гермиону к своему ещё обнаженному телу, укутываясь носом в каштановые кудри. — Ладно. Только будь осторожной. — Он последний раз вдохнул её запах и выпустил из своих объятий. — Ты уйдёшь прямо сейчас? — Гермиона кивнула. Уходить вовсе не хотелось. Поцеловав на прощание Северуса, она попросила открыть камин. Пламя вспыхнуло и Гермиона исчезла, словно её и не было, только воздух, впитавший женские духи, теперь мучал сознание Снейпа. *** Гермиона вышла из камина на Гриммо. Было подозрительно тихо, гостиная пустовала, поэтому Грейнджер решила, что может незаметно проскользнуть в комнату. Она быстрым шагом пересекла расстояние до лестницы и уже поднялась на первую ступеньку, когда спокойный голос окликнул её: — Гермиона. — Она повернулась и облегчённо выдохнула — перед ней стоял Римус. Он отложил газету и подошёл к Грейнджер. — В доме почти никого нет. Уизли уехали в Нору, к утру они вернутся, Гарри присоединился к ним. — Гермиона нервно сжала руки в замок и опустила глаза. Она не думала, что вот так просто до утра останется в доме наедине с Сириусом и Римусом. Спасибо, что Люпин здесь. — Почему они уехали? Может, нужна помощь? — с надеждой спросила она, но Римус покачал головой. — Нет, к ним пришло письмо из министерства, что им нужно быть сегодня дома — кто-то придёт, но не было написано, кто именно. — Странно. — Римус кивнул в ответ и на всякий случай приблизился, чтобы его слова были слышны только Гермионе. — У тебя верхние пуговицы криво застегнуты. Грейнджер испуганно опустила голову, посмотрела на рубашку, отвернулась и быстро исправила свою оплошность. Она почувствовала, как щеки налились краской. Не зная, куда себя деть, она на ходу бросила: «Спасибо» и помчалась наверх. Почти перепрыгивая через ступеньку, Гермиона, желала только одного — спрятаться в их с Джинни комнате и не встретиться с Сириусом. Было что-то, что теперь ставит между ними мощный барьер и при этом связывает крепким узлом. Она простила его. Что ещё остаётся делать? Он — крестный отец её лучшего друга и хозяин дома, куда ей приходится возвращаться. Гермиона добежала до комнаты и закрыла дверь. Там она, тяжело дыша, опустилась на пол. Слезы покатились по щекам от пережитых эмоций. Она снова не с Северусом, снова у Сириуса. Сейчас она может от него скрываться, но это же не на вечно. Поднявшись на ноги, Грейнджер подошла к своей кровати, сняла обувь и, не расстилая постель, легла, свернувшись в клубочек. Сон не заставил себя долго ждать. Погрузившись в царство Морфея, она даже не заметила, как открылась дверь комнаты, как проскользнула по лицу струя света и скрылась за тенью человека, прошмыгнувшего внутрь. Он резко остановился, когда увидел, что кровать Гермионы не пустует. Подойдя ближе, он сел на колени у изголовья и погладил копну каштановых волос. От Гермионы шёл приятный необычный аромат, но не было понятно, что это за запах. — Прости меня, девочка, - прошептал Сириус, все ещё гладя Гермиону по голове. — Не знаю, смогу ли когда-нибудь вернуть твоё расположение, но будь уверена, я навсегда твой верный друг и, если хочешь, — слуга. — Он потянул носом в попытке распознать аромат Гермионы, но безуспешно — ему далеко до Римуса. Сириус встал и хотел уйти, но, вспомнив, зачем пришёл, достал из-под кровати чемодан и положил в него тетрадь. Вернув вещь законному владельцу, Блэк на цыпочках вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь. Он не нашёл в её записях того, что искал – лишь размытые слова и фразы ни о чём, разрывавшие сердце Сириуса.